Люди, приложившие руку к развалу Советского Союза, сделали буквально всё, чтобы в массовом сознании Андрей Дмитриевич Сахаров стал чуть ли не иконой русской демократии, наиболее популярным среди общественности в СССР и Российской Федерации моральным авторитетом. Был создан образ гения-мученика, боровшегося с советской тоталитарной системой. Однако по мере того, как иллюзии о «демократии», «свободе» и «рынке» стали развеиваться, и десятки миллионов людей поняли, что их просто обманули, лишив безопасности и порядка, народного достояния, бесплатной медицины и образования, стало очевидно, что лауреат Нобелевской премии мира и один из создателей водородной бомбы Андрей Сахаров был всего лишь одним из десятков разрушителей Советского Союза.
С конца 1960-х годов Сахаров стал одним из лидеров правозащитного движения в Советском Союзе. Причём его движение к всемирной известности сопровождалось рядом отвратительных выходок, за которые его можно было смело приговорить как предателя или обычного мелкого хулигана. Так, из донесений КГБ об Андрее Сахарове известно, что в апреле 1976 года академик и его жена Боннэр (вторая жена с 1972 года) учинили хулиганские действия в Омском областном суде. Когда милиционеры призвали их к порядку, Сахаров, выкрикивая: «Вот вам, щенки, от академика», нанес удары двум работникам милиции и оскорбил их. Боннэр ударила по лицу коменданта суда, который пытался их успокоить. В августе 1976 г. чета «правозащитников» совершила злостные хулиганские действия в Иркутском аэропорту. Когда сотрудники аэропорта попытались их урезонить, начали их оскорблять, выражаясь нецензурными словами и угрожать. В октябре 1977 года Сахаров хулиганил в ректорате Московского педагогического института имени В. И. Ленина, оскорблял должностных лиц. В марте и мае 1978 года Сахаров совершил хулиганские выходки у здания Союза советских обществ дружбы и культурных связей с зарубежными странами и у Люблинского районного народного суда г. Москвы (снова ударил работника милиции).
Брежнев и другие советские вожди той эпохи, уже не говорили о неизбежности противостояния двух систем. Они предпочитали не конфликтовать, а вести экономическое сотрудничество с Западом, попадая в ловушку культурного сотрудничества, обмена опытом. Поэтому крупным фигурам диссидентского движения ничего не грозило. С ними проводили профилактические беседы, журили, следили, ограничивали передвижение, не более того. Хотя по справедливости таких людей надо было надолго изолировать от населения или даже применять высшую меру социальной защиты. «Гонения» были условными, а шумиха в прессе, мировая известность, их «бытовые страдания» вызвали зависть у среднестатистических советских граждан. Фактически такие «репрессии» только рекламировали диссидентов, увеличивали их цену. Скрыть