СОЛЕРЖАНИЕ:

ПРОЛОГ
Глава первая. ТЕНИ НА ЛУННОМ ДИСКЕ
Глава вторая. ЗАГАДКИ ОСТАЮТСЯ
Глава третья. В ОКРЕСТНОСТЯХ БОЛЬШОЙ ОХОТЫ
Глава четвертая. ПЕЧАЛЬНОЕ СВИДАНИЕ
Глава пятая. ЧЕРТИК ИЗ ТАБАКЕРКИ
Глава шестая. СПЛОШНЫЕ НЕПРИЯТНОСТИ
Глава седьмая. НАСЛЕДСТВО ВО ВСЕЙ КРАСЕ
Глава восьмая. ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ
Глава девятая. ВОЗДЫХАТЕЛЬ
Глава десятая. НОЧЬ В БОГДАНОВКЕ
Глава одиннадцатая. ГОСПОЖА ПОМЕЩИЦА В СВОИХ УГОДЬЯХ
Глава двенадцатая. У МЕЛЬНИЦЫ
Глава тринадцатая.БЛЕСК КАМЕННОГОГОРОДА
Глава четырнадцатая. ПОХЛЖДЕНИЯ ЮНОГО ГУСАРА
Глава пятнадцатая.НЕБО НАД ГОРОДОМ
Глава шестнадцатая.КАРТЕЛЬ Скрыть

СОДЕРЖАНИЕ:

Глава первая. КОГДА ТЕБЕ НЕ ВЕРЯТ
Глава вторая. НЕЖДАННОЕ НАСЛЕДСТВО И ДРУГИЕ ХЛОПОТЫ
Глава третья. КАК ДОПРАШИВАЮТ ПЛЕННЫХ В ПЕТЕРБУРГЕ
Глава четвертая. НОЧНЫЕ ОТКРОВЕНИЯ
Глава пятая. БОЛЬШИЕ МАНЕВРЫ
Глава шестая. НЕОЖИДАННАЯ СМЕРТЬ
Глава седьмая. СОГЛАСНО ЗАКОНАМ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ
Глава восьмая. ГОСТЕПРИИМСТВО ЕГО СИЯТЕЛЬСТВА
Глава девятая. ПЫТОЧНАЯ
Глава десятая. ТЕРПЕНИЕ И ТРУД
Глава одиннадцатая. НОЧНЫЕ СТРАНСТВИЯ
Глава двенадцатая. ЧЕЛОВЕК С ТРОСТЬЮ
Глава тринадцатая. ЛЮДИ В ЛАЗОРЕВЫХ МУНДИРАХ
Глава четырнадцатая. ЛЮБИТЕЛЬ РЕДКОСТЕЙ
Глава пятнадцатая. ЧТО ХРАНЯТ ПОДВАЛЫ
Глава шестнадцатая. ДЕНЬ БЕЗНАДЕЖНОСТИ
Глава семнадцатая. ИЗБАВИТЕЛИ
Глава восемнадцатая. ТИХАЯ НОЧЬ НА ВАСИЛЬЕВСКОМ Скрыть

ОТРЫВОК:

"Смерть на даче". Отрывок.
"Воспоминания - вещь избирательная. Ассоциативная. Сначала в сознании всплывает вдруг пустячок, например, липкий фантик от петушка, того самого леденца на плочке, который мама покупала в награду за очередную пятерку. Его вкус до конца жизни ассоциируется с успехом. Потом невольно вспоминаешь о том, за что поставили ту самую сладкую пятерку. И тут же о липких руках, воды поблизости нет, петушок съеден, сознание того, что его больше нет, тоже неприятно. А потом вдруг по цепи ассоциаций доходит до студенческой аудитории, где кандидат наук Аркадий Михайлович Гончаров читает вводную лекцию из курса русской литературы восемнадцатого века. Для нас, желторотиков, неоперившихся птенцов, он был тогда почти Бог, человек со знаменитой в литературоведении фамилией.
Когда признаешься в том, что ты писатель, реакция людей, как правило, делит их на две категории. Те, что не пишут, обычно восклицают: "Да? Написал? Опубликовали? Ну, надо и мне что-нибудь написать. Вот как надо деньги зарабатывать, а мы тут сидим, елки!" Не скажет, так обязательно подумает. Особенно если сидел рядом с тобой на горшке, или же за одной партой. Вторая категория - это те, которые пишут. И которых публикуют. Или не публикуют. Или печатают под другой фамилией. Или в коллективе авторов. Неважно. В общем причастные к миру литературы. Они обязательно подумают: "Ну, я -то, конечно, пишу лучше". А вслух начнут критиковать твое творение, выискивая в нем очевидные промахи и признаки графоманства. К слову, раскритиковать можно все, что угодно. И даже заработать на этом деньги. Лишь бы кто-то чего-то писал, взял на себя сей самый неблагодарный труд.
Аркадий Михайлович использовал мои творения вдоль и поперек, микроскопическая вошь, такая же вредная, как и все ползучие. Втайне он пишет прозу: все-таки рдственник гения! По линии жены. Наслушался я всякого, в основном плохого, но шедевры Учителя критике в ответ подвергать не стал, и не из благородства, а из жалости. Ну не виноват же человек, если он пишет просто скучно? Что толку высмеивать кукушку, она все равно не научится высиживать птенцов, так и будет их подрасывать талантливым родителям..." Скрыть