Развитие исторической науки в какой-то мере повторяет расширение кругозора человека. С момента зарождения она концентрируется на крупных личностях, ассоциируя их жизненный путь с государством и народом, во главе которых они оказались. На протяжении многих веков сфера ее интересов будет медленно, но неустанно расширяться, охватывая все новые и новые пространства, покамест не включит в себя количесвто выплавленной стали на душу населения и потребляемого молока, предположим, нормандским крестьянином в 12-м веке. Работа Карамзина - прекрасный экземпляр для человека, делающего первые шаги в изучении истории вообще. Талантливый литератор, занимательное изложение, богатая событиями эпоха - что еще нужно, чтобы завербовать неофита. Только не обольщайтесь, прочитав Карамзина, вы будете знать историю семейства Рюриковичей, но не России, впрочем, для начала это неплохо. Скрыть

Безусловно, для понимания набоковских текстов необходимо знакомство с жизнью автора. Редкий писатель так широко эксплуатировал собственную биографию для создания сюжетов. И для такого знакомства труд Бойда незаменим. С другой стороны, выдержать беспрестанные переезды в поисках бабочек с детализацией улова или неудач сможет без фырканья только бесконечно преданный фанат Набокова. Видимо, моя преданность имеет пределы. Хотя... Если среди экзаменационных вопросов по литературе на курсе Набокова можно было найти: "Какого цвета были обои в комнате, где рожала Анна Каренина?", то щепетильности Бойда можно не удивляться. В жизни исследуемого нет второстепенных событий.
Кроме детальной до тошноты биографии в книге представлен критический разбор всех романов и наиболее удачных рассказов Набокова американского периода, и его гигантского перевода "Евгения Онегина" на английский. Разбор основательный, иногда спорный, но в любом случае интересный. Правда, как и после любого "вскрытия" литературного произведения, остается осадок "лживости изреченной мысли". Наверное, такие же ощущения бывают у "молодых народов", которым европейцы разъясняют, что их божества суть лишь явления природы.
Из недостатков отмечу чрезмерную влюбленность Бойда в Набокова и такую же ненависть к Филду - его предшественнику на биографической ниве. Скрыть

В качестве оправдания отказа от выпуска 4 тома Истории Рима Моммзен ссылался на то, что после Гиббона писать об императорском Риме бессмысленно. Конечно, сегодня эту позицию историки вряд ли бы разделили. Но при этом 7-томник англичанина остается востребованным публикой. 1-й том посвящен императорской чехарде после завершения века Антонинов, охватившим империю центробежным стремлениям на рубеже 3-4 вв., четвертованию ее Диоклетианом на диоцезы, установлению единоличной власти Константина. Среди достоинств книги стоит отметить блестящее авторское перо, уделение внимания соседям Рима, щедрый фактический материал. К недостаткам можно отнести некоторую этническую неразбериху и устарелость подходов, в чем, правда, вины автора нет. Скрыть

1-й том фундаментального труда Моммзена посвящен периоду, который длился действительно "до", но не "от". Историк принадлежал к течению, отрицающему достоверность Римской истории царского и раннереспубликанского периода, поэтому детальный анализ фактических событий ведется с начала Первой Пунической войны, оставляя легендарным временам лишь то, о чем можно судить по надписям, результатам раскопок, законам и литературным памятникам, в правдивости коих сомнения минимальны, что осложняет усвоение материала читателем неподготовленным. Впрочем, в задачу автора входил в первую очередь анализ, а не изложение событий, а анализировать легенды о волчице, Диоскурах, гусях, вороне и т.д. согласитесь, сложно. Естественно, ценность работы Моммзена ограничена сведениями 150-летней давности и тенденциозностью автора, который, например, не стеснялся назвать культуру этрусков и карфагенян "ублюдочной". Но, несмотря на многие недостатки, этот труд содержит достаточно интересной инофрмации о быте римлян, их верованиях, хозяйстве, государственном строе и юриспруденции, международных отношениях. Скрыть

В завершающем томе "Материальной цивилизации..." Бродель обращается к мирам-экономикам - крупным экономическим системам с выраженным развитым центром и ослабевающими перефириями. Бродель поэтапно рассматривает развитие экономики городов-гегемонов, наращивание торговых оборотов, капитала, замыкание международной коммерции в одной точке, безудержное развитие кредита, связанные с ним кризисы. Ко времени Великих открытий неотъемлемой частью борьбы за гегемонию становится экспансия на заокеанские рынки, колонизация, вытеснение конкурентов. С развитием национальных рынков Бродель связывает замену первенства городов централизованным государством. В конце концов разобщенные миры-экономики интегрируются в единую систему с центром в Англии, где в 18-м веке происходит революционный рывок в промышленности, сельском хозяйстве и финансах - трех китах экономики. Огромным достоинством книги является взвешенность суждений автора, осторожность выводов и констатация невозможности дать ответы на все вопросы Скрыть