Удивительно, что такой объемный материал (и по количеству страниц, и по фактическому содержанию) написан молодым человеком 17–20 лет (1805–1809 гг.). Удивительно, что Лев Толстой, когда работал над романом «Война и мир», пользовался этими записками. Удивительно, что это издание, увидевшее свет в 2004 году (тираж 2000), до сих пор не получило ни одного отзыва читателей. Впрочем, мы держим в руках далеко не первое издание книги: «Записки» Жихарева печатались в «Русском архиве», в серии «Литературные памятники»… Огромное спасибо издательству «Захаров» — как и за всю эту замечательную серию.
Ещё удивительно, что в аннотации сказано об авторе: «Мечтал стать писателем. […] Плохой драматург, неудачный переводчик, Жихарев оказался талантливым автором дневника». Но если дневники хороши и читаются до сих пор, то и писатель он неплохой, верно? По этим строкам можно оценить стиль автора:
«Несмотря что я далеко от Москвы, сердце невольно прыгает от радости при всяком добром известии из Белокаменной. […] Москва мне родина, но сделалась больше, чем родина, потому что в ней научился я мыслить и чувствовать. Люди родятся дважды: физически и нравственно; в последнем отношении я уроженец московский» (написал это молодой человек, родившийся то ли в Рязанской, то ли в Тамбовской губернии).
«Фрожер в роли слуги, переодетого барином, заставлял хохотать до слез. Это актер преуморительный. Правда, он играл несколько карикатурно, но что до того, если и самая роль не что иное, как карикатура? Театр был полон. В антрактах я глядел на ложи первого яруса и очень был рад увидеть красавицу Марью Антоновну: она несколько полна, но что за ангельская голова и какие роскошные плечи!..»
Жил в селе Казинка Тамбовской губернии (25 верст от Козлова) дворян Иван Герасимович Рахманинов — издатель, переводчик и фанат Вольтера. Задумал перевести и издать полное собрание сочинений своего кумира, но успел сделать только три тома. Организовал первую в России частную сельскую типографию, за что был преследуем Екатериной. Вовремя догадался устроить пожар и всё, что издал, сжечь (хотя это лишь версия). Это был выдающийся просветитель, такой же, как Новиков или Радищев. И сегодня, когда вспоминают И.Г. Рахманинова — часто цитируют именно С. Жихарева, который уделил своему дяде (!) целую страницу: «Он был очень начитан, сам много переводил и мог назваться по своему времени очень хорошим литератором».
Эти записки расхваливал И.С. Тургенев. Их нужно читать внимательно и неторопливо. И каждый раз обращаться к справочникам, если что-то непонятно: о ком это? о чем это? «Граф Румянцев настоящий министр: какая осанка и вежливая обходительность, как говорит красноречиво и умно! Он обворожил меня своим милостивым приемом, спрашивал о моем воспитании, о настоящих занятиях…» Кстати, в аннотации к книге сказано об авторе: «Принадлежал к золотой московской молодежи, ничего не делавшей и всем интересовавшейся…» Сегодняшние авторы, пишущие о русской истории (например, писатель-москвовед А. Васькин) цитируют Жихарева…
Само издание — аккуратное, добротное, хорошая белая бумага (с 2004 года не пожелтела, хотя всё же просвечивает — разве может быть иначе за такую цену?), четкий шрифт. Иллюстраций нет. Предисловие М. Мазаева для «Исторического Вестника» 1893 года. Есть ли минусы? По-моему, есть: текст пестрит фамилиями, на каждой странице их десятки, а пояснения — в самом конце книги на тринадцати страницах убористым почерком. При этом именной указатель набран не в порядке появления имени на странице (чтобы хотя бы в конце книги не блуждать), а по алфавиту! Это значит, увидел фамилию в записках — полезай на последние страницы, а там ищи по алфавиту. Иной раз на десятой фамилии в абзаце махнёшь рукой: ладно, потом разберемся… Никогда не понимал, почему издательства не дают сноски-пояснения на странице внизу. Пусть этих сносок будет хоть полстраницы — всё равно легче читать было бы… Скрыть

Збигнева Ненацкого знаем по приключенческим книгам для молодёжи (например, о похождениях пана Самоходика, о котором снято и несколько фильмов) и по детективам (например, «Трость с секретом», «Операция “Хрустальное зеркало”»), и всё это, кажется, не особо переиздаётся. Большая удача, что в 2007 году издана книга З. Ненацкого «Соблазнитель», и совсем удивительно, что она до сих пор в продаже, да ещё за такую «вчерашнюю» цену. О чём эта книга? Если коротко, то о любви и сексе, конечно. Но всё не так просто. Часть книги – это «художественная проза», и тут найдём много чего: соблазнение женщины мужчиной, соблазнение мужчины женщиной, супружеская измена, секс с малолеткой, дефлорация, попытка изнасилования, садо-мазо и пр. Это объяснимо: издано-то «Институтом соитологии», между прочим… Другая часть — это эссе на самые разные темы: психиатрия, сексология, сексопатология, психология, филология, литературоведение, мораль и нравственность, этика, социология… Так и вижу: остросюжетный писатель иногда писал «для ума и души» заметки, очерки, размышления, делал пометки в блокнот, потом всё это открыл перед собой — и решил соединить в одну книгу.
Сначала главный герой — это вроде бы стареющий писатель, который сознательно уехал из столицы в глушь и живёт на берегу озера, наслаждается (или мучается) творчеством, природой и общением с женщинами. Потом появляется модный врач-психиатр, и вектор разговора явно усложняется и меняет своё направление. Окончание же книги посвящено «идеальному любовнику» Мартину Эвену, который мечтает «научить женщин любви», научить этому даже собственную жену... (забавно). В общем, связного сюжета ждать не приходится. Это будет интересно тем, кому нужен не автор-рассказчик (фабула, интрига, динамика), а автор-собеседник.
«Окрошка из научного трактата и беллетристики», — написал рецензент Л. Захаров в электронной версии книги, которую легко найти. А еще он назвал содержание книги «многослойными пластами чуши», которую нагородил автор. (Ну да, как же иначе, когда автор заявляет, например, что Джульетте «оставалось 2 года до месячных», поэтому какая уж там, дескать, любовь… Или что Христос осознавал, что только через тело можно вступить в полноценный контакт с человеческой душой: «Ешьте и пейте, вот моя кровь и моё тело».) При этом рецензент книгу Ненацкого не ругает: «…можно от души ругать, можно искренне хвалить; недостатки — продолжение достоинств. Я рекомендовал бы “Соблазнителя” в качестве обязательного чтения для студентов гуманитарных вузов и факультетов, да и технических, впрочем, тоже. И для старших классов школы: ведь не все попадут в институты». «Это, скорее, конгломерат, в котором чередуются откровения лирического героя о себе и своих близких, истории вымышленных персонажей, серьёзные психологические и философские размышления автора и просто забавные житейские случаи», — пишет другой рецензент, писатель А. Неклюдов.
Мне же, когда читал, хотелось иногда поставить «галочку» на полях себе на память (поэтому бумажная книга предпочтительнее) — но не там, где с удовольствием описывался секс или ближайшие минуты до «соития», а возле фрагментов, касающихся психологии, литературного творчества и психиатрии. Как не задуматься, когда автор заявляет, что в книгах Камю, Кафки, Джойса нет любви, «героем большой современной литературы является шизофреник, а такой тип не умеет любить», шизофренизация мира, мол, нарастает, а читателю это уже надоело, читатель уже избегает книг с шизофреническим героем, жаждет «Love story», грустит по прошлому…» Найдутся здесь даже советы прозаику, как написать бестселлер, о чём нужно писать в таком случае.
Книга издана без затей, без полиграфических изысков, без иллюстраций и пр., но книга ладная, очень аккуратная, лёгкая (на вес), в приятном переплёте, с четким хорошим шрифтом, в хорошем переводе Евгения Невякина (на всякий случай: это только кажется, что переводить со славянского языка на славянский легко...), на хорошей бумаге, которая не пожелтела за десять лет. Скрыть

За первым томом этого пятитомника пришлось погоняться (другие четыре купил раньше). Похоже, что первый том остался в 2-3 магазинах (в «Лабиринте» цена получше, если со скидками). Я сразу попытался понять, почему именно первый том пользуется такой популярностью. Неужели тем, что «Преждевременная автобиография» Евтушенко, написанная полвека назад, впервые публикуется в России без купюр? Или: любопытно ведь ознакомиться с поэтическими опытами мальчика Жени Евтушенко начиная с 1937 года (!!!) (поэт умер 1 апреля 2017 года). В этом томе читатель найдет не только раннюю поэзию Евтушенко, но и его прозу: мемуарные записи, «сказку», рассказы, повести «Ардабиола» и «Мы стараемся сильнее». Вообще, весь пятитомник построен по такому принципу: стихи за какой-нибудь «период» + проза + публицистика. Приятно, что том 1 начинаются двумя статьями Льва Аннинского, посвященными творчеству Е. Евтушенко, а заканчивается довольно обширным биографическим очерком (автор Ю. Нехорошев). Но нет, первый том начинается трогательным фотоснимком маленького Жени Евтушенко, который держит в руках игрушечную гитару. Под снимком детской рукой юного поэта начертано стихотворение 1937 года: «Я проснулся рано-рано / и стал думать, кем мне быть, /Захотел я стать пиратом, / грабить корабли» (уже необычные рифмы: рано — пиратом, кем мне быть — корабли). На черно-белой вклейке в середине тома – снимки предков поэта (дедушка, бабушка, отец, мама…), няни, друзей и молоденькой Беллы Ахмадулиной (1955 год). Для меня важно, что Е. Евтушенко успел увидеть этот пятитомник (2016 год), а значит проконтролировал издание, а значит у нас есть шанс избежать произвола, который иногда случается, если собрание издается после смерти автора…
Технические детали: пухлый, но легкий том на 700 страниц (это располагает к долгому чтению); бумага белая (не сказать, что очень плотная), шрифт приятен для глаз, не мелок. Комфортный для руки и глаза переплёт и интересный дизайн корешка.
P.S. Заглянул на сайты букинистов. При вполне сносных ценах на отдельные тома кто-то из них просит за первый том 1000 р… Скрыть

Подробно, обстоятельно, даже, я бы сказал, несколько тяжеловесно написано о редких книгах, о коллекционировании книг, о прижизненных изданиях Жуковского, Гумилева, Блока, Есенина, Ахматовой, Л. Андреева, Б. Пастернака, Куприна, Волошина, Бальмонта, Анненского, Кузмина, Фофанова и многих других (а начинается со времен Екатерины II и далее, с декабристов…). Книга о дарственных надписях на этих томах. Книга-исследование, исторический и литературоведческий нон-фикшн. Читается не так легко и занимательно, как, например, книги В. Лаврова о библиофилах и библиофилии. Текста много (670 страниц!), текст густой, неспешный, насыщенный фактами и цитатами, быстро не прочтётся. Для тех, кто интересуется собирательством книг и историей нашей литературы. Прилагаются письма М. Волошина В. Вересаеву и Цетлиным. Есть именной указатель. Пухлый том в суперобложке, белая, немного просвечивающая бумага (не плотная, поэтому книгу легко держать в руках во время чтения). Много иллюстраций (в основном портреты), но это иллюстрации слабого качества (как в газетах сорокалетней давности). А вот сами дарственные надписи и титульные листы книг отсканированы неплохо и напечатаны достаточно качественно, разборчиво, «черным по белому». Тираж 2000, странно, что не распродан с 2004 года. Книга толстая, в сканер не лезет, фотографировать неудобно. Но я всё же выложил несколько страниц, как они получились… Скрыть

Если в общем — то это книга по истории. И по географии северных территорий Европы. Отдельно — по экономической географии; оказывается, экономическая география может и не быть скучной (поэтому книга полезна и школьникам, и некоторым учителям). Приводятся интересные сведения по этнографии северных народов и по торговле, экономике Европы XVI-XVII вв. И даже по нумизматике: мимоходом выяснится, почему русский «ефимок» — родственник талеру и доллару. Или освещается такой вопрос: можно ли увидеть солнце, которое находится ниже горизонта; почему полярный день длиннее полярной ночи… Ещё — история Архангельска.
В 1586 году французский купец Жан Соваж заново открыл северный путь к России. Русскую торговлю в Балтике блокировали «добрые соседи» — поляки и шведы, а ещё пираты. У России тогда не было Петербурга и Крыма. И были только Холмогоры и Архангельск. И вот Соваж обогнул мыс Нордкап (север Скандинавии), повернул на восток и доплыл до дельты Северной Двины. Рисковал, конечно… В конце концов выяснилось, что оттуда по рекам и озерам России можно добраться до Южной Европы, а дальше — Азия, например, богатые перспективы… А вообще, это не единственное такое путешествие иностранца на севере России. Приводятся три примера: вояжи викинга Оттара в 880 г., русского переводчика Григория Истомы (1496 г.) и англичанина Р. Ченслера в 1553 г.
Эта книга — сложный гибрид мемуаров, писем, комментариев, примечаний, есть и старинные карты на мелованной вклейке… Но сложился долгий и связный рассказ. В первой части автор сборника Бруно Виане (этот его труд выдержал уже не одно издание) освещает подробно историю торговли России с Европой через северный океан. Записки Жана Соважа (на русском и французском) — это вторая часть и всего 15 страниц, 31 параграф. Дальше развитие темы: исторические документы, первая французская компания на Севере… В третьей части — русско-французский словарь (с транскрипцией латиницей) фраз, которыми пользовались зарубежные путешественники. И это тоже интересно, потому что слышишь говор северян XVI века: «Пойдём борзо», «Добро говоришь», «Добра ничь, осподарыня», «Разнастай меня» (раздень), «Укажи мне крыльцо» (покажи, где уборная) — да всё в переводе на французский. Потом две части книги — об истории московской торговли, об отношениях Франции с Россией в XVII веке. Шестая часть посвящена путешественнику и географу Андре Теве (связано с этой тематикой). Потом еще 200 страниц многочисленных приложений: история русско-норвежской границы вплоть до наших дней, рассказ о пребывании французов на Русском Севере, ещё один перевод (версия) записок Ж. Соважа и пр. В общем, многоплановая и сложная структура. Книга для вдумчивого, неспешного, но не очень простого чтения.
Какие-то факты, описанные в книге, впечатляют особенно. Например, как упаивали иноземных купцов на Руси или как иноземные купцы обязательно давали взятку… Несколько цитат. «Хотя лопари не знают ни хлеба, ни соли, ни других возбуждающих приправ и употребляют в пищу только рыбу да мясо, однако, как говорят, они весьма склонны к сладострастию. […] Отправляясь на охоту, они оставляют дома с женой купцов и других иноземцев. Если по возвращении они найдут жену весёлой, то награждают гостя каким-нибудь подарком; если же напротив, то с позором выгоняют». «Венгерский иезуит Сайнович впервые обнаружил родственную связь между своим родным языком и языком лопарей (саамским) — двумя финно-угорскими языками». «А дома их [северян] погружены так глубоко в землю, что скотина ходит щипать траву, которая растет на крышах домов; и поверьте, что вся скотина, овцы, козы, питается в зимнее время только старой требухой от рыбы, которую поймали [местные жители]». Автор сборника пишет: «Новгородское княжество несло знамя Руси после монгольского нашествия 1240 года: оно оставалось независимым (хотя и платило дань) […] В 1478 году Москва аннексировала это княжество со всеми его владениями. 1494 год дал понять, что Россия пойдет московским путем, а не новгородским, похожим на путь вольных городов Средневековья» (не правда ли, знакомые песни про аннексию и вольную Европу…).
О самом издании: обычная белая бумага, четкий шрифт, твердый переплёт, карты на мелованной вклейке, несколько вариантов предметного указателя, цветные карты на форзаце и нахзаце, тираж 1000. Всё выполнено академически строго. Недостаток: часто бывает мелковат шрифт (когда внутри одного текста цитируется другой). Скрыть