Это непростая, но весьма насыщенная материалами и интересная книга, исследующая малоизвестные, но важные для понимания истории революции и Гражданской войны сюжеты. Писать о ней оказалось непросто, как и читать ее.
Автор этого основательного труда (без малого 850 стр.) – Алексей Георгиевич Тепляков (1967 г. р.), к. и. н., старший научный сотрудник Cектора истории общественно-политического развития ИИ СО РАН. Еще с 1990-х гг. он активно занимается изучением репрессий и репрессивных органов в ранней советской истории, выпустив несколько монографий и множество статей на эту тему. С книгами А. Г. Теплякова я познакомился еще в 2007 г., и они произвели на меня большое впечатление обилием фактических данных и способностью анализировать их в не традиционном для нашей историографии ключе.
Это классическая академическая работа. Состоит из четырех частей неравного объема (от 60 до 300 стр.), введения (с характеристикой источников и литературы по теме) и заключения. Есть именной указатель. Безусловным плюсом стало то, что автор переработал огромное количество различных источников, включая неопубликованные архивные материалы, цитатам из которых обильно оснащен тест его книги.
Концептуально изложенный здесь подход не нов, документы, на которых он основан, были доступны исследователям давно, однако под одной обложкой ранее не собирались. Изображение революции и Гражданской войны как анархии и вседозволенности, где прав тот, у кого оружие, можно найти во многие мемуарах о том времени. Автор предлагает нам системную характеристику и объяснение этим явлениям.
Деревня против города, бедные против богатых (точнее, зажиточных), необразованные против интеллигентов и священников (которых уничтожали просто под корень, вместе с семьями - к вопросу о благостной картине святой дореволюционной Руси), переселенцы против казаков, короче, низы против всех, кто был выше их по происхождению, положению и возможностям, вот как показаны события 1918-22 гг. на востоке России. Такой же чудовищный лик гражданской войны мы видим во время культурной революции в Китае, во время правления красных кхмеров в Камбодже и др. Кроме того, партизаны практиковали преследование и нацменов, которых также грабили, насиловали и казнили, как и своих единоплеменников, что вызывало ответный террор и бегство целых поселков ойротов, хакасов и прочих местных народов в соседний Китай.
Можно упрекнуть автора в тенденциозности, в подборке фактов – но, отбирая их, А. Г. Тепляков черпал из такого огромного набора свидетельств современников, прежде всего, самих красных партизан, откровенно рассказывавших о своем «славном пути» в воспоминаниях, созданных ими на рубеже 1920-30-х гг. (в массе своей по причине этой самой откровенности и неопубликованных, но сохранившихся в архивах), что придумывать и искажать факты ему не приходилось. О политике/идеологии большевиков А. Г Тепляков почти не говорит, но очевидна его неприязнь к революционному движению тех лет. При этом никакой симпатии к белым, изображенным совсем не ангелами, у него не чувствуется.
Автор прямо пишет, что «среди мотивов партизанского террора исключительно сильны были такие, как беспощадная социальная чистка, сведение личных счетов и откровенная корысть» (с. 45). Еще цитата: «идейности в действиях партизан было не так много – гораздо меньше, чем анархического разбоя…, а также упоенного мародерства, пьяного дебоширства и садистского уголовного произвола» (с. 296). Пытки и казни часто были публичными – настоящий «театр». При это часто патроны жалели, предпочитая рубить головы, забивать палками, запарывать и сжигать насмерть, отправлять живыми под лед, душить (не вешать). Партизаны убивали детей, женщин, стариков, и потом, в своих воспоминаниях, не стеснялись этого, видя в социальных чистках единственный способ решения проблемы существования «гадов», как универсально назывались у партизан все их противники.
Во всех революциях такую пену волна выносила наверх. Где-то подобная публика гибла от руки своих и чужих, где-то она оседала в низовых парторганизациях и органах местного управления и особенно в карательных органах. С основной же массой красных партизан, не принявших НЭПа и жесткой дисциплины центральной власти и ударившихся после окончания Гражданской войны в «красный бандитизм», как называли их деятельность сами большевики, последние не знали, что делать, потихоньку перековывая на новый лад или незаметно уничтожая.
Интересно, что для официальной власти красные партизаны по-прежнему герои, им ставят и обновляют памятники, называют в их честь улицы и города.
Хорошее типовое оформление, жаль, что нет иллюстраций и карт. Тираж 1000 экз.
Очень рекомендую эту тяжелую в восприятии, но важную для понимания смысла истории нашей Гражданской войны работу.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть