Прекрасная и страшная книга одновременно. Первые две трети романа читаются на одном дыхании: великолепная, очень яркая, очень насыщенная и в то же время спокойная и неторопливая история жизни трёх поколений одной большой семьи из небольшого городка на юге Украины, в котором мирно уживаются украинцы, белорусы, русские, поляки и евреи. Главные действующие лица – Яков и Рахиль Ивановские, их дети, внуки и родители. История написана от имени одного из сыновей Якова и Рахили и написана, надо признать, великолепно! Герои встают перед глазами, как живые, оторваться от чтения невозможно, у меня было ощущение, что я смотрю очень хороший фильм, настоящую семейную сагу, вроде «Крёстного отца», только без мафии и криминала. Да, время было непростое, но поначалу исторические события кажутся лишь фоном – Первая мировая, революция 1917 года, гражданская война, разруха и возрождение страны, строительство светлого будущего и репрессии… Даже арест Якова и приговор, вынесенный старшему сыну семьи Ивановских, лишь на короткое время будоражат и тревожат мирное и довольно счастливое течение их жизни. И вдруг в такую простую и понятную всем нам жизнь со всеми её печалями и радостями вторгается нечто невообразимое – настоящее средневековье в лице фашистских инквизиторов и палачей. Хотя нет, даже в средневековье людей не уничтожали столь массово и методично... Читать последнюю треть романа очень тяжело и без слёз практически невозможно…

Книгу «Тяжёлый песок» я прочитала после «Кортика» и, честно говоря, такого сильного произведения от автора детских книг не ожидала. Не знаю, как их можно сравнивать. В детстве «Кортик» я не читала и вряд ли бы его осилила, несмотря на всю свою любовь к тайнам, шифрам и детективным историям. Уж больно революционная книга. Скорее всего, «Кортик» вызвал бы во мне такое же неприятие, как «Тимур и его команда» Гайдара. Вообще тема гражданской войны и революции в то время мне была чужда и непонятна. Кто такие белые и красные, почему они воюют, почему белые – плохие, а красные – хорошие, почему Будённый и Чапаев – герои, а Колчак – враг, и кто это вообще такие – всё было туманно и неясно. Другое дело Великая Отечественная война: немцы напали на нас, мы защищали свою страну и победили – тут всё было просто, понятно и справедливо. Книги о ВОВ я любила, правда, некоторые были очень страшными, даже детские… Что уж говорить о «Тяжёлом песке»… Среди советских книг о ВОВ таких произведений мне ни разу не попадалось. Тема Холокоста – это, в основном, тема западных авторов (впрочем, тут я могу ошибаться), того же Ремарка, и увидеть описание жизни еврейского гетто в романе советского писателя я не ожидала. Вообще книга очень нестандартная для советской литературы, не удивительно, что она подвергалась цензуре и печаталась с купюрами. Рекомендовать всем не берусь, но если у вас крепкие нервы, прочитать книгу, безусловно, стоит. Скрыть

Книжка на ощупь довольно хлипкая, обложка тонкая и легко мнется, бумага серая, газетная, шрифт чёткий, но для людей с проблемами зрения (которым адресована эта книга) всё-таки мелковат. В общем, читать и держать в руках эту книжицу не очень приятно, но главное в ней всё-таки не оформление, а содержание.
Метод Клары Хакетт основан на известной системе восстановления зрения Уильма Бейтса, однако многие упражнения разработаны ею самой в ходе работы с учениками.
В первых двух главах вкратце излагается теория Бейтса, описываются причины ухудшения зрения, приводятся примеры историй болезни некоторых её учеников и достигнутых ими результатов по улучшению зрения.
В главах с 3-ей по 10-ю описываются конкретные упражнения и приёмы, способствующие улучшению и восстановлению зрения, снятию напряжения с глаз. Некоторые из них можно делать в любое время в любом месте (дома, на улице, в транспорте, на работе), не прибегая к использованию каких-либо дополнительных приспособлений, для других упражнений потребуется изготовление карточек, таблиц, буквенных наборов, использование вспомогательных средств (домино, игральные карты, мячик, шнур, настольная лампа, линейка, кольцо из проволоки и т.п.), помощь другого человека.
Далее в книге приводятся поэтапные программы для людей, страдающих близорукостью, дальнозоркостью, косоглазием, катарактой и другими расстройствами зрения и заболеваниями глаз. Программы состоят из упражнений, описанных в первых десяти главах и разбитых понедельно: первую неделю делаете такие-то упражнения из таких-то глав, вторую неделю такие-то упражнения и так вплоть до двенадцатой недели.
Из плюсов книги: неплохой перевод и хорошая адаптация для русскоязычного читателя (все расстояния указываются в метрах и сантиметрах, таблицы приводятся с русским алфавитом и т.п.). Из минусов: острота зрения указывается не в привычных нам диоптриях или процентах, а в американской системе измерения: 20/30, 20/40, 20/500 и т.п., что довольно непривычно. Второй минус - в книге я не нашла ни одного упоминания об астигматизме.
А теперь о практической ценности системы Бейтса и различных её модификаций (из личного опыта). Первый раз очки «для дали» мне выписали в 11 лет (смотреть телевизор и списывать с доски), к окончанию школы зрение снизилось до – 4,5. После окончания школы, выписывая очередные более сильные очки, врач посоветовал мне носить их постоянно. После этого зрение в очередной раз упало примерно на 0,25-0,5 диоптрии и обходиться без очков и линз я уже не могла. Однако покупать каждые два года более сильные очки отказалась, и зрение стабилизировалось на одном уровне, примерно – 5. Три года назад я прошла недельный курс по восстановлению зрения, основанный на системе Бейтса, и после 15-летнего «стажа» ношения очков отказалась от них практически полностью. После месяца занятий дома я почувствовала реальное улучшение зрения, стала чувствовать себя уверенно без очков не только дома, но и на улице, однако довести дело до конца не хватило силы воли и, вероятно, желания, поэтому вскоре упражнения я забросила. Тем не менее, к постоянному ношению очков я уже не вернулась, сейчас пользуюсь ими в очень редких случаях, например, в театре, или чтобы прочитать какие-нибудь вывески и надписи вдалеке. Время от времени ко мне возвращается проблесковое зрение – когда без очков вдруг чётко начинаешь видеть номера машин и домов, читать рекламные плакаты и названия магазинов или любоваться переплетением травинок под ногами. Это ни с чем не сравнимое чувство – снова чётко видеть мир вокруг себя без очков, пусть даже длится это всего несколько секунд!
В книге Клары Хакетт приводится довольно много простых упражнений, выполняя которые вы сможете, даже если и не вернуть зрение, то хотя бы снять напряжение с глаз и остановить прогрессирующую близорукость (дальнозоркость). А при наличии сильного желания и силы воли (чтобы довести начатое до конца), вполне может быть, что вы снова сможете начать хорошо видеть без очков. Скрыть

Очень хороший, берущий за душу автобиографический роман о сложных годах коллективизации русской деревни. В ту пору, когда создавались колхозы, отстранялись от управления здравомыслящие люди и на смену им приходили выскочки, страшные в своём невежестве и упрямом желании неукоснительно исполнять распоряжения сверху, дабы угодить вышестоящему начальству и упрочить своё положение; когда полным ходом шёл процесс раскулачивания, церкви отдавались под хлебохранилища, а молельни – под нархозы, автор был мальчишкой, и его гораздо больше волновали ссора, смертная вражда (в которую постепенно втянулась вся деревня) и последующее примирение с закадычным дружком Ванькой Жуковым, возможность посидеть рядом со старшим братом за рулём неслыханного чуда техники - трактора, охрана колхозных полей от «кулацких парикмахеров» - своих же односельчан, гонимых голодом на колхозные поля, радость обладания новеньким пионерским костюмом, полученным в награду за верную службу советской власти.

Однако в 1933 году на долю будущего писателя и его друзей-подростков выпали совсем недетские испытания. Страшный голод практически опустошил родную деревню: «в селе, насчитывавшем шестьсот домов, осталось сто пятьдесят». Событиям 1933 года посвящены самые последние, самые страшные страницы романа. «Признаться, и теперь я ещё пытаюсь уразуметь происхождение этого голода. Урожай в тридцать втором году был если не самым богатым, то, во всяком случае, неплохим. Колхозники нашего села, получивши по сто граммов на трудодень в качестве аванса, надеялись получить ещё по килограмму позднее, при окончательном расчете с государством. Надежда эта, однако ж, рухнула, когда нежданно-негаданно объявился «встречный план» по хлебозаготовкам», который неумеренным усердием местных властей и малограмотных активистов подмел артельные сусеки до последней зернинки, оставив людей без хлеба, а лошадей колхозных без фуража
Тридцать третий год остался и останется в памяти моей самой ужасной отметиной. И как ни тяжко и ни горько вспоминать о нем, я всё-таки обязан сделать это перед своими земляками. Обязан перед памятью людей, отдавших свои жизни хоть и не на новых рубежах Великой Отечественной, но совершивших подвиг одним тем, что в самую трудную годину, до самого своего смертного часа не разуверились в советской власти, не предали её анафеме, не прокляли, завещая эту веру всем, кому суждено было жить, побеждать и исполнять свои обязанности на крутых поворотах истории».
Роман следует прочитать всем, кто неравнодушен к истории нашей страны.

Об издании:
Стандартный формат, твердая матовая обложка. Желтоватая, газетная, не очень приятная на ощупь бумага. Книга не самого лучшего качества, зато лёгкая и недорогая. Скрыть

Олдос Хаксли, прежде всего, известен своим научно-фантастическим романом-антиутопией "О дивный новый мир". Рассказы, представленные в этом сборнике, от научной фантастики далеки. Некая фантастичность присутствует разве что в рассказе "Евпомп числами придал величие искусству живописи". Практически все рассказы высмеивают и осуждают образ жизни и привычки высшего света и богемы Старого света. Канва сюжета многих рассказов примерно такова: некий писатель встречает знакомую журналистку лошадиной внешности, и за обедом они цинично обсуждают недавно произошедший случай соблазнения молодой монашки отъявленным жуликом (либо ещё какой-нибудь анекдот из жизни сливок общества). Самый печальный и запоминающийся рассказ - "Юный Архимед". Он повествует о трагической судьбе одарённого мальчика из крестьянской семьи, которого усыновляет богатая матрона, чтобы потешить своё самолюбие. В целом, можно сказать, что новеллы Хаксли ироничны и даже злы.

Об издании: твёрдая матовая обложка, хлипковатый переплёт, серая газетная бумага, некрупный шрифт, местами плохо пропечатанный. И жуткий дизайн обложки. Впрочем, за такую цену ожидать большего и не приходится. Скрыть

Не знаю, кому как, а мне рассказы понравилась процентов на девяносто пять. По крайней мере, назвать эту книгу самой тяжёлой из мною прочитанных я точно не могу. После прочтения появилось желание продолжить дальнейшее знакомство с творчеством Фейбера. В отличие, например, от одной из книг Чака Паланика, прочитанной много лет назад, название которой я даже вспомнить не могу. Помню только, что одним из персонажей был Святой Без Кишок. Книга оказалась настолько омерзительной, что после неё я рассталась с Палаником раз и навсегда. А из последних прочитанных книг, оставивших в душе неприятный осадок, могу назвать роман "Воришка (Хапуга - в другом варианте перевода) Мартин" Уильяма Голдинга. Вот это действительно неприятные произведения с весьма неприятными персонажами и отвратительными подробностями. Закрываешь книгу и думаешь: "Фу, какая гадость, лучше бы не читала, и зачем только она мне на глаза попалась!".

Фейбер - другой. Да, довольно депрессивный, не всегда простой и понятный, местами чернушный, но всё-таки весьма деликатный. Не такой, как Паланик: «Вот вам мерзость со всеми подробностями: жрите». Фейбер словно говорит нам: «Да, в мире существует множество всяких неприятных и даже отвратительных вещей, никуда от этого не денешься, но останавливаться на них подробно я не буду, лишь намекну, а вы уж сами решайте, что там было на самом деле в меру своей испорченности». Практически в каждом его рассказе присутствуют ирония и юмор. Чёрный юмор. Который не всем понятен и не всем нравится, как фильмы Квентина Тарантино. Ну как, скажите на милость, можно смеяться над абсолютно отмороженным, тупым и неудачливым убийцей, который ненароком замочил свою то ли жену, то ли сожительницу, решил весьма непутёво замести следы преступления и попутно убил случайную свидетельницу в рассказе «Успокоенье Дугги»? Поверьте, можно! Над этим рассказом я действительно от души посмеялась (в чём немалая заслуга переводчика!), однако в самом конце, читая последние абзацы, смеяться уже не хотелось… «Мягко стелет, да жёстко спать» - абсолютно согласна, что это выражение как нельзя лучше отражает суть творчества Мишеля Фейбера.

Персонажам Фейбера веришь, он словно лично был знаком с каждым из них. Даже тем персонажам, которые словно проваливаются из реальности в иные миры (рассказы «Прибежище», «Все черные», «Табита Уоррен»). Как мужчина мог с таким мастерством описать чувства женщины, безвылазно сидящей дома с новорожденным младенцем и находящейся в глубокой депрессии («Малая малость»), я просто не понимаю. Некоторые рассказы по своей атмосфере напоминают произведения Стивена Кинга. Например, рассказ «Все черные» вызвал ассоциации с «Туманом» Кинга. Герои едут в неизвестность, пытаясь не впасть в панику и найти объяснение совершенно непонятному погодному явлению. У большинства рассказов – открытая концовка, автор предоставляет читателям самим додумать дальнейшее развитие событий. Кто-то такой приём любит, поскольку он будоражит воображение, подталкивает к размышлению и словно приглашает к сотворчеству: «А что же там на самом деле произошло и чем всё закончится?». Других оставляет в недоумении и вызывает неприятное чувство, словно их обманули – показали фантик, а конфетки внутри не оказалось. Я отношусь к первой категории.

Самые лёгкие рассказы - о молодых, пускай и не самых удачливых людях, извлекающих из рядовых, казалось бы, самых обычных жизненных ситуаций неожиданные уроки, открывающих для себя нечто новое и важное. «Несовершенство качества» - о внешне неказистом работнике супермаркета, воображающим себя крутым детективом. «После боли» - романтичный рассказ о барабанщике не самой популярной, но всё-таки известной рок-группы «Трупорубка» и его девушке, оканчивающийся тем, что он делает ей предложение. Никакого депресняка, только легкость и светлое чувство в конце. «Настоящие пловцы» - о молодой матери-наркоманке, которая впервые чувствует единение со своим ребенком и ничтожность всех остальных событий прошлой жизни. «Мышь» - эпизод из жизни геймера, вынужденного на время покинуть свой виртуальный мир ради соседки - некой просветленной хиппи - чтобы выгнать из её дома невесть откуда забравшуюся туда мышь. Фейбер показывает нам двух людей, живущих в одном доме и при этом обитающих в двух совершенно разных несоприкасающихся мирах, которые случайно сталкиваются и отскакивают друг от друга, как бильярдные шары, только благодаря маленькой серой мышке.

«Истолкование кокоса» - чистейшей воды стёб. Рассказы «Дырка о двух концах», «Плоть остаётся плотью» тоже не лишены юмора, только чёрного, Фейберовского. Пожалуй, самым неприятным рассказом для меня стал рассказ «Плоть остаётся плотью». Неприятен даже не столько главный персонаж и совершенное им злодеяние во имя «искусства», сколько описание того, что с ним стало (точнее, что от него осталось) в конце. Чем-то напомнило «Парфюмера» Зюскинда. «Близнецы Фаренгейт» вообще поразили своей детективной сюжетной составляющей, о которой догадываешься только к концу рассказа, поскольку описываемые события мы наблюдаем глазами детей, близнецов, выросших вдали от цивилизации в приполярной тундре и воспринимающих окружающий мир совсем иначе, чем обычные люди.

Книгу прочитала около месяца назад (а после неё ещё пару-тройку других книг), но сюжеты рассказов свежи до сих пор, стоит только взглянуть на название в содержании. А для меня это показатель качества – читаю я много, и ничего не представляющий из себя мусор выветривается из головы очень быстро. А объём рецензии говорит о том, что рассказы не только запомнились, но и вызвали желание поделиться своими мыслями с другими.
Кстати, в аннотации ошибочно указано, что Фейбер – английский писатель. Родился он в Голландии, с семи лет жил в Австралии, закончил Мельбурнский университет, где изучал английскую литературу, а с 1993 г. живёт на ферме на севере Шотландии.

P.S. Пошарила по просторам Лабиринта и нашла книгу Паланика, которая вызвала полное отрицание. Называется «Призраки». Скрыть