Итак, если следовать традиции, то первым побегом будущей методологии "Кембриджской школы", стала «источниковедческое» исследование Питера Ласлетта "Патриарх Филмера" (1949), где автор предпринял попытку выяснить, когда именно и для чего политическая теория была написана и опубликована. Разлет между моментом написания трактата и моментом когда он был введен в широкий обиход, составил полвека, естественно смыслы закладывавшиеся изначально, в новой политической реальности (кризиса Реставрации), имели совершенно иную трактовку. Понятие "контекст" станет ключевым для новой методологии. Джон Покок именно на этом этапе развития, выводит важный момент: изучение контекстов, в которых совершались политические речевые акты, может повлечь изучение различных языков, способов мышления и взглядов на мир, в котором они осуществлялись.
Если для военных интеллектуалов, Фукидит и его magnum opus, превратилась в "священный грааль", из которого черпали смыслы и интерпретации противоборства с СССР, то для гражданских интеллектуалов, такой же священной ценностью стал фигура Никколо Макиавелли.
Джон Покок ("Момент Макиавелли", 1975) сразу выставляет проблематику флорентийских интеллектуалов: "действительно ли vivere civile (гражданская жизнь) и его ценности могут быть устойчивы во времени". Имея трехчастное деление - методология, контекст и рецепция, автор задался целью показать преемственность республиканской мысли от Аристотеля до Томаса Джефферсона, прослеживая её извилистый путь.
Кратко: вторжение армии Карл VIII (1494) разрушает патриархальные обычаи и уклад политической жизни установленный Козимо Медичи, и именно сочетание военной слабости перед внешней угрозой и неспособность уладить "внутриполисные" противоречия, привели к кризису мышления среди флорентийских интеллектуалов. Их размышления создали, ставший затем многовековым, дискурс о взаимосвязи процессов упадка Римская империя и упразднения Римской республики. Исследуя "лабораторию" Никколо Макиавелли и других его современников, их размышления о фундаментальных принципах республик, и тех качествах, позволяющих стабильно переносить превратности судьбы, и тем самым реконструируя взаимопроникновение аристотелевской традиции и возникшей терминологии, Джон Покок задался целью "понять политическое поведение в его наименее легитимированном и рациональном виде" и проследить развитие возникшего тогда "политического языка" в трудах интеллектуалов сюартовской и кромвелевской Англии, и наконец революционной Америке.
Если Вас все вышесказанные слова не отпугнули, то Вас ждет сложный, барочный текст, и знакомство с одной из важнейших книг выходивших на русском в 2020-м году. Скрыть

Поражает работоспособность Юлия Берковича Циркина, за короткое время увидели свет: «В тени трона. Соратники римских императоров» (2018, сборник биографий «серых кардиналов») и двухтомная «Политическая история Римской империи» (2018-19). Каждая из указанных книг достойна внимания и обсуждения. В 2020-м воспоследовала еще одна «римская» работа – «Царский Рим в Тирренской Италии».
В «Кембриджской истории древнего мира» том VII.2 (далее КИДМ) очень осторожно и многословно делались любые выводы и обобщения, будто легенда о основании («имела определенную идеологическую направленность», «<…> миф об основании Рима - это миф о городе, а не о племени или народе») или всех моральных противоречиях генезиса «римской» общины из шайки парий во главе братоубийцы. И если даже авторы КИДМ позволяют высказать такую сентенцию: «<…> следует признать, что пути оформления римской исторической традиции о царском периоде до сих пор остаются неизвестными», то может ли русская антиковедение, предложить что-то более четкое? Как оказалось может.
Сразу предупреждаю, не смотря на то что книга прекрасно написана и при всей своей научности, доступна для широких масс, она все-таки требовательна к читателю. Минимум с вышеуказанным томом КИДМ читатель должен будет ознакомиться. Юлий Беркович Циркин очень четко высказывает свои мысли. Уже введение, проговаривается проблемы ранней истории Рима и его историографии: «…проблема достоверности традиции до сих пор является предметом ожесточенных и непримиримых споров». Если авторы КИДМ строят фразу используя частицы «не», размывая интерпретации, то Юлий Беркович Циркин прямо выводит зону конфликта: столкновение устоявшей за более чем столетия тенденция отрицания достоверности и тенденции признания достоверности традиции, подкрепленной успехами археологии. Юлий Беркович Циркин выступает за «среднюю» линию. Далее в работе уделено внимание тем культурам Тирренской Италии, которые прослеживаются археологически и в рамках сохранившихся традиций, помещая тем самым древнюю римскую историю в региональный контекст. Этруски, латины, сабеллы, греки, границы их влияния, зоны диффузии и следы их контактов – это первые две главы. Затем следует глава о мифологии двух главных акторов – этрусков и латинов, после чего подводиться промежуточный итог через динамику образования полисной системы, союзов и фракций («Результатом этого развития стало включение Тирренской Италии в общую социально-политическую систему Средиземноморья»). И только начиная с пятой главы и стартует «римская история». Поэтапно автор разбирает традицию на составные части и взвешивая факты, детально реконструирует этапы царского периода, согласуя их к данными новейших археологических изысканий. Автор делиться своими выводами, четко аргументируя каждое слово, и вполне естественно не совсем можно согласиться, естественно, автор подталкивает читателя читать специализированную литературу. Это книга призывает к работе, методичной и вдумчивой.
Первоклассное исследование на острие научного познания. Без карт и иллюстраций. На хорошем офсете. Тираж - 400 экз. Скрыть