В издание вошли истории про "русского милиционера, бывшего участкового" Караваева и рассказы про Андрюху Антонова и его семью под общим названием "Моя собака любит джаз". Рассказы смешные и совершенно абсурдные, как и вся прочая проза Москвиной, поэтому, в общем-то, на любителя. Я и моя дочь - любители, нам такой юмор по вкусу, так что мы перечитывали эти чудесные рассказы не раз и не два. Особенно про "Кузнечика". Хотя вообще-то книга получилась не совсем детская. И рисунки Тишкова и само издание в целом скорее подойдет для ребят среднего возраста. Скрыть

Наш ответ Чемберлену – Филдинг с ее «Дневником Бриджит Джонс». Луша Ложкина - мать-одиночка, учительница по образованию и квартирный маклер по жизни. Неглупый, хотя и недотепистый, в меру чувствительный, в меру циничный и ироничный человек, у которого две классические проблемы: нет времени и нет счастья. Это действительно дневник – бессюжетный, с помарками, вычеркнутыми предложениями и рисунками на полях. Читать можно с любого места – хоть с середины, хоть с конца.
Не знаю, как отреагируют на эту книгу люди старшего поколения, но я узнавала себя в
каждой второй странице. Даже мой муж, который с большим недоверием относится к
женской литературе, прочел «Луизу», и не без удовольствия. Правда, теперь говорит
время от времени: «Какая же ты все-таки Луша…».
Скрыть

Эта история уникальна она не только тем, что 800 маленьких петроградцев совершили кругосветное путешествие, но и тем, что все эти годы о ней почти никто не знал. История эта была забыта, естественно, не случайно, а потому, что американцы в качестве спасителей никому не были нужны. Многие годы бывшие колонисты скрывали, что они были за рубежом, никто из них не указывал это в анкетах, боясь лишиться карьеры. И вот теперь есть эта книга. Можно только представлять, как много значила бы она для самих участников одиссеи, но, к сожалению, сейчас уже никого из них не осталось в живых.
Мне, к сожалению, книга не совсем понравилась по стилю. По словам автора, образование у него филологическое, но по тексту этого не скажешь. Впрочем, возможно Липовецкий и не ставил перед собой писательских задач. Ведь служил он прежде всего не литературе, а правде. Правде, которая наконец-то стала доступна всем нам.
Скрыть