Александр Червинский не писатель, а сценарист ("Новые неуловимые", "Афганский излом" и др.) , и это чувство не оставляет тебя на протяжении всего романа -не удивлюсь, если «Шишкин лес» и писался изначально как сценарий. Поэтому, конечно, не ждите высокого слога и литературных открытий, зато экшена сколько угодно, причем, на мой взгляд, довольно натянутого. Многочисленная и знаменитая семья Николкиных, члены который и являются главными героями романа, действительно чем-то напоминает семейство Михалковых. Легко угадываешь в главе клана героя «Дяди Степы» (здесь – «Тети Поли»), вполне читаемы облики Алексея и Макса – его сыновей-режиссеров. Только на этом сходстве и угадывании отдельних черт других героев и держится все произведение. Ну, ей богу, не считать же интересным сюжетным ходом смерть Алексея Николкина (Никиты Михалкова) и растянутое на весь роман неумелое и неправдоподобное расследование его гибели. Зевать начинаешь уже через 30 страниц. Единственное, что еще поддерживает интерес – образ Степана Николкина, знаменитого писателя, слегка косящего под маразматика, но пребывающего при этом в крепком и ясном уме. До сих пор обаятельного и неотразимого. Вот только его «Д-деточка» и «Нет, это не мои стихи, это писатель М-михалков сочинил» и заставляют дочитать роман до конца. Скрыть

Сдается мне, что Захар Прилепин – один из самых талантливых современных прозаиков. Произведения его – не изящные литературные игры, которыми так славятся его собраться по перу. Напротив, это живое, кровоточащее мясо; это правда, пусть и не всегда красивая и удобная; это нечто действительно НАСТОЯЩЕЕ. От «Патологий» я не могла отойти несколько дней. Может быть потому, что мой муж, будучи мальчишкой, чудь не угодил в Чечню. И я на протяжении всей книги отчетливо представляла, что это он, глупый сильный щенок, дежурит на крыше заброшенной школы на окраине Грозного. Это он становится убийцей, случайным выстрелом выпуская кишки обнаруженному во время «зачистки» старику. Это он не может понять, как он, такой живой и теплый, может через мгновение перестать существовать.
Очень сильная книга.
Скрыть

Не иначе как правительство США спонсировало выход этой книги. Если раньше миссис Сэссон живописала ужасы жизни бесправных женщин Саудовской Аравии, то здесь - обличение кровавого режима Саддама Хусейна. Прямо-таки ковровая бомбардировка)) Главная героиня, внучка одного из уважаемых людей страны и владелица небольшой типографии, попадает в тюрьму, где её ждут пытки и прочие ужасы заключения, а также рассказы товарок по несчастью. Ах, какой кошмар. Читается легко и интересно - всегда очень увлекательно наблюдать за чужими страданиями, сидя дома на н диване. Все сентиментальные читательницы заливаются слезами и благодарят судьбу за то, что родились в России. Аминь. Скрыть

Китай, начало 70-х, «культурная революция». Два молодых пекинских «интеллектуала», как и множество их сверстников, отправлены в высокогорную деревню на перевоспитание. Мальчишки работают на рисовых полях и в шахте, прозябают в голоде и холоде и тут им, сроду не читавшим западной литературы – да что там западной! не читавшим ничего, кроме учебников и работ «великого кормчего» - в руки попадает книга Бальзака. Она буквально переворачивает весь их мир.
Автор, Дай Сы-цзе, знает о чем пишет. В 70-х он сам был в возрасте своих героев и писпытал методы «культурной революции» на своей шкуре. Роман написан очень легко и читается с большим интересом. Скрыть