Если твои родители специалисты по античности, да еще и с фамилией Грековы, - быть тебе Риммой, без права выбора! Нельзя сказать, что Римму Грекову радуют ее имя и фамилия. Хотя ей вместо сказок с раннего детства читали мифы, а Гомер был для нее едва ли не ближе всех родственников, девочка считает, что с таким именем и фамилией она обречена быть серой лабораторной мышью. Без вариантов.

Неожиданно Римма читает объявление о создании школьного туристического клуба и о предстоящей экологической экспедиции на север. Девочка решает испытать судьбу. Тем более, в экспедицию также отправляется Саша Петров, которому она давно симпатизирует. В преддверии похода родители говорят Римме, что каждая поездка дается человеку для того, чтобы он понял что-важное, что из любого путешествия человек возвращается другим, и просят ее записывать всё, что с нею происходит.

Наконец группа собрана. И нужно сказать, она весьма разношерстная: у каждого своя мотивация для поездки. Побывав на Соловках, пожив на природе, вдохнув настоящего воздуха, преодолев много сложностей, ребята повзрослеют и вернутся к своим истокам. Римма действительно многое поймёт в этом походе. Прежде всего, поймёт, какие ценности для человека действительно важны. И Саша Петров уже не будет казаться ей идеалом.

В моем школьном детстве всевозможные походы, поездки и экскурсии были делом привычным. Во времена СССР школьники ездили по всей стране. Помню, наш учитель рассказывал, как возил своих учеников, которые выпустились до нас, и в Грузию, и в Латвию, и на «Адмирале Нахимове» они плавали, и по горам лазили. Нам, конечно, уже не так повезло, но всё равно: я, например, успела съездить на самом закате СССР в Санкт-Петербург, и это была одна из лучших поездок в моей жизни! А у моего мужа в школе был географический (туристический) кружок, и они с руководителем ездили каждое лето на раскопки. В результате половина экспонатов городского музея – это то, что они привозили из своих походов. А уж братство походное, ммм! Общаются до сих пор! Я это всё к чему. Не уверена, что сегодняшние дети имеют подобный опыт. А с появлением коронавируса и подавно. Поэтому книга «Одиссея Риммы Грековой» вызвала у меня, прежде всего, ностальгические чувства. Далеко не все нынешние учителя рискнут сейчас ехать куда-то с группой детей: дети не слушаются, родители наезжают – лишние проблемы. Но в повести Натальи Вишняковой показаны другие учителя – учителя по призванию. Которые выполняют свою ежедневную миссию, сея «разумное, доброе, вечное» и не думая о сложностях. И результат их труда мы прекрасно виден.

Когда один из героев книги грустит, что теперь, наверное, не сможет жить в квартире, ведь за время похода привык находиться на свежем воздухе, становится понятно, как многого лишены современные дети. И как мало нужно, чтобы они вернулись к себе настоящим. Мы наблюдаем, с какой неохотой и ленью они реагируют на все просьбы наставников сначала, и как быстро всё меняется. В конце мы видим совсем других ребят: они многому научились, возмужали, повзрослели. А еще – обрели веру в себя и в свои силы.

Книга о дружбе, взрослении, первой влюбленности, поиске себя и своего места в жизни. Очень настоящая и мотивирующая.

Твердая обложка, бумага офсет, иллюстрации отсутствуют. Рекомендую для чтения 12+. Скрыть

Я всегда любила книги об актерах, о кино и театре. Если оказывалась (и оказываюсь) в больших книжных магазинах, то первым делом посещаю раздел нон-фикшн и мемуары, чтобы посмотреть, нет ли чего-то, что меня интересует. И я очень рада, что книги про актеров продолжают выходить! Одно из моих последних приобретений – воспоминания о Михаиле Казакове от Редакции Елены Шубиной.

Михаил Козаков – личность неоднозначная и очень интересная. Сын писателя Михаила Эммануиловича Козакова и редактора Зои Никитиной, он все детство провел в писательской среде, сам он признавался – «детство мое прошло на коленях у Эйхенбаума». Затем – Школа-студия МХАТ и работа в прославленных театрах: Театре имени В.Маяковского, «Современнике», Театре на Малой Бронной, «Ленкоме». Козаков работал с замечательными театральными режиссерами – Николаем Охлопковым, Анатолием Эфросом, Олегом Ефремовым и многими другими.

Ну и, конечно, Козаков – прекрасный режиссер, подаривший нам «Покровские ворота», «Безымянную звезду», «Визит дамы». Эти фильмы можно пересматривать бесконечно!

Если говорить о его ролях в кино, то сразу вспоминается Педро Зурито из «Человека-амфибии»! А больше всего я люблю его дядюшку из «Обыкновенной истории» И.А.Гончарова. Стопроцентное попадание в образ, на мой взгляд! А вот «Убийство на улице Данте», с которого все начиналось, я посмотрела лишь год назад! В книге многие вспоминают, что после съемок режиссер Михаил Ромм просил у Козакова прощение: «Миша, я испортил твою биографию. Ты никогда теперь не сыграешь положительного героя».

В книге собраны воспоминания коллег по цеху, которые хорошо знали актера. Александр Ширвиндт вспоминает, как еще в детстве они вместе ходили в театральный кружок, Авангард Леонтьев и Константин Райкин вспоминают о Козакове времен «Современника», Светлана Крючкова, Олег Меньшиков, Татьяна Догилева вспоминают о совместной работе в кино. Отдельные слова благодарности составителям за то, что успели записать воспоминания Сергея Юрского, Аллы Покровской, которые совсем недавно ушли от нас…

Друзья отмечают сложный характер Михаила, его влюбчивую натуру, некоторую навязчивость в общении (он сразу начинал читать стихи и мог их читать до утра!). И при этом все говорят о его огромном таланте в профессии и в жизни, вспоминают множество веселых случаев. С огромным уважением все без исключения вспоминают об одной из жен Козакова – Регине (да она и сама написала воспоминания о жизни с актером для этой книги).

Удивительная вещь: вроде бы все так успешно, так весело и ярко, а в остатке впечатление, что Козаков был крайне одиноким человеком и некая грусть от того, что уходит поколение грандиозных актеров, актеров от Бога…

Твердая обложка, бумага офсет, вклейки с фото на меловке. Рекомендую всем, кто интересуется литературой данной тематики. Скрыть

Книгу о Ие Савиной написал ее муж, с которым они прожили вместе более 30 лет, но официально оформили отношения за десять дней до смерти актрисы. Сам Анатолий Васильев работал в театре на Таганке, снимал телевизионные фильмы и даже писал музыку к спектаклям. То есть союз был творческим. И как во всяком творческом союзе, здесь были свои сложности и непонимание. Но было и что-то важное, что объединяло двух таких разных людей.

После смерти Ии Савиной, Васильев стал разбирать ее архивы, читать дневники. И для него вдруг открылись, те нюансы их отношений, о которых он не знал. Где-то Ия сокрушается, что Анатолий слишком холоден, невнимателен, и он, читая эти строки, недоумевает, почему же она никогда не говорила об этом вслух! Почему он должен узнать об этом теперь, когда уже ничего не изменить! Где-то – она восхищается им, говорит в превосходной степени. Но Васильев не выставляет себя напоказ: главная роль в его книге отдана жене, всецело и без остатка. И он не боится показывать себя в неприглядном свете, без глянца. Благодаря этому, книга получается очень живая. Настоящая.

Сначала я была немного разочарована: текста немного. Текст – небольшие комментарии, фрагменты из дневника. Как-то скомкано показалось и рвано. Но в процессе чтения мое впечатление менялось. Из этих обрывков фраз, клочков воспоминаний постепенно складывался образ Ии Савиной – человека, женщины, актрисы. Такой ее знали не все. И читателям предоставлена возможность заглянуть в душу героини, понять, чем она жила. И после чтения остается удивительное эмоциональное ощущение. А это важнее, чем просто узнать какие-то факты биографии.

Здесь нет разбора ролей – об этом вскользь скупыми строчками дневника. Но есть общение, отношения с близкими, есть непосредственность и умение прятать негатив, есть сила воли и профессионализм. Савина курила, любила крепкие слова и играла в преферанс. Но при этом оставалась без преувеличения символом духовной чистоты. И это так и было. Она – некий камертон порядочности и нравственности. И после чтения я только более очаровалась ею, она стала мне намного роднее и ближе.

Захотелось пересмотреть многие фильмы с участием актрисы. Особенно «Служили два товарища» и «Продлись, продлись, очарование». И это тоже благодаря такой личной и непростой истории Анатолия Васильева.

Книга вышла в «Редакции Елены Шубиной». Твердая обложка, бумага офсет, вклейки с фотографиями на меловке. Много редких снимков из домашнего архива. Формат небольшой. Рекомендую для чтения всем поклонникам Ии Савиной, всем любителям театра и всем, кто читает мемуарную прозу. Скрыть

Книга привлекла меня, прежде всего, фигурированием в «Деле Бронникова» имени выдающегося переводчика Михаила Лозинского. Я знала, что Лозинский был в лагерях, но без всяких подробностей. В книге же все рассказывается, подробно: каждому из участников «дела» отведена отдельная глава, где рассказывается вкратце о его судьбе.

«Дело Бронникова» получило свое название по имени одного из участников – Михаила Бронникова. Вина всех проходящих по делу была лишь в том, что они посещали литературные кружки, где беседовали об искусстве и литературе, а заодно переводили произведения различных «чуждых советской идеологии» философов и писателей. Естественно, деятельность кружков была названа «антисоветской», а их участники получили клеймо «врагов народа». Бронникова же сделали самым крайним, приписав именно ему организацию всей этой «подпольной» деятельности.

На допросах участники вели себя по-разному. Достойнее всех – Лозинский, который и свою вину не признал и ничьих имен не называл, говорил исключительно о самом себе. Другие же – наоборот стремились тут же обвинить кого-то, чтобы снять вину с себя.
Героям этой истории, во многом, «повезло», ведь дело их открыли до 1937 году, поэтому наказания было сравнительно «гуманным». Но выйдя на волю, многие получили повторные сроки, попали в мясорубку Великой Отечественной войны и под каток блокады.

Трагедия в том, что это были талантливейшие люди своего времени. Они подавали надежды, стремились реализовать себя, принести пользу обществу. А в результате они канули в Лету, имена их неизвестны потомкам, а произведения практически уничтожены..

Что касается Лозинского, то о нем приведены интереснейшие факты. Например, как он забыл, что в квартире Гумилева засада, и пошел туда, хотя был предупрежден, что идти туда ни в коем случае нельзя. В результате его задержали и продержали под арестом пару недель, после чего чудесным образом отпустили. Или история о том, как его детям «с неба упала колбаса», рассказанная Чуковским. Поразило меня и то, что жена Лозинского не выдержала смерти и мужа и умерла в тот же день…

Авторы собирали информацию по крупицам. В результате получился очередной памятник эпохи, очередное свидетельство истории. Исследование проливает свет на многие события и возвращает забытые имена. Это важно.

Твердая обложка, бумага офсет, вклейки на меловке с черно-белыми фото. Скрыть