Прежде всего, это очень симпатичная на вид книжка.Яркие цвета, интересная форма приближает ее к игрушке, и даже у взрослого появляется желание непременно взять ее в руки и рассмотреть как следует. И понажимать на кружочки и звездочки, которые вынесены на обложку.Книжка предназначена для самых маленьких, поэтому страницы толстые, их ребенок не то что разорвать, согнуть не сумеет. Ну а по содержанию - обучалка, она и есть обучалка. Учит различать цвета и формы, подавая информацию через стихи. Именно так. Сразу чувствуется, что сначала были желтые квадраты и зеленые звездочки, а потом все это изложили гладкими, не особо оригинальными стихами. Хотя, стихи, наверное, и не должны уводить малыша от треугольников и кружков. Так что назначение свое книжка оправдывает на все... девяносто. Раз - немножко тяжеловата, если упадет малышу на, скажем, ногу, будет больно. Два - синий кружок не всегда хочет говорить "Пип". Скрыть

Мне очень нравится Джон Диксон Карр. Американец по рождению, он стал признанным классиком английского классического детектива, в котором
читателю предлагают загадку, ключи к ней и возможность самому догадаться, кто убийца. Особая специальность Карра - загадка запертой комнаты,
в одном из романов его постоянный герой Гидеон Фелл даже лекцию на эту тему прочел. Иногда, впрочем, Карр настолько запутывает интригу,
что читателю приходится возвращаться и перечитывать начало.Но удовольствия это обычно не портит. Неудивительно, что увидев в каталоге
очередную книгу Д.Д.Карра в серии "Мастера остросюжетного детектива", я ее сразу же заказала.
Открыв ее, я поняла, что "Дело о постоянных самоубийствах" у меня уже есть в другом издании. Не беда, решила я, перечитаю, этот роман -
один из моих любимых. Начинается он с того, что два профессора Кэмпбелла, историки по специальности, намертво поссорившиеся в результате
заочной газетной дискуссии, оказываются в одном купе поезда, идущего в из Лондона в Шотландию. И только здесь выясняется, что они
родственники, четвероюродные брат и сестра, Алан и Кэтрин Ирен Кемпбелл, и едут в Шотландию по просьбе семейного поверенного их дяди,
которого они никогда в глаза не видели. Дядя этот, Энгус Кемпбелл, то ли был убит, то ли покончил самоубийством, выбросившись из башни
своего замка, а страховая компания не хочет уплачивать наследникам деньги, утверждая, что это было самоубийство. Потому как двери в его
комнату были заперты на засов, а по стене добраться до окна невозможно. То есть налицо любимая автором запертая комната. Брат и наследник
Энгуса Колин, услышав толки, что в башне водится привидение, решает доказать, что все это чепуха, и отправляется ночевать в комнату Энгуса.
Наутро его тоже находят на камнях около башни. Разобраться во всем и отделить мнимого преступника от действительного удается только доктору
Феллу.
Надо сказать, что в этом романе детективная история порой переходит в комедию положений, и злоключения репортера бульварной газетки,
командированного редакцией в замок Кемпбеллов в расчете на сенсацию, увеселяют читателя не меньше, чем интригует загадка запертой комнаты
(и даже двух запертых комнат). В наилучшем расположении духа я открыла первую страницу и начала читать. И сразу натолкнулась на следующую
фразу. "Бурлящая, толкающаяся, проклинающая все на свете толпа, в основном люди в хаки, под оглушительный рев железных моторов металась в
темноте по платформе, задевая друг друга вещевыми мешками и чемоданами." Толпа металась, задевая друг друга. Это как?
"Профессор истории Алан Кемпбелл... бегал вдоль состава, забыв о своей академической рассеянности". "в смысле комфорта поезд был первоклассный.
Купе представляло собой крохотную, отдельную кабинку с зелеными стенами". "Тот Кемпбелл жил в зловещей берлоге..." - в нормальном переводе
просто "глухая дыра". "Мистер Кемпбелл, конечно, не может считать, что Уильям Рассел не знал о заговоре Ржаного Дома". Что это за Ржаной Дом?
Эдак скоро мы вместо Скотленд-Ярда обнаружим Шотландский Двор. "На следующей неделе первый корреспондент мягко, но едко оплакивает..."
Складывается впечатление, что английский текст пропустили через автопереводчик, лишь немного подправив. Лучше бы не правили. "Там мистер Кемпбелл
найдет портрет Лили, этой красивой мегеры". Какой Лили, если немного выше мы узнаем, что даму звали Барбара? А никакой не Лили. Портрет был кисти
художника Питера Лели, согласно Википедии, ведущего английского портретиста 17 века.
И все это я обнаружила на первых пяти(!) страницах. А вот это уже не автопереводчик. "Мадам, по моему разумению, вы гнусная виги!". В
автопереводчике, по крайней мере, намертво зашито, что в отличие от тори, виги склоняются, и единственное число будет виг! Дальше я читать не
стала. Мне хочется мягко, но едко (а знаете, в этом выражении есть своя прелесть) предложить перенести это издание из рубрики "Классический
детектив" в раздел "Филологические науки", а конкретно в рубрику "Филологический юмор", буде такая есть. Пусть народ повеселится.
Что касается второго романа данного сборника, который называется "Четыре орудия убийства", то здесь я не знаю, что и подумать. Такое впечатление,
что автор написал пародию на самого себя, а она оказалась не смешной. Англичанин Ральф Дуглас, по оценке своего адвоката "вино, женщины и веселая
жизнь", живет в Париже и собирается жениться на молодой английской леди из хорошей семьи. У него была любовница-парижанка, Роз Клонек, которой
он в свое время подарил виллу. С любовницей он расстался год назад, но теперь на вилле начинают происходить странные вещи. Вместе с адвокатом
Дуглас едет осмотреть виллу и обнаруживает там мертвую мадемуазель Клонек и четыре возможных орудия убийства. Расследование ведет Анри
Банколен. Это щеголь и франт предстает перед нами "в старом вельветовом плаще и далеко не новой шляпе". И версии он выдвигает настолько дурацкие,
что серьезно их воспринимать невозможно. Полицейский, который приглядывал по просьбе Дугласа за виллой, носит имя Эркюль. Будущая жена Дугласа
оказывается дочерью убийцы и проститутки, которую миссис Толлер взяла после казни одного и смерти другой. Ближе к концу романа Дуглас "вдруг"
понимает, что никогда не любил свою невесту, а любил только Роз. Такой вот роман. Скрыть