Иллюстрациям Андрея Симанчука к «Гулливеру» хочется аплодировать стоя: они так хороши, что никакие восторженные эпитеты не кажутся преувеличением.
Если не ошибаюсь, художник иллюстрировал не только первую часть книги, - очень хотелось бы увидеть «Путешествие в Бробдингнег» в таком же великолепном оформлении.
Разумеется, в большом формате зрелище получается гораздо более впечатляющим, но «Эксмо» - просто молодцы, что выпускают демократичные варианты отличных книг, ранее выходивших в сериях «Золотые сказки для детей» или «Лучшие сказочники мира».
Единственное «но» - непонятное пристрастие издательства к анонимности переводов. Как-то это не очень справедливо: имя художника обязательно указывается рядом с именем автора книги, о тех же, кто сделал перевод-пересказ — зачастую ни слова... «Путешествия Гулливера», так же как сказки «Тысячи и одной ночи» или «Сказки» Гауфа издаются и переиздаются «Эксмо» в таких вот «анонимных» переводах, что, на мой взгляд, достойно сожаления.
В остальном — впечатления только положительные, и сам проект с серией «Книги — мои друзья» - действительно очень удачный. Скрыть

Бенжамен Лакомб — безусловно, успешный художник. К 29 годам на его счету около 20 книг ( он выступает и как иллюстратор, и как автор), работа для рекламы, выставки в Париже, Риме, Токио...
Правда, среди восторженных отзывов в его адрес встречается и критика — нередко в работах молодого иллюстратора проступают явные следы чужих влияний...
Сам Бенжамен Лакомб считает своими «духовными родителями» Уолта Диснея и Тима Бертона. Сочетая несочетаемое, им обоим он отдает дань в «Белоснежке»:
модную «романтическую готику» (или стилизацию под таковую) можно счесть отголоском бертоновского стиля, а вот зверюшки, «облепившие» Белоснежку в лесу, грифы-наблюдатели, пушистые зайки-белочки-олешки, грустящие над гробом, - все это явные отсылки к диснеевскому шедевру 1937 года.

Корсаж-клетка, злая мачеха с телом павлина — воплощение гордыни, холодная палитра и змеи — для королевы, нежный румянец и белые голуби — для Белоснежки... Эффектно, хотя и... предсказуемо.
Понравилось — обыгрывание трех «роковых» цветов сказки (белого-черного-красного): белый снег, черные стволы деревьев, красные шапочки гномов...
Очень неудачной показалась фигура принца, нарисованная так небрежно, что кажется недоработанной: недаром Белоснежка на иллюстрации отнюдь не рада такому суженому и смотрит сквозь него стеклянным взглядом :) Впрочем, может быть, таков замысел художника?
К слову — о каком это, интересно, «волшебном поцелуе любви, разрушающем злые чары», говорится в издательской аннотации к книге? Как известно, своим спасением Белоснежка обязана слугам принца, так тряхнувшим гроб при транспортировке, что кусок отравленного яблока наконец выскочил из ее -«уст» (изящный русский вариант); -«глотки» (менее изящный— французский).
К переводу особых требований нет, поскольку это перевод пересказа. Разве что обращает на себя внимание любовь переводчицы Ольги Пановой к оленям: егерь в лесу убивает вместо Белоснежки оленя (во французском тексте — кабанчика); ко гробу является опять-таки «рогатый олень», тогда как у братьев Гримм (в том числе, во французском варианте) — это неизменно три птицы (каждая со своей символической нагрузкой): сперва сова, затем ворон, наконец, -белая голубка...
Но это мелочи. К серьезным минусам данного издания приходится отнести тот факт, что иллюстрации в книге существуют отдельно от текста и, похоже, охотно обошлись бы вовсе без него.
А текст заслуживает большего, - эта история о красавице, воспылавшей ревностью к семилетней девочке; о мачехе, с радостью поедающей легкие и печень своей падчерицы; о веселой свадебке, на которой приглашенная королева пляшет смертный танец в раскаленных на угольях железных башмаках...
По глубине, образности, символической насыщенности -текст сказки, надо признать — оказывается на-амного богаче фантазии французского иллюстратора. А впрочем, - каждый видит и рассказывает сказки по-своему. И в этой книге, вероятно, каждый увидит что-то свое... Скрыть

Издательство «Белый Город» выпустило под одной обложкой 4 книги, выходившие ранее как отдельными изданиями, так и в сборниках (см. ссылки).
Книги обильно иллюстрированы, но! - расщедрившись на мелованную бумагу, издательство, к сожалению, уменьшило формат книг, в результате - шрифт и иллюстрации стали ОЧЕНЬ МЕЛКИМИ.
Вошли в сборник труды двух авторов. Книгу «Загадки леса» С.Лавровой отличает замечательный юмор, умение автора даже о научных материях говорить живо и образно и — что особенно привлекает — бережно-уважительное отношение к каждому «персонажу» книги — от маленького жучка-короеда до огромного мамонтового дерева.
Что касается трудов В.Калашникова («Чудеса природы на земле и в воздухе», «Тайны воды» и «Удивительный мир растений») - свое отношение к ним мне уже доводилось высказывать в рецензии на сборник «Чудеса природы»(ссылка №5). Книги эти, на мой взгляд, весьма уместно смотрелись бы под рубрикой «Третий глаз» или «Пятое измерение» и весьма НЕУМЕСТНО смотрятся здесь — в издании, адресованном «преподавателям, школьникам, студентам» для пополнения багажа знаний.
Лозоходцы, гороскоп друидов, мыслящие спруты, говорящие дельфины и дельфины-телепаты, динозавры, обитающие в морях и озерах нашей планеты и «продолжающие выползать на берег и теперь», инопланетяне, обосновавшиеся в глубинах Мирового Океана, — все это преподносится В.Калашниковым как НАУЧНАЯ, ДОСТОВЕРНАЯ информация! Читая иные пассажи, например, о загадочных камнях, являющихся «одновременно (!) ЖИВЫМИ СУЩЕСТВАМИ», благодаря обитанию в них "черных молний"(?) - остается,право, только руками развести.
Именно обилие подобных пассажей в трудах В.Калашникова побуждает меня решительно ИСКЛЮЧИТЬ их из числа книг, с которыми я хотела бы познакомить своих детей. Скрыть

А.М.Линевский - археолог, этнограф, первооткрыватель Беломорских петроглифов, предлагает в своей повести вариант их расшифровки, перенося читателя на пять тысяч лет назад, в эпоху неолита.
Чтение это невероятно увлекательное: с одной стороны, автор подбрасывает своему герою всё новые и новые испытания, заставляя нас неотрывно следить за его приключениями, с другой - мастерски погружает в жизнь древних стойбищ Карелии и Беломорья с их ремёслами, обрядами, верованиями, годовым циклом промыслов...
Стоит, вероятно, также заметить, что повесть несёт отчётливый отпечаток эпохи борьбы с религиозным дурманом. Так, все первобытные колдуны и колдуньи показаны ловкими и хитрыми обманщиками, беззастенчиво использующими доверчивых соплеменников в собственных интересах. Вот и главный герой, юный Льок, заняв место погибшего колдуна, поразительно быстро приходит к революционной мысли, что на духов полагаться нечего: "...не было у него веры в защиту тех, кого он ни разу не видел ни наяву, ни во сне!.."
Герой в свою очередь начинает вовсю манипулировать сородичами, одним благоволя, с другими безжалостно расправляясь, - человека неолитической эпохи автор наделяет вполне современным сознанием: "...Юноша покосился на деревянного истукана. Но ничего страшного в нём не было, просто чурбан с вырезанными лицами. Что такой может сделать?.."
Мог ли древний человек рассуждать и действовать подобным образом, - признаться, я сильно сомневаюсь. Но! Это ни в коем случае не претензия к автору - в конце концов, автор сам называет свою повесть научно-фантастической, а стало быть, он ограничен лишь рамками собственной фантазии. Ведь читаем же мы с увлечением фантастическую "Борьбу за огонь" столетней давности, с её расой голубых людей и дрессированными мамонтами.
Относительно иллюстраций: повесть с рисунками П.Луганского выходила не единожды, и те иллюстрации, что приводит в своей рецензии уважаемый Гребенщиков Андрей, относятся как раз к раннему изданию, включавшему также цветные вклейки. К изданию 1976г. художник иллюстрации перерисовал. "Речь" остановилась именно на этом, более позднем, чёрно-белом варианте, - всё же к цветной печати сейчас совсем другие требования, да и эпизодов в позднем издании, если не ошибаюсь, отрисовано больше. Если кому-то любопытно, можно сравнить ранний и поздний вариант иллюстраций одних и тех же сцен (первое фото -1965г., второе - 1976г.) Скрыть

Эх, вот и меня ввело в заблуждение название книги — поторопилась заказать, не дождавшись описания... «Где родился Дед Мороз?» - ожидала рассказа про Лапландию, про Великий Устюг, про новогодних и рождественских персонажей разных эпох и разных народов.
То, что получилось у автора, мне, к сожалению, не понравилось. Попытка совместить образ почитаемого святого и доброго дедушки Мороза (вернее, подменить одно другим) обескураживает.
Сама задумка — рассказать детям о святителе Николае — хорошая. Но зачем здесь Дед Мороз? В Европе, кстати, день святого Николая широко отмечается, с ним связано множество интереснейших обычаев, обрядов, - о них в книге ни слова, а жаль. Покровительство святого Николая именно детям — упомянуто мельком и со странным пояснением:
«Своим покровителем его (св.Николая) считают моряки, путешественники, рыбаки, шоферы, бедняки, дети... А все потому, что святой Николай помогает каждому, кто к нему обращается за помощью. Ну а кто чаще других оказывается в безвыходной ситуации? Правильно: моряки, бедняки, путешественники...»
Дети тоже, получается, зачислены в «группу риска».
Но дело даже не в этом. Больше всего расстроило, что книга с таким добрым названием и обложкой на деле пытается РАЗРУШИТЬ детскую веру в Деда Мороза. Постоянно подчеркивается, что святой Николай — настоящий святой, а какой-то там «мультяшный» (выражение автора) Санта, он же Дед Мороз — ненастоящий, выдуманный персонаж.
Вот это грустно.
Последняя иллюстрация в книге — космонавты на корабле наряжают елку, а над пультом управления — икона святителя Николая, который — по тексту - «... как будто спрашивает: "Ну что, дорогие мои, в какой еще переплет вы попали?»

В серии "Настя и Никита" немало хороших книг, но эту перечитывать мы, скорее всего, не будем... Скрыть