За Джеймсом Мэдисоном, четвертом президентом США, признавалась слава «философа американской конституции», идейного лидера Континентального конгресса в эпоху войны за независимость и вождя республиканской оппозицией в 1790-е г., но современники и историки резко критиковалась детальность в качестве госсекретаря и президента. Почему сложились такое мнение, и насколько они соответствовали действительности и рассказано в замечательной книге Исаев С. А.
О событиях в Северной Америке на переломе XVIII и XIX в., особенно о мифологизированной войне уже бывших колоний с Британской империей, на русском прискорбно мало исследований, лишь недавно увидели свет две работы - Махов С. П. “Операция «Сжечь Белый дом»: британский Королевский флот против американских фрегатов в войне 1812-1815 годов” (изд. Сидорович, 2018), и Тимченко А. А., Алентьева Т. В. “Англо-американская война 1812-1815 гг и американское общество” (изд. Алетейя, 2018), но о последней мне известно только, как о факте существования. И особо отмечу, книга Махова С. П., затрагивающая широкий спектр вопросов, но заостренная прежде всего на теме морских и озерных операций противоборствующих сторон, события на сухопутном театре, если и освещает, то по-сколько, по-скольку. В аспекте интерпретации политической истории, Махов С. П. пристрастен.
Обстоятельная книга Исаева С. А. расширяет представления о внутри- и внешнеполитическом контексте. Представляя очень своеобразную политическую биографию, по охвату материала, работа наполнена множеством деталей, причем тезисы подкрепляются богатейшим эпистолярным материалом. Рассматривая причины войны, Махов С. П. сразу выводит контрапункт в отношении американской традиции и её мифа: «На наш взгляд инициаторами войны являлись именно американцы, а не британцы», выстраивая цепочку причин, начиная с введения и правоприменения «Континентальной блокады», рассматривая экспансионистские планы молодой республики в отношении Канады и Флориды - колоний Британии и Испании. Исаева С. А. методично выстраивает контекст, не обобщая, как это приходится делать Махову С. П., а предлагая поэтапное расследование, как сформировался конфликт и его идеология. Еще Соргин В. В. писал: «Противоречия по вопросу внешнеполитической ориентации между федералистами и сменившими их у власти в 1801 г. Республиканцами уже на протяжении многих лет возводились во главу угла в пропагандистских выступлениях лидеров двух партий. В конце концов в обиходе федералистов и республиканцев стали различать как английскую и французскую партии». Неудивительно, как французское вторжение и оккупация Испании, сделало возможным поставить вопрос о судьбе Мексики, Флориды и Кубы, но, если одни придавались мечтам аннексировать территории, то другие интриганы не прочь были разломать на части северо-американскую республику, походя, входе поиска компромиссного мира между Францией и Британией. Этот аспект работы Исаева С. А. – политического плутовства и политической истерии, крайне поучителен.
Особо отмечу, когда война наконец-то была объявлена, то не британскому королю, а Соединенному Королевству, а текст не содержал никаких упоминаний о причинах войны, и не предоставлял возможности британским подданным покинуть Соединенные Штаты или предоставить какой-либо отсрочки до её начала. Американские вооруженные силы вступили в бой против британцев еще до того, как объявление войны достигло Лондона! Нужно ли после этого говорить, насколько внимательно требуется сейчас изучать американскую историю? Скрыть

Первое слово вынесенное в названии - «логика», сразу расставляет акцент. Какой может быть «логос» у насилия? Феноменальный труд Статиса Каливас, масштабное обобщающее исследование. Нелегко сразу выделить из прочитанного, наиболее яркие моменты в нескольких словах. Автор утверждает и доказывает, что нарративы большинства гражданских войн имеют тенденцию локализовать насилие в терминах эмоций макроуровня – идеологии и культуры. При этом «безумия» (нерегулярные модели насилия) имеют свою логику: гражданская война предоставляет неодолимую возможность причинить вред бытовым врагам, превращая местную и личную обиду в смертельное насилие. При чем «политическое насилие» не обязательно является политическим и не всегда отражает глубокую идеологическую поляризацию общества. Конвергенция локальных и сверхлокальными мотивов, придает гражданский войне её глубокий характер, и ведет к совместному насилию, преодолевающему пропасть между политическим и частным, коллективным и индивидуальным. Довольно сложные тезисы, но как раз такой подход, не позволит пропагандистам всех мастей навязывать простые ответы. Крайне актуальная и сложнейшая работа. Скрыть

История готов сейчас представлена тремя обстоятельными исследованиями -
Щукина М. Б. "Готский путь. Готы, Рим и Черняховская культура", Хервига Вольфрама "Готы. От истоков до середины VI века" и Зиньковской И. В. "Готланд Эрманариха: остроготы в Восточной Европе на рубеже Древности и Средневековья". Каждая из названых книг по-своему отвечает на дискуссионные вопросы, но создают твердое основание для знаний о предмете.
Особняком стоит специализированная работа по военному делу Нефедкина А. К. Автор в предисловии, указал - первоначально предполагался цикл статей, которые разрослись в большее. Причем часть посвященная "истории битв", должна быть написана соавтором, но в итоге, ему пришлось действовать в одиночку. Поэтому, при выбранной автором стройной структуре, чувствуется неоднородность и конспективность. Для понимание нюансов, требуется прежде почитать указанные выше политико-культурологические работы. Скрыть

Ревизия истории XX века, не могла произойти мимо даже для Монголии. В одночасье поменять знаки в оценках прошлого, как это произошло с двуличной Польшей и Прибалтикой, национальная историческая память монголов пока не смогла. Лиха беда начало, главное – время и желание, а «изящный» тезис уже есть: «Япония рассматривала Маньчжурию как плацдарм против СССР, а он в свою очередь видел в МНР плацдарм против Японии…», может свободно применен и к Польше или иному буферному образованию, особенно в контексте шахматной партии, геополитических игроков.
Я допустил ошибку, и знакомство с интересной книгой, начал с эпилога. Автор очень характерно подает мысли: «Порочная политика Коминтерна в МНР привела к народному восстания; разрыв торговых отношений с Китаем обернулся дефицитом товаров; Япония начала распространять свое влияние во Внутренней Монголии, стремясь создать там независимое государство. Все эти внутренние и внешние условия вынудили руководство МНР многое переосмыслить. Некоторые монгольские руководители в силу торгово-экономических интересов выступали за установление отношений с Японией и Маньчжоу-Го. Это актуализировало проблему нейтралитета Монголии в советско-японских отношениях». Очень по-китайски, высокий темп подачи причин и следствий.
Книга отображает внутринациональный дискурс об проблеме выживания страны в период Интербеллум. Рассматривает критически роль Коминтерна, своеобразно интерпретируются военные мероприятия СССР.
Технически, книга издана превосходно, на честном офсете, плотном и белоснежном. Скрыть