К этой книге автор шел давно. Сначала Л. В. Ланник перевел и познакомил широкую публику со скандальной книгой Фрица Фишера “Рывок к мировому господству. Политика военных целей кайзеровской Германии в 1914-1918 гг.”, затем свет увидела его специализированная монография: «Победоносные проигравшие. Германская военная элита в 1914-1921 гг.» и конспективный (но ёмкий) обзор: «Русский фронт, 1914-1917 годы». Ретроспективно, читая все эти книги по мере выхода, можно увидеть авторский замысел: как функционирует германская военная элита, как она ставит цели и какие использует средства; как амнезия памяти и национальное мифотворчество перекладывает вину, скрывая истинные мотивы политического руководства. Один из рецензентов верно указал, каждая из десяти глав «После Российской империи» достойны отдельных монографий. Рассмотрим финский сюжет: По Финляндии не пролегли линии окопов, её не перепахали снарядами, население привлекалось в ряды Русской Армии, только добровольно и не все выразившие желание встать в строй, смогли под свист «общества» реализовать его. Финляндия, личная уния императора, жила своей жизнью, и с нарастающей ненавистью наблюдала туши линкоров Балтфлота на рейде Гельсингфорса. Надо было по дороже продать свое предательство, и сделать это так, чтобы за это ничего не было. Курс на самостоятельную и ориентированную на Германию Финляндией был давно выбран, поэтому реализацию этого плана твердой рукой проводилось в ходе переговоров в Брест-Литовске. Советские лидеры сдавали одну позицию за другой, а финское чудовище крепло и развивалось. Фриц Фишер пишет прямо о целях явных и тайных соглашения 7 марта 1918: «… не только в рамках территории прежнего Великого княжества Финляндского, но – хотя бы уже из-за военной значимости Мурманского побережья – и в пределах Великой Финляндии с включением Карелии, что означало бы полное оттеснение России от незамерзающих портов Северного Ледовитого океана путем навязывания ей еще допетровских границ». Настояв на отдаче приказа о выводе русских войск из Финляндии, руководство Германии выжидало, «если они этого не сделают, тогда и мы получим свободу действий, к тому же выступление против «банд грабителей» не является возобновление боевых действий против России… <…> Кайзер резюмировал (12 марта 1918): «Дело обстоит так: финнов грабит правительство большевиков. Правительство было свергнуто дважды. Финны просят помощи. Швеция отказалась. Поэтому обратились ко мне. Я согласился (большевики должны быть разгромлены, ведь они – революционеры). Военные основания: угрозы со стороны России. Маннергейм сказал, что готов наступать и на Петербург и взять Ингерманландию»». Л. В. Ланник в «После Российской империи» начинает как раз с итогов «полицейская операции» и сказано в этой главе много горьких слов: «Большевики, верные своей манере максимально гибкой дипломатии, вообще не желали признавать факт состояния войны между Советской Россией и Финляндией, на чем упорно настаивало правительство Свинхувуда. То есть с точки зрения Москвы необходимость требуемых Германией мирных переговоров, была вызвана лишь потребностью зафиксировать условия состоявшего отделения Финляндии и определить параметры двухсторонних отношений. Финляндская же сторона имела в виду чуть ли не победный мир по итогам отраженной российской агрессии». Автор досконально разбирает противоречия между властным патроном и младшим партнером, и Л. В. Ланник приводит шедевр финской историографии: «Даже спустя десятилетия финляндские историки внушали согражданам: «Германия же вела за спиной доверчивых (! – Л. Л.) финнов двойную игру: в августе они заключили с советским правительством договор, согласно которому Германия и Финляндия совместно должны были изгнать англичан из северо-западной России, а затем проведшие эту операцию войска должны были выведены. О компенсации финнам за участие в этом не было и речи». Шакал хотел своей доли, и если старый патрон оказался столь высокомерен и заносчив, то вот новой, новый позволит реализовать желания! Боевое братство, клятвы, всё пустое, «услуга оказанная, услугой не является». Поэтому не нужно удивятся в финляндской риторике и спустя столетие, их политические принципы и ужимки устоялись еще до образования их государства.
Крайне актуальная и жесткая книга! Скрыть

Замечательная книга! "История битв" давно стала на Западе уделом многочисленных любителей, пересказывавших на разные лады, одни и те же античные источники (до обидного не многочисленные). Поэтому, и примечателен подход Ангелоса Ханиотиса, когда рассматривается военная повседневность, воссозданная из разрозненных деталей. В декабре 2019 г. объявлена об издании его же книги "Эпоха завоеваний. Греческий мир от Александра до Адриана (336 г. до н.э. - 138 г. н.э.)", тем самым у читателя появится новейшее пособие по столь сложному периоду бесконечных междоусобиц. Скрыть

Притягательность Пунических войн, как объемного сюжета мировой истории, отразилась еще в советский период, в работах историка И. Ш. Шифмана (Кораблева) и романах А. И. Немировского. Поэтому, этим проторенным путем, решил воспользоваться специалист по средневековому Уэльсу (sic!). Некоторые критики, злословили, дескать докатились в XXI в. до трудов Шарля Роллена в переводе Тредиаковского (знаменитых в первой половине XVIII в.), где вместо современной методологии и историографии, произвольный пересказ классических авторов. По мне, переводы Тредиаковского важный этап в развитии русской литературы, и не синоним полной рухляди. Книга Родионова Е. А. уже два раза была переиздана (первое в 2005-м), во второй раз заполучила довесок в названии "энциклопедия", чем она никак не является. Книга представляет собой схематически стройный, без изысков, литературный рассказ об Пунической войне. Конфликта крайне сложного, имеющего безразмерную историография и требующий хорошей вводной литературы. Вот как раз в таком качестве книга Родионова Е. А. вполне годиться. Скрыть

Интереснейшая книга, к тому же ярко написанная. Автор представляет Тридцатилетию войну, как традиционный конфликт: «причины конфликта формировались традиционной средой, нормативами и правовыми представлениями, восходившими еще к Средневековью», и далее: «целью конфликтов становилось восстановление ущемленной «чести» и «репутации», поиск компромисса, позволявшего восстановить попранный статус и соответственно репутацию всех замешанных в конфликте «чинов», и как бы подытоживая: «война не должна была породить новый уклад, ее орудия целились в прошлое».
Далее, касаясь «военной революции», автор выдвигает неожиданный тезис: «им [творцам военной реформы в Нидерландах] было важно опереться не на что принципиально новое, а на традицию, только еще давнюю, чем доблесть и мощь испанских терций и дворянского ополчения. Такую традицию сыскали в античности, а боевых порядках римских легионов и в античной модели восприятия воина и патриота».
И из таких очень лаконичных тезисов, которые просто усвоить и принять, и соткана эта вне всяких сомнений, замечательная книга! Скрыть