"Мир подобен книге, и тот, кто знает только свою страну, прочитал в ней лишь первую страницу". Байрон

Конец 18 века, во Франции назревает кровавая революция. Ничего об этом не подозревая, в 1789 году Николай Михайлович Карамзин, русский человек европейского толка отправляется в путешествие по Европе...

Карамзин как истинный энциклопедист с большой тонкостью передает все увиденное за границей, избирательно внося в свои очерки самое важное, самое показательное для Европы тех лет, фильтруя огромный поток нахлынувших впечатлений от поездки, продлившейся 18 месяцев. Салонные парижские дамы, острумные аббаты, уличные крикуны, поэты, художники, ученые, прусские офицеры, английские купцы, немецкие студенты, -- вся эта пестрая толпа предстает, как живая, пред читателем на страницах книги. Очень интересны и портретные характеристики крупнейших лиц эпохи, которых выводит наш путешественнику (а некоторых из них ему даже удалось застать). Среди них имена Ричардсона, Стерна, Шекспира, Гете, Шиллера, Лессинга, Вилланда, Руссо, Рафаэля и других.

В свое время эти "Письма" легко и приятно познакомили с Европою русское общество, но и сегодняшнему читателю будет небезынтересно заглянуть в тот мир, понять, чем была когда-то наша старушка соседка для русского человека. Скрыть

Очень симпатичное издание ;) Иллюстрации уже не буду предъявлять, поскольку отзыв Белого Кролика исчерпывающ. Вообще, хотя и много книг-билингв мною видано, я впервые сталкиваюсь с тем, чтобы публиковались сразу несколько переводов поэзии, раньше знала, что они могут сильно разниться, но не интересовалась подробностями, и теперь представилась возможность ознакомиться. Интересный эффект собирания стихотворения из частей-переводов. Наблюдаешь: что один переводчик приглушил, то другой подчеркнул, третий как-нибудь обыграл оригинал или подсветил двойное дно.
Что еще хорошего в издании — обложка дублируется супером, так что его можно без зазрения совести снять и уложить подальше на полку, на хранение: обычно под яркими суперами обложки книг мрачных тонов, и голая книга выглядит не так красиво, а если носить томик в сумке — вечно этот супер обдирается, что по прочтении жалко жуть как (печальный опыт красивого издания с ладошками: http://www.labirint.ru/books/150140/)
Кстати, в конце приятная статья о самом Блейке: без вычурностей, свежий незамутненный взгляд автора на биографию и творчество непопулярного у нас, но очень чтимого британцами романтика. Скрыть

Из русских классиков кто угодно может быть перехвален, но о Гончарове говорят непростительно мало. Вы знаете, кто такой Гончаров?
"Обломов" хорошо известен всякому школьнику своей ленью, "Обыкновенной истории" никак не избежать студенту-гуманитарию, а что насчет третьего знаменитого "об"?

Самый художественно совершенный роман великого реалиста золотого века. Жизнь предстает пред глазами именно такой, какой она был бы и у вас, живи вы в той же столице, а затем и деревне, куда заносит судьба Бориса Райского, главного героя. Жизнь -- не роман, в ней нет сюжета, никто не обещает скорой развязки, счастливого конца. Она тянется, тянется, не поддается, не развзывается, как ни бейся, как ни изворачивайся, подчас всё это невыносимо. Невыносимо долго, безотрадно. И горько оттого, что она такая, и светло.

Шесть сотен страниц отменного русского языка вкупе с постоянной рефлексией молодого эксцентричного художника, приехавшего из столичных гостиных в свое родовое поместье. Книга тонкая и пронзительная, герои живые, без фальшивых масок трагичности. Один из лучших романов 19 века.
Скрыть

Очень полезный словарь, всегда им пользуюсь, чтобы проверить то или иное встретившееся в книгах или СМИ слово, которое вызывает затрудение. Хорошо то, что указана и вариантность произношения, если она есть, и те варианты, которые являются ошибочными, всегда помечены запретительной пометой (ДоговОр; не дОговор). Штудинер для многих очень авторитетный специалист, поэтому советую всем, кто хочет говорить правильно, выбирать именно это издание орфоэпического словаря: на сегодняшний день это самая успешная попытка комбинирования традиционных языковых норм и последних веяний в орфоэпии. Скрыть