В истории есть страницы, вспоминать которые не хочется. У каждого народа остались неприятные воспоминания, трагедии, которые мы очень плохо знаем, потому что, по существу, не хотим знать. Что за радость смотреть в безжалостное историческое зеркало? Уж больно неприглядная там видится картина. Иногда невыносимая!
Повсюду, куда немецкие войска приходили и устанавливали оккупационную администрацию, на Украине или в Прибалтике, во Франции или в Голландии, они обнаруживали надежных помощников и прислужников.
Местные жители, рьяно, с откровенным энтузиазмом, с очевидным удовольствием, хотя и не бескорыстно, стремясь отличиться или нажиться за счет своих жертв, помогали немцам управлять захваченными территориями (то есть своей родиной, попавшей в беду!), эксплуатировать, угнетать и уничтожать сограждан, соседей, собственный народ. Обслуживали, охраняли и спасали оккупантов от настоящих патриотов- партизан и участников антифашистского Сопротивления.
Сразу после войны немецких прислужников и прихвостней искали, судили и наказывали. Однако же нашли и посадили на скамью подсудимых далеко не всех. Но не по причине милосердия и не потому, что не смогли найти… Не так-то приятно сознавать, что соседи и сослуживцы, знакомые и близкие помогали врагу и их оказалось так много. Поэтому предпочитали забыть. Перевернуть эту страницу истории. Делать вид, будто нечего и не было.
Но непреодоленное прошлое, загнанное в глубины сознания, похороненное на дальних полках архивов, вновь и вновь дает о себе знать. Вопрос-то не только и не столько исторический, сколько вполне актуальный. Предательство существовало всегда. Готовые перейти на сторону врага и нанести удар в спину никуда не исчезли. Скрыть

Благодаря встречам, беседам с учеными, специалистами к А. Адамовичу пришло осознание, что на самом деле происходит на родной земле. Так рождалось его отчаянное письмо к власти, а именно к М. С. Горбачеву.
Атомное оружие, атомная энергетика не были для А. Адамовича terra incognitа. Он отлично понимал, чем это грозит человечеству в случае войны или аварии, о чем свидетельствуют его дневниковые записи и другие работы (еще до Чернобыля). Он много об этом думал, читал, писал.
А мысль, что с появлением атомной бомбы «человечество стало смертным в двадцатом веке», – важнейшая в его творчестве в 80-е годы. В 1983 году он очень внимательно читает книгу американского публициста Джонатана Шелла «Судьба Земли» (1982), с великим трудом попавшую в его руки, в которой подробно говорилось о последствиях атомных взрывов, о страшном влиянии радиации на природу и человека.
Он пытался до конца понять, что такое атомная бомба и что она несет человечеству.
Когда случился Чернобыль, он уже мог представить его реальные масштабы: ведь из 350 условных хиросимских бомб 300 упали на Беларусь.
В статье «Чернобыль и власть» А. Адамович подробно рассказал об истории писем М. С. Горбачеву, о встрече с первым секретарем ЦК КПБ Н. Слюньковым.
Его потрясла бездумная журналистская фраза: «Ветер, к счастью, дул не на Киев…»
Эта фраза неоднократно прозвучит в его статьях и выступлениях, камнем ляжет на его сердце.
Собственно литературное творчество отодвинуто в сторону. Митинги, «Чарнобыльскiя шляхi», выступления в Беларуси и за рубежом, и публицистика, как говорят, блестящая.
Он приходит к выводу, что Чернобыль – крупнейшая из глобальных катастроф XX века. Скрыть

Заголовок этой книги, звучит, несомненно, несколько претенциозно и, можно даже сказать, вызывающе – о каких «центурионах» применительно к московскому войску середины XVI в. может идти речь? Можно, конечно, ответить удивляющемуся такой постановке вопроса в шуточной форме – а что, собственно, тут необычного? Москва, как отписал Василию III старец Филофей, есть Третий Рим, а как Риму стоять без легионов? И какой легион без центурионов? Но если подойти к этому вопросу серьезно, без тени иронии, то, на наш взгляд, для проведения такой аналогии основания есть, и основания серьезные. Более того, осмелимся даже выдвинуть предположение, что именно они, «центурионы» Ивана Грозного, сотенные головы, головы стрелецкие, в меньшей степени вторые и третьи полковые воеводы, являлись тем костяком, тем скелетом, вокруг которого строилась «рать многая и несчетная» московских государей, и именно они были главными творцами побед государевых полков над многочисленными недругами. Скрыть