Китайская цивилизация стоит в ряду самых древних в мире. Да, она не настолько древняя как Шумер или Египет, но она с относительно малыми изменениями существует и по сей день. О Шумере начали забывать еще во времена эллинизма, Египет нынешний - это по сути арабо-мусульмане на древнем многослойном субстрате, а Китай - это, хоть и с некоторыми оговорками, такой же Китай. Я думаю, что и в будущем Китай будет до последнего стоять особняком, когда страны начнут интегрироваться и сливаться воедино. Дело в самобытности культуры и прочности культурно-исторического основания страны и цивилизации. Скрыть

Личность царя Ирода неоднозначна и противоречива, если одни его деяния вызывают ужас и отвращения, то другие невольно заставляют восхищаться им как выдающимся государственным деятелем своего изменчивого времени.
Цари Ирод из самых замечательных строителей в истории Израиля, однако большинство из них уже давно превратились в руины, которые за исключением царского дворца, мало кто связывает с его именем.
Античные историки считали, что своей посмертной славой царь обязан евангельской легенде, пусть и достоверность её вызывает у современных историков сомнения.
Ни сам царь, ни его царедворцы - не употребляли в его отношение эпитета - "Великий", там он являлся лишь вассалом Римской Империи, которой великим мог быть только Цезарь или Август, в правление которых он жил. Использование такого эпитета вассалом, могло трактоваться Римом, как проявление нелояльности.
"Великий" Ирода стали называть намного позже римские историки, да и то используя поначалу это слова как синоним "старший", чтобы отличить Ирода I от его потомков.
Привлекательность личности Ирода заключается в следующем - он представляет собой архетип деспота и тирана. Многие политические деятели заглянув в историческое зеркало, увидали бы в нём черты Чингисхана, Тамерлана, Мао Цзэдуна и др. Все они так или иначе применяли те же политические методы, которые использовал выше упомянутый царь. Скрыть

Воцарившись, Павел не пожелал жить в покоях Екатерины, и велел строить новый дворец. Вернее, строить изначально стали не дворец, а именно замок, названный Михайловским в честь небесного покровителя государя. Но злой рок преследовал Павла Петровича и здесь. Рок и магия цифр, которой он придавал большое значение. Павел царствовал четыре года, четыре месяца и четыре дня. Четвёрка – сакральное число в большинстве древних культур. Три четвёрки – двенадцать. Двенадцать – тоже сакральное число. Государя убили двенадцатого марта. Заговорщиков было двенадцать человек.
Замок строили четыре года, – а прожил в нём император сорок дней. И сорок, все мы знаем, тоже сакральное число. На фронтоне можно видеть надпись, сделанную по велению императора. До сих пор продолжаются споры, что Павел хотел этим сказать, а написано там: «Дому твоему подобаетъ святыня Господня въ долготу дней». Сорок семь букв по правилам старой орфографии. Сорок семь дней отделяют дату рождения Павла Петровича, двадцатое сентября, от вступления на престол шестого ноября. Всего сорок семь лет жизни напророчили Павлу, и он действительно был убит в этом возрасте.
Проект замка Павел Петрович разрабатывал сам, и современники терялись в догадках: что натолкнуло государя на такое странное архитектурное и планировочное решение? Вас, видимо, провезли по городу, и вы могли заметить, что ничего подобного в Петербурге нет. Раньше к замку прилегала ещё обширная застроенная территория, тянувшаяся вдоль Фонтанки в сторону Невского проспекта. В древности так выглядели монастыри или храмовые комплексы. Если посмотреть на главное здание с большой высоты – вы увидите квадрат с круглым двором посередине. Это тоже необычно и нефункционально. Странностей, связанных с замком, вообще было много. В высшем свете крепла молва о том, что император обезумел. Сейчас мы уже знаем, что эти сплетни распускали будущие цареубийцы. Но тогда к ним очень внимательно прислушивались.
Павел торопился с постройкой замка. Новоселье справляли, когда ещё не просохла штукатурка. Попробуйте представить: за окнами трещит морозом петербургский февраль, а в комнатах сквозь пелену сырого тумана пробивается тусклый свет сальных свечей… Мрачная картина, способная погрузить в депрессию кого угодно. При закладке замка император сказал: «Здесь я родился, здесь и умру». В последнюю же ночь на пороге спальни он пророчески произнёс: «Чему быть – того не миновать». Жестоким убийством Павла Петровича окончилось царствование, которое историк Василий Ключевский называл самым блестящим выходом России на европейской сцене. Скрыть

Своим объединением (хотя и сравнительно недолгим) Страна Восходящего Солнца, или держава Ямато, была обязана самому способному из полководцев ее неудачливого объединителя Нобунаги Оды – Тоётоми Хидэёси, выдающемуся японскому военному и политическому деятелю, выходцу отнюдь не из благородного и доблестного самурайского, а из всеми презираемого (к описываемому времени) крестьянского сословия, Так, во всяком случае, гласит наиболее распространенная (хотя и всего лишь одна из многих) версия происхождения будущего диктатора и очередного объединителя Страны Восходящего Солнца.

Согласно этой версии, Хидэёси родился в крестьянской семье в провинции Овари в 1536 (или в 1537) году. В юные годы, возжелав стать самураем, он последовательно нанимался на службу к нескольким военачальникам, пока в 1554 году не присоединился окончательно к будущему властителю провинции Овари — князю («даймё») Нобунаге Оде. Последний возвел Хидэёси в чин генерала («тайсё») за блестящий ум и выдающиеся военные способности. Среди подвигов, принесших крестьянскому (?) сыну популярность в самурайской среде, современники называли форсированное («за одну ночь») строительство замка Суномата в 1566 году, прикрытие тылов армии Нобунаги Оды в битве при Канагасаки в 1570 году, а также взятие сильно укрепленного и окруженного со всех сторон водой замка Такамацу в 1582 году. В 1583 году, после гибели Нобунаги Оды в храме Хоннодзи от рук мятежника Мицухидэ Акэти (или самоубийства объединителя Японии в окруженном и подожженном мятежниками храме), Тоётоми Хидэёси фактически узурпировал всю полноту власти своего покойного сюзерена. Получив от самого Божественного Тэнно в 1585 году сан канцлера («кампаку»), а в 1586 году - должность «великого министра» («дайдзё-дайдзина»), и фамилию двух аристократических родов - сначала Фудзивара, а затем - Тоётоми, энергичный Хидэёси к 1591 году объединил под властью Божественного Тэнно (а фактически – под своей собственной властью) все области державы Ямато, фактически представлявшие собой отдельные феодальные государства. Хидэёси составил общеяпонский земельный кадастр, ставший основанием для налогообложения населения Страны Восходящего Солнца на протяжении следующих трёх столетий, а также провёл изъятие всего имеющегося у крестьян и горожан оружия, разделив японское общество на администраторов (из представителей воинского сословия) и подчиненного им гражданского населения. Его правление ознаменовалось запретом христианства в Японии в 1587 году и агрессией против Кореи (королевства Чосон) и китайской Империи Мин (1592-1598). Тоётоми Хидэёси переселился в мир иной в 1598 году, оставив в качестве преемника малолетнего сына Тоётоми Хидэёри. Скрыть

Эта книга — о Салах ад-Дине, кто был благочестием (Салах) этого мира и веры (ад-Дин), о бесстрашном воителе, освободившем Святой Город от чужеземных завоевателей, о мудром и образованном правителе мусульман.
Книга разделена на две части. В первой рассказывается о его рождении и юности Салах ад-Дина, о его благородном характере, его красоте и тех врожденных качествах, которые так выделяли его на фоне других его современников. Во второй части рассказывается, в хронологическом порядке, о превратностях его жизни, о его сражениях и его победах, доведя повествование до самого его смертного часа. Скрыть