Книга производит очень двойственное впечатление: в одних разделах находишь интересный рассказ о станциях метрополитена, в других - всякие байки и мифы, в третьих - вообще что-то маловразумительное о таинственных местах, где даже фотографии выглядят необычно. Такое впечатление, что автор решил угодить ВСЕМ читателям - и тем, кто любит информационный мусор об инопланетянах, аурах и всякой чертовщине, и тем, кто предпочитает более внятную информацию. В результате каждый читатель найдет для себя что-то полезное и интересное, но одновременно найдет и что-то "несъедобное". Скрыть

«Маньчжурский кандидат» экранизировался в США уже дважды – первый раз в 1960-е, второй раз в 2000-е. В обоих случаях он являлся элементом психологической войны, показывая, как злые враги хотят сделать страшную бяку белым и пушистым американцам. Разница лишь в том, что в 1960-е этими врагами были корейско-советские коммунисты, а 40 лет спустя – иракцы-исламисты. Книга, конечно, заметно лучше неизбежно более примитивных экранизаций: у Кондона американцы изображены отнюдь не такими уж невинными. И всё же читать эту книгу, сохранившую сильный отпечаток времен хо-лодной войны, лично мне было несколько неприятно. Наши спецслужбы и в реальной жизни натворили немало всякого, поэтому трудно получать удовольствие от описаний того, что они еще могли бы сделать в соответствии с фантазией Кондона. Впрочем, в предисловии к книге ясно поставлены точки над «i» - программировать сознание людей на много лет даже в наши дни невозможно. И слава богу. А то ведь начнешь задумываться, что хотя «маньчжурского кандидата» в Америке и не было, зато мог быть какой-нибудь «берлинский кандидат» в нашей России. Скрыть

Книга написана глубоко убежденным православным мыслителем, который известен в первую очередь своими сектоведческими работами, в которых резко критикует всех-всех-всех неправославных. Но конкретно эту книгу Дворкина можно читать с большим интересом, даже будучи атеистом. В ней собраны его очерки на самые разные сюжеты - про его учителей, про путешествия по "святым местам", про интерпретацию некоторых исторических событий, про те же самые секты. Некоторую предвзятость автора компенсирует хороший литературный стиль его очерков. Предвзятость в духе "православие - самое правое и самое славное", безусловно, есть, но всё же в границах здравого смысла, без явного фанатизма. Любопытно, например, читать, как Дворкин критикует автора "Камо грядеши" за то, что герои его романа, приняв христианство, отказываются от мученичества - по мнению автора, настоящие христиане той эпохи считали мученичество за веру высшим счастьем, чего не мог понять католик-либерал Сенкевич. Скрыть