"Крокодил" Чуковского нежно любим мною с детства и до сих пор. У меня был толстый сборник его стихотворений, который, увы, не сохранился, так как был совершенно "зачитан"). Остался похожий, который отдали младшей сестре, да ещё с цветными иллюстрациями, бережно любительски переплетённый нашим папой. Он тоже очень уважал "Крокодила" и любил цитировать из него:

Говорит ему печальная жена:
Я с детишками замучилась одна...

А ещё:
Кто, дрожа от страха, спрятался в чулане,
Кто в собачьей будке, кто на чердаке,
Папа схоронился в старом чемодане,
Дядя под диваном, тетя в сундуке.

Я тоже помню наизусть большие куски, только горестную историю крокодилова племянника опускаю (уж очень его жалко).

При том, что помню и люблю стихи многих замечательных детских поэтов, считаю, что Корней Иванович, несмотря на многочисленных критиков, начиная с Крупской и заканчивая мамами -читательницами, которых ранят жестокие сцены убийств и пожирания одних героев другими, самый яркий и харизматичный поэт. Да он таким и был, судя по воспоминаниям.

А какие, не побоюсь этого слова, поэмы) он нам оставил. В неизменную обойму любимых и наиболее часто издаваемых входят Мойдодыр, Телефон, Краденое солнце, Айболит, чуть реже Тараканище и Федорино горе, Бармалей, Путаница, Чудо-дерево, английские народные песенки. А вот Крокодила и Бибигона знают гораздо меньше.

Крокодил - самое первое стихотворение для детей, написанное Чуковским. Это был 1916 или 1917 год, существует несколько версий его возникновения, основная - Корней Иванович начал сочинять Крокодила для заболевшего сына, стараясь его развлечь. И, несомненно, первый опыт был удачным. Много лет спустя автор сетовал, что он написал столько серьезных книг, а его знают в основном как автора Крокодила ).

Крокодил (животное и герой) фигурирует и в других стихотворениях Чуковского, начиная с эпизодической роли) в Тараканище ("крокодилы в крапиву забилися, а в канаве слоны схоронилися"), а затем уже в главных ролях в Телефоне, Мойдодыре и Бармалее. Да, еще в Путанице ("долго-долго крокодил море синее тушил") и в Айболите по Гью Лофтингу.

Вот пишу сейчас и сама удивляюсь - сколько сохранила моя память! Так что читайте детям Чуковского. Это очень хорошие стихи и запомнятся на всю жизнь.

И немного об иллюстрациях. На фото рядом с рисунками Курчевского и Серебрякова из новой книги я поместила рисунки из своего старого сборника, это Сутеев. Конечно, Сутеев более понятен детям. Но шестилетний внук с удовольствием рассматривал новую книгу, залюбовавшись "милой девочкой Лялечкой" (кстати, у Сутеева Лялечкиной мамы не было, поэтому даму-маму от КУрчевского я тоже прикрепила).

Как написала дочь художника Марина Курчевская (очень хорошая статья в конце книги))), Чуковскому рисунки молодых художников понравились, и он, узнав, что у них есть "одна дочка на двоих"), подарил ей экземпляр довоенного Крокодила с рисунками Конашевича с автографом и пожелав, чтобы в 2000 году она вспомнила о нем и об этой книге. И в новогоднюю ночь она, подняв бокал шампанского, вспомнила Корнея Ивановича.

P.S. И еще немного о Вадиме Курчевском. Он много лет проработал на студии Союзмультфильм сценаристом, художником-постановщиком и режиссером. В 1966 году он снял кукольный мультфильм. Вот что пишет о нем Александра Василькова :
Называлась эта нежная и грустная сказка «Мой зелёный крокодил», а рассказывала она о любви нелепого крокодила-поэта, не похожего на остальных крокодилов: растрёпанный, обвязанный шарфом, а главное — тонкокожий, незащищённый (фигурку куклы обтянули зеленым гипюром с крупным рисунком, напоминающим крокодиловую кожу и создающим ощущение не греющей и толком не прикрывающей оболочки). Возлюбленная крокодила была прекрасна: белоснежная стройная корова с огромными глазами. Они были счастливы, любовь их была взаимной, у них было так много общего — оба любили деревья, цветы и листья. Но когда наступила осень и не стало цветов и листьев — у них не осталось ничего общего, оказалось, они не пара: она такая красивая, а он — такой зелёный. И крокодил решил ради любимой превратиться в зелёный лист. Наверное, ни до, ни после того в российской мультипликации не было фильма о любви лучше этого… Скрыть

У внучки был набор книжечек от Татьяны Русситы, и это были действительно первые ею прочитанные печатные издания,). Потом они к кому- то "ушли" и не вернулись (.
Теперь подрос внук и, пока я думала, покупать ли новый набор, значительно выросший в цене, наборы закончились.
Впечатления от новой книги, с новыми, как я понимаю, рассказами. Книга небольшая, лёгкая, запах, на что жалуются покупатели последних изданий МИФа, есть, но для меня это не критично. В сборнике 14 рассказиков. В содержании рассказы с разным количеством букв выделены разным цветом: с трехбуквенными словами один, с четырех буквенными - три и так далее.
Для меня неожиданным оказался переход от первого рассказика, в котором одни междометия, ко второму, где уже целые предложения. Самое первое : Что я вижу в лесу?
Книгу только получила, читать пока не пробовали. Но уверена, что будет интересно и малышу, и мне ). Спасибо издательству Скрыть

Рассказы о жизни Марийки и ее семьи в маленьких провинциальных городках в конце 50-х-начале 60-х годов прошлого века. Должны понравиться любителям советской литературы и всем тем, кто хочет вспомнить о своем детстве, проходившем "там же и тогда же". Я помладше автора и никогда не видела русской печки, но и мне было интересно читать про детали и приметы той жизни. Как будто слушаешь рассказы старших родственников. Например, слушая, как мой папа рассказывает о своем бурном и невероятно интересном детстве в Чимкенте, всегда поражаюсь, как много подробностей сохранила его память. У меня же воспоминания - как набор фотографий.

Начало рассказа "Апельсины на Новый Год"

Это история похожа на сказочную. Случилась она 31 декабря 1961 года в одном маленьком городке на реке Вятке. Обычный город, ничем не отличающийся от других, но в предновогодний вечер там произошли волшебные события, похожие на те, какие описывал знаменитый сказочник Ганс Христиан Андерсен.
Жили мы тогда на краю города. Это сейчас наш дом чуть ли не в центре, а тогда там расположилась дальняя окраина, примыкающая к лесу. Уличная детвора всё свободное время проводила в лесу: летом, собирая ягоды и грибы, играя в прятки, а зимой, катаясь на лыжах между елок и сосен.
Как бы хорошо дети ни знали лес, родители строго - настрого запрещали им ходить туда после темноты. Медведи здесь не водились, но волки и лисицы пробегали, а однажды весь город напугала рысь, которая вышла из леса, прогулялась по главной улице и спокойно ушла в другую сторону. После этого случая каждый вечер во всех ближних к лесу домах родители постоянно внушали детям, что играть там опасно. Но внушение внушением, а мама и папа целыми днями на работе, и дети так и пропадали в любимых местах, где им был знаком любой захудалый кустик, все муравьиные горки, извилистые ручейки, ароматные кусты можжевельника, пушистые елочки и высокие стройные сосны.
Еще с осени каждый выбирал себе елку, которую поставит дома на новый год. Но дело этим и заканчивалось, потому что перед праздником у родителей обычно было много работы, они пропадали на ней до позднего вечера. Страна только, только начала вставать на ноги после разрушительной войны, прошло всего пятнадцать лет после ее окончания, и работать всем приходилось допоздна. Поэтому просьбы детей поставить дома елку оставались напрасными. Не случайно все школьники с энтузиазмом готовились к новогодним праздникам. Их ждали, к ним готовились: это было счастливое событие для уличной детворы, не избалованной сладостями, фруктами и дорогими игрушками
Примерно за месяц до наступления долгожданного вечера объявлялись конкурсы на лучшую елочную игрушку, карнавальный костюм, детский спектакль силами классов. На постановку спектакля редко какой класс решался, это зависело от ребят, способных не убежать со школьной сцены после открытия занавеса, и классных руководителей, у которых был дар режиссера - постановщика.
А вот при изготовлении игрушек просыпалась фантазия даже у самых ленивых учеников. Особенно ценилось умение виртуозно вырезать снежинки. Не всегда они получались красивые и фигурные. И дети сидели вечерами дома, забыв про снежные горки, санки и лыжи, усиленно тренируясь на старых газетах или оберточной бумаге, чтобы потом на уроке труда торжествующе вырезать из цветной бумаги, выданной учительницей, кружевное чудо. Вырезались не только снежинки. Всем без исключения нравилось делать на уроках труда фонарики и гирлянды. Брался листок бумаги, на нем нарезались поперечные полосы, не доходившие до края, потом края бумаги склеивались и приминались, получался пузатый фонарик. Вот уж где можно было блеснуть фантазией - длинные и пузатые, узкие и широкие, пестрые и однотонные фонарики складывались на учительский стол в конце урока. И еще были гирлянды. Невозможно забыть гирлянды из колечек самого разного размера, которые выходили длиной с класс, а, если не полениться склеить все подряд, то и во всю длину школьного коридора!
Если снежинки, гирлянды и фонарики дети могли сделать сами, то в конкурсе карнавальных костюмов без помощи родителей ничего бы не получилось. Не знаю, что случилось с нашей вечно занятой мамой, но она решила сшить для старшей сестры, Розы, карнавальный наряд - костюм узбечки. Нашла золотое шитье, оставшееся еще от бабушки, выкроила марлевое платье до пят, приметала ленты с шитьём по подолу, концам рукавов и вместо пуговиц. Подсиненное накрахмаленное платье с золотыми полосами переливалось, блестело, и сестра казалась в нём сказочной восточной царевной, случайно забредшей в далекие снежные края. Из бабушкиного сундука извлекли еще одно удивительное сокровище, темно-бордовую бархатную тюбетейку, расшитую бисером и драгоценными камушками. Волосы сестры мама заплела в двадцать пять косичек, и такой она предстала на новогоднем вечере.
Надо ли говорить, что Роза затмила всех своим костюмом, и ей вручили главный приз - пакет апельсинов. Тогда мы впервые вдоволь наелись заморских фруктов - их было десять штук, а не один в подарочном новогоднем пакете, как у всех.
О новогодних подарках надо сказать особо. На нашей улице никто из родителей не баловал детей ни конфетами, ни апельсинами с орехами, поэтому подарки всегда были для детворы сказочным богатством, приятным сюрпризом к празднику." Скрыть

А вы любите Крым? А Коктебель?
Я, к сожалению, не принадлежу к числу давних почитателей и фанатов этого культового места. Я и в Крым-то впервые попала совсем недавно. Но исправно ездила туда несколько последних лет. Но когда приехала в прошлом году в Коктебель, поняла, что обязательно вернусь туда не раз. В последний день своей поездки я случайно и купила «Коктебельские сказки», изданные в Симферополе в 2014 году. Причем у самого автора, Галины Астафьевой, замечательного фотографа, чьи фотографии меня и привлекли. Одну из них, фото одинокого дерева у могилы Волошина на горе Кучук-Енишар, я тоже купила.

Вот что Галина пишет о себе: «Неизвестный детский писатель. Закончила факультет журналистики Санкт-Петербургского государственного университета и Литературный институт имени Горького, Москва. Член союза фотохудожников России. В Коктебеле с 1993 года».
Наряду с фотографом Галей, хозяйкой Татьяной и егерем Васей (с ним я тоже знакома))), а также кошкой Брыськой, собачкой Джессикой, Совой Улей, жабой Фросей Гавриловной и Улиткой Маней, в сказках живут три горы: Кок-Кая, Сюрю-Кая и Святая. Вот они, на фото обложки, нарисованные самой Галей. А также и сам Карадаг и любопытные мысы, и бухты. А еще ветры, Море, Туман, Звездочка, Тишина. И Время. И времена года, которые приходят в Коктебель, сменяя друг друга.

В общем, когда холодной осенью вам станет совсем тоскливо, нужно почитать «Коктебельские сказки». И если вы были в Коктебеле, то вы его сразу увидите и почувствуете. А если не были, то попробуйте его представить. Веселые рисунки автора вам помогут. А хотите, приезжайте в Коктебель, хотя бы на Новый год, чтобы самим его увидеть. Поселитесь у хозяйки Татьяны, сходите на Карадаг с егерем Васей, поднимитесь к могиле Волошина. Там удивительно!

А сами сказки очень милые и напоминают мне Дональда Биссета. Они понравятся даже малышам, которые и слыхом не слыхивали про Крым и Коктебель. Вот одна из сказок, осенняя.

«Как собачка Джессика наступила темноте на хвост»

Осенью во дворе дома номер пять в Полынном переулке становится тихо-тихо.
Так тихо, что слышно, как на чердаке шуршит в сухих травах мышка Прасковья.
Гости уезжают домой: в Питер, Москву, Харьков и Киев.
По комнатам гуляют сквозняки.
Хозяйка Татьяна не успевает закрывать форточки и гоняет их тряпкой, а потом сидит у окна, глядя на покрасневшие горы Кок-Кая, Сюрю-Кая и всегда зеленую Святую.
Довольны только Темнота с собачкой Джессикой.
В это время года Темнота приходит в Коктебель все раньше и раньше – и играет с Джессикой в прятки.
- Ку-ку! – говорит она, прячась за забором, и посверкивает в небе желтым Юпитером.
- Гав-гав! – лает Джессика и бегает по Темноте, высунув язык. – Вот я тебя и нашла!
Темноте приятно. Она тычется во все углы двора.
- Ква-ква! – гулко отвечает им из набитого листьями колодца жаба Фрося Гавриловна, которая ловит там мух и готовится к зиме.
И так они играют каждый вечер.
Однажды в конце октября Рыжая собачка Джессика сидела в Сумерках на крыльце и чесала за ухом.
Приятно в Сумерках чесать за ухом, ничего не скажешь!
Сумеркам тоже хотелось почесать за ухом, но у них не было ушей, и они грустно сгущались, сгущались, сгущались и…
- Ой, кажется, я куда-то наступила! – ойкнула Темнота, нечаянно наступив на хвост собачке Джессике.
Но поскольку она была очень вежливая Темнота, то сразу сказала:
- Чтобы мы не поссорились, ты мне тоже на хвост наступи.
- А где твой хвост? – удивилась собачка Джессика.
- Пойди и поищи! – засмеялась Темнота, и Джессика пошла искать.
Она бегала по дорожкам, по клумбам, где все лето цвели розы, а сейчас торчали засохшие стебли, заглядывала в беседки, увитые виноградом.
В укромных уголках попадались спрятанные косточки, старые мячики, но не было никаких хвостов.
- Не там ищешь, - подсказала Темнота. – Голову подними.
Собачка Джессика взглянула вверх и увидела над собой мерцающий Млечный Путь.
- Это и есть мой хвост! – сказала Темнота.- Лезь на крышу.
Джессика залезла на крышу и потрогала лапой Млечный Путь. Он был упругий и прохладный.
- Вот теперь все в порядке! – обрадовалась Темнота, дождалась, когда Джессика спрыгнет на землю, и они снова стали прятаться друг от друга.
А хозяйка Татьяна посмотрела очередной сериал, выключила телевизор и пошла спать.

P.S. Вот, наконец на сайте появились все данные о книге и об авторе. Только в названии издательства ошибка. Правильно "ОрЕанда" Скрыть

Это замечательная книга, даже не побоюсь этого слова, бесценная (по крайней мере для меня). Покупала я ее для подарка очень пожилой женщине, у которой дом в городе и сад при нем, где есть старые деревья и еще более более старый колодец, любимые растения (есть даже привезенные из Австралии))). Но я не ожидала, что книга так понравится мне самой. Сама я садовод аховый, мои способности не простираются дальше " полоть, поливать и палить (сжигать, когда безопасно)",не очень разбираюсь во всех процессах и работах, которые требуются на участке.Но на даче я регулярно замечаю прилетающих птиц, люблю и высаживаю каждую осень ранние луковичные и иногда, когда успеваю, любуюсь цветущими деревьями.

Эта книга не для садоводов и дачников, вернее, не только для них. Ее аудитория более обширна.

Николя Жоливо, путешественник и художник-натуралист, на протяжении почти двух лет ежедневно наблюдал за происходящими изменениями в своем саду, который принадлежит его семье больше ста лет. Сад совсем небольшой, всего триста квадратных метров, автор приводит в книге его план. Удивительно, как на таком маленьком участке помимо дома и других строений, могут поместиться несколько водоемов, пусть и совсем небольших, огород и столько растений.
Впрочем, сам Жоливо пишет: "...я занялся своим садом, решив узнать, что же в нем, собственно, есть. Спустя месяц я понял, что бесконечная изменчивость природы и неисчерпаемость мелочей делают мое желание неисполнимым. ... для пристального взгляда наблюдателя мой сад так же необозрим, как Китай".

В книге двенадцать, по числу месяцев в году, глав. Автор описывает сезонные работы, которые проводит в саду, растения, за которыми ухаживает, его живых обитателей, погоду. Вот самец зарянки, которого он назвал Жан-Мороз, потому что тот прилетает на зиму; дрозд Тино и его семейство; двенадцатисантиметровая жаба Бабуля " с красивыми красными глазками и необыкновенными бородавками на спине".

И всех этих героев мы можем увидеть в книге. Да еще всевозможных насекомых. А сколько растений! Рядом с каждым рисунком приведено название плюс латинское (автор считает, что это не только важно с научной точки зрения, но и поэтично))). Причем автор не ботаник и не зоолог, он сам признается, что "совсем рядом со мной жили неведомые растения, жуки, бабочки, и только голоса двух-трех самых известных птиц были мне знакомы". То есть ему самому пришлось все это изучать, и в конце книги он приводит библиография и ссылки на ресурсы, которыми он пользовался. Еще ценно, что он сделал подробный предметный указатель всех героев своих рисунков,разбитый на разделы.

А рисунков в этой книге, наверно, больше, чем текста. Жоливо не только подробно и любовно изображает обитателей своего сада, он делает свои рисунки предметами искусства. Я поняла это только вчера, когда любовалась обложками блокнотов с рисунками китайских художников в жанре хуаняо (цветы и птицы, а также насекомые и животные). Заглянув в конец книги, увидела, что у Жоливо вышло несколько альбомов с рисунками из путешествий по Китаю и Японии. Так вот откуда эта очаровательная поэтичная манера!

Но еще в конце каждой главы автор рассказывает маленькую историю: о том, как сад появился, кто были его прежние владельцы, какие строения были на участке. И, конечно, самое важное - когда его семья приобрела этот сад, а случилось это в 1904 году, как жизни его родных были связаны с садом. Жоливо сделал рисунки по старым семейным фотографиям. Вот на семейном фото на коленях у молодой женщины сидит малыш - это отец Николя Жоливо, а рядом его старенькая прапрабабушка - первая владелица сада. Вот так автор и совершает путешествие по своей семейной истории, но это - и путешествие к себе, к своим детским воспоминаниям.

"Пропалывая и окапывая ревень... я нашел синий шарик и замер с тяпкой в руках: нахлынули воспоминания. Я увидел желобок, прорытый в теплой июльской земле, чтобы прорыть шарики. Потом по нему ездил пластмассовый велосипедист с нацарапанным на нем именем победителя велогонки. Я ощутил восторг, какой вызывали во мне те шарики, услышал их постукивание в коричневом мешочке, почувствовал даже запах этого мешочка".

И немного о качестве издания: большой формат, мелованная, пусть и тонковатая, бумага, отличная цветопередача. И цена, поверьте, для такой полиграфии, просто отличная.

Очень хочется купить еще пару книг на подарки. Я знаю, эта книга будет радовать и утешать ). А еще хочется посоветовать книгу Меира Шалева "Мой дикий сад". Она совсем другая, но тоже замечательная. Скрыть