У Марины Цветаевой совершенно невероятная проза. Она играет словами, докапывается до их сути, обнаруживает смыслы, которые видны, возможно только настоящему поэту. Она умеет чувствать слова. пробовать их на вкус, цвет, гладкость, шероховатость. Она использует замечательные составные определения, и потом думаешь, что и верно, не скажешь лучше.
Кроме того, все, что она пишет, очень личное, очень настоящее, очень искреннее и получается невероятно увлекательным. В отличие от большинства биографий, вышедших в этой серии, книга Цветаевой - это не автобиография в настоящем значении этого слова (я родилась, училась, вышла замуж... - этого занудства здесь нет!), это россыпь небольших рассказов, каждый из которых не только и не столько о ней самой, сколько об отражении окружающего ее мира в чувствах, мыслях, сравнениях, размышлениях. Это приглашение в мир интеллигенции начала 20 века, мир наполненный смыслами, аллюзиями, поиском прекрасного и интереснейшими находками.
И это, наконец, один из лучших образцов русской прозы.
Завидую тем, кто еще только откроет для себя прозу Цветаевой!
Скрыть

Пока я не прочитала взрослую прозу Пришвина, то к своему стыду, считала его исключительно детским писателем. Все эти березки, елочки, лисички, уточки и, конечно же, знаменитая (и замечательная!) Кладовая солнца.
Так вот, он и вообще прекрасный писатель. Прежде всего, это дивный, чистый красивый русский язык. И, конечно, любопытные наблюдения, характеры, эпизоды. Мне показалось, что у Пришвина очень современный подход к изложению мыслей.
Отличный вариант для подуставшего от корявой современной прозы требовательного читателя. Скрыть

Отличная книжка! Нужно отдать должное автору, он не тратит половину пособия, как это часто бывает, на описание фирм, производящих карандаши и бумагу, а сразу же переходит к делу. Самое важное здесь - композиция, и ей уделяется больше всего внимания. Причем, это опять же не абстрактные слова и примеры с цилиндрами, а вполне интересные и идеально составленные натюрморты, начиная от простейших, и закачивая довольно сложными композициями. Внимание также уделено манере рисования в целом: педантичной и небрежной, разным типам штриховки, пятен и т.п. (все с примерами); а также тому, как осуществить переход от реалистичной манеры к абстрактной со всеми промежуточными вариантами.
В общем, если вы хотите научиться рисовать простое яблоко 20 различными способами или присмотреть симпатичную идею для будущей работы, то стоит посмотреть в эту книжку. Идеи - просто замечательные, и так и хочется все попробовать.
Очень-очень рекомендую. Это лучшее пособие по технике натюрморта из всех, что мне попадались. Скрыть

Книга так же хороша, как и первая в этой серии. Для меня, даже интереснее, т.к. в 1980 мне было уже целых 4 года, и многое я помню. Думаю, успех "Намедни" - это возможность пролистать странички настоящей истории, той, которая запомнилась именно тебе, насыщенной яркими эпизодами, ностальгическим вкусом продуктов, картинками из телевизора, а вовсе не унылыми речами о политике и экономической ситуации (хотя здесь есть и это). Книгу не только приятно держать в руках, ее трудно отложить в сторону, потому что то там, то здесь натыкаешься на такое родное и знакомое, что постоянно ловишь себя на мыслях типа " а у нас был вот точно такой же пылесос/часы/чашки..." или "точно-точно, я помню эту песню, ее крутили довольно часто по радио". Это действительно про нас, чего уж там. Кстати, идеальный подарок. Скрыть

После первой книги про кота, только любитель жевать кактусы стал бы покупать вторую. Однако так вышло, что мне подарили сразу две, и только поэтому я пролистала "Продолжение". Перед ее написанием Питер Гитерс явно ознакомился с творением Питера Мейла "Год в Провансе", съездил в Прованс сам, и решил, что он может написать книгу ничуть не хуже. Справедливости ради, нужно отметить, что разница между книгами обоих тезок и правда невелика.
И там и там 90% занимает описание ресторанчиков и еды (бонусы за рекламу заведений Гитерсу видимо выдавали бутылочками превосходного местного вина).
Между трапезами Гитерс вспоминал, что пишет про кота, и вставлял недостающие эпитеты. Когда идей совсем не оставалось, и писать было вовсе невмоготу, он вспоминал о первой книге и ссылался на эпизоды из нее.
Жизнь в Провансе явно повышает настроение, и надо признать, что автору даже иногда стали удаваться его попытки оживить повествование шутками. И если бы не талант переводчика, который свел на нет большинство попыток Гитерса, то они могли бы даже получиться смешными.

Но в целом, это УВЫ-2. При всей моей любви к кошкам, любви к Гитерсу не вышло. Скрыть