"...У холода много различных форм.
Есть холод, который является порождением стихии. Этот холод есть одно из свойств окружающего мира. И есть холод, который существует внутри людей. Такая, человеческая форма холода во много подобна той, что присутствует в окружающем нас мире. Любой холод по природе своей является отсутствием движения пустотой. Пустотой, которая во что бы то ни стало стремится заполнить себя чьим-то теплом." ©

Сергей Бушманов - молодой автор, на которого стоит обратить внимание. Только одаренные люди могут рассказывать страшные вещи без тени пошлости, уличной грязи и ненужных подробностей. Пусть мои впечатления несколько сумбурны, но чтобы понять смысл всей этой истории, нужно до конца прочувствовать каждую деталь.
У нашего героя был выбор. Судьба давала шансы на оседлую и обычную жизнь. Но он выбрал свой, заснеженный, единственный путь - воевать за светлое невозможное. Его не пугают непролазные урочища, мерзлая пыль и глухие дебри одиночества. Тот, у кого в крови вечный зов скитаний и влечение к дорогам, неустанно шагает вперед, чтобы поставить точку на собственной карте - точку невозврата. Простор и невысказанная боль гонят вдаль, за линию горизонта. И этот уход выливается в привычную болезнь - не вернуться назад.

"Заходящее солнце подталкивает меня, заставляет размышлять быстрее. " ©

Холод хранит свои тайны, создает особенную, гипнотическую атмосферу. Его конечная трансформация и полное потрясение основ уводят с физического состояния на духовное. Это каждый воспринимает по-своему. Определенная система ценностей, где происходит метафизическое столкновение двух сил - жизни и смерти.
Мы очень мало знаем. За целую отмеренную жизнь нарабатываем себе светлую карму для следующей реинкарнации. Что очень нелегко дается в условиях кали-юги. Если мы, люди, в очередной раз очутились здесь, на Земле, - это уже тревожный сигнал. Это повод задуматься, почему всё повторяется вновь. Значит, что-то пошло не так. И ошибки, совершенные ранее, окончательно не исправлены.
Зато, победив в себе мертвенный холод, наградою будет свобода. От правил, мнений, установок, от всего на свете. Новая религия свободы и истины. Только ты, один на один с самим собой.

"Это был запах пространств и дорог, влекущий за собой вдаль. Это был запах свободы." ©

Холод любой, как и зима, всегда негативно воспринимались мной и несли сугубо безрадостную окраску. Кто-то пытается строить воздушные замки. Кто-то отчаянно верит в новый день. А холод всегда будет терпеливо ждать где-то поблизости.
И, возвращаясь к деталям, интересны некоторые моменты философии страха.
...Заглянуть в заиндевелое окно пустого заброшенного дома и ощутить на себе чей-то недобрый взгляд. Все места заняты... Скрыть

Несомненно, к одним из самых животрепещущих мистических произведений русской классики относится грозный и мрачный «Вий». Здесь язык и фантазия Гоголя, яркость и глубина его образов безупречна и несравнима ни с чем иным.
Никто не предполагал, что заплутавшие в ночи три бурсака во главе с философом Хомой Брутом забредут на ночлег именно на хутор к старухе-ведьме. Подобная встреча не сулит ничего доброго, в особенности положительных эмоций. А уж последствия плачевной ночи закидывают Хому в ещё более страшную передрягу: он должен отпевать дочь сотника три ночи подряд. Явная взаимосвязь гнетущих событий сеет тёмное нехорошее предчувствие в душе Хомы. Но ему уже некуда деться…
«Труп уже стоял перед ним на самой черте и вперил на него мертвые, позеленевшие глаза» ©
Страница за страницей вмещает в себя великий эмоциональный контраст, используемый при описании. Каждую сцену не только представляешь, а чувствуешь её живой, объёмной и в звуковом оформлении. Так руки старухи ловят в воздухе Хому, и сверкают странным блеском её страшные глаза. Слова без звука шевелятся на губах, но зато они стонут и плачут, когда панночка читает свои заклинания. Ожившее бормотание и всхлипывающие звуки, заставляет леденеть в жилах кровь. Как и визжащие крылатые чудовища вместе с явлением самого «виновника торжества», с виду приземистого и коренастого, но с железными пальцами и длинными веками до самой земли... Вий.
«…Раздался петуший крик. Это был уже второй крик; первый прослышали гномы.» ©
Конечно же самым несоразмерным разочарованием было то, что нечисть прослушала главное: спасительный петушиный крик. Великая несправедливость, ведь при правильном раскладе биография Хомы Брута окрасилась бы в совершенно иные оттенки, влекущие незамедлительную победу…

Данное издание является подарочным, очень качественно оформлено с прекрасными иллюстрациями Эдуарда Новикова. Перечитываешь и наслаждаешься не только колоритом и слогом Гоголя, но и тем, как художник пропустил через себя каждый кусочек произведения, увековечив его в туши и карандаше. Скрыть

Идея заново воссоздать знаменитую (и бессмертную, как оказалось) серию "Книга за книгой" издательством "Детская литература" - гениальна. В данном случае - это бесценные воспоминая о самых ярких красках детства в лиричном и художественном исполнении Ирины и ЛьваТокмаковых.
Я погрузилась в любимое занятие - сравнение между собой иллюстраций любимого художника, обращая внимание на детали и различия. И на свои ощущения, конечно же. Основой послужили рисунки из книги издательства "Дрофа" 2001-го года, в Лабиринте его нет. Зато есть достойный аналог (см. ссылку - Карусель. И. Токмакова) Скрыть

Красивейшее, репринтное издание "Азбуки" Александра Бенуа 1904 года. Безусловно, основная ценность заключается в иллюстрациях. Оригинальность их и заключается в тонком выборе ассоциаций на ту или иную букву. Картинки насквозь пронизаны литературными образами, во всецело авторской завораживающие-мрачной манере Бенуа, с прорисовкой множества деталей. Именно детали особенно интересны. Отдаленно напоминает «Весёлую азбуку» в картинках Джорджа Крукшанка, с подобными неповторимыми примерами, такими как известные «Nightmare» - Ночные кошмары на букву N. Только со своим старинным привкусом.
На титульном листе нас встречают мудрые совы с занимательной табличкой: "Ученье свет, а неученье тьма". Дальше на каждую букву идут отдельные картинки. По-своему их можно поделить на «обычные» и «сказочные» образы. Например, "У"раган на "У"лице разметал горожан по воздуху, и даже дилижанс, и собак, и кошек, гнутся фонарные столбы, а небо чёрное, как копоть. В царстве "Э"льфов кипить своя жизнь, а мимо проезжает "Э"кипаж, запряженный четвериком кузнечиков. Два "Р"ыцаря сражаются против дракона, прячущегося в скалах. Кругом раскиданы скелеты прежних смельчаков, а на заднем фоне принцесса заламывает руки. Жуткая Баба Яга летит в ступе над чащей, а дети прячутся от неё в кустах. "В"еликан с корнем вырвал ель из земли и с интересом наблюдает как "В"олшебник совершает колдовской обряд, стоя в магическом кругу. "Л"уна печально заглядывает в глухой лес, где между страшными деревьями прячется лесная нечисть: гномы, эльфы и духи. Неожиданная ассоциация буквы "С" - "Сласти", где ведьма с дьявольской улыбкой приглашает зайти Гензеля и Гретель в свою пряничную избушку. На деревьях растут огромные конфеты, а на кустах покачиваются чашки с шоколадом. Вдруг "К"арлик выскакивает из праздничного торта на пиру, а огромная рыба под буквой «Iона» выплёвывает мореплавателя на берег среди бури во время кораблекрушения. Мы можем также побывать в шатре у "Х"ана, где наложницы укутаны паранджой, а заезжий купец разворачивает богатые цветные ткани.
Книгу по достоинству оценят коллекционеры, но адресовать ее просто необходимо детям для развития фантазии, расширения кругозора, для радости и доброты. Скрыть

"Что ни говори, а подобные происшествия бывают на свете, - редко, но бывают". ©

Это философское размышление на тему человеческих пороков, где на арене резвятся друг с дружкой корыстолюбие и зависть, слабость и предательство, решимость и благородство. Некий сказочный сюр, леденящая душу история, вмещают в себя собирательные образы майора Ковалёва и цирюльника Ивана Яковлевича.Тем не менее, в каждой сцене скользит гоголевская непревзойдённая улыбка с изрядной порцией тонкого юмора.
В душе остаются глубокие впечатления и яркий след, в особенности подкреплённые иллюстрациями Геннадия Спирина. Они отточены до блеска и полностью передают настроение всех персонажей, комнатный антураж и зимнюю петербургскую стужу.
Не удержалась и сравнила рисунки Геннадия Спирина с не уступающими им по атмосфере и колориту работами Игоря Олейникова. Все они поразительны и каждая иллюстрация дополняет другую, вносит собственный штрих и заостряет на себе ту или иную деталь. Скрыть