Cet Amour
Si violent
Si fragile
Si tendre… ©

Явные минусы сборника – отсутствие довольно ярких и значимых стихов с острым социальным подтекстом. Например, «Стирка» - о диком переполохе, случившемся в буржуазной семье, когда их дочка забеременела. Пронзительная безысходность в стихотворении «Голодное утро»: «Он страшен, стук этот слабый, когда разбивают о стойку сырое яйцо. Он страшен, если всплывает в памяти человека, которому голод сводит лицо». Или же «Наплевать вам на тех…» про условности, тянущие за собой проблемы взаимоотношений человека и животных. В данном случае это собака. «Грязь можно отмыть. Воду тоже можно отмыть». Но никак не отмоешь того, кто напоказ прикидывается чувствительным и милосердным.
Из плюсов – конечно же, перевод Михаила Яснова. Потом каждое стихотворение представлено на развороте сразу на двух языках, русском и французском. Плотная бумага и красивое оформление обложки Пабло Пикассо.
Впервые стихи Превера были прочитаны мной в сборнике «Западно-Европейская поэзия ХХ века». Особенность поэзии Жака Превера – умение не отмалчиваться, а громко заявлять о собственной боли, яростно и напоказ выступать против неблагодарного труда, не приносящего ничего, кроме хронической усталости и болезней. Все его нападки направлены против ханжества и тупости закостенелого общества, обличение глухой толпы и несправедливых законов.
При этом поэт так лирично и остро подчеркивает грусть и тонко воспевает любовь. Это огромный фонтан юности и отражение старости. Превер – истинный парижанин, он любит город со всей его бурлящей суетой и мнимым спокойствием, бесчисленными бедами, радостями, неблагополучиями и желанием быть счастливым. Биография Превера сочна и богата. Например, из школы он был исключён за "плохое поведение". Он вступает в сюрреалистическое общество и знакомится с Робертом Десносом, Луи Арагоном, Максом Эрнстом и Пабло Пикассо. В жизни поэт не очень-то увлекался политикой, но, тем не менее, упорно выстраивает свои жизненные позиции на общественной лестнице, пишет стихи для детей, и выступает сценаристом в фильмах "Дети райка" и "Набережная туманов". Привожу в пример «Доброе юное время», любимое стихотворение отсюда:

Вода была хрустальной
река была зеркальной
земля была родящей
весна была пьянящей
война была вчерашней
любовь была всегдашней. Скрыть

Люблю писать отзывы по горячим следам. Эту книгу читала просто взахлёб.

"Каждый год на северо-востоке Шотландии уходят из дома и не возвращаются более трех тысяч человек. Каждые двенадцать месяцев три тысячи человек регистрируются как пропавшие".

Перед нами первая книга из цикла «Гранитный город» - роман "Cold Granite", в переводе «Холодный гранит», теперь получил новое красивое название «Пабы, церкви, дождь», что весьма характерно. Этого в Абердине в избытке, да и погода меняется редко, в основном кругом мрачно, гранитно-серые небеса, бешеное Северное море, холодный ветер и бесконечный дождь. Из-за тяжелых погодных условий никак не наступающей зимы жители Абердина смотрятся своеобразно. На улицах каждый прохожий выглядит как кровожадный насильник. Но как только выглядывает солнце, абердинцы стягивают толстые шерстяные свитера, разматывали шарфы, открывают лица и даже улыбаются. Но зимой…

"Зимой город выглядит как павильон, в котором проходит кастинг для фильма ужасов." ©

Итак, штаб-квартира полиции Грэмпиана. Сержант Логан Макрай во главе с детективом-инспектором Иншем будут расследовать ряд жестоких убийств. Их-то в романе предостаточно. Все кровавые и изощренные, посыпались на полицейских словно из рога изобилия.

Я изначально за откровенные и подробные сцены. Считаю, если взялся описывать - описывай детально и красочно. Приглашаешь читателя на вскрытие трупа в морг - поступай как Макбрайд - честно, открыто и детализировано. Утонченному визуалисту придутся по вкусу красочные описания с места убийств: стопроцентное присутствие возле отводной канавы под мостом. (кстати, дождь барабанил без перерыва) .
Городская свалка с ворохами пластиковых мешков. (ветер обжигающе-холодный и яростно хлещет дождь) .
Переселенный многоквартирный дом в потёках ржавчины и прогнивших водосточных трубах. (безусловно, и тут моросящий дождик) .
Полуразрушенная ферма заросшая травой. Там живет очень интересный персонаж. Встречаются люди с синдромом Диогена: собирают всякую дрянь и притаскивают к себе в нору. Но коллекция "прекрасных мёртвых вещей" - подобная картина выносит мозг навсегда! ...А через несколько дней двери хозяйственной постройки распахнутся, и в нос ударит отвратительных запах разложения. (вновь проливной дождь и снег) .
Общественный туалет в Ситон-парке (небо так и не прояснилось, падает снег) .
И чёрно-белый лесопарк, как в страшной сказке, с изогнутыми стволами деревьев, обросший снегом. (завывающий зимний день)
А ещё в порту выловили труп с отрубленными коленными чашечками... Так что с описаниями у Макбрайда всё в порядке. В целом - уютный получился роман.

P.S. Сейчас, не раздумывая, начала читать вторую книгу (вообще-то, четвертую, издателей очень забавляет переводить не по порядку) - "Дом плоти". Писательский дар Макбрайда неизменно на высоте. Скрыть

THALASSA! - Море! (лат.)

Замечательная книга. Каждый рассказ - маленькое путешествие по юношеским воспоминаниям автора. В них присутствует не только шум моря, крики чаек и бесконечные волны. Все эти истории насквозь пропитаны чредой тонких наблюдений за душевными расстройствами и переживаниями человека, за его поступками и поведением в отдельно запертом мирке.

Во всё, что ты делаешь, нужно вкладывать душу. У автора душа хрупкая и очень ранимая. Он страстно мечтает о плавании, желает поскорей оказаться на необъятных морских просторах, даже испытывает своеобразную зависимость от морских глубин. Особенно вдохновило на плавание прочтение "Моби Дика". И каждый раз, когда он оказывается на корабле, то разыгравшееся воображение яростно проворачивает в голове сотни приключений, замешенных на такой же сотне прочитанных книг. Только нельзя забывать, что он - мальчик из совершенно другого мира, книжного, интеллектуального, отточенного. Он всего лишь наивный студент, гимназист с душой на распашку. Лакомая наживка для грубых, неотёсанных моряков. Пройтись по шагам Горького удается ещё сильнее : корабль, злоба, сталь в насмешках и необоснованная звериная жестокость. Никакой романтики не получается. Только автор не унывает даже в тупиковых ситуациях. Пусть неумолимый маховик времени запущен - романтику можно выдумать самому на пути к достижению заветной цели. Именно поэтому большинство историй настолько пронизаны глубоким психологизмом и раскрашены самыми яркими красками одержимости, несправедливости и таким бешеным желанием жить... Жить и побеждать, полной грудью вдыхать этот воздух... Единственный, незаменимый, за который тоже приходится бороться.

"Я лежал ночью без сна, войдя в клинч с с непостижимостью пространства, времени, случайности и необходимости." ©

Вот детское разочарование - взять и расплакаться при виде моря, не понять его, упрямо представлять не туманный серо-зеленый луг, а голубое небо и сказочный плеск прибоя. Вот мрачный, открытый конец про семейную чету, которая так любила совершать вояж по выходным на собственной яхте. И совершенно фантастический рассказ про человека, колесящего на мопеде по волнам. Несколько автобиографичных рассказов переносят нас в пору юности писателя, когда в 16 лет он юнгой впервые отправился в плавание на танкере. Тут-то и обнажается вся действительность без глянца и прикрас. Не успеешь моргнуть, как блеснул удар. Повисли в воздухе и до сих пор звучат слова: "Погляди" - перед глазами то самое тёмное пятнышко от кофе на кружке.. Изуверское "посвящение" в отработанном машинном масле под град непосильных обязанностей. Но порою на выручку приходит юмор как в рассказе про зачистку танкера. Если лестница в видении Иакова вела наверх, то здесь она приводит прямиком в ад - место, где в нечеловеческих условиях трудятся иноземцы. Кругом царит хаос, устойчивый запах нефти, кромешная темнота и "дедовская" дисциплина. Нельзя без улыбки наблюдать за находчивостью нашего "вьюноша". Его Вавилонская башня нерушима и языковой барьер пройден - ведь каждый работник не против потрепаться на своем родном языке.

Дело в том, что классовое неравенство всегда ощутимо. И если ты молодой интеллектуал, обладающий феноменальной памятью, как автор, если ты индивидуальность, чья комната украшена чудесной полкой с любимыми книгами - ты всегда (ВСЕГДА!) будешь чужаком, инопланетянином в людском порочном потоке. К тому же, если ты самый младший на корабле и по возрасту, и по званию, то каждая сошка автоматически становится твоим начальником и имеет полное право отлупить за самые незначительные проступки. Только время стирает плохие воспоминания и остается... одно лишь море. Скрыть

Всегда интересно узнать что-нибудь новое сверх традиционно обкатанных фактов. Один день может хранить в себе сотни событий. А тут за спиной такой многовековой груз истории. Несметное множество голосов навеки застряло в воздухе, миллиардами шагов измерены улицы и столько же неизведанных тайн распихано по карманам различных уголков столицы.

"Городские легенды" Марии Артемьевой, художественно изложены вперемешку с исторической хроникой, читать их легко и очень интересно. Возникают различные интерпретации былого вместе с его персонажами, вымышленными и вполне реальными. То вдруг в перевернутой памяти появится белое лицо Салтычихи, потерявшее всякое человеческое обличье. То мелькнут непонятные тени в Лефортовском туннеле, а в запаснике Третьяковки горько вздохнет призрак с портрета неизвестного художника. Некоторые истории страшат и по-настоящему пугают, некоторые веселят – если бы до какой-то степени не были правдой.
Единственное, на мой взгляд, книге явно не достает истории Донского монастыря - стоны замученного в нём Патриарха Тихона так и напрашиваются на страницы. Еще можно было бы полней рассказать по теме "Немостора" и Ховринской больницы: этот "край чудес" просто пестрит разными леденящими душу слухами. И побольше из жизни подземелья (тут уж я тащу одеяло на себя с диггерской точки зрения). Но в целом чтение безумно увлекательное и … в чем-то даже познавательное. Скрыть