В интерпретации автора этой книги биография Талейрана странным образом демонстрирует, что можно не иметь убеждений, быть своекорыстным и продажным, однако действовать в общем-то на благо своей страны. То ли мы до сих пор не вполне понимаем историю той эпохи и не знаем, каковы были истинные национальные интересы Франции. То ли на самом деле патриотизм остается последним прибежищем негодяя. То ли герой книги вообще негодяем не был, а лишь изображал его. То ли Талейрану просто повезло - не пришлось выбирать между интересами страны и личной выгодой. Скрыть

Идея соединить описание истории Англии в эпоху Столетней войны и Войны Роз с анализом исторической достоверности пьес Шекспира была интересной, но реализована она Норвичем не блестяще. Книгу портит внимание к событиям одной лишь политической истории, причем в средневековом ее понимании – кто кого убил, кто с кем воевал, кто на ком женился и т.д. Для Шекспира это простительно, для современного же анализа исторической эпохи этого мало. Кроме того, автор пичкает читателя подробностями заговоров/мятежей/интриг/сражений столь обильно, что местами начинаешь путаться в многочисленных именах и титулах. Книге остро не хватает проблемного подхода. Лишь в финальных главах Норвич упоминает об острых дискуссиях по поводу интерпретации Ричарда III (злодей ли он, как у Шекспира, или обычный правитель, которого оболгали победители), но не заостряет на них особого внимания, предлагая читателю свое мнение (злодей!) без особых дискуссий. Общий вывод: Шекспир изобразил события XIV-XV веков более-менее правильно (хотя и со множеством мелких неточностей); спресовывание событий (когда в одной сцене происходят события, разделенные годами) оправдано требованиями драматургии. На мой взгляд, какой-то куцый вывод. Словом, книгу читать любителям истории можно, местами она занимательна, но все же перечитывать вряд ли захочется. Скрыть

Автор взялся за непосильный труд – написать биографию человека, в жизни которого не было, хоть ты тресни, ярких событий. К тому же бОльшая часть архива писательницы (прежде всего, сотни ее писем) уничтожена викториански-щепетильными родственниками. В результате книга превратилась в большое собрание мелких мещанских подробностей о жизни многочисленной семьи Остинов. Лично у меня после просмотра этой книги родилась одна нетривиальная мысль: ведь Джейн Остин жила в эпоху наполеоновских войн, ее «современницей» была Наташа Ростова, а ее братья командовали фрегатами под началом Нельсона, однако ни в ее жизни, ни в ее книгах практически ничегошеньки нет от событий этой воинственной эпохи. Хорошо же умели жить в гордом Альбионе, раз можно было практически не замечать, что там творится за Английским каналом. Скрыть

В серии «Историческая библиотека» уже выходила толстая «История Византии», написанная профессиональным медиевистом Джоном Норвичем. «Забытая Византия…» Браунворта относится к другому типу книг – она и написана вовсе не профессиональным историком, и по объему тоньше раза в два, и вообще он ссылается на Норвича как на первоисточник информации. Если «Историю Византии» Норвича читать могут как специалисты, так и просто любители истории, то в книге Браунворта специалист вряд ли найдет для себя что-то весьма ценное. Скорее, наоборот, его будут то и дело цеплять разные неточности. Некоторые из них отмечены в подстрочнике в примечаниях редактора, а некоторые нет. Скажем, автор то и дело упоминает об университетах Византии, хотя на самом деле учебных заведений типа Оксфорда/Болоньи etc. в Византии никогда не было. Как историк-любитель, автор создает весьма фрагментарную картину: много о войнах, немало о религии, очень мало об экономике; на правление Юстиниана отведено столько же глав, сколько на последние 3 столетия Византии. Но у книги есть одно несомненное достоинство, в значительной части искупающее ее недостатки: ав-тор искренне восхищен Византией и пишет очень красочно. Скажем, я пришел в восхищение от финальной фразы про последнего императора Визан-тии: «Как первый император, правивший в городе на Босфоре, он был сыном Елены и носил имя Константин – и символично, что в час нужды человек по имени Юстиниан оказался на его стороне»». А ведь действительно – Джустиниани, командир отряда европейских солдат, защищавших в 1453 году Константинополь, носил имя, очень похожее на имя величайшего византийского императора. Скрыть

Книга мне показалась написанной с сильной ориентацией на "патриотическое воспитание", хотя военно-исторические познания автора определенно шире, чем необходимо для "воспитания". Но державно-патриотическая установка определенно сказывается. Скажем, у историков принято объяснять становление поместной системы при Иване III влиянием тимарной системы Турции. Автор же, чтобы не возникло "непатриотических" мыслей (мы, оказывается, учились у турок!), ищет истоки этой системы в раннесредневековой истории Византии, от которой к XV веку уже ничего не осталось. Скрыть