На каком-то форуме высказывалась мысль, что ни до, ни после Пленкова никто так не писал. Не знаю, так ли это, но для многих читателей его книги будут новым взглядом на историю ХХ века.
О.Ю.Пленков, доктор исторических наук, профессор СПбГУ, по большому счету, затрагивает проблему, которая близка и России, и сам указывает, что в истории политической жизни наших стран много параллелей.
Любая нация после краха и потрясений балансирует на краю. Принято считать, что гитлеризм возможен только у немцев. Принято считать, что все дело в национальном характере, но представления о нем сложились на основании событий ХХ века, а национальный характер, как верно замечает автор, меняется и развивается так же, как характер человека.
Автор совершенно правильно в начале книги предупреждает упреки в апологии: его труд словно бы снимает с немцев налет ХХ века, открывая Германию такой, какой её знали до 1914г.
Это не только и не столько историческое исследование; автор использует труды таких классиков как М. Вебер, и современных американских, немецких социологов, политологов, философов. Эволюция германского коллективного сознания показана со времен средневековья до краха Веймарской республики. Исторические этапы даны несколькими главами, которые, безотносительно к теме книги, очень интересны и заслуживают отдельного обсуждения. Германия до и после Тридцатилетней войны; XVIII век и Пруссия; XIX век и I Мировая война освещены, скорее, с немецкой точки зрения и уж точно без расхожих клише. Многое становится понятно, например, почему немцы так долго были нейтральны к режиму. Тоталитаризм – закономерным и возможным у любого народа, лишившегося прежнего Raison d'etre и не нашедшего новый. А демократия – вовсе не выглядит панацеей.
Автор убедительно доказывает, что для немцев первичной была идея государства, что они в силу своей истории склонны к общественным объединениям и повышенной ответственности перед ними. Много автор рассказывает о идее особого немецкого пути, которой Германия тоже переболела, и которая облегчила нацизму захват власти. Это вовсе не значит, что автор придерживается теории о какой-то отсталости Германии на фоне других западных стран в период до II Мировой. Просто Пленков развивает мысль, что у каждого народа, как и у каждого человека, условия жизни и формирования разные, что приводит к разным политическим институтам и социальным схемам. Именно в этом, по мнению автора, сохраняющаяся и сегодня опасность бездумного экспорта демократии.
Материальная база издания более чем достойная: прочный переплет, бумага офисного качества, хороший внятный шрифт, который не мажется. А вот редактура – большой минус. Опечатки настолько серьезные, что часть информации просто пропадает. Тяжело читать не из-за авторского текста, а из-за того, как над ним потрудилась «корректура».
Тем не менее, книга обязательна к прочтению тем, кто всерьез изучает историю ХХ века, II Мировой войны, Германии и России.
В России устойчив интерес к нашим противникам в Великой Отечественной войне, мы увлеченно собираем истории дивизий вермахта, оккультные легенды, тайны нацистских бонз; но мало кто пытался постичь коллективную душу немцев.
Простить – не значить забыть, но понять – почти всегда простить. Может быть, эта книга поможет нам, как ни парадоксально, понять самих себя.
Выкладываю страницы из первой половины книги. Скрыть

По итогам презентации русского издания в октябре 2015 года книге досталось и от либералов — за рассуждения о подстрекательской роли США в начале войны — и от патриотов — в Москву пригласили эсэсовца, который заявил о превентивной войне со сталинским режимом и оправдывал Гитлера. Не встретила она понимания и в Германии, где, вообще говоря, благодушно относятся к ностальгическим ревизионистским писаниям гитлеровских ветеранов, если речь идёт о России и восточном фронте. А мне кажется, книга интересная. Рудольф фон Риббентроп определённо и подробно высказывает мысли, чуждые современной Германии и Европе — но зато "освященные временем" и созвучные высказыванию Фридриха Великого: "Германия окружена разбойниками". Сын гитлеровского министра иностранных дел демонстрирует совершенно иной взгляд на политику, тот взгляд, который привёл немцев к войне. Несмотря на частые повторы, сумбурность изложения, нудноватость, избирательность памяти, подчас неясный ход мысли, свидетельствующие о почтенном возрасте автора, он пишет о таких деталях, которые в нынешней Европе предпочли забыть.
Его воспоминания посвящены политическим аспектам отношений Гитлера с Англией и с СССР в 1936-45 гг., а также роли во всем этом отца, Иоахима Риббентропа. Рудольф фон Риббентроп рассказывает о своём видении Третьего Рейха как очередной попытки Германии стать доминирующей континентальной державой — что из этого вышло и почему.
Риббентропу надо отдать должное: он мыслит в геополитических категориях и не столько идеологию видит причиной противостояния. (Да и о угрозе со стороны Советского Союза расуждает как о гипотетическим геополитическим факторе). В его мемуарах есть рациональное зерно — та самая реальная политика, которая стоит за лозунгами и идеологиями. Он пытается провести анализ истинной политической подоплеки действий всех игроков, их ошибок и интересов. Отчасти на основании собственных уникальных воспоминаний, отчасти опираясь на документы и полемизируя с общепринятыми представлениями. Интересен его анализ политики западных держав, ведь ныне её не принято рассматривать в таком ключе.
Вывод Риббентропа заключается в том, что "динамика мировой политики, приведшая ко Второй мировой войне, определялась в первую очередь американским президентом Рузвельтом и во вторую российским диктатором Сталиным. Гитлер, с его попыткой консолидировать слабую позицию рейха, сыграл роль катализатора". При этом его мысли чем-то созвучны излагаемой Переслегиным версии нападения Третьего рейха на СССР. Вывод для нас не утешительный: Запад всегда готов решать свои проблемы за счёт России. Подчас даже во вред себе.
Но, наряду со взвешенными любопытным мыслями, здесь в наличии аргументы, которые адвокаты нацистского режима, оправдывая его и себя, приводили уже не раз. По логике Риббентропа, Гитлер "неправильно" делал "правильные" вещи. Он несёт ответственность за катастрофу, равную Тридцатилетней войне, но одновременно спас Германию от большевизма.
Параллельно автор утверждает, что у гитлеровской Германии никогда не было намерения воевать с Россией и нападение на СССР стало стечением обстоятельств, а вернее, манипуляций третьих сил.
Автору не удалось доказать "изначально мирные" намерения Германии. Так же как не удаётся скрыть, что первые шаги к конфронтации были сделаны именно Германией. За всеми словами что Германия была вынуждена, да стала жертвой обстоятельств — лично мне чудится: "лучше я убью соседа, пока мы не успели поссориться". Бессмысленны попытки отрицать стремление и Гитлера и немцев к мировому господству и уж тем более те методы, которыми его добивались на земле нашей страны.
Любопытны его личные воспоминания о войне, Курской дуге, плене у союзников. Р. фон Риббентроп прошёл всю войну в танковых частях СС, был пять раз ранен, трижды на Восточном фронте. Награждён Железным крестом. После капитуляции четыре года провёл в различных местах заключения, но сумел отделаться от предъявленных ему обвинений.

Прилагаю изображения страниц. Книга хорошо издана, довольно толстая, обычного формата, в супер обложке; на белой, правда тонкой и рыхлой бумаге; две вклейки с подборкой фото. Скрыть

В этой книге два трактата о воинском долге, поведении и этике, написанные в XVIII веке. К тому времени расцвет самурайской эпохи канул в небытие. Пришедший к власти клан сегунов Токугава, свел эту касту до роли церемониальных придворных, чиновников и хранителей эстетики прошлого. Как часто бывает, когда явление исчезает, его начинают «классицировать». Появляются школы совершенного владения мечом – а раньше врага убивали без всяких тонкостей. Самураи берутся за кисть и сочиняют исследования – а раньше большинство было неграмотными.
Наши два автора – люди нового типа: владение слогом и написание стихотворений вызывали у них не больше затруднений, чем обращение с катаной. И все-таки в своих трудах они часто возвращаются к тем буйным временам, когда люди были, как им кажется, менее образованны, но более достойны.
Один полагал, что истинному самураю нужно непрестанно учиться и совершенствовать себя, взвешивать свои слова и планировать поступки. Второй считал, что значение имеют только первый порыв и действие, ибо, если самурай – истинный самурай, сердце подскажет правильный путь. Оба много говорят о том, что вроде не ассоциируется у широкого круга с самураями: о вреде пьянства, чрезмерного увлечения женщинами, хвастовства, грубого поведения, изнеженности.
Первый много внимания уделяет этикету и внешнему, полагая, что это укрепляет волю, возвышает дух и убережет от позора. Он советует, как выбирать друзей, как перебираться через горную реку, и как вести себя с незнакомыми людьми, еще не зная, какого они ранга… Второй рассуждает о деяниях и людях – о том, что внушают человеку события и поступки других, так, например, он полагает, что сорок семь ронинов из Ако опозорились уж тем, что стали планировать свою месть, а не отомстили сразу же: в образе мысли он видит залог правильного пути воина; его рассуждения часто отвлеченны и мало похожи на рассуждения самурая, скорее монаха, но он и стал монахом на склоне лет.
Довольно неожиданно, а может, наоборот, закономерно, что первый был ронином, а второй придворным. Но по сути оба рассуждают об одном и том же: как подготовиться к смерти и исполнить свой долг.
Времена самураев давно прошли, но мысли, высказанные в этих двух трудах, верны и по сей день. Скрыть

Очень хорошая книга, необходимая всем, кто начинает изучать Китай. Она позволяет лучше понять не только историю, но и непреходящие аспекты этой цивилизации. В краткой доступной форме рассказано почти обо всем. Объясняются тонкости, многие из которых очевидны для знающих людей, но у дилетантов именно их незнание рождает вопросы. Работа в полной мере может называться Гидом по цивилизации; она подошла бы и серии "Повседневная жизнь", где выходила книга Малявина о другой известной эпохе Китая, эпохе династии Мин.
Имя автора (род. в 1948), доктора восточной философии и синолога, члена сорбоннского Центра изучения Дальнего Востока, широко известно во Франции. Его исследования и публикации сосредоточены на традициях китайской мысли, а также на западных представлениях о китайской культуре. Данная работа вышла во Франции в 1999 году. Из аннотации к оригинальному изданию: "Предмет рассмотрения — классическая Китайская цивилизация династий Хань и Тан, влияние которой ощущается по сей день. История, империя и ее столица, городское планирование, население; детально показаны политические, социальные, культурные, экономические, религиозные и художественные аспекты, образование и частная жизнь."
Книга похожа на учебник по истории и культуре одной из классических эпох Китая — эпохе династии Тан. Эта династия правила с 618 по 907 гг., с её именем связаны расцвет культуры, экономики, религий, внешнеполитической роли империи. Она оказала большое влияние на всю последующую культуру страны. Многое из её достижений просуществовало до начала ХХв., а эпоху Тан называют Золотым веком Поднебесной. На страницах книги можно совершить путешествие в раннесредневековый Китай: прогуляться по императорской столице, Чанани, и оценить символизм ее планировки, государственный диктат и мультикультурализм. Разобраться в социальном расслоении и строгой иерархии; окунуться в быт и обычаи аристократов и простых людей с их заботами и развлечениями. Познакомиться с интеллектуальной элитой, теми самыми чиновниками и поэтами, благодаря которым древний Китай прозвали Империей учёных. Понять значимость ритуалов и узнать правила наречения имён. Книга рассказывает о системе управления, административном делении, экономике, религии, сепаратизме военных и местных властей. Описывает культурные идеалы эпохи, литературу, искусство, философию.
Издание меньше среднего формата, снабжено большим количеством черно-белых фото по ходу текста, изображающих памятники архитектуры и прикладного искусства древнего Китая. В конце библиографический справочник с весьма подробными сведениями почти по всем, упомянутым в работе, историческим лицам. Бумага белая, но не лучшего качества, переплет шитый. Исправлены опечатки и корявый перевод с французского первого издания 2006 г. Скрыть

Один из плюсов книги – обширные и многочисленные цитаты из газет, издававшихся на оккупированной территории: любопытное чтение. Про партизан не сильно много. Большая часть издания посвящена жизни гражданского населения на территории северо-западной России и Белоруссии. Это, скорее, обзор сохранившихся от оккупационных администраций документов и попытка на основе их анализа реконструировать условия жизни русского гражданского населения. Автор попытался охватить все, от немецкого «соц.обеспечения» до культурной жизни. Честно говоря, книге сильно недостает воспоминаний очевидцев, что понятно: мало кто из переживших оккупацию стремился поведать миру о неблагонадежном факте своей биографии. В целом, я не могу назвать ее очень информативной и стройной по содержанию но, учитывая, что эта тема в отечественной историографии почти не освящалась, книга нужная, ценная и необходимая. Скрыть