В который раз с удовлетворением отмечаю, что есть, издаются все-таки книги, способные пробудить в ребенке интерес к историческим событиям. Из недавно прочитанного таковой оказалась "История Москвы для детей" от ИДМ. И вот еще одна симпатичная новинка от "Речи" - "Первые князья русские". У нас вторая оказалась внутренне ожидаемым и логичным продолжением первой, хотя в принципе это еще вопрос, с какой было бы лучше начинать.
В основе книги лежит летопись Нестора, к которой автор (точнее - составитель) часто обращается, народные песни о бывалом - былины, а также некоторые греческие источники, собранные Николаем Михайловичем Карамзиным в его "Истории государства Российского". Повествование охватывает период с 859 года, когда "варяги из-за моря обложили данью чудь, мерю, весь, славян ильменских и кривичей", и заканчивая смертью князя Владимира в 1015 году. Вот, например, как описывается начало Русского государства: "...В 862 году данники прогнали варягов за море, не дали им дани и стали управляться сами. Но правды между ними не было, род восстал на род, произошли распри, усобицы. И стали говорить друг другу: "Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по правде".
И пошли за море к варягам, к варяжскому племени русь. Племена варяжские назывались различно: одно - свеи, другое - англы, третье - готы; а это - русь.
И вот чудь, ильменские славяне, кривичи сказали руси: "Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Идите княжить и владеть нами".
Три брата - Рюрик, Синеус, Трувор - взяли с собой родичей и все племя русское и пришли. Старший, Рюрик, сел княжить в Новгороде, второй, Синеус, - в Белоозере у веси, третий, Трувор, - в Изборске у кривичей. От этих-то варягов земля, что признала их, и стала называться Русской.
Два года спустя умерли и Синеус, и Трувор. Тогда Рюрик принял всю власть в свои руки. Стал он всюду сажать правителями своих людей".
Качество печати хорошее, без просветов, вполне адекватная цветопередача. Комфортный шрифт, оформление в духе описываемых событий. Единственные два момента: во-первых, на мой вкус, простовата обложка: она глянцевая и уж очень бликует, а во-вторых, слишком мелкий шрифт подстрочных примечаний, да еще и курсивом. Но больше не нашлось ничего такого, к чему можно было бы придраться. Скрыть

После исключительно захватывающего повествования о Роберте Скотте, признаться, и здесь ожидала чего-то подобного, забыв о том, что форма изложения предопределяется самим материалом. Эта книга совсем ДРУГАЯ. Она иначе выстроена: если за Робертом Скоттом мы начинаем следить с начала путешествия его к Южному полюсу, то за Альбертом Эйнштейном - с самого его детства. Здесь достаточно много приводится цитат, которые позволяют составить себе представление и об убеждениях великого ученого, и о его моральных качествах.
Книга хорошо написана и качественно переведена. Пока читала про детство гения, все ждала: ну как же, как же будет автор справляться с непростой задачей изложения знаменитой теории относительности и других идей Эйнштейна? По-моему, очень прилично справился, тем более учитывая, что "когда теория относительности была впервые опубликована, лишь единицы смогли понять ее суть".
Итак, "когда научное сообщество ознакомилось с идеями Эйнштейна и заговорило о новой научной революции, это означало только одно - молодой ученый открыл нечто действительно грандиозное.
Дело в том, что до этого времени в мировой науке была принята как постулат идея мироустройства, описанная Исааком Ньютоном еще 200 лет назад. Идея эта называлась концепцией абсолютного времени и основывалась на том, что время и пространство - абсолютные величины и не зависят друг от друга. Любые законы действующие во Вселенной, объяснялись с точки зрения этой концепции. Авторитет Ньютона был столь велик, что ни одному из ученых до сих пор не удавалось опровергнуть его пространственно-временную теорию. Даже несмотря на то, что она не объясняла многие научные явления, открытые в XIX веке...
Итак, Ньютон полагал, что пространство и время - абсолютные величины, существующие независимо друг от друга. Эйнштейн же предположил, что эти величины относительные и зависят как друг от друга, так и от наблюдателя.
Представьте себе движущийся, в одном из вагонов которого посередине висит лампа. От этой лампы в двух противоположных направлениях исходит свет, который, достигая входных дверей в разных концах вагона, заставляет их автоматически открываться.
Теперь представьте, что под этой лампой сидит человек (назовем его "Наблюдатель 1"). С его точки зрения двери поезда открываются одновременно. В то же время с улицы за поездом наблюдает еще один человек ("Наблюдатель 2"). Он видит, что задняя дверь вагона открывается быстрее передней. причина такого восприятия состоит в том, что поезд движется вперед. Следовательно, передняя дверь движется по направлению от лампы, в то время как задняя дверь, наоборот, к ней. Действия, которые происходят одновременно с точки зрения Наблюдателя 1, для Наблюдателя 2 происходят в разное время. Таким образом, Эйнштейн сделал вывод, что пространство и время находятся в зависимости друг от друга".
А единственная абсолютная величина, согласно теории относительности, - это скорость света. И здесь Эйнштейн сделал еще одно интереснейшее открытие. Оказывается, "при путешествиях на скоростях близких к скорости света, время замедляется и дистанция сокращается. На этом утверждении основывается так называемый парадокс близнецов. Представьте себе такой мысленный эксперимент, в котором есть двое братьев. Один из них (назовем его путешественником) отправляется в космическое путешествие, а второй (домосед) остается ждать его на Земле. Полет проходит на скорости, близкой к скорости света, а значит, для путешественника время идет медленнее, в то время как для домоседа оно имеет нормальный ход. Таким образом, когда путешественник вернется на Землю, он увидит, что его брат уже успел состариться, в то время как он сам по-прежнему молод".
Сам Эйнштейн так объяснял свое научное открытие: "Почему именно я создал теорию относительности? Когда я задаю себе такой вопрос, мне кажется, что причина в следующем. Нормальный взрослый человек вообще не задумывается над проблемой пространства и времени. Он уже подумал об этом в детстве. Я же развивался интеллектуально так медленно, что пространство и время заняли мои мысли, когда я стал уже взрослым. Естественно, я смог глубже исследовать вопрос, чем если бы рос ребенком с нормальным восприятием". Согласитесь, есть в этом что-то очень простодушное.
Проиллюстрировал историю странноватого еврейского мальчика, ставшего выдающимся ученым, Джулиано Ферри. Сначала я пролистала книжку, и иллюстрации вызвали у меня какое-то недоумение, но потом начала читать и до меня дошло, что, принимая во внимание происхождение и перипетии судьбы Эйнштейна, историческую обстановку, его переезды из страны в страну, тут и не могло бы, наверное, быть ничего другого. Добавлю фото разворотов. Скрыть

Только когда я взяла в руки этот плотненький томик из "Малой классики" от "Речи", мне вдруг действительно, по-настоящему, страстно захотелось прочитать. Возможно, это просто избалованность современного читателя, околдованного возможностями выбора. А может, просто наступил подходящий момент - тот самый, когда ты читаешь книгу и ее строчки закладываются как недостающие пазлы в глубинные структуры души.

"По всей линии севастопольских бастионов, столько месяцев кипевших необыкновенной энергической жизнью, столько месяцев видевших сменяемых смертью одних за другими умирающих героев и столько месяцев возбуждавших страх, ненависть и, наконец, восхищение врагов, — на севастопольских бастионах уже нигде никого не было. Все было мертво, дико, ужасно — но не тихо: все еще разрушалось. По изрытой свежими взрывами, обсыпавшейся земле везде валялись исковерканные лафеты, придавившие человеческие русские и вражеские трупы, тяжелые, замолкнувшие навсегда чугунные пушки, страшной силой сброшенные в ямы и до половины засыпанные землей, бомбы, ядра, опять трупы, ямы, осколки бревен, блиндажей, и опять молчаливые трупы в серых и синих шинелях. Все это часто содрогалось еще и освещалось багровым пламенем взрывов, продолжавших потрясать воздух.
Враги видели, что что-то непонятное творилось в грозном Севастополе. Взрывы эти и мертвое молчание на бастионах заставляли их содрогаться; но они не смели верить еще под влиянием сильного, спокойного отпора дня, чтоб исчез их непоколебимый враг, и молча, не шевелясь, с трепетом ожидали конца мрачной ночи.
Севастопольское войско, как море в зыбливую мрачную ночь, сливаясь, развиваясь и тревожно трепеща всей своей массой, колыхаясь у бухты по мосту и на Северной, медленно двигалось в непроницаемой темноте прочь от места, на котором столько оно оставило храбрых братьев, — от места, всего облитого его кровью; от места, одиннадцать месяцев отстаиваемого от вдвое сильнейшего врага, и которое теперь велено было оставить без боя.
Непонятно тяжело было для каждого русского первое впечатление этого приказания. Второе чувство было страх преследования. Люди чувствовали себя беззащитными, как только оставили те места, на которых привыкли драться, и тревожно толпились во мраке у входа моста, который качал сильный ветер. Сталкиваясь штыками и толпясь полками, экипажами и ополчениями, жалась пехота, проталкивались конные офицеры с приказаниями, плакали и умоляли жители и денщики с клажею, которую не пропускали; шумя колесами, пробивалась к бухте артиллерия, торопившаяся убираться. Несмотря на увлечение разнородными суетливыми занятиями, чувство самосохранения и желания выбраться как можно скорее из этого страшного места смерти присутствовало в душе каждого. Это чувство было и у смертельно раненного солдата, лежащего между пятьюстами такими же ранеными на каменном полу Павловской набережной и просящего Бога о смерти, и у ополченца, из последних сил втиснувшегося в плотную толпу, чтобы дать дорогу верхом проезжающему генералу, и у генерала, твердо распоряжающегося переправой и удерживающего торопливость солдат, и у матроса, попавшего в движущийся батальон, до лишения дыхания сдавленного колеблющейся толпой, и у раненого офицера, которого на носилках несли четыре солдата и, остановленные спершимся народом, положили наземь у Николаевской батареи, и у артиллериста, шестнадцать лет служившего при своем орудии и, по непонятному для него приказанию начальства, сталкивающего орудие с помощью товарищей с крутого берега в бухту, и у флотских, только что выбивших закладки в кораблях и, бойко гребя, на баркасах отплывающих от них. Выходя на ту сторону моста, почти каждый солдат снимал шапку и крестился. Но за этим чувством было другое, тяжелое, сосущее и более глубокое чувство: это было чувство, как будто похожее на раскаяние, стыд и злобу. Почти каждый солдат, взглянув с Северной стороны на оставленный Севастополь, с невыразимою горечью в сердце вздыхал и грозился врагам".

Очень, очень нравится мне этот почти карманный формат! Я уже даже с тканевой обложкой почти смирилась (предохраняйте, кстати, ее от пыли, она очень к ней чувствительна). Несмотря на свои скромные размеры, книжка-малышка представляет собой очень добротно выполненную работу: в ней есть предисловие, которое я лично прочитала с большим интересом, и довольно обширные комментарии (страницы 212 - 238). Шрифт мелкий, как и в других книгах серии. Но, похоже, я уже и к этому привыкла, читаю спокойно, ни на что подобное не отвлекаясь.
Иллюстраций Анатолия Владимировича Кокорина по тексту разбросано достаточно много - в основном черно-белые, но есть и полосные цветные. Почему-то мне больше понравились черно-белые, как-то в них глубокомыслия что ли больше... Скрыть

Ух, знаменитая казацкая вольница, богатырская силушка! И просторы широкие, степь разгульная... Тут есть что-то и от трагической истории Тараса Бульбы, и от жуткого "Вия", и от "Сорочинской ярмарки" - как из отдельных фрагментов складывается красивая мозаика, так и из отдельных небольших главок (а некоторые из них и вовсе на полстранички) складывается картина народной жизни.
Помимо традиционных историй о богатырских подвигах и поисках сокровищ в книге много информации, расширяющей общий кругозор, в частности, исторической. Всего четыре раздела:
Легенды о названиях городов, рек и сел
Легенды о запорожских казаках
Легендарные воины
Легенды о сокровищах
Вроде бы они о разном, но повествование при этом совершенно не выглядит эклектичным, какой-то общий колорит все равно сохраняется.
Читается книга легко и к концу подходит незаметно :) Приведу кусочек, точнее, даже не кусочек, а целую главу.

Сокровище и парубок

Не во сне, а наяву, перед Пасхой, когда все люди были в церкви, явился одинокой старухе не святой и не нечистая сила, а с виду обычный парубок. Вошел в ее хату и просит, чтобы та его накормила.
- Чем же мне тебя кормить? - растерялась старуха.
- Ну хоть чем-нибудь, - отвечает нежданный гость, - так проголодался.
Странным показался старухе этот парубок, и она стала догадываться, что это кто-то из тех, кто клады ищет, сокровища собирает. Иначе кто бы еще пришел, когда все добрые люди в церкви, просить, чтобы его накормили?
Схватила баба кочергу и огрела того парня со всего плеча. И что вы думаете? - посыпались из него золотые и серебряные монеты.
Старуха сгребла их в мешок и стала первой богачкой на селе.

Оформление серийное - на мелованной бумаге белого цвета, небольшая, легкая. Шрифт не крупный, но разборчивый, вполне читаемый :) Качество печати отличное - печатали в Латвии :)
Рисунки не на каждом развороте, но их достаточно много. Фото прилагаю. Скрыть

Как нетрудно догадаться из самого названия на обложке - это пересказ известного древнегреческого мифа о походе аргонавтов за золотым руном. Но какой пересказ! Я очень интересовалась древнегреческим эпосом в детстве, читала все, что мне было доступно, и очень жалею, что тогда эта книга как-то прошла мимо меня. А тут такой подарок!
Вера Смирнова заимствует саму сюжетную линию, тут ничего особенно инновационного нет, но как она пересказывает всем известные события! Меня это поразило еще в предисловии: она пишет очень простым и легким языком, доступно, без сложных оборотов, но вместе с тем как-то красиво, изящно и более чем подробно. Пожалуй, предисловие и задает общий тон повествования, изначально расставив все по своим местам и определившись, так сказать, с основными понятиями.
Даже затрудняюсь с ответом на вопрос о том, в каком жанре написано это произведение. Тут все: и миф, и историческая новелла, и приключенческая сага, и любовная история - а все вместе читается на одном дыхании, так, что не оторвешься. Мне было искренне жаль, что книжка закончилась. И как в детстве захотелось продолжения :) А заканчивается на грустной ноте:
"Язон остался один на свете. Никто не хотел жить с ним, никто не слушал больше его рассказов. Он ходил из города в город и нигде не мог найти себе ни дела, ни покоя.
Однажды он пришел на берег моря. Перед ним на песке, полуразвалившийся, ободранный, стоял на подпорках корабль. Язон узнал его: это был "Арго", такой же одинокий и всеми забытый, как он сам. Язон обошел его, осмотрел и, усталый, лег в тени корабля, под кормой. Он лежал и вспоминал счастливые дни похода, отважных товарищей, далекие чужие земли, и в первый раз за много дней у него было легко и покойно на душе.
Потом он уснул.
Пока он спал, налетел ветер, и старый "Арго" обрушился и похоронил под собой предводителя аргонавтов". Вот так закончилась эта история.
Оформление тоже очень порадовало. Давненько я не покупала книг этого издательства и уже успела подзабыть, до чего же приятно держать в руках эти ладные, небольшого формата книжечки :)
Шрифт отличный для чтения и межстрочный интервал комфортный - очень удобно читать.
Иллюстрации не на каждом развороте, но в целом, считаю, их достаточно для книги, которая не является малышковой книжкой-картинкой :)
Размер, размещение, цветность иллюстраций самые разнообразные: есть рисунки, выполненные вразброс по тексту в монохромной гамме, есть полосные иллюстрации и даже на целый разворот. Фото прилагаю :) Скрыть