На мой взгляд, этот сборник - своего рода водораздел между Кингом среднего и позднего периода. Часть рассказов написана до несчастного случая, который чуть не унес жизнь писателя в сентябре 1999 года, часть - после. Такое событие не могло не сказаться на творчестве мастера. В итоге подборке не хватает внутренней цельности... это не значит, впрочем, что хороших историй здесь дефицит.

Самый проникновенный и глубокий рассказ - это, на мой взгляд, "Катаясь на Пуле". Хотя в одноименной экранизации сюжет более насыщенный, психологизма литературной основы фильму не хватает. "1408" и "Секционный зал номер четыре" - более или менее оригинальная обработка классических мотивов хоррора (соответственно "гостиничный номер с привидениями" и "погребение заживо"). В меньшей мере это относится к самому страшному рассказу сборника - "Дорожный ужас прет на север". "Все предельно" и "Четвертак, приносящий удачу" поражают тонким лиризмом, а в "Завтраке в кафе Готэм" и "Теории домашних животных" автор умело обманывает читательские ожидания.

И все же если вы хотите составить представление о Кинге как рассказчике, то с этого сборника лучше не начинать: когда речь идет о мастерах такого уровня, проза переходного периода требует особо тщательного и вдумчивого чтения. "Команда скелетов" в этом случае будет предпочтительнее. Если же вы искушенный читатель и не боитесь авторского вызова, а с нетерпением ждете его, то... добро пожаловать. Скрыть

Читателям, знакомым с творчеством Александра Варго, уже хорошо известно, что ждать от него высот стиля и отточенного литературного языка не стоит. Так вышло и с этим романом - зато в нем автор сумел, наконец-то, выстроить логичный сюжет, лишенный явных несуразностей. От начала и до конца все (ну, почти) события работают на концовку - а благодаря ей "Дом в овраге" стал первой книгой Варго, которая меня хоть чем-то удивила. Разумеется, знатокам жанра сразу станет ясно, откуда растут ноги у этого эффектного финала, но это лишь доказывает, что классические ходы не стареют.
Все остальное - кроме стиля - на сносном уровне. Местами роман даже пугает: к живописанию кровавых подробностей (пыток и т. п.) автор подошел с душой.
В целом - один из самых приличных романов у Варго. Конечно, на просторах Рунета можно найти и более талантливые вещи, достойные лучших западных мастеров... однако на книжном рынке соперников у Варго фактически нет, увы. Посему рекомендуется всем поклонникам хоррора и триллеров. Скрыть

Продолжателей и подражателей у Лавкрафта было великое множество, и талантом они были наделены в разной мере. Одни старательно копировали стиль великого мастера (вплоть до употребления архаичных прилагательных), другие упрощали его (как Огюст Дерлет, у которого сложная картина лавкрафтовской вселенной упростилась до примитивного противостояния добра и зла), третьи после недолгого периода ученичества вырабатывали собственную неподражаемую манера письма.
Британец Брайан Ламли своеобразен тем, что находится на стыке этих трех тенденций. Лишь изредка поднимаясь до уровня настоящей, авторской (в противоположность заказной) литературы, он все же достаточно одарен, чтобы не кормить читателей многажды переваренной целлюлозой.
В данный сборник, в оригинале имеющий название "Порча и другие истории" ("The Taint and Other Novellas"), вошли семь повестей, созданных автором на различных этапах его писательской карьеры. Откровенно плохих нет, все по-своему занятны и увлекательны. Наиболее удачными считаю "Порчу" (прекрасный пример того, как можно использовать лавкрафтовскую мифологию, не примеряя лавкрафтовскую стилистику; глубокая психологическая вещь с неожиданной и впечатляющей концовкой) и "Шагающего с ветром" (невольно вспоминается классический рассказ "Вендиго" Элджернона Блэквуда - и повесть Ламли, действие которой развивается в схожих обстоятельствах, нисколько ему не уступает). Остальные пять историй как минимум способны развлечь.
Примечательно, что перед каждой повестью автор кратко рассказывает о том, как и для чего она создавалась. Кроме того, русский текст снабжен многочисленными сносками, которые помогут лучше разобраться в сложной мифологии Ктулху.

Всем поклонникам Лавкрафта и классической традиции ужасов читать в обязательном порядке, всем прочим просто рекомендую. Скрыть

Александр Щёголев – своего рода апостол хоррора в уютном царстве российской фантастики. Пока другие блуждают в космосе и рядятся в славянские одежи, он исследует нашу действительность – страшную, жестокую, но богатую на сюжеты и характеры. Автор предупреждает, что этот сборник ничем не похож на шокирующий роман с веселым названием «Как закалялась жесть» (лучший, по мнению многих, отечественный хоррор 2008 года), и все же кое-что их объединяет – прежде всего болезненная тяга к правде и здоровая антипатия к властям.

Чего-чего, а «готических ужасов в модерновой упаковке» вы здесь не найдете – Щёголев не живописует кошмары кошмаров ради (даже если это скелет в полковничьей фуражке и доспехах, кромсающий мечом кремлевскую охрану): каждый жуткий образ – это прежде всего символ, способ наглядно показать, кто мы и в какой стране живем. Впрочем, для нравоучительных аллегорий эти истории слишком увлекательны.

Всем, кого интересует российская фантастика с привкусом крови и боли. Скрыть

Еще один сборник ранних произведений Сорокина, одновременно похожий и непохожий на "Обелиск". Если вы настроены на серьезное погружение в сорокинский мир, то покупать придется оба.
В текстах "Заплыва" не меньше стилистических и литературоведческих экспериментов, но основную нагрузку на этот раз несет все-таки сюжет. В большей части рассказов автор изображает некую аллегорию, в которой без труда узнаются идеалы и образы советской реальности. Если немного упростить, то "1984" Оруэлла встречается тут с чисто кафкианскими кошмарами. От этого странного союза возникают фантазии о скульптурах вождей, растущих вместо кактусов на подоконниках ("Розовый клубень"), пугающие истории о колхозном ватнике как символе незыблемости тоталитарного строя ("Ватник") и простом советском снайпере, буднично выполняющем кровавую работу ("Утро снайпера"), по-библейски мощные образы всемогущего тоталитаризма в "Заплыве" и "Дыре" и многое другое... Всё это изложено блестящим, безупречным стилем - Сорокин пользуется возможностями русского языка с обманчивой легкостью, которая дается лишь по-настоящему одаренному человеку. Это особенно заметно в "Летучке" и "Стихах-песнях".
В целом сборник лучше подходит для первого знакомства с Сорокиным, чем "Обелиск" - беспощадных трэшевых сцен, благодаря которым Владимир Георгиевич и получил широкую известность (и из-за которых некоторые ханжи поставили на нем крест - ну и пусть их!), здесь практически нет, так что непривычному человеку заметно легче подступиться.

Рекомендую всем ценителям русской прозы и русского же постмодернизма.

P. S. Качество бумаги и печати среднее, шрифт - крупный. Скрыть