Нет, нет, нет. Это не детская книга.
Не смотрите на картинки. Вернее, посмотрите на них и утвердитесь в мысли, что картинки и текст здесь живут отдельно. Это невероятная и трагическая случайность, что они оказались в одной художественной плоскости.

Вот, обложка, к примеру, очень показательна для этого книгоиздательского продукта. Есть название, утверждающее существование первого путешествия (которого, к слову сказать, не было); есть таинственные символы, отдаленно похожие на математический иврит; акварельное облако в правом верхнем углу... Где авторы?
Нету. Перед нами таинственная анонимка.
Некоторые издатели считают хорошим тоном указывать на обложке имена писателя и художника в тандеме. И это, выражаясь модным языком, тренд.
Книга "Компаса" имеет неперсонифицированную, зато композиционно уравновешенную обложку, при том что экономия печатных знаков на лицо: авторы и иллюстраторы Путешествия - одни и те же три лица: Полина Шкивидорова, Маргарита Щетинская и Илья Донец.
А на самом деле, они - дизайнеры. Творческая группа Zilasaule. По-русски не так загадочно: "Синее Солнце" (ага, вот и топографическая загадка в названии разрешилась), к тому же сразу напоминает объединение Кандинского.
Ладно, нечего придираться к тому, что вообще не имеет отношения к книге.
Но по правде говоря, слишком много всего к ней относится и соотносится.

С лингвистическими экспериментами аккуратнее нужно быть. Того и гляди обвинят в нарочитости, пресловутости, эпигонстве!
Здесь царят и сосуществуют Мистер и Мистерия, Латук и мундштук, Арка и Дия, сливовый МиЛИЦионер и дядья-грузьдя, гусь и гусеница...
И грустно мне читать про Аркадия - служащего банка (боже, главный герой - клерк!), с щемящей тоской вспоминая похождения Петропавла (Клюев), Мило (Джастер), Снарка (Кэррол) и других хрестоматийных персонажей нонсенса.
Не бывать Аркадию в пантеоне Героев абсурда, не снискать любви дотошных книгочеев и предвзятых критиков...
Увы, ничего кроме чувства неловкости и смутного сожаления Второе Путешествие не вызывает.

Зато бумага мелованная. Скрыть

Отличная книжка-картинка, супер-перевод Марины Кадетовой.
Только в одном издательство ошиблось: с определением "целевой аудитории".
Для младшего школьного возраста – это для детей 7-ми - 10-ти лет. А еще часто в школу отдают шестилеток.
На самом деле, книжка рассчитана на подростков трудного возраста и взрослых, отдающих предпочтение хлестким лаконизмам и сарказмам.

Есть волк. У него кризис самооценки.
Есть мальчик. У него нет собаки.
Волк и мальчик находят друг друга.
Волк худеет, бледнеет, скатывается в долгосрочную депрессию. Мальчик с удовольствием примеряет на себя роль "коучера": прописывает "по пять рож в день", тренирует в пациенте беспощадность и злость.

– Эй, что случилось?
– ... Я попытался съесть твою сестру.
– О-о-о.. Это правильно, можешь закончить. Она ужасная вредина.
– Да. но... у меня не получилось.
– Ну это не страшно так даже лучше, разве нет?
– Да, но если я не буду есть детей, меня никто не будет уважать. Я злой страшный серый волк, но кто будет меня бояться, если все узнают, что я ем только шоколадки?
– Но ты же не прекратишь тренироваться
.... мы уже столько всего добились.
Пойдем. Телек посмотрим. Скоро начнется "Зорро".
.... и в шкафу еще есть конфеты.

Судя по картинкам, мальчику лет восемь. Он ходит в школу, любит сладкое и не очень-то ценит своего дядю Бернара, от которого вечно пахнет мылом. Надо же, волка тоже зовут Бернар. Если представить его человеком – перед нами щуплый лысеющий неудачник, которого бросила жена и не уважают собственные дети. К счастью, в обличие волка он выглядит куда как милее. Даже трогательно.

Рисунок Перре прост и емок, как хорошая карикатура. Ее мальчик воплощает в себе черты Всех Мальчиков, а волк – скорее эмоциональная загогулина, нежели дикий зверь. Почему-то к концу эта надуманная, легковесная история пробуждает какие-то неопределенные чувства. Плоская картинка преобретает вдруг объем и вес, самовольно занимает место в голове, которое, вообще-то никто и не думал оставлять под эту безделицу.
Ощущение, как в воздушной сфере, где все звуки приглушены; как фильмах экспрессионистов: Тишина. Пустая комната. Диалог. Щелчок замка. Пауза. Снова тишина. Скрыть

Если бы не школа, специально приобретать сказки Пушкина ребенку я бы не стала. Поскольку есть приличное советское издание - то ли БВЛ, то ли "Памятники", есть детлитовская россыпь времен моего детства.
Но поскольку встал выбор: читать сказку о золотой рыбке в школьном учебнике или в хорошем иллюстрированном издании, я вынесла решение в пользу последнего.
Последовавший за этим простенький эксперимент показал неутешительные результаты: из всего обилия изданий "детского Пушкина" выбирать особо нечего.
С одной стороны, откровенно детсадовские книжки с кукольными персонажами, которые и предлагать-то второкласснику неловко; с другой "Школьная библиотека" Детской литературы, до которой ребенок просто не дорос - не будет он сказки без картинок читать, факт.
В общем "Шедевры" подвернулись как нельзя вовремя. Кто такой Зворыкин, если совсем кратко: один из основоположников "народного сказочного стиля", чтобы было понятно - художественная ориентация, близкая Билибину.
По полиграфическому качеству книга оказалась на высоте. Подробно сообщаю параметры книг серии в отзыве к "Русским народным сказкам"
http://www.labirint.ru/books/179894/
В этом отношении книги идентичны.
Подводя итог: эта книга – грамотный компромисс между дорогущими лимитированными изданиями, которые и для детей-то не предназначены, и скверно сделанными книжками, иллюстрации в которых пренадлежат не руке художника, а компьютерной программе. Скрыть

Дети семнадцатого века совсем не похожи на своих сверстников спустя два столетия. Толстощекие "купидоны", обутые в тяжелые деревянные башмаки и обряженные в тесные кафтаны, постепенно трансформируются в "вольтеров" с высоким челом и плотно завитыми кудрями; маленькие "женщины" в чепцах и платьях с высоким лифом ко второй половине альбома вдруг обретают живость взгляда и робкую непосредственность.
Интереснее всего разглядывать детей, запечатленных сентименталистами, плавно стремящимися в реализм.
Они конфетно-очаровательны и вместе с тем правдоподобны. Младенцы и барышни, крестьянки и мещанки, сорванцы и гимназисты...
Ровный и чистый срез, демонстрирующий отношение к ребенку в обществе.
В альбоме представлены все известные художники-графики, работающие в разных техниках гравюры. Есть здесь и работы Маковского, Шаховского, Ру, проиллюстрировавшего "Детство и отрочество" Толстого; замечательные литографии Стейнлейна, сделанные как будто углем.

Графику предваряет статья Штеренгарца "Образ ребенка в зеркале гравюры", завершает небольшой обзор "Техника гравюры" + список иллюстраций.
Бумага плотная, тонированная. Тканный переплет с тиснением. Альбом в футляре с вырезанным окошком. Есть ляссе. Скрыть

В выходные пошли на стадион, взяли машины с собой, гонялись минут сорок. Вокруг собралась компактная такая толпа. Дети в почтительном молчании взирали на битву титанов. Никто (к несказанному облегчению родителей) не посмел произнести вслух то, что ощутимо витало в воздухе: "Хочу такую!!!"
Мы триумфально покинули поле боя, жарко обсуждая детали схватки.

Кто бы мог подумать, что еще существуют на свете игрушки, способные потрясти воображение девятилетного ребенка. Ладно мы, родители. Росли без плейстейшн, PSP и прочих электронных наворотов. Самая близкая по смыслу игрушка нашего детства - заводной пластмассовый робот, покрытый краской под "металлик". Робот издавал душераздерающе-приятные звуки, норовил завалиться на бок и ломался так быстро, что не успевал надоесть.
Полный антипод свежеприобретенным радиоуправляемым монстрам.
Они-то не ломаются, не заваливаются, закладывают залихватские виражи и издают такую поразительную какафонию (а для кого и музыку сфер!), что диву даешься.

По существу:
две машины, два пульта. Каждый пульт универсален, подходит под любой автомобиль. Есть частоты (А, B, С), для начала нужно установить одинаковую частоту на пульте и машине. Очевидно, у каждой пары - частоты разные. Прежде чем менять частоту, машину надо выключить.

Режимы.
Три режима: управление, автопилот и выключено.
Автопилот - это песня. Машина сама едет, сама поворачивает, а ты - знай, прицеливайся, стреляй. В общем этакий тренировочный бой. Особенно актуально, если ребенок жаждет поиграть, а никто не хочет составить компанию. Одно но: машина на автопилоте ездит по широкой траектории, в квартире будет тесно.

Пульты. Есть "курок". Вниз-вверх - это, соответственно, движение машины вперед-назад. Есть колесико - отвечает за повороты. И кнопка. Это стрелялка. Хорошенько потренировавшись, можно одновременно жать-крутить-стрелять. Получается очень эффективно.


Техника боя.
У каждой машины на переднем бампере лазерная пушка, на заднем - зона поражения. Если машины встанут лоб-в-лоб, результат сражения - ноль. Поразить противника можно, только целясь в заднюю часть машины.
В движении это выглядит так: один увертывается, пытается обойти с тыла; другой - догоняет, пытается попасть.
Для полного уничтожения дается три попытки: у машин по три световых индикатора. При каждом попадании, один из индикаторов гаснет. Поведение машины при этом удивительное: она начинает "буксовать" и секунды на три становится недееспособной. Самое время врагу подкрасться и добить.
Если есть три попадания и индикаторы гаснут, машина издает серию "терминаторских" звуков, а потом убирается восвояси: самостоятельно проезжает метра два. Чтобы снова активировать уничтоженного бойца, нужно нажать кнопку "reset" на капоте.

Машины работают от батареек АА, на каждую по четыре, пульты от батарейки Крона. В комплект они не входят. Кстати, когда батарейки садятся, машины ведут себя непредсказуемо, например, становятся "неубиваемыми" или автоматически перегружаются.
Игрушки прочные, младенец за неделю не раздолбал. Скрыть