Сдвижков Игорь Юрьевич (1969-) — современный историк и поисковик из Липецка. Тема его научных исследований довольно узка: боевые действия на Воронежском направлении летом 1942 г. Некоторое время назад вышла двумя разными изданиями его книга, посвященная ген. А.И. Лизюкову, воевавшему и погибшему летом 42 г. под Воронежом. Та работа вызвала много недовольства коллег Сдвижкова, критиковавших его не за исторические штудии, а за оценку официальной версии гибели и захоронения генерала.
Нынешний его труд повествует о боях в июле 42 г. под рабочим поселком Касторное, расположенного на востоке Курской области в 70 км от Воронежа. Через него проходит две железных дороги (Москва – Донбасс и Курск – Воронеж), что делает его важной узловой станцией. Касторное находилось в тылу 40 армии Брянского фронта. Из попавших в руки советского командования секретных немецких документов было известно о планах вермахта наступать в районе Касторного, которое было усилено 284-й стрелковой дивизией под командованием подп. Н.Ф. Батюка, прошедшего с 1927 по 1942 г. путь от рядового красноармейца до комдива. Правда, профильного образования он не имел, был известен грубостью (характеристика многих и многих советских командиров), однако отличился и в советско-финской, и в Великой Отечественной войнах умелыми действиями. Дивизия была сформировна в Сибири, малообстреляна. Имела и танки, и артиллерию, но испытывала недостаток в боеприпасах. Но хуже, что между комдивом, его начштаба (очень профессиональным офицером майором В.П. Коршем) и комиссаром отношения не сложились, что быстро сказалось на управлении. К обороне дивизия подготовилась хорошо, воспользовавшись выгодными позициями — Касторное находится на возвышении, перед нашими позициями безлесая степь, изрезанная оврагами и речками. Однако советские командиры не верили в немецкое наступление, переоценивая свои силы и недооценивая немецкие.
Между тем 28 июня немецкие танковые и моторизованные части начали наступление и к 1 июля прорвали три линии советской обороны, выйдя к Касторной. 40 армия и Брянский фронт утратили управление, началось беспорядочное отступление.
Немцы действовали грамотно и эффективно, предваряя наступление обработкой наших позиций авиацией и артиллерией, выбиря обходные пути и экономя людей и технику. Чего не скажешь о наших частях, сражавшихся храбро, но гораздо менее умело и результативно, если судить по потерям противника.
Здесь выделю важную составляющую этого издания. Исследование основано на добротной проработке и тщательном анализе немецких и отечественных архивов и других документов. В частности, это касается сопоставления донесений наших штабов и реальных потерь противника, что на конкретных примерах показывает автор.
В первый день боев (1 июля) командование дивизии докладывает наверх, что после шести отбитых атак немцев на поле боя осталось до 30 танков и 800 человек пехоты. Постепенно, по мере передачи наверх и прошествию лет, цифры растут, так что через 40 лет, в воспоминаниях ветеранов и официальной истории Великой Отечественной результатом этого боя стали 80 танков и около 3 тысяч солдат и офицеров врага, плюс сбитый самолет. И. Сдвижков извлек из немецких архивов оперативные сводки 9 танковой дивизии, согласно которым в боях 1 июля немцы потеряли 15 (!) убитых и 16 поврежденных танков, из них три – пять безвозвратно. И так по всем позициям...
3 июля Касторное, полуокруженное противником, лишенное подвоза боеприпасов и продовольствия, было оставлено нашими войсками, которые смогли в упорных боях прорваться к своим, сохранив организацию, тяжелое вооружение и 3 тысячи чел. из 11 тыс., с которыми встретили врага за неделю до этого. После пополнения и перегруппироки дивизия встретила врага в Сталинграде.
Издание состоит из двух частей: основного текста и приложений, в которые попали материалы из подготовленного летом-осенью 42 г. сборника рассказов фронтовиков о прошедших сражениях, боевом пути 284-й сд. БОльшую часть составили именно статьи, посвященные боям под Касторной, чья ценность, прежде всего, в свежем взгляде на недавние бои.
Тираж не указан. Есть вклейки с ч/б и цветными иллюстрациями, в тч. отличная подборка карт. Имеются списки литературы и источников и сокращений.
Очень рекомендую эту добротную работу всем интересующимся историей Великой Отечественной: это качественный взгляд на бои тяжелого лета 42-го, взгляд с обеих сторон, глазами участников тех событий.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Д.А. Жуков и И.И. Ковтун достаточно давно занимаются вопросами жизни (выживания») советских людей на оккупированной территории — коллаборационизмом, борьбой с немцами и их пособниками, и проч. В рассматриваемой книге они подошли к этой теме с особой стороны — что в идеологии и пропаганде нацистов оказалось не только приемлемым, но и симпатичным для местных жителей, почему антисемитизм нашел столько сторонников (пассивных и активных), и не только в Прибалтике и на Западной Украине, но и на территориях, населенных русскими и белорусами.
Данное издание — хороший пример доступного изложения с вполне академическим содержанием. Многочисленные цитаты с отсылками к источникам, подробный список литературы и документов, большое количество разнообразных иллюстраций (правда, разного качества) в тексте делают это исследование полноценным описанием темы, лишь в последние десятилетия ставшей объектом серьезного и объективного изучения историков. Во введении авторы дают краткий очерк возникновения и развития антисемитизма в Германии со средних веков и до Гитлера. Любопытно было прочитать о влиянии русских эмигрантов (политиков и публицистов) на развитие антисемитского стрежня в нацизме. В этом же разделе дана оценка литературы и источникоы по теме книги.
Но главным объектом Д. Жукова и И. Ковтуна стала антисемитская пропаганда, направленная на советское население, как создаваемой в самом рейхе, так и на оккупированных территориях СССР. Авторы внимательно проанализировали свыше 40 газет и журналов (в общей сложности свыше 4 тыс. номеров), прежде всего, выпускаемых на северо-западе, в южных регионах и в Крыму. Кроме этого, они изучили нацистские листовки, адресованные в основном красноармейцам, а также воспоминания людей, живших под оккупацией и на себе испытавших нацистскую антисемитскую пропаганду, и пособников немцев.
Укажу, что отдельным сюжетом стало власовское движение. Авторы достаточно убедительно показали, что отсутствие антисемитизма как во власовской пропаганде, так и у самого ген.-лейт. Власова — это миф, созданный в более позднее время, и опровергаемый имеющимися (и представленными авторами) документами.
Д. Жуков и И. Ковтун подробно разбирают аппарат пропаганды вермахта и госаппарта Третьего рейха, указывая, кто и чем там занимался, демонстрируют соперничество между различными институтами и лицами за власть в этой сфере (СС, армия, министерство Розенберга, министерство пропаганды, разумеется). Любопытно, что соперничество шло не только за ресурсы и ответственность, но и за идеи, что приводило к тому, что выпускаемые одним ведомством материалы подвергались критике другими.
Для продвинутого читателя едва ли необходимо опровергать те или иные антисемитские измышления нацистов (скажем, о численности евреев во властных структурах СССР, отношении местного населения к гитлеровцам и проч.), но авторы, тем не менее, стараются на фактическом материале опровергнуть различные утверждения нацистской пропаганды.
Последний раздел книги содержит биографии «глашатаев ненависти» — тех лиц, кто стал не просто сотрудником нацистов по разжиганию антисемитизма, но и активно, творчески занимался этим в качестве пособников немецких спецслужб и журналистов. Любопытно, что большинство из них не только благополучно скрылось от советской власти, но, перебравшись на Запад, устроилось там писателями, преподавателями, скрыв свое прошлое.
Первое издание этой работы немного под другим названием вышло в 2015 г. в Ростове-на-Дону. Рассматриваемая книга — исправленное и переработанное издание. Очень рекомендую его всем интересующимся историей Второй мировой как фундаментальный труд, дополнением и развитием которого станут разнообразные документальные тексты и воспоминания о холокосте.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Авторы этой интересной и обстоятельной биографии замечательного отечественного писателя Василия Гроссмана Д. М. Фельдман и Ю. Г. Бит-Юнан – специалисты по истории советской литературы, выпустившие поодиночке и совместно несколько работ на эту тему, в том числе о герое своего труда. Д. М. Фельдман (1954-) – к. филол. н. и д.и.н., профессор РГГУ. Ю. Г. Бит-Юнан - его младший коллега по РГГУ, к. филол. н. Ранее с их творчеством я знаком не был. По прочтению рассматриваемого издания могу сказать, что узнал для себя много нового и полезного не только о В. Гроссмане, но и о его времени. Сразу укажу, что это первая часть дилогии, разбирающая историю жизни и творчества В. Гроссмана от рождения до 1954 г. Вторая – завершающая – книга уже вышла.
О многих деталях биографии Гроссмана, особенно ранней, известно мало. Какие-то частности своей жизни Гроссман сам скрывал, скажем, свое непролетарское происхождение, о чем-то не сохранилось документов. Это непростое для ученых положение усугубляет тот факт, что несколько знакомых и родственников Гроссмана постарались создать миф о нем – это, прежде всего, С. Липкин и его пасынок Ф. Губер. Авторы тщательно изучили разнообразные материалы, касающиеся Гроссмана, включая архивы, и подвергли все имеющиеся данные научному анализу, успешно, на мой взгляд, опровергнув ряд мифов.
Что можно узнать из этой тщательно документированной и хорошо написанной книги? В. Гроссман долго учился в МГУ на химфаке. Сидел на шее отца, горного инженера в Донбассе. Женился молодым, родил дочь, но семья не сложилась, расстались. Став химиком, довольно долго работал по специальности, сделал хорошую карьеру, но интерес к профессии потерял. Врачи поставили диагноз последней стадии туберкулеза, отправили лечиться – оказалось, всё нормально, ошибочка вышла. В общем и целом, одинок, часто пребывает в депрессии, попивает, спасает переписка с отцом. Еще студентом начинает писать. Его очерки и рассказы хвалят. На Гроссмана обращает внимание М. Горький, чье покровительство (вполне заслуженное) поднимает Гроссмана на верхний этаж советской писательской иерархии и дает возможность стать профессиональным писателем. Вторым браком женился на бывшей жене расстрелянного коллеги-писателя. Когда арестовали и ее, не побоялся заступиться за нее перед Ежовым (авторы допускают, что это было сделано через супругу последнего) и это помогло.
Помогло Гроссману и то, что его приход в большую литературу совпал с разработкой проекта, контролируемого на самом верху, по созданию большого советского романа, желательно, эпопеи, как у Толстого. Он должен был быть создан писателем, сформировавшимся в советскую эпоху и об этой же эпохе. Таким образом демонстрировалось бы всему миру, что при большевистском режиме не только существует, но и развивается литература, сопоставимая с классической русской. Роман Гроссмана «Степан Кольчугин» 1937 г. был заявкой на звание «красного» Толстого. Но не вышло.
Схожая история произошла уже после войны, возведшей Гроссмана на пьедестал одного из лучших военных писателей и журналистов. Она связана с романом «За правое дело», над которым Гроссман работал в конце 1940 – начале 1950-х гг. Авторы подробно и очень интересно разбирают сюжет, действительно отвечающий заголовку их книги, потому что тут присутствовала настоящая литературная интрига. Высшие писательские функционеры Симонов и Фадеев всячески защищали и продвигали этот роман, поменявшись местами с прогрессивным поэтом и редактором Твардовским, который разными путями пытался от издания этого одобренного в разных инстанциях произведения избавиться, боясь последствий. Лишь смерть Сталина избавила Гроссмана от репрессий, которые реально грозили ему.
Книга рассчитана на человека, знающего историю и реалии того времени, хотя авторы устроили ликбез и включили целую главу (объемом в 35 стр.), посвященную анализу литературных отношений в 1920-е гг. Глава написана, вероятно, Д. М. Фельдманом, поскольку у него об этом уже выходили работы.
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага). Иллюстраций нет. Дополнительный тираж 300 экз.
Рекомендую это ценное и любопытное исследование всем интересующимся историей и культурой нашей страны в первой половине 20 в.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Об авторах этой книги я уже писал, поэтому повторяться не буду. Оба они – академические исследователи, выпустили несколько серьезных трудов, посвященных советской литературе 1920-30-х гг. Частично содержание рассматриваемой работы представлено в их публикации 2015 г. "Очерки истории русской советской литературы и журналистики 1920-х-1930-х годов. Портреты и скандалы".
Данное издание состоит из пролога и шести частей. Каждая часть посвящена делу одного или двух литераторов, подвергшихся репрессиям в 1930-е гг. и (в основном) переживших их. Все восемь человек, чья творческая и личная биография рассматривается в этой любопытной книге, состоялись в советское время. Всем им революция дала многое: возможность творить и печататься, занимать крупные должности в государственном аппарате, получать большие доходы – и стать объектом политических репрессий. Интересно, что довольно многие литераторы пошли сотрудничать с органами госбезопасности, став осведомителями и донося на своих коллег. Степень подробности изложения сильно разнится – о Нарбуте говорится достаточно много, но повествование о его судьбе не доведено конца. Больше всего материала (за счет документов) представлено в очерках о талантливых, но нынче забытых журналистах А. Бухове и А. Гарри, а также поэте и издателе В. Нарбуте (по 90, 80 стр. и 70 стр., соответственно). Это одновременно и рассказ о времени, и людях, живших тогда. Каждый очерк разделен на две (часто неравные) части: биография того или иного писателя и документы из его следственного дела (нередко весьма обильно представленные, напр., 80 стр. в материале о Бухове и 70 – о Гарри). Если я правильно понимаю, практически все архивные материалы публикуются впервые, что добавляет этому труду еще больше ценности.
Много примечаний и комментариев. Оформление среднее: твердый переплет, просвечивающаяся офсетная бумага, иллюстраций, увы, нет вообще. Тираж 300 экз.
Рекомендую этот интересный и обстоятельный труд всем интересующимся историей отечественной литературы довоенных лет.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Сразу укажу, что автора на карточке Лабиринта указали неверно, да еще и чужую книгу ему приписали. На самом деле его звали Эрих Гессе. Найти информацию об этом германском историке мне не удалось, как и сведений о других его публикациях.
Рассматриваемая работа впервые вышла в ФРГ в 1969 г., а повторным изданием (без изменений, похоже) в 1992 г. Название в оригинале звучит иначе: «Война с советскими партизанами. В зеркале боевых инструкций и приказов».
Данное исследование состоит из 15 глав объёмом в 450 стр. и приложений на 50 стр. В основе этого полноценного академического труда лежит большой массив преимущественно немецких архивных документов. Опираясь на него, герр Гессе в хронологической последовательности излагает противоборство немцев и советских партизан, отдельно разбирая ситуацию в разных оккупированных районах СССР (в основном Украина, Белоруссия и Прибалтика).
Выборочно использовавшиеся воспоминания крупных советских партизанских руководителей дали автору основу для оценки борьбы народных мстителей против нацистов. В целом советскую историографию он считает политизированной и необъективной. Но зато подробно описывает подходы Ленина к партизанской войне.
Э. Гессе однозначно осуждает деятельность немецкого командования и СС на территории СССР против мирного населения, видя в этом одну из главных причин поражения вермахта.
Выводы, сделанные Гессе, не всегда приемлемы, но много ценного фактического материала. Напр., на стр. 9 автор заявляет, что за образец тактики и стратегии партизанской войны советское руководство взяло «организацию коммунистической войны в Китае с частичным применением опыта, полученного во времена Гражданской войны в России». На мой взгляд, в лучшем случае надо поменять местами эти два элемента. А в худшем поставить под сомнение использование китайского опыта у нас сколь-либо массово. Интересно, что это утверждение Э. Гессе лишь еще один раз вспоминает в своей книге, говоря, что образцом передислокации партизан Ковпака и других командиров был Великий поход 1934-36 гг. китайских партизан под руководством Мао Цзэдуна.
На стр. 54 Гессе объясняет возникновение движения Сопротивления в северных и западных странах Европы мероприятиями самопомощи отдельных лиц или небольших групп, подвергнувшихся преследованию, в целях самосохранения. И лишь потом к этому стали примешиваться патриотические требования. Движение Сопротивления за пределами юго-восточных и восточных областей Европы – особая статья, но мне думается, что автор слишком принижает желание борцов с нацистами помешать Германии в ведении войны.
Оформление - серийное. Есть вклейка с ч/б фотографиями и некоторое количество карт в тексте. Списка литературы и источников в книге нет, но в тексте даются отсылки на цитируемые документы. Есть много толковых примечаний редактора Л. И. Глебовской, хотя это нигде не оговорено. Тираж 2000 экз.
Отмечу хороший перевод. Правда, написано суховато, читается не особенно интересно. Тем не менее, рекомендую эту, хоть и устаревшую, работу всем интересующимся историей Великой Отечественной как полезный дополнительным фактическим материалом труд.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть