Данное издание объединяет под одной обложкой вышедшую несколько лет назад и вызвавшую много споров книги публициста И.Пыхалова «Великая оболганная война», и её продолжение — книгу под ред. А.Дюкова «Нам не за что каяться!». О последней я уже подробно рассказывал (см.http://www.labirint.ru/comments/books/166165/), поэтому перейду к первой работе, давшей название сборнику.
Есть три истории Великой Отечественной войны и, соответственно, три группы историков, разделяющих те или иные взгляды: 1) история ВОВ, которую начали писать/сочинять еще в годы войны и продолжали создавать/поддерживать до конца 1980-х гг. Значительная часть этих работ основана на мифах и должна быть серьёзна пересмотрена; 2) история ВОВ, которую писали за рубежом, в Европе и США, многие страницы которой переписали у нас в годы перестройки и продолжают переписывать с теми или иными вариантами по сегодняшний день. Среди этой группы историков было и есть много умных, честных и старавшихся быть объективными людей, чьи труды ценны и интересны и сейчас. Довольно многие из них имели ограниченный доступ к архивам, отсюда слабость их источниковой базы и спорность ряда концепций. Есть среди них и сказочники - вроде Суворова, Солонина и Соколова, чьи работы проходят по иной категории — историческая фантастика. 3) в последние 10-15 лет появилась новая когорта историков, работающая с отечественными и зарубежными архивами, знакомыми с развитием современной историографии ВОВ на Западе. Они изучают все доступные источники и строят свои выводы на них, а не подбирают факты и цитаты под свои гипотезы.
В годы перестройки на волне интереса к отечественной истории появилось много работ, пересматривающих устоявшиеся концепции, нередко радикально, часто бездоказательно, но громко и категорично. Для многих это было совершенно неприемлемо, и с этим «ревизионизмом» или «фальсификацией истории» стали бороться, создавая собственные работы. Книга Пыхалова (составленная в основном из статей, опубликованных в 2000-е гг. в ежемесячнике "Спецназ России" (орган ветеранов "Альфы") — образец такого жанра.
Источники Пыхалов использует ВСЕ вторичные и, прямо скажем, доступные школьнику — БСЭ, Дипломатический словарь (см. с.15); нередко комичные — примечания к тому или иному тексту (см.с.15, 112), а если и опирается на первичные источники, то использует их не критично — напр., рассказывая о войне между Францией и Германией по публикациям в Правде (см.с.124-32). С серьёзными работами Пыхалов либо не знаком, либо сознательно их игнорирует. Отбор литературы и гипотез (не фактов) строится им на субъективной основе. С иностранными трудами (непереводными) автор не работал, ссылки на архивные материалы даются в виде цитат из чужих трудов. При этом последние могут цитироваться целыми страницами (см., напр., с.258-61). Если убрать из текста рассматриваемой книги все цитаты, от автора останется процентов 20, и это будет в основном публицистика.
Активное цитирование — это, в общем, не грех, если заимствования используются творчески — для обоснования своей теории и аналитики. Последнюю автор преимущественно берёт у других, а когда начинает делать это самостоятельно, то выходит плохо. Вот пример. На с.220-21 Пыхалов рассуждает, сколько стоил Пакт о ненападении СССР и Германии - СССР обязался уплатить Германии компенсацию в 31,5 млн марок, но записывает Пыхалов эту сумму в расходы... Германии! То ли автор считать не умеет, то ли просто жульничает. После таких подсчётов доверие к приводимым им цифрам исчезает.
С методами исторической критики автор не знаком. Одна какая-то точка зрения выдаётся им за общепринятую: мнение британского посла в Париже о России приводится как характерное для всех дипломатов Антанты (с.18). Вся гл.1 посвящена критике книге, вышедшей в 92 г. и сильно устаревшей. Нужды критиковать её давно нет. При этом Пыхалов постоянно делает ошибки сам. В отношении дореволюционной России он повторяет мифы 20-30-х гг. - и неразвитая она была, и тёмная (с.13, 15). На с.29 он пишет, что немцы стали называть ввозимые в СССР в конце 20-х гг. танки тракторами «для конспирации», хотя так их называли с самого начала ещё в Германии. Примеры можно продолжать.
Автор, вопреки вполне устоявшейся концепции, не отвергаемой никакими ревизионистами, утверждает, что военные действия Красной Армии против Польши в сентябре 39 г. не знаменовали вступления СССР во Вторую мировую войну (см. гл.5), потому что наши части пересекли границу Польши после бегства польского правительства, а их потери были много меньше немецких (с.133). А заключив Пакт Молотова-Риббентропа, «СССР уже тогда выиграл Вторую мировую войну» (с.115). Нескрываемая автором нелюбовь к Польше доводит его до заявлений, что в 39 г. «требования Германии были весьма умеренными» (с.89). Так и нападение Гитлера на СССР можно оправдать. Хочется посоветовать автору прочитать решения Нюрнбергского трибунала, а не сочинения Бушкова и Мухина.
Стиль автора едва ли можно назвать дипломатическим: «лягушатники» (с.17) о французах, «кичливые ляхи» (с.92), «заносчивые ляхи» (с.105) о поляках, «если автор так думает..., ему имеет смысл навестить психиатра» (с.112), «всякие некричи, рапопорты и прочие геллеры» (с.148), «проститутки от исторической науки вроде В.А. Анфилова» (с.234) — это он себе позволяет потому, что Анфилов уже умер и ответить ему не сможет. Как пишет сам Пыхалов, «оголтелый антисоветизм вредно сказывается на умственных способностях» (с.23). Это верно и в отношении всех оголтелых...
Единственным достоинством работы Пыхалова могу назвать то, что он, разбирая распространенные в литературе цитаты, он доходит до первоисточника, выявляя при этом сознательные и несознательные) ошибки и искажения. Это полезно.
В общем, книга Пыхалова интересна лишь как образчик жанра, её историческая ценность невелика. Если хотите посмотреть, как пишут о войне настоящие историки, читайте ДРУГИЕ книги. Скрыть

Данная книга – это фронтовые воспоминания Павла Васильевича Золотова (1914-1988), написанные в 1979 г., но печатаются впервые. Тогда они не могли выйти по идеологическим соображениям, потом – по коммерческим. Автор – человек прямой и жесткий, нетерпимый ко лжи и лицемерию, прожил жизнь длинную, но непростую. Уже после Победы он откровенно высказался за праздничным столом. Вот как это было запечатлено в его деле: «22 мая 1945 г. в разговоре с офицерами Золотов пытался доказать, что политика партии в хозяйственном строительстве была неправильной и следовало идти по пути, который предлагал враг народа Бухарин…». В результате – арест и следствие. Старший лейтенант Золотов, дважды раненный в боях, был лишён воинского звания, боевых наград и осуждён на восемь лет лагерей за антисоветскую агитацию. Вспомним, что в это же время и тоже на восемь лет был осуждён за антисоветскую агитацию другой советский офицер – Солженицын. Полностью реабилитирован П.В. Золотов был только весной 1989 г., не дожив до этого события всего нескольких месяцев…
Для простого офицера Золотов был личностью необычной – окончив перед войной пединститут, он поработал в деревне учителем физики, отслужил срочную в Красной армии, так что не удивительно, что после призыва в армию весной 1942 г. его отправили в пехотное училище. Будучи человеком с отличными инженерными способностями и техническим (хоть и педагогическим) образованием, вскоре после распределения из училища «краснопогонный» или «краснопёрый» (цвет погон и петлиц пехотинцев) лейтенант Золотов на настоянию начальства, по достоинству оценивших этого человека, был переведён в артиллерию, что случалось крайне редко – артиллеристы считали себя элитой. Умение быстро разобраться в устройстве сложной артиллерийской техники и тактике боя способствовало тому, что некоторое время он, даже не имея ещё боевого опыта, преподавал фронтовикам-артиллеристам специальные дисциплины. Дальнейшая фронтовая судьба П.В. Золотова связана с миномётными частями, где он проходил службу в должностях начальника разведки дивизиона, командира батареи, начальника топографической службы полка. С 1943 по 1945 г. автор вместе со своими частями сменил три фронта : Ленинградский, Карельский и 3-й Украинский, завершив войну в Вене.
Широкие общие и военные познания, а также командные должности в миномётном полку резерва Верховного главнокомандования, часто перебрасываемого на новые участки фронта, позволили автору достаточно широко обобщить опыт войны, высказываться об общих проблемах тактики советских войск на полковом и дивизионном уровнях, взаимодействии артиллерии, пехоты и танков, и т.д.
К сожалению, выводы автора по вышеуказанным вопросам большей частью неутешительны: «В масштабе дивизии наступления я видел много раз и знал их (стрелковых частей) тактику… Видел непродуманность и шаблонность операций: всегда наступление велось в лоб обороны противника и всегда с большими потерями». То же относилось и к использованию артиллерийских и пехотных частей. Автор неоднократно становился свидетелем того, как его миномётный полк иногда по нескольку раз в день переподчинялся от одной дивизии другой. Пока миномётчики искали новые огневые позиции, они надолго выключались из боя, а пехота таяла под губительным вражеским огнём… Столь же слабо до самого конца войны, по мнению Золотова, была поставлена артиллерийская разведка, приводившая к чрезмерному перерасходу боеприпасов и неудовлетворительному качеству подавления огневых точек противника: «Без пристрелок выпустят все боеприпасы в белый свет как копеечку, а ля последующих боёв, где особенно бывает нужен миномётный огонь, мин уже не остаётся». Итог всегда бывает один: «громадные неоправданные потери наших войск».
Очень хороший и честный рассказ о жизни на войне и в деревне. Подробная и содержательная вступительная статья А. Безугольного, материалами которого я воспользовался. Толковая подборка фотографий, качественное (без опечаток) издание. Весьма рекомендую всем интересующимися историей Великой Отечественной.
Скрыть

Кто такой Василий Сталин, наверное, известно всем. Сын И.В. Сталина от второго брака со Н. Аллилуевой (от первого был Яков), чьим воспитанием родители особенно не занимались, доверив это охране, научившей его, по словам самого В. Сталина, пить водку и бегать за бабами. С детства ленивый и недисциплинированный (хотя способный), он сохранил эти качества на всю жизнь. По настоянию отца поступив в летное училище (сам же Василий хотел быть танкистом), всю свою дальнейшую карьеру связал с ВВС. Был простым летчиком (но летал мало, не давали), инспектором, командовал авиаполком, дивизией, закончил свой путь генерал-лейтенантом, командующим Московским округом ПВО. Двигался Василий только вверх, пока был жив отец, чьей (прямой и косвенной) поддержкой он всегда пользовался. Командовал так себе, больше увлекался спортом и охотой, много и со вкусом гулял. Несколько раз был женат, были дети от разных браков. Интересно, что Сталин-отец знал всё о грехах сына, публично его наказывал, но потом всегда вновь повышал.
После смерти отца был уволен из армии, лишен звания и наград (орденов у Василия было много, в том числе боевых — в боях он действительно участвовал, но всего несколько раз, под пристальным присмотром, и факт личного уничтожения им немецких самолетов оспаривается), осужден за злоупотребление служебным положением (реально было за что), долго сидел во Владимирской тюрьме, был выпущен досрочно, снова начал вести разгульный образ жизни и был отправлен досиживать свой срок. В конце жизни тихо жил в Казани, где и умер. В общем, недостойный сын добившегося несоизмеримо большего отца.
Рассматриваемая книга О.С. Смыслова — далеко не первая биография В. Сталина и не первая для автора биография известного военного. Для нее характерны те же особенности, что и для других работ О. Смыслова: использование разнообразных источников информации, в том числе архивных, вдумчивая работа с ними. При этом ссылки на использованные материалы в тексте отсутствуют, но в конце книги есть список литературы и источников. Имеются отступления от основной темы работы, порой обоснованные (о советских ВВС), порой нет (военные действия в ходе Великой Отечественной войны, заградотряды и проч.). Как результат, часть текста можно было бы, на мой взгляд, сократить. Думается, книге не помешало бы некоторое редактирование. в том числе стилевое.
Сам бывший летчик, автор хорошо разбирается в теме. И если о детстве Василия говорится совсем немного, но все остальные сюжеты разобраны обстоятельно, в том числе с привлечением большого количества разнообразных цитат. Около 100 стр. книги посвящены участию В. Сталина в Великой Отечественной, остальная часть повествует о его послевоенной жизни. Очень много места уделено следствию и суду на Сталиным. О. Смыслов, энергично споря с другими историками, доказывает, что приговор бывшему-генералу В. Сталину был вынесен справедливо и даже мягок для того времени. Автор жалеет своего героя как человека, но не покрывает его как личность и государственного деятеля.
В целом это добротная, достаточная объективная работа, написанная легко и достаточно увлекательно. В конце работы приводится запись беседы со старшим сыном В. Сталина и подборка некоторых документов, а также дана вклейка с иллюстративным материалом. На мой взгляд, это интересный и содержательный труд об одной спорной, но весьма любопытной личности, а также времени, когда она жила. Рекомендую всем интересующимся историей нашей страны в 1930-60-е гг.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Генерал Лизюков не принадлежит к когорте известных военачальников Великой Отечественной, хотя все задатки для этого были, однако обстоятельства сложились иначе. Профессор И.Н. Афанасьев (1963-), чья бабка была родной сестрой генерала, давно интересовался своим двоюродным дедом, собирал о нем материал и, в конечном итоге, написал книгу.
Александр Ильич Лизюков (1900-42) родился в семье сельского учителя, в Белоруссии. Во время Гражданской войны воевал в Красной армии, был артиллеристом, сражался против Деникина, Петлюры, участвовал в польском походе и подавлении тамбовского восстания. После войны командовал бронепоездом, окончил Академию им. Фрунзе, переквалифицировался на танкиста, преподавал в Военно-технической академии. Писал стихи. Командовал танковым полком, затем бригадой. Получал поощрения, стал полковником. Хороший уверенный старт, прервавшийся в начале 38 г., когда он был обвинен в участии в военном заговоре. Под пытками согласился дать показания, придумал целую историю, будто готовился таранить танком Мавзолей во время военного парада. Почти два года (в основном в одиночке) провел в тюрьме, но в конце 39 г. был оправдан военным трибуналом, которому он сумел доказать, что все участники придуманного им заговора носят фамилии героев литературных произведений (следователь этого не уловил). После этого был отправлен на преподавательскую работу, но надвигающаяся война заставила советское руководство привлечь и такие, вроде бы подмоченные кадры. В начале 41 г. Лизюков получил назначание замкомандира танковой дивизии, а 24 июня 41 г. замкомандира танкового корпуса и отправился на фронт. Именно здесь, в Белоруссии, Лизюков показал свои таланты: командовал обороной г. Борисова, а, потом, из сборных частей, организовал Соловьевскую переправу через Днепр, дав возможность спастись от окружения двум разбитым армиям. Это принесло Лизюкову звание Героя Советского Союза. Приняв командование 1-й танковой дивизией, Лизюков блестяще проявил себя осенью 41 г. в боях на Украине, за что дивизия получила почетное звание 1-й гвардейской мотострелковой дивизии.
В октябре-ноябре сражался уже на московском направлении, удержав немцев, рвавшихся к столице, а в конце ноября стал замкомандующего 20-й армией, вставшей на оборону Москвы. Фактически исполнял роль командарма, поскольку генерал Власов, его начальник, болел, и на фронт практически не выезжал. Удеражав немцев и перейдя в наступление, армия освободила Солнечногорск. Дальше генерал-майор Лизюков воевал на Северо-западном направлении, а весной 42 г. стал командиром 5-го танкового корпуса на Брянском фронте. Корпуса реально не было, он только формировался, но во время неудачного наступления под Воронежем в июле 42 г., получив прямой приказ от командующего фронта ген. Чибисова, Лизюков сел в танк и отправился на передовую.
Здесь обстоятельства его гибели расходятся, есть несколько версий. Автор выбирает конспирологическую — Чибисов, чьи действия вызвали неудовольствие Ставки, избавился от Лизюкова, написавшего Сталину об ошибках комфронта.
Описания последнего боя, место захоронения противоречат друг другу. Было, как пишет И.Н. Афанасьев, посвятивший значительную часть книги изучению этого вопроса, два танка. На лизюковском уехал комиссар корпуса, танк был подбит, комиссар погиб и там же захоронен. В другой танк сел сам Лизюков, также был расстрелян немцами, труп генерала извлечен и захоронен его бойцами во временной могиле, которую нашли (случайно) поисковики уже в наши дни, торжественно и очень официально перезахоронив останки Лизюкова.
Рецензия ошибочно утверждает, что автор «дает ответ на вопрос о подлинных виновниках его гибели». Это не так, И.Н. Афанасьв предлагает своё объяснение, не настаивая на нем. Дело читателя решать, устроит она его или нет (с Афанасьевым не все историки согласны).
Именно одному (последнему) году из жизни Люзюкова и посвящена рассматриваемая книга. Автор практически ничего не говорит о довоенной биографии своего деда, рассмотрев лишь отдельные страницы. Почему — не знаю.
Автор не историк, а филолог, поэтому писать он умеет, но отсутствие навыков ученого-историка сказывается. Он активно привлекает архивные материалы, воспоминания и критически их анализирует. Все цитаты снабжены отсылками на источники. При этом попадаются странные утверждения: на с.31 говорится, что где-то летом 41 г. на позиции лизюковцев парадным строем шел некий «литовский полк»; на с.180 автор сообщает, что в «в ГКО был внедрен немецкий агент». Никаких деталей, что и как — ничего не понятно. Звучит это несерьезно.
Отмечу, что И.Н. Афанасьев смог извлечь на свет много интересных деталей о тех боях, вводит в свой рассказ разные дополнительные персонажи.
В конце книги, содержащей вклейку с ч/б иллюстрациями, а также список сокращений, дается полный текст брошюры Лизюкова об опыте первых боев, написанную им в конце 41 г.
Работа И.Н. Афанасьева написана хорошо и читается увлекательно, будет интересна широкому читателю, которому я ее и рекомендую. Это ценное добавление (хотя и не поставившее последнюю точку) к истории начального периода Великой Отечественной, и вернувшее нашим современникам одного из ее героев.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Геноцид евреев, осуществленный нацистами, велся двойственно. С одной стороны, расовое неприятие евреев как унтерменшей и стремление всячески ограничить их права, в том числе и на жизнь, никогда не скрывалось, наоборот, борьба с «еврейским засилием» была едва ли важнейшим лозунгом Гитлера и его сторонников по всему миру еще с 1920-х гг. С другой стороны, непосредственное физическое уничтожение евреев осуществлялось не под покровом ночи, а иногда и очень публично (как карательная акция возмездия), но при этом нацисты стремились скрыть следы своих преступлений и избавиться по возможности от лишних свидетелей.
По этой причине непосредственных очевидцев массовых казней еврейского населения на оккупированной нацистами территории Восточной Европы остались считанные единицы. Они постарались донести увиденное и испытанное ими до широкой общественности, оставив свои воспоминания о том, что впоследствие стало называться холокостом.
Одним из первых таких летописцев истребления евреев стал Арье Долинко, о котором, увы, ничего не известно, даже простых биографических сведений.
Родился он и вырос в Пинске, одном из многих еврейских местечек, каких насчитывалось десятки на территории Западного края Российской империи. Две трети населения Пинска были евреями, и это предрешило его судьбу. Став в 1939 г. частью СССР, Пинск был в начале июля 41 г. занят вермахтом, а через месяц начались массовые расстрелы, в которых принимали участие специальные части СС, а также местные полициейские из белороусов и поляков. Сначала было убито около 7 тысяч чел., через день — еще 25 тыс. Весной 42 г. было создано гетто, и у оставшихся евреев стали методично выкачивать спрятанные ценности. В конце 42 г., выбрав всё, что удалось, нацисты ликвидировали последних пинских евреев.
Автор и его жена смогли чудом спастись от гибели, а потом, после ряда тяжелых испытаний, при помощи одной верующей женщины, а также старых друзей, они попали к местным партизанам, где было много евреев, и где их хорошо приняли.
По окончанию войны Долинко с женой выехали в Палестину, где в конце 46 г. вышли эти воспоминания.
Эта небольшая, но эмоционально написанная книжка, ценная еще не отягощенным последующими событиями взглядом человека на весь тот ужас, который довелось испытать ему и его родным, и памятью на мелкие детали.
Издание получилось неплохим: твердый переплет, офсетная бумага, есть небольшое предисловие и хорошие примечания Б. Горбовицкого, именной указатель и список литературы. Иллюстраций нет. Тираж не указан, но каким бы он не был, с 2005 н. он не разошелся.
Рекомендую эту тяжелую, но уникальную совим содержанием работу всем интересующимся историей Второй мировой войны.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть