Мои уважаемые со-читатели оставили свои рецензии на эту книгу, рассмотрев ее с разных сторон. Их коллективное мнение выразилось в достаточно высокой оценке этого издания. Мое впечатление отчасти совпадает, отчасти отличается от нее.
Евгений Павлович Гуров (1980-) — доцент кафедры истории и философии Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета. Окончив истфак Санкт-Петербургского университета, он в 2005 г. защитил кандидатскую диссертацию под названием «Использование Германией Скандинавского плацдарма в борьбе против северных союзных конвоев во Второй мировой войне».
Рассматриваемое издание — это текст той самой диссертации. Не могу уверенно сказать, обновлялся ли он к данной публикации, как минимум, был дополнен новыми работами список литературы.
Книга (единственная на сегодняшний день) Е.П. Гурьева действительно является полноценным академическим трудом, с анализом источников и историографии во введении, детальными ссылками на все приведенные в книге цитаты, множеством приложений. Работа выстроена на основе преимущественно советских архивных материалов, немецкие данные взяты из опубликованных документов (отчасти специально переведенных на русский язык). Это снижает ценность данного исследования, поскольку излагает события преимущественно с точки зрения одной стороны.
Работа Е.П. Гурьева выстроена следующим образом: первая, самая маленькая по объему, глава показывает значение т.н. «Скандинавского плацдарма», прежде всего Норвегии, в 1930-40-е гг. с экономической, политической и военной точек зрения. Здесь любопытным представляется материал об арктических исследованиях Германии в предвоенный период, а также о строительстве и использовании немцами тайных метео- и радиостанций в Арктике. Вторая глава подробно рассказывает о подготовке и ходе захвата нацистской Германией Норвегии. Здесь много интересного материала о планировании и осуществлении этой операции, ставшей успешной во многом благодаря тесной координации немецких ВМФ, ВВС и сухопутных частей. Эта глава, охватывающая относительно небольшую по времени и затратам операцию по захвату Норвегии, чуть меньше по объему третьей главы, которая посвящена гораздо более длительному и значимому эпизоду Второй мировой войны — собственно полярным конвоям. Как результат, картина последних вышла довольно общей, без частностей и рассмотрения отдельных эпизодов. Эта непропорциональность распределения материала, думается, не вина автора. Причиной ее стало желание рекламщиков Яузы предложить рынку книгу, чье придуманное ими название не соттветствуетт ее содержанию. Последнее шире, поэтому читателю, ищущему сведений о северных союзных конвоях, надо ориентироваться на другую литературу.
Не стану я советовать это издание и потому, что написано оно, на мой взгляд, все же скорее академично, нежели популярно. Автору иногда отказывает вкус (есть стилистические погрешности). Имеются повторы текста. Опечаток, отмечу, почти нет.
Есть подборка довольно многочисленных фото хорошего качества, несколько карт и много приложений для поклонников разных военных частностей (кто каким кораблем/подлодкой командовал, какое судно, когда и кем было потоплено).
Это хорошее (хотя не самое свежее и увлекательное) дополнение к имеющейся литературе об одном из эпизодов Великой Отечественной войны. Если книга Е.П. Гурьева и не стала событием, она достойна внимания. Вашего или нет, сказать не могу…

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

У этой книги, есть, на мой взгляд, один большой плюс и один большой минус. Плюс заключается в том, что это действительно хорошая книга. Минус — в том, что это довольно СТАРАЯ книга (была создана в 1990-91 гг.), т.е. почти три десятка лет тому назад, со всеми особенностями тогдашних публикаций, и уже выходила в свет. Другими словами, если история жизни, рассказанная Б.М. Руниным, не устарела, то появление ее сейчас, на фоне многих других материалов о тех событиях, новинкой назвать нельзя. Да и оформление этого издания оставляет желать лучшего. Но обо всем по порядку.
Борис Михайлович Рунин, он же Борис Моисеевич Рудинштейн (1912-94) — советский литературный критик. О нем известно, к сожалению, мало, и вводная статья к рассматриваемой книге, объемом чуть больше страницы, подписанная В.Е. Рубинштейн (возможно, родственница автора), немного добавляет к уже известным фактам.
По образованию архитектор, Б.М. Рунин недолго работал по специальности, начав печататься еще в конце 1930-х гг., и впоследствие закончил Литинститут, связав с новой профессией всю оставшуюся жизнь.
Не знаю, тогда или позже он выбрал себе псевдоним Рунин, но повод для этого был, и весьма серьезный — его родная сестра была вторым браком замужем за сыном Троцкого Сергеем Седовым. В те времена не то что родство, упоминание в разговоре фамилии Троцкого было достаточным для ареста и в лучшем срока как троцкисту («контрреволюционная троцкистская деятельность», КРТД, хуже было только тоже с добавкой «террористическая»). Этот факт Рунин долгие годы скрывал, хотя тайной это не было. Почему он остался жив и даже не репрессирован, объяснений нет. Милостив ли был его ангел, или просто органы не доработали, но многое в жизни Рунина этот факт его биографии объясняет.
В самом начале войны Рунин добровольцем ушел на фронт. В это время формировалось московское ополчение, в том числе 8-я Краснопресненская дивизия, в состав которой входила и уникальная 3-я рота: большинство ее бойцов составляли писатели, как довольно известные в ту пору, так и ставшие известными позже, после войны (В. Гроссман, А. Бек, Э. Казакевич и др.). Эта воинская часть (она же “писательская ротой”), как и значительная часть московского народного ополчения, почти полностью сгинула осенью 41-го, кто где — писатели же в окружении под Вязьмой.
Проведя месяц в окружении, Рунин и еще несколько человек выбрались к своим. Рунин прошел спецпроверку и был признан невиновным в измене и трусости, хотя следователи удивлялись, почему он, как честный советский человек, не застрелился. Правда, клеймо окруженца на нем оставалось еще долго. Великую Отечественную Б.М. Рунин провел в редакциях разных фронтовых газет (в основном на Северо-Западном фронте). Войну закончил капитаном, на Дальнем Востоке.
После войны он попал под удар во время борьбы с космополитами, но и здесь судьба его хранила — дело кончилось временным отлучением от профессии. Б.М. Рунин — автор нескольких книг, в том числе об Евтушенко и Тарковском.
В 1985 г. Б.М. Рунин опубликовал в “Новом мире” (№ 3) фронтовые записки “Писательская рота”. Эта публикация вызвала в ту пору широкий читательский отклик.
Описав первую половину пути своей части — от Москвы к линии фронта, автор не стал рассказывать о последующем окружении и возвращении в строй. Оговорившись, что “окружение — это особая тема”, он, в сущности, поставил на этом точку. В то время по-другому в подцензурной печати быть и не могло. Но та небольшая работа Рунина стала заявкой на его последующую автобиографическую вещь — “Мое окружение”. Впервые данная книга вышла в издательстве «Возвращение» в 1995 г. Настоящая публикация — переиздание без каких-либо изменений.
Название не вполне оригинально — у С.М. Голицына есть книга воспоминаний, названная «Записки уцелевшего» (впервые опубликована в 1990 г.) Название «Мое окружение» кажется мне очень удачным — это не только повестование о том месяце, когда Рунин выходил с группой таких же окруженцев к своим, но и о тех людях, которые на протяжении многих лет окружали его. Наверное, Бориса Михайловича можно назвать везунчиком — он встретил за свою жизнь (и прежде всего на войне) много разных людей, но хороших больше, чем плохих, хотя бывало всякое. Любопытны страницы, посвященные К. Симонову и А. Беку, которых Рунин неплохо знал и видел в разных незаурядных ситуациях. Как выяснилось впоследствие,. Б.М. Рунин оказался носителем уникальной информации — что о своей сестре и ее семье, что о фронтовых сослуживцах.
Записки Б.М. Рунина выстроены следующим образом — рассказ о войне перебивается воспоминаниями как о предвоенном, так и послевоенном времени (эти отступления выделены курсивом) и доведен до 1960-х гг. Повестование о послевоенной эпохе теряет всякую связанность и прверащается в рассуждения на разные темы.
Данное издание состоит из двух частей: «Мое окружение» и «Писательская рота». Это очень хорошо написанные тексты, честные и пронзительные, которые немало добавляют к общей картине истории Великой Отечественной. Отмечу, что публицистического пафоса у Рунина практически нет (чем грешат многие другие мемуаристы), даже о Сталине он пишет немного и довольно сдержанно.
К сожалению, оформление подкачало: нет ни одного примечания, а они нужны, хотя бы потому, что с начала 1990-х гг. наш уровень знаний о войне значительно вырос; нет ни введения/заключения с информацией об авторе и его творчестве. Имеется вклейка на двух листах с ч/б иллюстрациями из семейного архива.
Рекомендую это издание всем интересующимся историей, прежде всего, Великой Отечественной — это качественное чтение, пуская и не столь добротно оформленное.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

О нашем 20 в. сколько не пиши, всё мало не будет. Потеря любого документа личного характера — невосполнимая утрата, обнаружение такового — прибавление к коллективной памяти.
Наталья Константиновна Веселовская (1906-99) — свидетель многих событий 20 в. Выросшая в хорошей дворянской семье, она запомнила события революции и Гражданской войны, нанесшей первый удар по ее семье. Став врачом, она перед самой войной устроилась на «Скорую помощь» в Москве, где работала много лет. Всю жизнь трудилась, в конце ее захотела подытожить всё, что увидела и испытала. Это ей вполне удалось в записках, фрагменты которых были подготовлены к печати ее племянником, сыном сестры Ирины А.Г. Макаровым, снабдившим эту публикацию, вышедшую уже вторым изданием, примечаниями и фотографиями из домашнего альбома.
Данная книга состоит из двух частей: первая посвящена воспоминания Натальи Константиновны о ее работе врачом «Скорой помощи», очень любопытные и ценные разными деталями, во многом утраченными, потому что хранились лишь в памяти их очевидцев. Кроме этого, она посчитала любопытным для потомков историю их квартирных мытарст, неизвестных, опять же, тем, кто сам не прошел через коммунальный быт/ад. Вторая часть рассказывает о судьбе ее родного брата Бориса, талантливого химика, чья судьба и карьера не смогли состояться в полной мере, поскольку жизнь оказалась к нему неблагоприятной. В этой части Н.К. Веселовская вспоминает об их общем детстве, а А.Г. Мартынов добавил письма Б.К. Веселовского с фронта, воспоминания о нем его школьного друга И. Нечаева.
Стильно изданная, эта карманного формата, выпущенная тиражем 500 экз. книга содержит множество фотографий из семейного архива — хорошего качества, но маленького размера и в большинстве неподписанных (неизвестно, кто на них изображен?).
Было бы очень интересно познакомиться и с остальными воспоминаниями Н.К. Веселовской, о судьбе которой, как и ее текстах, к сожалению, в предисловии составителя ничего не сказано. Тем не менее, желание сохранить память, очевидно, двигавшее им, относится к числу благороднейших движений человеческой души, образно сформулированное Пушкиным — «Любовь к отеческим гробам». Всячески рекомендую этот небольшой, но богатый содержанием труд всем интересующимся историей нашей страны в первой половине 20 в.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Даже не знаю, как оценить эту публикацию. С одной стороны, есть три полноценные книги, вышедшие в разное время в издательстве Эксмо – «"Бронебойным, огонь!" Воспоминания танкового аса» (автор Василий Павлович Брюхов), «Самоходки в бою. "Батарея, огонь!"» (автор – Василий Семенович Крысов) и «Танкист на "иномарке"» (автор - Дмитрий Федорович Лоза). Первые две книги до сих пор находятся в продаже. Все три работы – великолепный образец мемуарной литературы, причем Брыхов и Крысов значительную часть своих воспоминаний посвятили до- и послевоенным годам, что безусловно украсило и дополнило их труды. С другой стороны, издательство Эксмо, столь славное своим коммерческим подходом ко всему, что вспоминается выражение «Кому война, а кому мать родна», выпустило еще один том, рассчитанный на зарабатывании денег под 65-летие Победы. Взяв три вышеназванных произведения, они вырезали из них то, что не было связано с войной, нарушив таким образом целостность авторского текста, и соединили в один том. Почему – не знаю. Один из авторов воевал на американских танках, другой вообще большую часть своей военной карьеры провел на самоходках (которые все же не были танками). Два получили Героя Советского Союза, один – нет. По-моему, стержнем стало обладание Эксмо права на выпуск данной продукции и высокое качество этих тестов, что гарантирует высокие продажи.
Не буду повторять то, что я писал в своих рецензиях на эти книги, скажу лишь, что даже в предложенном – урезанном – виде это хорошие, честные книги, написанные живым литературным языком, которые я всячески рекомендую всем, интересующимся историей Великой Отечественной. Однако лучше купить полный текст воспоминаний Брюхова и Крысова, не пожалев на это денег, нежели этот огрызок. Скрыть

Вот что пишет о своей книге сам автор: «Окопные офицеры. Они и внешне порой не отличались от солдат, своих подчиненных. Во-первых, от передовой линии траншей до вещевого склада, как правило, далековато. Во-вторых, солдатские сапоги и гимнастерка х/б, особенно летом, в окопе действительно удобнее. В-третьих, так безопаснее. Немецкий снайпер чаще всего охотился именно за взводными командирами.
Они первыми поднимались в атаку во время наступления, последними покидали траншею во время отступления. На них начальство списывало всои просчеты и результаты бездарно проведенных операций. На них высшие начальники срывали свою дурость. Они, в свою очередь, исправляли, как могли, ошибки генералов и их штабов.
Они, лейтенанты, зачастую оказывались самыми молодыми солдатами в списке своих взводов и рот. Их не баловали наградами. И если что не могли сделать бойцы, вперед ползли взводные лейтенанты. И эта книга и по своей теме, и по сути – лейтенантская. Она – о них. И им посвящена.
А я старался быть лишь добросовестным писарем при моих героях, взводных командирах».
Это уже третья книга С.Е. Михеенкова, которую я прочитал о Великой Отечественной, и для меня безусловно одно из самых достойных произведений о настоящей войне, с которым мне довелось познакомиться в последние два-три года. Материал дан хронологически – с 1941 по 45 г. Основная масса (свыше 200 стр.) – это рассказ об освобождении Балкан (Болгарии, Румынии, Югославии, Венгрии), в котором в 1944 г. принял участие лейтенант Александр Васильевич Ткаченко, командир взвода автоматчиков, прошедший с боями от Кривого Рога до Вены. За свою жизнь он повидал немало командиров – и ротных, и комбатов, и солдат, и обо всех них поведал. Ему было что сравнить – как воевали немцы, румыны, венгры, наши. Он неоднократно отмечает, как изменилась Красная армия к 44 г. – как умело воевали солдаты и офицеры, какой силой давила врага армия, словно поменявшись местами с немцами (41-й против 44-го), но как за каждый наш успех приходилось платить кровью простых солдат и офицеров, которых редко кто из высших командиров жалел. Очень много интересных и любопытных наблюдений о быте и боях. Вот что надо читать создателям разнообразных сериалов про Великую Отечественную, а не выдумывать из головы…
Как пример лишь одна цитата. Автор ее – младший лейтенант Овсянников, погибший вскоре после своего производства в декабре 43 г. под Витебском, который вел на войне, несмотря на строжайшее запрещение, дневник. «Я видел, как в овраге Володя Маклаков заколол штыком раненого в ногу немца. Немец лежал на боку и молча смотрел на подошедшего Маклакова. Володя оглянулся по сторонам и, видя, что рядом только я, быстро прищелкнул к винтовке штык и всадил его в грудь немцу. Я бы этого сделать не смог. Маклаков вытащил штык, вытер его о шинель немца, посмотрел на меня и ничего не сказал. Я понял, для чего это ему понадобилось. Он мстил (за убитых родителей и изнасилованную невесту – spl). Потом, после боя, я спросил его:
- Тебе стало легче?
- Нет, - коротко ответил он.
Больше мы с ним об этом не разговаривали.»
Как недостаток – но это уже упрек Центрполиграфу, с которого, уверен, спросится за это на том свете, - полное отсутствие фото. С.Михеенков построил свою книгу на воспоминаниях пяти-семи человек. Сложно было вклейку с их фотографиями дать, ответственный редактор Безугольный?
Что касается вторичности, то, наверное, я обе книги прочитал внимательнее, нежели рецензентка Карповка, и скажу с полной уверенностью: повторов очень немного, и эти фрагменты абсолютно органично смотрятся в данном тексте, так что ПОКУПАТЬ И ЧИТАТЬ НАДО ОБЕ КНИГИ С. МИХЕЕНКОВА. Обеими руками рекомендую их всем интересующимся не только историей Великой Отечественной, но и просто хорошей военной прозы. Отличная вещь и прекрасный памятник не только лейтенантам, но и всем солдатам и офицерам той войны. Спасибо, Сергей Егорович. Скрыть