Данная работа впервые вышла в США в 2017 г. Ее автор, Джулия Л. Микенберг (1968-), выросла, как она сама пишет, с любовью к русской культуре, сформировавшейся во многом под влиянием дедушки. Интерес к детским книгам американской писательницы Р. Э. Кеннел привел Микенберг к открытию, что миссис Кеннел провела несколько лет в Сибири, а дальше – к знакомству с забытой, но заметной когда-то группой американских реформаторов, интеллектуалов и представителей творческого авангарда, восхищавшихся советским экспериментом 1920-30-х гг.
Рассматриваемое издание состоит из четырёх частей. Первая часть рассказывает об американках, помогавшим русским революционерам до 1917 г. (и покоренных Россией). Вторая – об американках, работавших в России и для России во время Гражданской войны и голода. Следующие главы рисуют разнообразные (как правило малоизвестные) страницы истории нашей страны в 1920-30-е гг. Напр., очень интересен опыт создания детской колонии им. Дж. Рида как пример столкновения идеалистических представлений и реальности жизни в СССР в 1920-е гг. Американская колония «Кузбасс» (в Кемерово) – еще один образец интересной судьбы различных людей, приехавших в Советскую Россию строить здесь новую жизнь (в том числе и свою). Отдельная глава показывает историю А. Дункан в России (до и после революции, до и после ее брака с Есениным). А еще здесь повествуется о журналистах, киноактерах, танцовщицах и других американцах (и русских), ставивших различные (удачные и не совсем) опыты на советской почве. В целом в книге Микенберг можно найти много портретов обычных и не очень людей, наших и иностранцев – с их надеждами и разочарованиями, достижениями и провалами.
Автор с симпатией описывает СССР того времени, пытаясь объяснить, что притягивало к «красному Иерусалиму» (Москве) разных независимых, образованных и отважных «новых женщин» из далекой Америки. С ее точки зрения, «страна, которая хотя бы на словах ставила во главу угла не извлечение личной выгоды, а общественное благо, уже внушала огромную надежду многим американцам (и вообще жителям Запада) – из тех, кто задумывался о пагубности социума, основа которого – промышленный капитализм» (стр. 9). Микенберг полагает, что американки, которых влекло в «красную Россию», «надеялись на то, что наступит новая эпоха возможностей: женщины обретут не просто политические права и экономическую независимость, но и равенство в любовных союзах, будут наравне с мужчинами строить новый мир и бесклассовое общество, где культура, образование и общественное благополучие будут цениться выше, чем барыши и нажива» (стр. 11). Впоследствии, когда реалии сталинской эпохи затмили пропагандистские плакаты, романтика революционной России и утопические фантазии, оживлявшие эту романтику, объявили наивными, неразумными и даже опасными. В ситуации, когда для большинства американцев с конца 1940-х гг. СССР стал «империей зла», сторонники восторженных высказываний о советском эксперименте или брали свои слова назад или предпочитали помалкивать. Так и закрылась одна из любопытных страниц истории советско-американских отношений, которую смогла, пусть и отчасти, открыть Дж. Микенбург в своем обстоятельном труде.
С отечественными архивами автор, похоже, не работала, но подняла множество американских первоисточников, что делает ее исследование и насыщенном разнообразными фактами, и просто увлекательным. Конечно, это настоящая академическая работа, но написанная отнюдь не сухо.
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага). Иллюстраций нет. Мелкий шрифт. Есть список сокращений и именной указатель. Хороший перевод. Имеются примечаний переводчика. Тираж 1000 экз.
Рекомендую данную публикацию всем интересующимся историей нашей страны в 1920-30-е гг. Уверен, вы найдете в нем много любопытных деталей.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Недавно я прочитал книгу одной американской исследовательницы, рассказавшей об «красных американках» - женщинах, приехавших в Советскую Россию в поисках мечты (Джулия Микенберг: Американки в Красной России. В погоне за советской мечтой, https://www.labirint.ru/books/924424/). Мечты о свободе, равенстве, возможности творить без ограничений. И о том, с чем эти американки столкнулись в СССР в 1920-30-е гг., реализуя свои надежды.
Своеобразным продолжением труда Микенберг стала рассматриваемая книга, которая повествует еще об одном любопытном человеческом опыте – истории посещения СССР в конце 1920-х гг. одним американским журналистом.
Этого журналиста, Джорджа Сильвестра Вирека (1884–1962), можно было смело сделать героем отдельной книги. Он родился в Берлине, в семье депутата рейхстага от социал-демократической партии. Причем Вирек-старший был внебрачным сыном очень красивой театральной актрисы от… императора Вильгельма I! А шафером на его свадьбе был Энгельс. В общем, «всё смешалось в доме Виреков». Отсидев год в тюрьме за нелегальную политическую деятельность (папаша не вмешался, надо понимать), стал журналистом. В конце 19 в. Виреки уехали в США, где глава семьи стал заметной фигурой среди германо-американцев.
Сын продолжил дело отца, пойдя по журналистской стезе. В годы Первой мировой активно агитировал против Антанты и вступления США на ее стороне в войну. Считался мастером интервью, встречался и беседовал с Муссолини и Гитлером. При этом был умеренно левых взглядов, что привело его к идее поездки в СССР.
Побывав в июле 1929 г. в Москве, и не встретившись с лидерами первого плана, Вирек собрал достаточный материал для трех больших очерков, появившихся в Saturday Evening Post, перевод которых и составил основу этой книги. Хотя дальше Москвы и Ленинграда он не попал, но, получив гору статистических материалов, попытался описать и развитие советского государства, и то, как живут простые люди. Впечатления от последнего оказались безрадостными: очереди, дефицит простых бытовых вещей, полуголодное существование большинства населения даже в крупных городах, «квартирный вопрос», бюрократическая неразбериха и тотальная пропаганда.
Но в очерках Вирека, не стеснявшегося в формулировках, нет ни высокомерия над «азиатами», ни насмешек над бедной и неустроенной жизнью. Зато есть сочувствие к людям, которых политика властей поставила в такие тяжелые условия. Статьи Вирека хорошо написаны (и хорошо переведены). Автор демонстрирует точный и уверенный анализ ситуации в СССР, без эмоциональных и пропагандистских лозунгов и штампов.
Часть его материалов и материалов его коллег было любопытно прочитать, часть – нет. Пообщавшись с большевиками второго эшелона (Чичерин, Раковский, Красин), Вирек достаточно подробно рассказал о них, но не всё здесь было интересно. Я бы оставил половину текстов как действительно ценных, но издание в том виде, в каком оно представлено, имеет право на существование.
Поездка Вирека в СССР укрепила его в антикоммунистических взглядах, которых он придерживался всю оставшуюся жизнь. Однако с 1932 г., после победы на выборах Рузвельта, антикоммунизм стал в США немодным, поэтому журналистская карьера Вирека пошла на спад.
Пронемецкую пропаганду, которой он отдал дань в годы Первой мировой, Вирек не оставил и позже, всячески расхваливая Гитлера и Третий Рейх, за что отсидел в 1943–47 гг. почти четыре года в тюрьме, о чем выпустил впоследствии откровенные воспоминания. Последние годы доживал тихо, издавая стихи, не получившие высокой оценки критиков.
Издание начинается с обстоятельной вводной статьи об авторе и его работах (почти на 30 стр.) составителя и одного из переводчиков В. Э. Молодякова. Имеется небольшое количество примечаний составителя – от сколь-либо подробного комментирования он сознательно оказался.
В книге впервые опубликованы архивные материалы о предыстории вояжа Вирека в Москву, а также представлены несколько текстов авторов из ближайшего окружения Вирека о Советской России.
Данная публикация состоит из двух частей: статьи самого Вирека и документы о его поездке в СССР (объемом в 120 стр.) и материалы о России его коллег (объемом в 85 стр.).
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага). Есть расширенный именной указатель, список литературы о Виреке. Иллюстраций нет. Тираж 1000 экз.
Рекомендую как любопытный второго плана материал по истории нашей страны в 1920-е гг.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Еще один дуплет в серии моих летних рецензий: купив какое-то время назад два сборника работ Л. Гинзбург, наконец прочел их и делюсь впечатлениями.
Два слова об авторе. Лидия Яковлевна Гинзбург (1902–1990) известна, прежде всего, как литературовед. Получила образование в 1920-е гг. у основателей формалистической школы, с которыми потом дружила (Шкловский, Тынянов, Эйхебаум и др.). Была специалистом по русской литературе 19 в., мало востребованной сегодня (Вяземский, Герцен и др.). По-настоящему широкая известность пришла к ней, уже совсем немолодой женщине, пережившей почти всех своих знаменитых современников, в начале 80-х гг., с публикацией «Записок блокадного человека». Позже, уже с перестройкой стали выходить ее воспоминания и записные книжки. Примером такого издания (во фрагменте «дешевое») является рассматриваемая публикация.
Содержание выглядит следующим образом: введение А. Кушнера, хранителя архива Гинзбург (на 7 стр.), раздел «Записные книжки» (объемом в 480 стр.), раздел «Воспоминания и эссе» (девять текстов объемом в 195 стр.), раздел «Три повествования» (беллетристические работы конца 1920 – начала 1930-х гг., объемом в 100 стр.). Все представленные здесь работы издавались ранее. Составитель не указано. Логика отбора текстов не очевидна и спорна. Примечаний к текстам нет вообще, а их нужно много. Соответственно, их отсутствие переводит данный труд в категорию «мы очень экономили и вот что получилось».
Теперь о стиле Гинзбург, характерном для большинства представленных в данном сборнике трудов. Еще в 1920-е гг. она выделила, как особенный, жанр, названный ею «промежуточной литературой». Это эссе, дневники, записные книжки, мемуары, автобиографии и проч. В нем-то, во многом из-за запрета на публикацию основных – литературоведческих – работ, Гинзбург и воплотила (но реализовала ли?) себя как автор. За пределами этого стиля представить сегодня Гинзбург уже трудно.
Разберем содержание сборника по порядку. Начнем с записных книжек. Самый интересный, ценный и свободный по наполнению документ – это дневник 1920-30-х гг. Записные книжки 40-х гг. – это разные заметки с рассуждениями о психологии и литературе, без привязки ко времени. Не особо интересно. На 1950-60-е гг. приходится передышка: возникают надежды, разговоры о современности, много уделено внимания теме социального неравенства в СССР. 70-80-е гг. – это время подведения итогов, современности здесь нет совсем.
По всему тексту записных книжек (особенно ранних) есть описание и портреты многих интересных людей, множество замечательных афоризмов.
Раздел «Эссе» содержит чисто литературоведческие работы с элементами мемуаров. В них много повторов (в том числе и с записными книжками). Это специфические материалы, точно не для широкого читателя.
Последняя часть содержит, фактически, образцы художественных текстов Гинзбург довоенного периода, совсем не увлекшие меня.
В целом, любопытной мне показалась лишь половина книги.
Среднее оформление (твердый переплет с суперобложкой (которая нужна, как бантик на заплатке), пухлая бумага), иллюстраций нет. Есть именной указатель и список работ Гинзбург. Тираж 2000 экз.
Издание, в целом, неплохое, но не вполне понятное по целевой аудитории. Может быть, студентам-филологам и подойдет.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Автор этих интересных воспоминаний - Даниил Ермолаевич Скобцов (1884-1969) - был родом из бедных казаков станицы Брюховецкой Кубанской области. Окончив Кубанскую учительскую семинарию, работал в одной из станиц учителем истории. Поступив перед войной в Московский университет, в 1917 г. вернулся на родину и активно включился в общественно-политическую работу. Вместе с генералами Корниловым и Деникиным проделал знаменитый «ледяной поход». С конца 1918 г. депутат Кубанской Краевой Рады, а чуть позже и член правительства – министр земледелия и контроля. Он проводил идею радикальной реформы земельной собственности, предлагая отменить частную собственность на землю, сделать ее общественной и сдавать в аренду тем, кто может ее обрабатывать.
Депутатство Д.Е. Скобцов сохранил до конца существования Кубанской Рады, а место в правительстве потерял. После захвата Кубани Красной Армией эмигрировал через Турцию во Францию. Там он лишился семьи – трагически умерла любимая дочь, а жена – Елизавета Юрьевна Скобцова (бывшая поэтесса Кузьмина-Караваева) - приняла монашеский постриг с именем Мария. Впоследствии мать Мария участвовала в антифашистском сопротивлении, погибла в лагере вместе с сыном, уже в наше время была канонизирована.
В эмиграции Д.Е. Скобцов выучился на шофера и стал водителем такси, одновременно решил заняться истории независимой Кубани. Пока прошедшие события были свежи, он в 1925-1929 г.г. написал два тома «Три года революции и Гражданской войны на Кубани», использовала для его создания воспоминания своих современников, так и разные документальные материалы. Опубликовать свой фундаментальный труд Д.Е. Скобцов смог лишь в 1962 г.
Помимо классических воспоминаний, Скобцов выступил и как писатель, ещё в 1931—32 гг. опубликовав в парижском журнале «Современные записки» первую часть романа «Гремучий родник» (до этого в казачьих журналах уже выходило несколько его рассказов). В1938 г. роман вышел в Париже отдельным изданием, в 2008-09 гг. он был издан на родине в журнале «Родная Кубань». «Гремучий родник» – это автобиографический роман о родной станице, кубанских казаках-земледельцах в предреволюционное время.
Воспоминания Д.Е. Скобцова начинаются кратким очерком Кубанского края и Кубанского войска, а далее рассказывают о событиях на Кубани начиная с Февральской революции и заканчивая драматическими событиями на Кубани в ноябре 1919 г.
Фактически это история существования одного из автономных государственных образований, возникших на месте царской России в 17-18 гг., история подробная и достаточно объективная. Автор использует большое количество документов Кубанской Рады, показывает ее политику изнутри – борьбу за влияние между сторонниками самостоятельного развития Кубани как части России и теми, кто хотел войти в союз с Украиной. Книга Д.Е. Скобцова интересна тем, что позволяет подробно познакомиться с настроениями и обстановкой в среде широких слоев сельских жителей юга России. Автор показывает, как встретило революцию простое население казачьих станиц, как развивалось противостояние двух лагерей, разделивших всю страну, в одном из самых «напряженных» регионов, за который шла ожесточенная борьба между бедными и красными. Большое внимание уделено деятельности Кубанского правительства и действиям Добровольческой армии. В целом, Д.Е. Скобцов старается сохранять объективность, сообщая как о действиях Белых сил, так и их противников.
Среди персонажей воспоминаний Скобцова – генералы Марков, Деникин, Алексеев, Врангель, Шкуро, Слащев, гетман Скоропадский и другие.
Видно, как разногласия разрывали изнутри один из регионов России, как борьба за власть привела в разобщенности и гибели одного из активных очагов сопротивления большевикам.
Читать этот объемный текст любопытно, но тяжело – он перегружен разнообразной информацией, поэтому широкому читателю вряд ли будет интересно. Посему рекомендовать эту книгу неспециалистам не буду.
К тому же отредактированы воспоминания вообще никак - они явно были просто отсканированы с оригинала с огромным количеством опечаток, содержат черновые фрагменты, сокращения и проч. Литературно мне показался стиль не вполне выдержанным.
К тому же, как и в других последних изданиях «Кучкова поля», редакционная работа сведена к минимуму – текст не сопровождается ничем: нет ни вводной статьи, ни примечаний, кроме тех, что были в парижском издании, ни иллюстраций, ни карты (имевшейся в оригинальном выпуске!), ни именного указателя. А без примечаний не всё понятно – часть фамилий, напр., сокращена до инициалов, да и многие реалии тех лет не ясны.
Поэтому можно радоваться, что еще и эта книга дошла до современного читателя, но больно уж убого она выпущена…

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Издательство «Кучково поле» продолжает выпускать малоизвестные воспоминания и дневники из российских архивов, авторами которых были – будем откровенны – столь же малоизвестные (по масштабам тех событий) персонажи эпохи Первой мировой войны. Это факт не делает их записок малоинтересными и малоценными – во многом именно типичность этих исторических личностей (мало ли было у нас полковников в те годы!), взгляд снизу на те или иные события, неангажированность позволяют увидеть вещи типовые, а, значит, характеризующие общую атмосферу, а не заснеженных вершин.
Автор этих мемуаров (отмечу, что даже фото его не сохранилось на просторах интернета) - Андрей Васильевич Черныш (1884-1967) был вполне обычным для тех времен человеком. О его происхождении мало что известно – будучи родом с Кубани, окончив четырехклассное городское училище в Ейске, а потом пехотное юнкерское училище (да еще в Тифлисе), и 1905 г. влился в многочисленные ряды российского офицерства. Успел поучаствовать (добровольцем, очевидно) в русско-японской войне, а потом стал тянуть лямку в обычных пехотных полках, каковых в Российской империи было великой множество.
Но штабс-капитан Черныш оказался все-таки не одним из многих – в 1912 г. он окончил по первому разряду Николаевскую военную академию и навсегда влился в ряды военной элиты, став генштабистом. Прошел всю Мировую войну, в основном на австрийском участке фронта. Служил в основном в штабах, непосредственного участия в боевых действиях принимал мало, хотя был награжден орденами именно за боевые заслуги. С осени 17 г по весну 18 «досиживал» в качестве подполковником, и.д. начштаба одной из пехотных дивизий на замершем фронте.
В августе 18 г. с приключениями добирается до Добровольческой армии и воюет в штабе дивизии ген. Дроздовского на Ставрополье. Потом была Кавказская армия, Крымская эпопея, эвакуация. На чужбине полковник Черныш долгое время был преподавателем Алексеевской юнкерской школы в Болгарии. В годы Второй мировой войны многие из русских военных эмигрантов пошли служить немцам. В частности, А.В. Черныш служил в Русском корпусе в Сербии, воевавшем против партизан Тито. После войны вместе с семьей осел в Австрии, где и умер.
Книгу своих воспоминаний он готовил для печати, когда – точно не известно. Из различных эпизодов своей службы он выбрал всего четыре, наверное, это были те, которые лучше всего сохранились в памяти. Первые два (объемом в 80 стр.) посвящены событиям июля - сентября 1914 г., от начала войны до боев 17-го корпуса, где служил Черныш, под Перемышлем. Третья часть (объемом чуть менее 90 стр.) повествует об участии 17-го корпуса в подготовке и проведении Брусиловского прорыва. Наконец, последний фрагмент – самый интересный, на мой взгляд, и самый объемный (115 стр.) – рассказывает об участии Черныша в Гражданской войне на юге России. Отмечу, что хотя об этом эпизоде Белого движения написано много - и воспоминаний, и художественных работ, записки Черныша прекрасно их дополняют. Жаль, что он не поведал больше о своем участии в Гражданской войне...
Написаны воспоминания языком несколько шершавым, но все же неплохим. Автор очень точен в своих описаниях – сразу видно, генштабист – названия населенных пунктов, даты, фамилии, воинские подразделения сопровождают его рассказ. Он также подробно проиллюстрировал свои записки большим количеством карт и схем (воспроизведенных в цвете), что выгодно отличает его труд от многих других.
Интересен этот труд прежде всего рассказом не столько о боевых действиях – это будет занимательно прежде всего историкам. А.В. Черныш дает очень любопытную картину повседневного военного быта ближнего тыла. Он честно признается, что в штабе армии делать было практически нечего, он и его товарищи имели огромное количество свободного времени.
Ему же принадлежат зарисовки ряда военачальников, с которыми столкнула его судьба. Он дает им оценки прежде всего как боевым командирам, умевшим «водить воинов». В частности, довольно слабо в этом качестве выходит из-под его пера один из героев Белого движения генерал Дроздовский.
Данное издание – это качественная академическая работа: небольшое предисловие на 15 стр. А.В. Посадского, им же подготовленные обстоятельные комментарии на 60 стр., именной указатель. Не подкачало и оформление – офсетная бумага, твердый переплет, минимум опечаток.
В целом, все же не буду рекомендовать эту книгу широкому читателю, которому, наверное, будет скучновато читать многие из описаний Черныша. Однако, если у вас есть время и желание, вы сможете найти в этих воспоминаниях много интересных страниц истории нашей страны начала 20 в.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть