Недавно я прочитал книгу одной американской исследовательницы, рассказавшей об «красных американках» - женщинах, приехавших в Советскую Россию в поисках мечты (Джулия Микенберг: Американки в Красной России. В погоне за советской мечтой, https://www.labirint.ru/books/924424/). Мечты о свободе, равенстве, возможности творить без ограничений. И о том, с чем эти американки столкнулись в СССР в 1920-30-е гг., реализуя свои надежды.
Своеобразным продолжением труда Микенберг стала рассматриваемая книга, которая повествует еще об одном любопытном человеческом опыте – истории посещения СССР в конце 1920-х гг. одним американским журналистом.
Этого журналиста, Джорджа Сильвестра Вирека (1884–1962), можно было смело сделать героем отдельной книги. Он родился в Берлине, в семье депутата рейхстага от социал-демократической партии. Причем Вирек-старший был внебрачным сыном очень красивой театральной актрисы от… императора Вильгельма I! А шафером на его свадьбе был Энгельс. В общем, «всё смешалось в доме Виреков». Отсидев год в тюрьме за нелегальную политическую деятельность (папаша не вмешался, надо понимать), стал журналистом. В конце 19 в. Виреки уехали в США, где глава семьи стал заметной фигурой среди германо-американцев.
Сын продолжил дело отца, пойдя по журналистской стезе. В годы Первой мировой активно агитировал против Антанты и вступления США на ее стороне в войну. Считался мастером интервью, встречался и беседовал с Муссолини и Гитлером. При этом был умеренно левых взглядов, что привело его к идее поездки в СССР.
Побывав в июле 1929 г. в Москве, и не встретившись с лидерами первого плана, Вирек собрал достаточный материал для трех больших очерков, появившихся в Saturday Evening Post, перевод которых и составил основу этой книги. Хотя дальше Москвы и Ленинграда он не попал, но, получив гору статистических материалов, попытался описать и развитие советского государства, и то, как живут простые люди. Впечатления от последнего оказались безрадостными: очереди, дефицит простых бытовых вещей, полуголодное существование большинства населения даже в крупных городах, «квартирный вопрос», бюрократическая неразбериха и тотальная пропаганда.
Но в очерках Вирека, не стеснявшегося в формулировках, нет ни высокомерия над «азиатами», ни насмешек над бедной и неустроенной жизнью. Зато есть сочувствие к людям, которых политика властей поставила в такие тяжелые условия. Статьи Вирека хорошо написаны (и хорошо переведены). Автор демонстрирует точный и уверенный анализ ситуации в СССР, без эмоциональных и пропагандистских лозунгов и штампов.
Часть его материалов и материалов его коллег было любопытно прочитать, часть – нет. Пообщавшись с большевиками второго эшелона (Чичерин, Раковский, Красин), Вирек достаточно подробно рассказал о них, но не всё здесь было интересно. Я бы оставил половину текстов как действительно ценных, но издание в том виде, в каком оно представлено, имеет право на существование.
Поездка Вирека в СССР укрепила его в антикоммунистических взглядах, которых он придерживался всю оставшуюся жизнь. Однако с 1932 г., после победы на выборах Рузвельта, антикоммунизм стал в США немодным, поэтому журналистская карьера Вирека пошла на спад.
Пронемецкую пропаганду, которой он отдал дань в годы Первой мировой, Вирек не оставил и позже, всячески расхваливая Гитлера и Третий Рейх, за что отсидел в 1943–47 гг. почти четыре года в тюрьме, о чем выпустил впоследствии откровенные воспоминания. Последние годы доживал тихо, издавая стихи, не получившие высокой оценки критиков.
Издание начинается с обстоятельной вводной статьи об авторе и его работах (почти на 30 стр.) составителя и одного из переводчиков В. Э. Молодякова. Имеется небольшое количество примечаний составителя – от сколь-либо подробного комментирования он сознательно оказался.
В книге впервые опубликованы архивные материалы о предыстории вояжа Вирека в Москву, а также представлены несколько текстов авторов из ближайшего окружения Вирека о Советской России.
Данная публикация состоит из двух частей: статьи самого Вирека и документы о его поездке в СССР (объемом в 120 стр.) и материалы о России его коллег (объемом в 85 стр.).
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага). Есть расширенный именной указатель, список литературы о Виреке. Иллюстраций нет. Тираж 1000 экз.
Рекомендую как любопытный второго плана материал по истории нашей страны в 1920-е гг.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Еще один дуплет в серии моих летних рецензий: купив какое-то время назад два сборника работ Л. Гинзбург, наконец прочел их и делюсь впечатлениями.
Два слова об авторе. Лидия Яковлевна Гинзбург (1902–1990) известна, прежде всего, как литературовед. Получила образование в 1920-е гг. у основателей формалистической школы, с которыми потом дружила (Шкловский, Тынянов, Эйхебаум и др.). Была специалистом по русской литературе 19 в., мало востребованной сегодня (Вяземский, Герцен и др.). По-настоящему широкая известность пришла к ней, уже совсем немолодой женщине, пережившей почти всех своих знаменитых современников, в начале 80-х гг., с публикацией «Записок блокадного человека». Позже, уже с перестройкой стали выходить ее воспоминания и записные книжки. Примером такого издания (во фрагменте «дешевое») является рассматриваемая публикация.
Содержание выглядит следующим образом: введение А. Кушнера, хранителя архива Гинзбург (на 7 стр.), раздел «Записные книжки» (объемом в 480 стр.), раздел «Воспоминания и эссе» (девять текстов объемом в 195 стр.), раздел «Три повествования» (беллетристические работы конца 1920 – начала 1930-х гг., объемом в 100 стр.). Все представленные здесь работы издавались ранее. Составитель не указано. Логика отбора текстов не очевидна и спорна. Примечаний к текстам нет вообще, а их нужно много. Соответственно, их отсутствие переводит данный труд в категорию «мы очень экономили и вот что получилось».
Теперь о стиле Гинзбург, характерном для большинства представленных в данном сборнике трудов. Еще в 1920-е гг. она выделила, как особенный, жанр, названный ею «промежуточной литературой». Это эссе, дневники, записные книжки, мемуары, автобиографии и проч. В нем-то, во многом из-за запрета на публикацию основных – литературоведческих – работ, Гинзбург и воплотила (но реализовала ли?) себя как автор. За пределами этого стиля представить сегодня Гинзбург уже трудно.
Разберем содержание сборника по порядку. Начнем с записных книжек. Самый интересный, ценный и свободный по наполнению документ – это дневник 1920-30-х гг. Записные книжки 40-х гг. – это разные заметки с рассуждениями о психологии и литературе, без привязки ко времени. Не особо интересно. На 1950-60-е гг. приходится передышка: возникают надежды, разговоры о современности, много уделено внимания теме социального неравенства в СССР. 70-80-е гг. – это время подведения итогов, современности здесь нет совсем.
По всему тексту записных книжек (особенно ранних) есть описание и портреты многих интересных людей, множество замечательных афоризмов.
Раздел «Эссе» содержит чисто литературоведческие работы с элементами мемуаров. В них много повторов (в том числе и с записными книжками). Это специфические материалы, точно не для широкого читателя.
Последняя часть содержит, фактически, образцы художественных текстов Гинзбург довоенного периода, совсем не увлекшие меня.
В целом, любопытной мне показалась лишь половина книги.
Среднее оформление (твердый переплет с суперобложкой (которая нужна, как бантик на заплатке), пухлая бумага), иллюстраций нет. Есть именной указатель и список работ Гинзбург. Тираж 2000 экз.
Издание, в целом, неплохое, но не вполне понятное по целевой аудитории. Может быть, студентам-филологам и подойдет.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Автор этих интересных воспоминаний - Даниил Ермолаевич Скобцов (1884-1969) - был родом из бедных казаков станицы Брюховецкой Кубанской области. Окончив Кубанскую учительскую семинарию, работал в одной из станиц учителем истории. Поступив перед войной в Московский университет, в 1917 г. вернулся на родину и активно включился в общественно-политическую работу. Вместе с генералами Корниловым и Деникиным проделал знаменитый «ледяной поход». С конца 1918 г. депутат Кубанской Краевой Рады, а чуть позже и член правительства – министр земледелия и контроля. Он проводил идею радикальной реформы земельной собственности, предлагая отменить частную собственность на землю, сделать ее общественной и сдавать в аренду тем, кто может ее обрабатывать.
Депутатство Д.Е. Скобцов сохранил до конца существования Кубанской Рады, а место в правительстве потерял. После захвата Кубани Красной Армией эмигрировал через Турцию во Францию. Там он лишился семьи – трагически умерла любимая дочь, а жена – Елизавета Юрьевна Скобцова (бывшая поэтесса Кузьмина-Караваева) - приняла монашеский постриг с именем Мария. Впоследствии мать Мария участвовала в антифашистском сопротивлении, погибла в лагере вместе с сыном, уже в наше время была канонизирована.
В эмиграции Д.Е. Скобцов выучился на шофера и стал водителем такси, одновременно решил заняться истории независимой Кубани. Пока прошедшие события были свежи, он в 1925-1929 г.г. написал два тома «Три года революции и Гражданской войны на Кубани», использовала для его создания воспоминания своих современников, так и разные документальные материалы. Опубликовать свой фундаментальный труд Д.Е. Скобцов смог лишь в 1962 г.
Помимо классических воспоминаний, Скобцов выступил и как писатель, ещё в 1931—32 гг. опубликовав в парижском журнале «Современные записки» первую часть романа «Гремучий родник» (до этого в казачьих журналах уже выходило несколько его рассказов). В1938 г. роман вышел в Париже отдельным изданием, в 2008-09 гг. он был издан на родине в журнале «Родная Кубань». «Гремучий родник» – это автобиографический роман о родной станице, кубанских казаках-земледельцах в предреволюционное время.
Воспоминания Д.Е. Скобцова начинаются кратким очерком Кубанского края и Кубанского войска, а далее рассказывают о событиях на Кубани начиная с Февральской революции и заканчивая драматическими событиями на Кубани в ноябре 1919 г.
Фактически это история существования одного из автономных государственных образований, возникших на месте царской России в 17-18 гг., история подробная и достаточно объективная. Автор использует большое количество документов Кубанской Рады, показывает ее политику изнутри – борьбу за влияние между сторонниками самостоятельного развития Кубани как части России и теми, кто хотел войти в союз с Украиной. Книга Д.Е. Скобцова интересна тем, что позволяет подробно познакомиться с настроениями и обстановкой в среде широких слоев сельских жителей юга России. Автор показывает, как встретило революцию простое население казачьих станиц, как развивалось противостояние двух лагерей, разделивших всю страну, в одном из самых «напряженных» регионов, за который шла ожесточенная борьба между бедными и красными. Большое внимание уделено деятельности Кубанского правительства и действиям Добровольческой армии. В целом, Д.Е. Скобцов старается сохранять объективность, сообщая как о действиях Белых сил, так и их противников.
Среди персонажей воспоминаний Скобцова – генералы Марков, Деникин, Алексеев, Врангель, Шкуро, Слащев, гетман Скоропадский и другие.
Видно, как разногласия разрывали изнутри один из регионов России, как борьба за власть привела в разобщенности и гибели одного из активных очагов сопротивления большевикам.
Читать этот объемный текст любопытно, но тяжело – он перегружен разнообразной информацией, поэтому широкому читателю вряд ли будет интересно. Посему рекомендовать эту книгу неспециалистам не буду.
К тому же отредактированы воспоминания вообще никак - они явно были просто отсканированы с оригинала с огромным количеством опечаток, содержат черновые фрагменты, сокращения и проч. Литературно мне показался стиль не вполне выдержанным.
К тому же, как и в других последних изданиях «Кучкова поля», редакционная работа сведена к минимуму – текст не сопровождается ничем: нет ни вводной статьи, ни примечаний, кроме тех, что были в парижском издании, ни иллюстраций, ни карты (имевшейся в оригинальном выпуске!), ни именного указателя. А без примечаний не всё понятно – часть фамилий, напр., сокращена до инициалов, да и многие реалии тех лет не ясны.
Поэтому можно радоваться, что еще и эта книга дошла до современного читателя, но больно уж убого она выпущена…

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Издательство «Кучково поле» продолжает выпускать малоизвестные воспоминания и дневники из российских архивов, авторами которых были – будем откровенны – столь же малоизвестные (по масштабам тех событий) персонажи эпохи Первой мировой войны. Это факт не делает их записок малоинтересными и малоценными – во многом именно типичность этих исторических личностей (мало ли было у нас полковников в те годы!), взгляд снизу на те или иные события, неангажированность позволяют увидеть вещи типовые, а, значит, характеризующие общую атмосферу, а не заснеженных вершин.
Автор этих мемуаров (отмечу, что даже фото его не сохранилось на просторах интернета) - Андрей Васильевич Черныш (1884-1967) был вполне обычным для тех времен человеком. О его происхождении мало что известно – будучи родом с Кубани, окончив четырехклассное городское училище в Ейске, а потом пехотное юнкерское училище (да еще в Тифлисе), и 1905 г. влился в многочисленные ряды российского офицерства. Успел поучаствовать (добровольцем, очевидно) в русско-японской войне, а потом стал тянуть лямку в обычных пехотных полках, каковых в Российской империи было великой множество.
Но штабс-капитан Черныш оказался все-таки не одним из многих – в 1912 г. он окончил по первому разряду Николаевскую военную академию и навсегда влился в ряды военной элиты, став генштабистом. Прошел всю Мировую войну, в основном на австрийском участке фронта. Служил в основном в штабах, непосредственного участия в боевых действиях принимал мало, хотя был награжден орденами именно за боевые заслуги. С осени 17 г по весну 18 «досиживал» в качестве подполковником, и.д. начштаба одной из пехотных дивизий на замершем фронте.
В августе 18 г. с приключениями добирается до Добровольческой армии и воюет в штабе дивизии ген. Дроздовского на Ставрополье. Потом была Кавказская армия, Крымская эпопея, эвакуация. На чужбине полковник Черныш долгое время был преподавателем Алексеевской юнкерской школы в Болгарии. В годы Второй мировой войны многие из русских военных эмигрантов пошли служить немцам. В частности, А.В. Черныш служил в Русском корпусе в Сербии, воевавшем против партизан Тито. После войны вместе с семьей осел в Австрии, где и умер.
Книгу своих воспоминаний он готовил для печати, когда – точно не известно. Из различных эпизодов своей службы он выбрал всего четыре, наверное, это были те, которые лучше всего сохранились в памяти. Первые два (объемом в 80 стр.) посвящены событиям июля - сентября 1914 г., от начала войны до боев 17-го корпуса, где служил Черныш, под Перемышлем. Третья часть (объемом чуть менее 90 стр.) повествует об участии 17-го корпуса в подготовке и проведении Брусиловского прорыва. Наконец, последний фрагмент – самый интересный, на мой взгляд, и самый объемный (115 стр.) – рассказывает об участии Черныша в Гражданской войне на юге России. Отмечу, что хотя об этом эпизоде Белого движения написано много - и воспоминаний, и художественных работ, записки Черныша прекрасно их дополняют. Жаль, что он не поведал больше о своем участии в Гражданской войне...
Написаны воспоминания языком несколько шершавым, но все же неплохим. Автор очень точен в своих описаниях – сразу видно, генштабист – названия населенных пунктов, даты, фамилии, воинские подразделения сопровождают его рассказ. Он также подробно проиллюстрировал свои записки большим количеством карт и схем (воспроизведенных в цвете), что выгодно отличает его труд от многих других.
Интересен этот труд прежде всего рассказом не столько о боевых действиях – это будет занимательно прежде всего историкам. А.В. Черныш дает очень любопытную картину повседневного военного быта ближнего тыла. Он честно признается, что в штабе армии делать было практически нечего, он и его товарищи имели огромное количество свободного времени.
Ему же принадлежат зарисовки ряда военачальников, с которыми столкнула его судьба. Он дает им оценки прежде всего как боевым командирам, умевшим «водить воинов». В частности, довольно слабо в этом качестве выходит из-под его пера один из героев Белого движения генерал Дроздовский.
Данное издание – это качественная академическая работа: небольшое предисловие на 15 стр. А.В. Посадского, им же подготовленные обстоятельные комментарии на 60 стр., именной указатель. Не подкачало и оформление – офсетная бумага, твердый переплет, минимум опечаток.
В целом, все же не буду рекомендовать эту книгу широкому читателю, которому, наверное, будет скучновато читать многие из описаний Черныша. Однако, если у вас есть время и желание, вы сможете найти в этих воспоминаниях много интересных страниц истории нашей страны начала 20 в.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

"Щелкунчик" - это, возможно, самое известное произведение Эрнста Теодора Амадея Гофмана (как писал А. Кушнер, "Одну минуточку, я что хотел спросить, Легко ли Гофману три имени носить?") и одна из самых известных сказок Европы, причем литературных, а не народных. Щелкунчик стал, можно сказать, брэндом, как Чебурашка - он и балет, и мультик, и кино. Но прежде всего он замечательная (рождественская) сказка.
Но сказка мрачная. И не самая простая по сюжету и языку. Не случайно ее предпочитают адаптировать. Издательство Москвоведение выпустило оригинальный текст Гофмана в переводе И.Татариновой (переводившей Манна, Фейхтвангера, Гауфа, того же Гофмана), считающегося одним из лучших на сегодняшний день (а переводить Щелкунчика на русский стали с 1835 г.; тогда Щелкунчик был известен как Щелкушка или Щелкун). Подумаешь, событие, скажете Вы, и будете правы - в ее переводе Щелкунчик выходил уже много раз. ИЦ Москвоведение сделало ставку не только на классический перевод, но и на новую одёжку - художником выступила М.Михальская, чьи оригинальные и стильные иллюстрации стали настоящим откровением. Они мрачноваты (местами), они пугают (вполне в духе самого Гофмана), но эту книгу не выпустишь из рук, пока не просмотришь все рисунки, и их не забудешь и ни с чем не спутаешь.
Текст, конечно, не для дошкольника. Да и оформление, пожалуй, не рассчитано на ребенка, для которого главное в книге - это картинки. Их много, они разные, но они имеются не на каждой странице, а издание большеформатное, так что прочитать с малышом целый разворот, где один текст и больше ничего, - тяжеловато. Таких разворотов без иллюстраций немало, более того, есть несколько глав вообще без рисунков, не считая заставок (с 10-й и до конца, включая заключение). Так что осилить почти 130 страниц текста с маленьким читателем будет сложновато.
Но! Можно с ним рассматривать картинки и пересказывать своим словами, готовя к будущему совместному чтению. Можно, когда он или она (или они) уснет, почитать эту восхитительную книгу самому. Для нас здесь картинок достаточно!
Наконец, это во всех отношениях подарочное издание можно преподнести кому угодно и на Новый год, и на Рождество - она украсит любую библиотеку. Очень рекомендую! Скрыть