Автор этой обстоятельной работы (уже трехтомника, возможно, будет и больше) – Михаил Николаевич Алексеев, специалист по истории отечественной разведки (преимущественно конца 19 – первой трети 20 в.), из-под пера которого вышло несколько серьезных трудов по истории в основном советской военной разведки 1918–1941 гг.
Выбранная автором тема, несмотря на ее, казалось бы, изученность, не теряет свою актуальность с 1960-х гг. Последние 30 лет, как стали доступны архивы, вышло множество публикаций различных документов и разного уровня исторических трудов. Работа М. Н. Алексеева, опираясь как на уже доступные, так и на не публиковавшиеся ранее архивные материалы, предлагает свой взгляд на данную проблему. Однако есть определенные особенности именно у этого труда, не позволившие мне остаться полностью удовлетворенным данной работой.
Книга вызвала у меня странное чувство – с одной стороны, огромное количество фактического материала, в котором подчас тонешь, с другой стороны – я так и не понял структуры этой книги (как и структуры всего трехтомника). Это некая смесь научного труда с хрестоматией – такой значительный объем занимают в общем тексте цитируемые целыми страницами различные документы (как минус отмечу, что не везде есть отсылки к источникам). Обычно у научной работы есть очевидный стержень (хронологический, тематический), на который насажено всё повествование. А здесь рассказ идет о неочевидно связанных вещах, с постоянными (и необязательными) экскурсами в прошлое. Название, явно данное издательством, плохо сочетается с сюжетом книги – о предвоенных годах говорится лишь в части работы. Есть много материалов, н имеющих прямого отношения к теме (переговоры немцев с Испанией, СССР с Болгарией, военные действия в Польше и др.). Излишне детально обсуждается стратегия и тактика РККА и вермахта.
При этом рассматриваемое исследование – это вполне академическая работа, состоящая из семи глав неравного объема (от 20 до 100 стр.) с предисловием и послесловием. Есть приложения с различным фактическим материалом на 30 стр. 140 стр. текста занимают примечания, которые наполнены подробными биографиями тех или иных упомянутых в тексте лиц. Это здорово, но перегружает текст.
В чем состоят основные идеи автора: к 1940 г. военная стратегическая разведка СССР была существенно ослаблена репрессиями. Пришедшие на смену репрессированным сотрудники имели мало опыта и профессиональных знаний (языки, напр.), были скованы в работе, боялись ответственности и не проявляли инициативы. Ф. Голиков, как глава Разведупра Генштаба РККА, подстраивался под Сталина, не доверявшего разведке и поступавшей ему оттуда информации, докладывая ему в первой половине 1941 г. о росте количества соединений вермахта на границе с СССР, существенно завышая их общее число, что искажало действительную картину и действия советского руководства. По мнению автора, это давало повод делать выводы о намерениях противника вторгнуться на Британские острова.
При этом советская разведка обладала ценнейшей агентурой, отслеживавшей подготовку Германии к войне с СССР. Одним из важнейших достижений этих агентов стало переориентация Японии на войну с Англией (в частности, нападение на Сингапур) вместо вторжения в СССР. Но, как пишет М. Н. Алексеев, окончательно решение было только за Гитлером, который довольно долго был в состоянии нерешительности по поводу военных действий на Востоке.
Начальствующий состав РККА в массе своей не изучал опыт современных войн и использовал его в подготовке войск, что также сказывалось на состоянии армии к лету 1941 г.
Оформление в целом неплохое: твердый переплет, офсетная (но тонкая и просвечивающаяся) бумага, иллюстраций нет вообще, как и карт. Тираж 1000 экз. Многовато опечаток.
Рекомендую с осторожностью как один из источников по предвоенной истории СССР и международных отношений, требующий предварительной подготовке по этой теме.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

О Сергее Брилеве я уже писал – человек он интересный, но не простой. Знает много, еще больше хочет узнать, и всем этим готов нами делиться. Но нужно ли мне всё то богатство знаний, накопленных С. Брилевым? Не уверен, а думаю, что нет.
О чем это монументальное издание – вполне ясно из аннотации. Данный проект, как теперь говорят, родился из телевизионных репортажей Брилева о неизвестных союзниках Англии, СССР и США по Второй мировой войне, малых и не очень малых государствах по всему миру, принявших участие в боевых действиях против Германии, Италии и Японии. Книга стала продолжением этих репортажей и их развитием.
Отбор «действующих персонажей» Брилев осуществил следующим образом. Главное внимание он уделил тем государствам, которые прошли через все три этапа отношений со странами «Оси»: разрыв отношений – объявление им войны – отправка на фронты Второй мировой войны своих военных. Это не случайно, поскольку было много тех, кто ограничился разрывом отношений или формальным объявлением войны. Кроме рассказа о государствах-героях, автор обстоятельно говорит и о людях-героев, всё время показывая, как воевали конкретные лица, а не только страны, их на войну пославшие (а нередко и не посылавшие).
С. Брилев честно признается, что он непрофессиональный историк, а репортер, поэтому пишет он по-журналистски. В том числе пишет с учетом малого знания о войне молодых читателей, предлагая большое количество разных справочных материалов, более умудренному человеку избыточных. Например, он дает на 11 страниц список забытых сокращений и понятий. Наверное, правильно.
Но это выводит меня на мою принципиальную претензию к текстам С. Брилева. Он постоянно отвлекается на сторонние предметы, его пытливый ум всё время уводит его в иные края, сбивает на не имеющие прямого отношения к основному сюжеты темы. Скажем, в самой же первой главе, о Кубе, это и рассказ об архитектуре Гаваны, о приключениях шахматиста и дипломата Капабланки в России, и проч. Периодически автор просто закапывается, напр., посвящая несколько страниц изучению вопроса, почему фамилию кубинского посла в СССР стали писать у нас не Кончесо (правильно), а Кончессо (неправильно). Это, может быть, любопытно, а ответ – виновата советская разведка – и необычен, но излишне избыточно. Так же дотошно Брилев исследует, когда и при каких обстоятельствах Фидель Кастро стал коммунистом. Иногда он вот гадает-гадает, а потом возьмёт, и признается: «всей правды… я не знаю». Тьфу. Это напоминает черновики, которые автор взял и перенес в основной текст, где они занимают неоправданно много места. В главе «Вокруг Кубы» (объемом в 140 стр.) я бы спокойно половину текста сократил за счет этих отступлений и рассуждений. В конце книги отдельная глава фактически посвящена истории Ту(ы)вы до революции и после. Опять же – интересно, но не по делу.
При этом об арабах-участниках Второй мировой С. Брилев практически ничего не написал, а там было много по-настоящему любопытных сюжетов.
Где-то автора уносит в беллетристику – по всей книге вставным сюжетом у него идут придуманные беседы Сталина с Молотовым и Берией на разные внешнеполитические темы. Неплохо, но вообще не в кассу!
Конечно, всё это имеет и другую сторону – автор дотошный журналист, хорошо пишущий, проверяющий все версии, много работающий в архивах и с людьми, не пренебрегающий никакими фактами и домыслами, что правда здорово, но читать эти дневники исследователя мне было порой утомительно. С. Брилев знает эту свою особенность и честно характеризует себя так: «детализация, переходящая в занудство». Абсолютно верно – вместо ровной дорожки мы вместе с автором петляем, как заяц от лисы…
Отмечу роскошное оформление – так нынче не выпускают, невыгодно. Твердый переплет, офсетная бумага. Множество цветных и ч/б иллюстраций по всему тексту. Многовато опечаток. Доп. тираж 3000 экз. всё никак не разойдется. С чего бы?
В общем, подсократить бы этот кирпич объемом в 700 с лишним стр., совсем был бы другой разговор. А так – даже не знаю кому этот обстоятельный, слишком обстоятельный труд и порекомендовать.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

В конце Гражданской войны на дальних рубежах молодого советской страны на протяжении двух с половиной лет существовало странное образование известное как ДВР или «Дальневосточная республика» (местные юмористы расшифровывали это как «Довольно странная республика»). В советское время считалось, что идея создания ДВР принадлежала Ленину, но доступными ныне источниками это не подтверждается – инициатива исходила от местных руководителей, поддержанных Москвой. В школьных учебниках можно прочитать о некоей «буферной республике», временном государстве, позволившем осуществить переход от убогой буржуазной демократии к подлинному царству рабочих и крестьян.
На самом деле, ДВР, созданная 06.04.1920 г. на съезде трудящихся Прибайкалья в Верхнеудинске (сегодня Улан-Удэ) и признанная Кремлем уже в мае, была нужна прежде всего по внешнеполитическим причинам: воевать с оккупировавшей значительные территории и имевшей поддержку на местах (напр., атаман Семенов, с которым даже Колчак не мог справиться) Японией при наличии Врангеля на юге Москва не могла. Соответственно ДВР должна была занять место исчезнувшей империи, ослабить там влияние японцев, а со временем вытеснить их как военную и экономическую силу.
Интересно, что делалось это не методами военного коммунизма, а по-своему: в экономике активно действовал частный сектор, в правительстве находились, кроме большевиков, еще и эсеры с меньшевиками, а пониже – и вообще беспартийная оппозиция.
Правда, единства на Дальнем Востоке даже среди сторонников советской формы власти не наблюдалось. В реальности существовало несколько центров (Чита, Благовещенск, Владивосток) и между ними существовала активная оппозиция, как на личном уровне, так и с точки зрения выбора тактики и стратегии. Но все они были вполне пробольшевистскими режимами, ни один из них не был демократическим по своей сути, настоящей, а не бумажной альтернативой белому и красному движению. При этом большевики пытались одновременно решить две задачи: сохранить за Россией Дальнего Востока, а также экспортировать революцию в Восточную Азию.
Автор этой обстоятельной работы - историк Иван Саблин, глава группы по исследованию парламентаризма в России, на Украине, в Китае и Монголии в 1905-2005 гг. при департаменте истории Гейдельбергского университета. У него вышло несколько работ по истории Российской империи и СССР, в частности, книга, английское название которой звучит так: «Взлет и падение Дальневосточной республики в России 1905–1922 гг. Разновидности национализма, империализма и регионализма в Российской империи и после нее» (2018).
По словам И. Саблина, западных работ по истории ДВР нет, и он постарался заполнить эту нишу. Автор много использовал архивные материалы, прежде всего отечественные, но также японские и американские. Кроме этого, тогдашние СМИ, воспоминания и серьезные исторические работы на разных языках. Это сугубо научная работа, читать которую (не соглашусь с уважаемым И. Ставровым) дело отнюдь не легкое, хотя скучной ее не назовешь. Это текст, изобилующий большим количеством разнообразных цитат, содержащий огромное количество информации – цифры, персоналии, названия и проч.
Начинается работа с 40-стр. введения с оценкой проблемы, анализом источников и литературы по теме. Текст состоит из пяти глав. Первые две посвящены истории Дальнего Востока на рубеже веков, с 1905 до 1919 г. (т. е. чуть меньше половины объема книги). Здесь работа, как незатейливо пишет автор во введении, «уделяя особое внимание интеллектуальным истокам ДВР и ее истории, посвящена развитию леволиберального имперского национализма в Российской империи и его присвоению большевиками в годы имперской трансформации» (с. 27). Многовато «империи», на мой вкус, а так всё понятно.
Фактически о ДВР говорится в главах 3-5, общим объемом на 230 стр. Автор считает, что движущей силой интеллектуалов и политиков Дальнего Востока был не регионализм (желание выделиться из России, пусть и на уровне автономии), что было популярно в Сибири, а национализм как противопоставление себя как части России Азии, существовавшее еще при царях. В 1907-17 гг. на Дальнем Востоке активно развивались либеральные и революционные организации, а также национальные общества (украинцев, грузин, японцев, китайцев, корейцев, бурят, монголов и др.). Интересно, что земское самоуправление в Северной Азии, предложенное незадолго до революции, не было поддержано крестьянами, видевших в земствах дополнительный бюрократический аппарат. После 1917 г., кроме крайне левых, основная масса политиков и общественных деятелей была за демократический путь развития. Да и большевики там были не так радикально настроены, как в центре или Сибири, и сотрудничали с демократами. Однако интервенция японцев и американцев (последние довольно быстро ушли) способствовала подъему русского национализма.
Любопытен раздел, посвященный отношениям ДВР с Японией и США (американцы, и не только они, были на стороне ДВР, видя в японцах агрессоров – но не из любви к демократии, а потому, что сами хотели бы колонизировать наш Дальний Восток, опираясь на ДВР).
Есть список сокращений, библиография, именной указатель. Иллюстраций нет. На переднем форзаце есть карты. Тираж 1000 экз. Отмечу добротный перевод.
Рекомендую как ценную академическую работу тем, кто готов ее осилить.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Автор этой любопытной книги - Константин Константинович Семенов, старший научный сотрудник Отдела истории российского зарубежья Дома русского зарубежья им. А. Солженицына. Занимается военной историей, в частности, русской эмиграцией, и в рассматриваемой работе опирался на известные ему сюжеты и источники.
При внешней доступности – это вполне научный труд. В начале книги – подробный анализ источников и литературы по теме. Здесь сразу отмечу, что К. К. Семенов использовал много архивных материалов, малоизвестных воспоминаний участников испанских событий и публикации в эмигрантских СМИ, что насытило его исследование оригинальным содержанием. Книга состоит из двух частей: собственно текста автора на 135 стр. и приложений на 105 стр. с различными документами – списки русских эмигрантов, участников Гражданской войны по обе стороны фронта, журнальные и газетные публикации, письма участников боев и проч. (не все они интересны).
Во вводной главе К. К. Семенов дает краткий обзор истории Испании в начале 20 в., приведший страны к гражданской войне. Далее автор показывает, что хотя большинство эмигрантов было на стороне франкистов, реально в военных действиях участие приняли очень и очень немногие (при этом бывших белых, выбравших республику, в Испании оказалось даже больше). Возраст, апатия, конформизм, отсутствие денег, незнание языка и другие причины привели к тому, что былые лихие рубаки предпочли остаться дома (ну, или «дома», поскольку у многих были нансеновские паспорта апатридов, т. е. не имевших гражданства лиц). Тем не менее, франкисты/фалангисты были для наших бывших соотечественников белыми, а их противники красными. Они видели в гражданской войне в Испании продолжение их собственной давней борьбы с ненавистным Интернационалом и большевиками. Однако полного единства среди эмигрантов не было, даже в руководстве Русского общевоинского союза, главной боевой силы эмиграции царило нестроение по поводу испанских событий. Были и такие, кто считал их внутренним делом самих испанцев и полагал излишним проливать русскую кровь за потомков Дон Кихота (которые во время русской революции отнюдь не рвались на родину Пушкина и Толстого отстаивать свободу и независимость России).
Если честно, русские и самим испанцам были не особенно нужны – в лучшем случае в них видели наемников. В Иностранном легионе создавать особое русское подразделение Франко не захотел, распылив приехавших русских по всему легиону. Подобный небольшой отряд возник, но в одной из региональных частей. Тем не менее, воевали русские в Испании храбро, потери несли заметные. Официальное число русских участников тамошних боев - 72 чел., но автор полагает, что их было 150-170 чел. 19 из них погибло.
Заключительная глава посвящена участию русских эмигрантов в Гражданской войне в Испании на стороне республиканцев. Таких, по мнению К. К. Семенова, насчитывается около 200, включая даже трех бывших белых генерала. Потери их неизвестны.
Неплохое оформление (твердый переплет, офсетная бумага), много ч/б иллюстраций в тексте. Нет карты, что плохо. В конце есть список литературы и источников. Отсутствует перевод иностранных слов и выражений, приведенных в тексте. Тираж 2000 экз.
В целом получилась любопытная работа, позволяющая посмотреть на войну в Испании взглядом ее русских участников.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Я уже писал в своей рецензии на работу о 5-ой егерской дивизии вермахта, где издательство Центрполиграф нашло книги для своей серии «За линией фронта. Дивизия вермахта». Рассматриваемое издание – оттуда же.
Ее авторы – подполковник Вальтер Шельм и капитан Ганс Мерле – были штабными работниками 215-й дивизии, что дало им достаточный кругозор и профессиональный опыт, дабы уметь понимать и обобщать деятельность такого крупного боевого соединения, как дивизия.
Впервые их книга, посвященная боевому пути 215-й дивизии, вышла в 1955 г., потом была переиздана в 1956, а затем лишь в 2005 г. Но в свое время Г.Мерле вместе с Конрадом Зеллером опубликовал фотодокументальную историю 215-й дивизии, вышедшую в 1987 и 2004 гг., став хорошим дополнением к сугубо текстовому труду Шельма и Мерле. Мне больше импонируют работы по истории вермахта, созданные в 1960-70-е гг. как более основательные, но плод усилий Шельма и Мерле оказался вполне достойным.
Итак, 215-я дивизия возникла в 1937 г. как дивизия «третьей волны», т.е. состояла в основном из резервистов. Преобразована в полноценную дивизию осенью 1939 г., но до мая 1940 г. в боевых действиях во Франции участия не принимала, да и потом действовала не очень активно и не вполне успешно, понеся значительные потери. Другими словами, боевого опыта подразделения дивизия набрались недостаточно и на настоящий фронт отправились не готовыми к тем испытаниям, что их ждали на Востоке. Хотя кто из немцев был действительно к ним готов?..
Тем временем, 215-я дивизия пропустила не только начало Второй мировой, но и Великой Отечественной, до ноября 41 г. прохлаждаясь в составе оккупационных войск во Франции, пока ее не перевели на Восточный фронт. 30 стр. книги посвящены времени, проведенному дивизией на Западе, оставшиеся 270 стр. – боям с советской армией.
Попав под Волхов, доблестные сверхчеловеки увидели, что это совсем не Франция, особенно зимой. Здесь им пришлось испытать на себе не только тяжесть русской природы, но и ожесточенные бои, которые дивизия вела с наступающей, а потом и окруженной Второй Ударной армией генерала Власова, о чем в книге имеется подробный рассказ. Осенью 43 г. дивизия воевала на Синявинских высотах. Потом приняла участие в боях на оборонительной линии «Пантера» под Псковом, в начале 44 г., но была вынуждена оставить и ее. Далее – Прибалтика, Курляндия – отступление, потери и закономерный итог: добровольная сдача американцам на Эльбе, лишь бы не попасть в плен к русским…
Авторы постоянно повторяют, что война на Восточном фронте – это ад, сражаться с русскими было очень трудно, потери были весьма велики. Русские, конечно, брали количеством, а храбрые немцы не могли отбить их – это общий рефрен всех немецких трудов о войне. Вот один пример такого описания: «Во время атаки во главе их полков шли знаменосцы с красным знаменем, а когда целые цепи атакующих красноармейцев, сраженные ответным огнем, оставались лежать на снегу, им на смену из траншей поднимались новые роты» (с.182).
Авторы используют в своем труде много документальных материалов, в том числе обильно цитируют воспоминания ветеранов дивизии. Для лучшего описания боев в издание включено много карт. Надо отметить, что Шельм и Мерле довольно объективно рассказывают и о поражениях, и о победах. Правда, нигде нет ни слова о причинах войны, справедливо ли их разбили – мы простые солдаты, мы только исполняли приказ…
Отмечу хороший перевод А.Г. Николаева (не без погрешностей, вестимо – «снимки, снятые с разных ракурсов» (с.165).
На мой взгляд, это издание – неплохое добавление к уже имеющейся на русском языке литературе по Отечественной, любителям которой я его и рекомендую.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть