Александр Александрович Баев (1904-94) — выдающийся советский биолог, д.б.н., академик АН СССР, Герой Соцтруда, лауреат Госпремии СССР, в общем, весь букет. Был одним из ведущих специалистов в нашей стране по изучению ДНК и генома человека.
Сидел, конечно. Повезло — не расстреляли, не умер в лагере от алиментарной дистрофии (голода, то бишь). Оставил не только множество научных работ, учеников и школ, но и сына (1945-), написавшего о нем несколько книг, последнюю из которых я и рассмотрю в этой рецензии.
А.А. Баев в 1927 г. окончил медфак Казанского университета, работал врачом. Потом ушел в науку (биохимию), перебрался в Москву, где подготовил кандидатскую диссертацию, но вместо ее защиты был в 37 г. арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности. Его виной было то, что он ходил на лекции В. Слепкова, генетика и ученика Бухарина.
От всех обвинений А. Баев упорно отказывался (его не били, повезло), поэтому всех его подельников расстреляли, а он получил 10 лет. Срок отбывал сначала на Соловках, где ему как отказнику устроили жесткий режим. Жена с ним развелась, вышла замуж и вместе с сыном уехала в Среднюю Азию. Мать вскоре умерла, брат с сестрой отношения с врагом народа не поддерживали. В общем, мотивации жить и работать было немного. Но через два года Баев был переведен в Норлаг, где ему повезло больше. Первое время он работал на общих работах, а потом был задействан как врач. За отличную работу в 43 г. был досрочно освобожден.
Ненадолго вернулся к научной работе, но в 48 г. Баев был повторно репрессирован и сослан на вечное посление в Красноярский край, где работал врачом до 54 г., когда был освобожден и вернулся в Москву.
Дальше все сложилось хорошо: полноценная успешная работа, новая семья, признание, долгая насыщенная жизнь. Т.е. то, что ждало, вероятно, многих и многих его соотечественников, попавших в ГУЛАГ, но не вернувшихся оттуда.
Автор приводит в своей книге очень много справочного материала, его здесь даже с избытком. Интересно, что сын репрессированного, родившийся в Норильске, А.А. Баев-младший оправдывает как сталинскую политику в целом, так и репрессии.
Это хорошо оформленное издание с большим количество иллюстраций в тексте разного качества и множеством опечаток. Тираж всего 500 экз.
Очень любопытная книга, основанная на документах, которую рекомендую всем интересующимся историей нашей страны в 1920-50-е гг.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Я написал уже довольно много рецензий на книги нижегородских историков отечественных и зарубежных ВВС 1930-40-хгг. Д.М. Дегтеве и Д.В. Зубове, хотя список их работ не исчерпывается этой темой. Поэтому, не повторяясь, постараюсь оценить их новую работу.
В ней авторы смогли предложить интересный и оригинальный подход — показать историю создания и боевого применения одного малоизвестного самолета времен Великой Отечественной войны через судьбу одного из самых результативных летчиков, воевавшего на этой машине, Героя Советского Союза Анатолия Васильевича Самочкина. В общем, эдакий микс — портрет летчика на фоне его самолета, портрет боевой машины на фоне его пилота.
Поэтому я тоже буду мешать рассказ об А.В. Самочкине и о Су-2. Биография первого довольно типична, как и его путь в авиацию. Родившись в 1914 г., после школы и ФЗУ работал на судоверфи в Рыбинске, где жил, потом ходил машинистом на разных судах по Волге (отец был капитаном), затем устроился слесарем на завод. Одновременно учился летать в местном авиаклубе. Последнее стало из увлечения судьбой, и, окончив в 39 г. Ульяновское летное училище, Самочкин стал работать летчиком-инструктором. Это, как он сам признавал, дало ему необходимый опыт и помогло выжить в начале войны.
Весной 41 г. Самочкин был призван в армию, прошел курсы полетов на Су-2 и был отправлен в один из ближнее-бомбардировочных полков ВВС в Харьков. Здесь младший лейтенант Самочкин и встретил войну. В дальнейшем воевал на Юго-Западном фронте, в разных полках, но почти все время на Су-2.
Последний создавался долго и сложно, очем подробно рассказывают в начале своей книги авторы. Задуманный как массовый бомбардировщик-штурмовик, в производство пошел тогда, когда стало ясно, что эта модель устарела, поскольку бои второй половины 30-х гг. доказали необходимость специализации как самолетов, так и летчиков — бомбардировщики отдельно, истребители отдельно. Тем не менее, решено было сохранить недоведенную до конца машину и пустить ее в производство, правда, практически прекратив его в начале войны. Т.е. советские летчики воевали на Су-2, пока был запас этих самолетов, потом постепенно пересели на другие машины.
Д. Дегтев и Д. Зубов активно используют в своем исследовании различные источники, в том числе архивные, отечественные и немецкие, правда, не всегда давая отсылки на цитируемые материалы. Большую помощь в создании биографии Самочкина авторам дали воспоминания последнего, которые писать (в виде дневника) тот начал еще во время войны, и которые под названием «Страницы жизни. Личные воспоминания Героя СССР» вышли в 2004 г. в Нижнем Новгороде. Очень хорошо написанный текст содержит не только подробные описания боев, но и личной жизни пилота.
Работа Д. Дегтева и Д. Зубова весьма интересно и подробно показывает боевые действия наших летчиков в начальный период войны, опровергая распространенные представления о бездействии советской авиации в те месяцы и полном господстве в воздухе немцев (правда, авторы подчеркивают, что Юго-Западный фронт был не вполне показателен в этом отношении, и тем не менее). Даже не на очень надежной и современной машине, как Су-2, опытный летчик (а таких было немало среди советских военлетов) мог эффективно противостоять немецким асам на равных. Именно так, с лета 41 по весну 42 г. успешно сражался лейтенант Самочкин вместе со своим неизменным штурманом сержантом И. Кобылянским. Совершив свыше ста боевых вылетов, будучи несколько раз подбиты и ранены, и в марте 42 г. они оба стали Героями Советского Союза.
Дальше в их судьбе мало что изменилось — они продолжили летать и сражаться. Оба были везучими, и несмотря на все испытания, судьба хранила. Но к весне 43 г. Су-2 кончились, капитана Самочкина отправили переучиваться на Ил-2, на котором он повоевал на Курской дуге, а затем был отправлен учиться в Военно-воздушную академию. После окончания войны он несколько лет служил командиром полка в Корее, затем на Дальнем Востоке. В начале 60-х гг. подполковник Самочкин увольняется в запас и здесь начинается новая жизнь — боевой офицер! Герой Советского Союза! в хрущевской армии не нашел себе места и устроился сначала слесарем, потом мастером на завод, где проработал почти до самой смерти в 1977 г.
Книга Д. Дегтева и Д. Зубова стала прекрасным памятником как ему, так и его боевой машине. Хорошо написанная, снабженная подборкой иллюстраций из архива Самочкина (разного качества), это толковая и познавательная работа станет полезным чтением для всех интересующихся историей Великой Отечественной и наших ВВС в 1930-40-е гг. Этот добротный труд несколько портит некоторое злоупотребление авторов различной информацией, не имеющей прямого отношения к теме (сектанты, летчик Ляпидевский, советско-югославский договор и проч.), скупость на запятые и легкое ерничество по отношению к преувеличениям советских летчиков в их отчетах (эти грешили все стороны).

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Дмитрий Николаевич Верхотуров (1981-) — публицист, автор ряда работ различной тематики. По образованию историк, много занимается историей нашей страны в 1930-50-е гг. В этой своей работе взялся за тему малоизученную и до сих пор загадочную — историю строительства и использования подземных производств и убежищ в нацистской Германии. Понимание необходимости зарываться под землю, скрываясь от бомбардировок противника, стала очевидной еще в 1920-е гг., когда шло освоение опыта Первой мировой, и строились планы войны будущего. Армады самолетов, легко преодолевающих сотни километров и с недосягаемых высот обрушивающих на землю сотни тонн бомб, стали сначала предметом спекуляции разных фантастов, но с началом Второй мировой войны — настоящим кошмаром европейцев.
Мощная промышленность Третьего рейха стала объектом сначала точечных, а потом и ковровых бомбардировок союзников не сразу, хотя строительство первых подземных хранилищ топлива началось в Германии в 1934 г. Налеты авиации англичан и американцев вскоре привели к программе рассредоточения промышленных предприятий рейха, а впоследствие, после того, как в октябре 43 г. полностью был уничтожен испытательный центр баллистических ракет в Пенемюнде, к массовому строительству подземных предприятий, прежде всего авиации и синтетического топлива.
За основу изначально были взяты бетонные укрепления для подводных лодок, но использование для строительства имеющихся горных выработок было гораздо дешевле и быстрее. Была создана «Группа военных пещер» СС и работа закипела. Точное количество этих объектов, как возведенных, так и запланированных, неизвестно, многие документы погибли во время войны, как и люди, имевшие отношение к этой программе.
Опираясь на большое количество литературы, преимущественно немецкой и англоязычной, автор пытается рассмотреть проблему с двух сторон: развитие немецких ВВС (чему он посвятил целую главу) и собственно строительство подземных объектов. Д. Верхотуров полагает, что в конце войны Гитлер сделал ставку на реактивные самолеты, которыми он собиралася переломить ход войны, поэтому-то все силы и были брошены на то, чтобы выиграть время, необходимое для массового производства этой новой техники. Отсюда попытки спасти от бомбардировок союзников прежде всего авиапромышленность и производство топлива. Времени немцам не хватило, но сделать они смогли на удивление очень много. Строили они тщательно по тщательно продуманным проектам, создали специальные технологии для ковейерной, модульной сборки ракет, самолетов и проч. — что-то получилось очень эффективно, что-то нет.
Автор смог нарисовать весьма широкую картину, даже с избытком. Скажем., он целый рассказ посвящает расовой политике Третьего рейха, хотя к данной теме имеет отношение лишь тот факт, что строительство и обслуживание подземных объектов велось преимущественно силами заключенных. За счет этих отступлений теме книги посвящено лишь две трети текста.
Книга, на мой взгляд, вышла весьма и весьма интересная и обстоятельная, но несколько неотредактированная. Немного удивляет увлечение Д. Верхотурова немецкими терминами, которые он в массе своей не переводит, даже, как мне показалось, бравируя этим. Скажем, все названия глав даны им по-немецки. Рекомендую это познавательное исследование всем интересующимся историей Второй мировой войны.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Книга Эрвина Ставинского, посвященная советскому агенту, сотруднику гестапо Вильгельму Лемана, конечно же, не о возможном прототипе Штирлица — такого не было, и Леман был агентом другого уровня, однако лучшего у советской разведки не было.
Вильгельм Леман (1884-1942) вырос в небогатой семье, юношей поступил на флот, где прослужил 12 лет. Впоследствие был принят на службу в полицейское управление Берлина, сначала в криминальную, потом в политическую полицию. Как контрразведчик с большим опытом и связями, он оказался весьма ценным приобретением для советской разведки, когда в 1929 г. предложил ей свои услуги. Что было причиной этого — деньги (из Леману остро не хватало), разочарование в политическом курсе и руководстве страны, симпатии к СССР — можно гадать. Возможно, все вместе.
Практически сразу после прихода Гитлера к власти нацисты устраивают чистку полицейского аппарата, но Лемана оставляют. Более того, его берут в гестапо, принимают в СС, доверяют отвественные должности и поручения. Агент "Брайтенбах" постоянно снабжает советксих разведчиков не только разной информацией, но и оригиналами секретных документов, так как через него проходило очень много материалов, которые он регулярно выносил с работы.
Особенно важными стали сообщения Лемана после того, как он стал курировать оборонную промышленность и военное строительство Германии. Новые типы вооружений, объемы и программы создания нацистской армии — это всё шло в копилку общих сведений о военных приготовлениях Гитлера. 19 июня 41 г. Леман сообщил о том, что 22 июня в 3 ч. ночи Германия нападет на СССР. Как и многие другие такого рода донесения, оно было принято к сведению, но не больше. С началом войны связь с Леманом прервалась, он пытался ее возобновить, но безуспешно. Однако попытка советской стороны выйти на контакт с Леманом привела к его гибели — один из двух заброшенных в 42 г. агентов попался в руки гестапо и выдал Лемана, который был тайно арестован, допрошен и тайно же казнен.
Спустя много лет его вдова получила награду от советского правительства, но всё, связанное с Леманом, тщательно скрывалось. Думаю, Ю. Семенов мог слышать кокие-то разговоры о нем от знакомых контрразведчиков, но Штирлица он писал не с него, это был некий придуманный и обобщенный образ.
История Лемана стала достоянием широкой публики относительно недавно, лишь в самом конце 1990-х гг., когда СВР рассекретило его личное дело. С той поры вышло несколько книжек о нем, и даже был снят фильм.
Э Ставинский (отчество его мне не удалось установить, автор его почему-то скрывает, как и другие факты своей биографии) является автором нескольких книг по истории советской разведки в 1930-40-е гг. Рассматриваемая работа под названием «Наш человек в гестапо» вышла впервые в 2002 г., и с тех пор неоднократно переиздавалась. Мне в руки она попалась только сейчас.
Это ХУДОЖЕСТВЕННОЕ произведение, созданное на документальной основе, но не полноценное историческое ииследование. Источников своих Ставинский нигде не указывает, даже не вполне понятно, насколько историчны выведенные там персонажи за исключением главных, т.е. какова доля художественного домысла. Цитируя те или иные документы, автор нигде не говорит, подлинные они или придуманы им.
Тем не менее, созданная/воссозданная автором жизнь В. Лемана — это и одновременно история Третьего рейха и его спецслужб, и советской разведки (хорошо показана ежовщина). Леман изображен вполне симпатичным человеком, наверное, таким он виделся автору, хотя можно ли было остаться приятным господином, прослужив около 30 лет в полиции и особенно в гестапо, не знаю.
Это хорошо написанная книга, даже для взрослых, скажу вам (см. скан стр. 25). Фото нет, а жаль. Многовато опечаток. В целом рекомендую ее всем интересующимся историей разведки в предвоенный период.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Анатолий Иванович Розеншильд фон Паулин (1860-1929) оставил весьма любопытные воспоминания. Занимая достаточно высокий пост командира 29-й дивизии, он был человеком наблюдательным, сохранив в памяти множество мелких деталей быта в тылу и на передовой, отчего его книга стала гораздо живее и информативнее, нежели многие аналогичные записки генералов той войны, сбивавшихся на штабные отчеты вышестоящему начальству. Здесь, кроме характеристик различных военачальников (в большинстве своем отрицательных), есть интересные заметки о борьбе с брюшным тифом, бродячими собаками и шпионами, приезде великих князей, праздновании Рождества, и многое другое. Пишет он образно и эмоционально, читать его записки легко.
Биография у А.И. Розеншильда была вполне традиционная. Будучи по происхождению из немцев (но не вполне обрусевшим – оставался лютеранином), стал одним из тех многих и многих немцев на русской службе, каковые заполонили разные департаменты и штабы империи. Начав военную службу с гимназии, окончил в 1879 г. Павловское училище по 1-му разряду и вышел в гвардию, но, видно, не совсем пришелся ко двору, решив делать карьеру службой. Окончив также по 1-му разряду Николаевскую академию Генштаба, оказался в рядах элиты армии, но продвижение шло медленно. Служа в основном в штабах, дослужился до полковника в 1895 г. Во главе стрелкового полка стал участником русско-японской войны, воевал хорошо – получил генерала и награды (золотое оружие). Командовал год с небольшим Офицерской стрелковой школой, значение которой как место переподготовки среднего звена офицеров очень выросло после неудачной русско-японской войны. Смог провести необходимые реформы и после этого был уже только строевым командиром – стрелковая бригада, дивизия, во главе которой в звании генерал-лейтенанта и ушел на Первую мировую войну. Участвовал в боевых действиях в Восточной Пруссии в 14-15 гг. Во время катастрофических для русской армии боев в Августовских лесах попал в окружение, а потом и плен, из которого освободился лишь по окончанию Первой мировой.
Из Германии сразу же отправился в Добровольческую армию и – не сразу – принял участие в боях. Воевал на Юге России против красных и Петлюры. Удостоился похвалы со стороны Деникина. П.Н. Врангель писал: "..Указывая на карте на левый фланг нашего бесконечно растянувшегося фронта, где действовал сборный отряд генерала Розеншильд-Паулина, генерал Деникин, улыбаясь, заметил: «Даже Розеншильд-Паулин, и тот безостановочно двигается вперед. Чем только он бьет врага — Господь ведает. Наскреб какие-то части и воюет…"
В эмиграции оказался в Сербии, где и провел последние годы жизни, будучи инспектором пехоты в местном Военном министерстве.
Много писал – в основном статьи по истории военных действий. Данные воспоминания начал составлять в плену, поэтому они, с одной стороны, были написаны по свежим следам, пока память хранила многие детали, с другой стороны, своего рода оправдательным документом, возлагаю всю вину на происшедшее с августа 1914 по февраль 1915 г. на других – солдат, офицеров, начальников.
Но, как следствие, вышедший из под его пера текст стал очень ценным свидетельством много знавшего и видевшего очевидца – пусть весьма пристрастного и необъективного, но искренне болевшего за дело. А.И. Розеншильд лично наблюдал всю трагедию 20 корпуса, погибшего в Августовских лесах, и оставил детальное описание боев и записку с анализом причин поражения.
Генерал Розеншильд обладал резким и неуживчивым характером, что сильно осложнило ему карьеру. Завидовал чужим успехам, особенно у сверстников и однокашников, был придирчив. Как результат, подчиненные его недолюбливали, отношения с сослуживцами и вышестоящим начальством были натянутыми.
Видел в людях плохое и не скрывал этого, редко кто удостаивался похвалы этого желчного человека.
Во фрагментах дневник А.И. Розеншильда издавался в 1955-56 гг. в Париже, в «Военно-историческом вестнике». Рецензируемое издание подготовлено по рукописи, хранящейся в архиве, и является полным текстом.
Оформление традиционно для этой серии – твердый переплет, офсетная бумага, есть вкладка с цветными схемами, сделанными самим автором. Воспоминания сопровождаются академическим шлейфом: небольшое введение, комментарии с большим количеством корректорских ляпов – многократно дублируются некоторые комментарии: 37 и 38, 58 и 59, 77 и 78, 117 и 118), аннотированный именной указатель. Автор всего этого сопровождения – редактор книги Н.П. Грюнберг.
Из минусов: нет ни общей карты, ни единой фотографии (сей недостаток я исправляю).
Рекомендую это ценное и хорошо написанное свидетельство первых месяцев боев Великой войны всем интересующимся тем временем.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть