Дмитрий Трофимович Шепилов (1905-95) — особая фигура с советского политического Олимпа. Бывший в 1940-50-е гг. одним из высших номенклатурных работников союзного масштаба (главред «Правды», глава отдела пропаганды и агитации и ЦК ВКП(б), министр иностранных дел, секретарь ЦК КПСС), в 1957 г. он был обвинен в заговоре с целью свержения Хрущева (фактически так и было) и извергнут из системы. Причем если новые времена сказались в том, что Шепилова никто не тронул (не посадили, не расстреляли, да еще и со всеми родстственниками), то мелочность Хрущева выразилась в том, что его лишили практически всех благ (исключили из партии, лишили звания членкора АН СССР, сняли фамилию с обложки учебника по экономике, выгнали из квартиры, отняли генеральскую пенсию и проч.). Молотова с Маленковым и Кагановичем, скажем, так не гнобили. Но те и не упрекали Никиту Сергеевича в поверхностности….
Это кончилось тем, что от Шепилова осталось хрестоматийное «…и примкнувший к ним Шепилов» — не человек, а тень, фантом: что делал, почему поднялся так высоко, из-за чего на самом деле упал, и что с ним потом было — одни вопросы. В этом состоянии Шепилов жил практически столько же, сколько до 57 г.: 35 лет во власти и 37 без нее. Застал падение Хрущева, распад СССР, восстановился в партии, АН, армии, написал воспоминания. А все равно — не человек, а фигура умолчания.
Показать, что на самом деле представлял из себя Д.Т. Шепилов, попробовал его внук - Дмитрий Евгеньевич Косырев (1955-), выпускник Института стран Азии и Африки, китаист, журналист (много лет работал в «Правде»), а в настоящее время - политобозреватель РИА «Новости». Автор нескольких детективных романов под псевдонимом «Мастер Чэнь». Их я не читал, не знаю, а вот эту работу Д. Косырева оценить попробую.
Автор пытается доказать, что выступление 1957 г. (как минимум) Шепилова было не просталинским, а антисталинским и антихрущевским (с последним я согласен, а вот видеть в Молотове, Маленкове и Кагановиче борцов с бывшим генсеком никак не могу). Вообще Д. Косырев выстраивает своего рода альтернативную историю, разбирая вопрос о возможном будущем СССР, где его возглавил в качестве генсека Шепилов, и убеждая нас, что всё было бы гораздо лучше. Наверное, на фоне Хрущева Шепилов выглядит гораздо симпатичнее, а на фоне Брежнева — умнее. Но у Шепилова был свой путь, о котором его внук не стал распространяться (в 1920-е гг. был прокурором, в начале 30-х возглавлял политотдел в совхозе, где вряд ли только наглядной агитацией занимался). Да, в репрессиях замечен не был, но при позднем Сталине заниматься идеологией и быть белым и пушистым вряд ли было возможно, всех «комиссаров в пыльных шлемах» Сталин давно перестрелял. Хотя был Вознесенский, но Шепилов все же фигура не того масштаба. В общем, убедив меня в том, что Шепилов был человеком порядочным (особенно на фоне своих товарищей по партии и правительству), в полную чистоту его риз я поверить, при том ограниченном объеме информации, который предоставил в своей книге его внук, я не смог.
Как результат, к рассматриваемой работе у меня две основных претензии: как она написана и на основе чего она написана. Начну с первой. На с.250 Д. Косырев признается: «Я всегда не любил биографии за вот это родился – жил - умер». Поэтому такого вы в его книге и не найдете — разделенная на четыре части, она лишь во второй половине предлагает более или менее связное (хотя отрывочное и хронологически непоследовательное) изложение жизненного пути деда. В начале Д. Косырев много рассуждает на тему пленума 1957 г., потом повествует о жизни Шепилова после пленума, много пишет о девятимесячном руководстве последнего МИДом, пытается понять, что тот из себя представлял как коммунист, экономист и политик. Биография дана каким-то пунктиром. Это получилось не случайно — на с.346 Д. Косырев пишет: «…я не знаком со множеством из сотен сюжетов, которыми дед занимался на всех постах…». Т.е. расскажу о том, что знаю, а знаю то, что сумел/захотел узнать, в документах не копался.
Тут мы переходим ко второй моей претензии. С точки зрения источниковой базы, то с этим в данной работе плохо: Д. Косырев опирался на открытые материалы, в архивах не работал (кроме семейного, откуда взял многое), да и не страдает из-за этого. Списка литературы нет (и вряд ли тот был богатым), отсылок ни к одной цитате не дает. В общем, пишет в лучшем случае, как журналист, а не как историк. историю знает не лучшим образом: на с.141-42 пишет, что в 1958 г. на врачебном заключении Института хирургии им. А.В. Вишневского стоит подпись А.В. Вишневского, дескать, «в те годы «имени кого-то» бывало и прижизненное». Вот именно в те годы уже прижизненного не бывало, в честь А.В. Вишневского институт хирургии стал именоваться в 1948 г., после смерти А.В.Вишневского, а возглавил его сын последнего, А.А. Вишневский, который, очевидно, и подписал заключение. На с. 274 Мастер Чэнь утверждает, что дореволюционные реальные училища, в котором учился Шепилов, «готовили рабочих». Это те-то училища, что именовались одно время «реальными гимназиями», где курс длился 6-7 лет и выпускники которых с 1888 г. (т.е.и Шепилов) могли поступать в университеты! В общем, глубокой проработки материала я не почувствовал.
Зато очень много Д. Косырев говорит о своих с дедом взаимоотношениях, что отчасти выполняет информационную задачу (на фоне отсутствия других источников), но не очень полезно.
Написано в целом хорошо, читается достаточно легко, хотя временами автор увлекается другими сюжетами и перегружает текст избыточными данными.
Отмечу хорошее оформление (твердый переплет, качественный офсет). В начале книги есть подборка фото из семейного архива.
На мой взгляд, получилась не вполне законченная работа, где Кеннеди-Шепилов остался меньшей, чем раньше, но всё же загадкой, хотя явно заслуживает большего. Рекомендовать это исследование ни широкому читателю, ни увлекающимся историей знатокам не стану.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Начну сразу с уточнения. Автор этой хорошей книги действительно Мансур Абдулин, но Гизатулович, а не Идриатович. Такого вообще не было, это глупый косяк «Лабиринта»: был офицер-артиллерист, ГСС Мансур Идиа(я)тович Абдулин (1919-1996). Воспоминаний он не оставил.
Автор же данной книги, М.Г. Абдулин (1923-2007), был простым солдатом. Родом с Урала, из семьи шахтера, большевика с дореволюционным стажем, он вырос в суровом краю, с детства познав многое, что впоследствии очень ему помогло: стал метким охотником, выносливым шахтером, удачливым золотодобытчиком. Впоследствии его семья переехала в кишлак Бричмулла (теперь Казахстан), где он работал на шахте. Хотя имел законную броню, вместе с еще тремя приятелями ушел на фронт добровольцем. Как имевший достаточное образование, был отправлен в Ташкентское пехотное училище. Здесь у меня есть вопрос, на который ответа я не нашел – после (успешного, как пишет сам Абдулин) окончания шестимесячных курсов офицерского звания он, похоже, не получил или лишился позже, поскольку служил простым сержантом, наводчиком 82-мм миномета, и звание мл.лейтенанта ему было присвоено уже после ранения. Возможно, всех курсантов выпустили сержантами, чтобы поскорее отправить на фронт.
Провоевал ровно год, с ноября 42 до ноября 43, пройдя со своим 193-м гвардейским полком через самые кровопролитные битвы того периода – Сталинград, Курск и Днепр. За этот год ему несказанно везло – минометчиков война щадила гораздо больше, чем пехотинцев, но воевать подразделению М.Абдулова приходилось в первых рядах, постоянно бывать под обстрелами и бомбежками, где смерть обходила его стороной, пока два снарядных осколка практически сделали его инвалидом. Однако крепкое здоровье и сила воли не только позволили ему встать на ноги, но и снова вернуться на шахту.
После войны М.Г. Абдулин много лет думал о том, чтобы записать свои воспоминания, и уже на самом закате советской власти это получилось – в 1985 г. в изд-ве Молодая гвардия вышла книга М.Г. Абдулина под названием «160 страниц из солдатского дневника» (в литературной обработке Г. Юдиной). Издание было объемом действительно в 160 стр. Впоследствии, в 1990 и 1995 гг., он свои мемуары уточнял и расширял, так что нынешние 285 стр. – это серьезная переработка первоначального текста.
Последние годы М.Г. Абдулин жил в Оренбургской области.
Рассматриваемое издание – это практически образец того, как надо оформлять подобного рода публикации. Помимо текста воспоминаний, в приложении даны две статьи пера известного отечественного военного историка Алексея Исаева – на 15 стр. о боевом пути дивизии, где служил М.Абдулин, и на 10 стр. – краткий очерк о тех битвах, в которых принимал участие автор. Кроме этого, в книге имеются две вклейки с ч/б фото очень хорошего качества, и несколько хороших карт. Текст напечатан крупным шрифтом, так что читать его легко.
Судьба М.Г. Абдулина во многом уникальна, он в качестве рядового солдата своими глазами увидел три решающих сражения Великой Отечественной войны. Учитывая постоянные переформирования и переброски армий и дивизий на разные участки, это было непросто. Кроме того, круговерть больших сражений уносила сотни и тысячи жизней и для простого солдата, воевавшего на передовой, пережить сразу три крупных битвы было большой удачей. М.Г. Абдулин выжил в этом всепожирающем пламени и смог об этом рассказать.
Книга получилась честная и правдивая, с множеством деталей, известных только фронтовикам. Есть много хороших и откровенных воспоминаний простых окопников – солдат, сержантов и лейтенантов. Записки М.Г. Абдулова, представляющие из себя действительно художественное произведение, добавят к этой картине немало ярких и чистых штрихов. Отличная работа. Рекомендую всем, интересующимся историей Великой Отечественной.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Сергей Владимирович Дыбов (1964-) – бывший советский гражданин, живущий ныне в небольшом французском городке, куда после распада СССР он перебрался из Казахстана к жене-француженке. Непрофессионально занимается историей, автор двух изданий вышедшей в 2010-е гг. книги "Нормандия-Неман. Подлинная история легендарного авиаполка".
Столкнувшись в начале 2000-х гг. с историей действия русских войск во Франции в эпоху наполеоновских войн, заинтересовался данной темой и стал ее серьезно изучать. Результаты выкладывал у себя на сайте, а потом смог выпустить отдельной книжкой.
О чем же этот любопытный труд? В начале 1814 г. , после битвы под Лейпцигом, началась очередная кампания против Наполеона. Союзные войска из разных мест Европы двигались к финальной точке войны, Парижу. Одним из таких отрядов, расположенных в Голландии, командовал герцог Веймарский, Карл-Август. Его адьютантом был полковник лейб-гвардии уланского полка барон Федор Клементьевич Гейсмар (1783-1848). Урожденный Фридрих Каспар, он был сыном прусского генерала. В начале 19 в. барон записался на русскую службу, успешно воевал, был адьютантом Милорадовича, тяжело ранен.
По приказу царя Гейсмар был отправлен защищать Веймар и царских венценосных родственников. Ему удалось опередить французов, шедших туда же, за что получил звание почетного гражданина Веймар и удостоился памятника, сохранившегося по сегодняшний день. В феврале 14 г. получил указание отправиться в рейд по французским тылам во главе сводного кавалерийского полка численностью в 800 сабель, основная масса которых принадлежала донским казакам. Кроме того, ему был подчинен отряд местных партизан. Впоследствии к Гейсмару присоединились местные ополченцы и освобожденные им из французского плена солдаты и офицеры антифранцузской коалиции.
Это соединение действовало вполне лихо и энергично, успешно взяв несколько крепостей и разгромив несколько отрядов французских войск. Слухи о действиях отряда Гейсмара, сильно преувеличенные, дошли до самого Парижа, хотя шума подчиненные Гейсмара наделали и правда немало.
Рецензент М. Абрамова, наверное, не очень внимательно прочитала книгу. Она пишет, что «перед штурмом крепости из неё, по договорённости двух сторон, выводили женщин и детей (и никому не приходило в голову использовать их как заложников)». Речь идет о крепости Дуллен, комендант которой на призыв Гейсмара сдаться ответил, что «ему безразлична судьба гражданского населения» (с. 63; С. Дыбов выделил этот текст жирным шрифтом). Лишь после неоднократных заверений Гейсмара, что он разорит соседний с крепостью город и расстреляет каждого, захваченного с оружием в руках, и начатого штурма крепости, майор Бенуа сдался. На самом деле воевали все относительно культурно – французы нападали на казаков из засады, те в отместку убивали первых попавшихся гражданских (но с оружием), Гейсмар сжигал постройки в непокорных французских городах (и грозил сжечь всё), брал заложников и приговаривал их к повешению (не реализовывая, впрочем, свои угрозы), накладывал реквизицию и конфисковывал денежные средства. Так что благородства было немного с обеих сторон.
После капитуляции Наполеона отряд Гейсмара был расформирован, а сам он назначен командиром уланского полка, продолжив службу почти до самой смерти и сделав неплохую карьеру (комкор, генерал от кавалерии). В отечественной истории Гейсмар остался еще тем фактом своей биографии, что именно его полк подавил на Украине в конце 25 г. восстание Черниговского полка полковника П. Пестеля.
Сам текст занимает 120 стр., остальное – это приложение в виде кратких биографий некоторых действующих лиц книги. Имеется список литературы и источников, включая французские архивы, работы на французском и немецком языках. По-хорошему, по объему - это очерк, а данное издание – это расширенная брошюра.
Написано хорошо, с юмором, но тексту не помешала бы редактура, даже на уровне названия – почему «отрядЫ»? Речь идет только об одном...
Оформление – очень приличное. Твердый переплет, офсетная бумага. ОЧЕНЬ много ч/б иллюстраций в тексте. Крупный шрифт. Есть одна маленькая карта – лучше, чем ничего, но все же недостаточная для этого исследования.
Рекомендую всем интересующимся историей наполеоновских войн как вполне добротное и интересное издание.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Рассматриваемая книга, скажу сразу, будет интересна, прежде всего, людям, интересующимся духовной литературой и/или историей нашей страны 20-30-х гг. 20 в.
Главный персонаж данного издания — Ираида (Рая) Иосифона Тихова (1894-1967), обычная русская женщина. Родилась и выросла в простой крестьянской семье под Угличем, с детства была искренне и глубоко верующей. Выбрав себе профессию сельской учительницы, она 15 лет (1919-34) проработала в обычной деревенской школе недалеко от родного села. Была, судя по всему, очень хорошим педагогом. Замуж не вышла, хотя звали. В 1920-е гг., будучи обычной, но очень активной прихожанкой, стала корреспонденткой нескольких ссыльных архиереев (митр. св. Кирилла Казанского, архиеп. Серафима и др.), использовавших ее как посредника для обмена письмами друг с другом. Это было время раскола в РПЦ, что нашло отражение в представленных в книге документах.
В 34 г. И.И. Тихова была первый раз ненадолго арестована, после чего из школы ее уволили, и туда она уже больше не возвратилась, работая на земле и много времени отдавая церковным делам. Во время Великой Отечественной войны прятала у себя епископа Василия, который тайно служил у нее дома. В 43 г. была арестована по доносу соседки-убийцы и осуждена на пять лет лагерей. Отбывала их в Сыктывкаре, где подорвала здоровье на тяжелых работах. Вскоре после возвращения была оговорена близкой ей женщиной, получив уже 10 лет. В 55 г. была освобождена и доживала свой век дома, помогая по мере сил родным. Тихий, незаметный, стойкий и убежденный человек, о котором говорят «Не стоит село без праведника». В 2001 г. была прославлена как исповедница.
В 2002 г., при разборе бани, были найдены два тайника, где чудом сохранились документы, связанные с нею — дневник за 1919-25 гг., переписка видных православных архиереев 1920-30-х гг., письма родных И.И. Тиховой. Если бы не эта находка, исчезла бы она, как исчезли из человеческой памяти многие и многие такие же внешне невыдающиеся люди, как и эта незаурядная женщина.
Книга состоит из четырех частей: жизнеописания И.И. Тиховой, принадлежащее, очевидно, перу составителя это сборника И.Г. Меньковой, дневника И.И. Тиховой, и писем архиеп. Серафима и митр. Кирилла И.И. Тиховой. Для написания биографии последней использовались документы по истории Ярославской епархии, следственные дела И.И. Тиховой, воспоминания ее крестницы и другие материалы. Текст снабжен многочисленными примечаниями, хотя с некоторыми я не могу согласиться. Скажем, излишне категорично звучит на с. 119 утверждение, что в 1921 г. «крестьяне Тамбовской области свергли коммунистическую власть». Кроме того, дважды в тексте утверждается, что видный советский и партийный работник Н.И. Бухарин — на самом деле не крестьянский сын, а некий Мойша Долголевский. Это глупая байка, повторять которую не стоит. И без того среди большевиков было полно настоящих евреев, известных под псевдонимами…
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага). Много ч/б иллюстраций в тексте. Тираж не указан.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Всегда с интересом и уважением относился к мемуарам ветеранов Великой Отечественной войны. Готов простить им мелкие огрехи памяти, незамысловатый стиль, излюшнюю эмоциональность в оценке нынешнего времени. Однако, при всем этом, жду от таких текстов достоверности, разных ценных деталей, убедительного описания событий и ощущений тех давних лет.
Именно с такими чувствами я брался за чтение этой книги. Ведь автор ее воевал с самого начала Великой Отечественной, прошел огонь и воду (как говорится в аннотации к книге), долгие годы писал свои воспоминания, не дождался их опубликования, а теперь его дети и внуки выпустили его книгу в свет.
Однако по мере чтения очень скоро меня охватило недоумение и чем дальше, тем больше это чувство нарастало. Дело в том, что всё прочитанное мною о войне не стыковалось с повествованием И.А. Земцова, вызывая слишком вопросов, да и формат его работы — «воспоминания» — стал вызывать сомнение, напоминая больше художественное произведение, нежели мемуары.
Обо всем по порядку. Герой рассматриваемой книги по имени Илья Котриков, родом из поволжских крестьян-середняков, до призыва в армию в конце 39 г. работал служащим на ж/д. Срочную отбывал в Башкирии, в пехоте. Готовили к войне их очень хорошо, сам Котриков был произведен в младшие лейтенанты и в апреле 41 г. направлен в Ригу комвзвода. Войну встретил на маневрах, на самой границе (предвоенным событиям посвящены первые четыре голавы). За неделю боев стал старшим лейтенантом и комбатом, получил орден и медаль. После ранения был отправлен в госпиталь, по выздоровлению вернулся на фронт. Оттуда вскоре был направлен в немецкий тыл с разведовательно-диверсионным заданием. По выполнению его попадает во 2-ую ударную армию к Власову, оказывается в окружении в Мясном Бору. Контуженный, оказывается в плену. Почти полгода проводит в концлагере, откуда сумел бежать и пробраться к своим. После долгой проверки без суда и следствия переводится рядовым на Волховский фронт (в аннотации упоминается штрафбат, но автор пишет о подразделении 77-й стрелковой дивизии), где очень скоро получает звание старшины. Участвует в кровопролитных боях, в начале 44 г. тяжело ранен, почти год проводит в госпитале и комиссуется из армии инвалидом. В госпитале после сложных мытарств получает звание капитана. Завершается эта массивная книга (670 стр.) тем, что автор поступает в Ленинградскую лесотехническую академию. Параллельно в книге возникает сюжет с инженером-ленинградцем Меркуловым, призванным в начале войны рядовым, воевавшим недалеко от тех мест, где сражался Котриков, и потом оказавшимся в том же лагере. Этот сюжет обрывается без логического завершения.
Написано хорошо, на мой взгляд, несколько многосложно и немного литературно. Я бы, правда, отредактировал, местами стиль коряв (да и оцифровано не все точно). Не все портреты в книге выписаны психологически достоверно (хотя персонажей много и автор явно уделил им много внимания), порой последние ведут себя деревянно.
Теперь о биографии Ильи Александровича Земцова (1918-2000). В ней много общего с героем его книги: из крестьян, работал на ж/д, кадровый сержант, войну закончил офицером (есть фото 45 или 46 г. с капитанскими погонами), инвалидом (тоже тяжело ранен в ногу). На сайте «Память народа» есть информация о вручении ему в феврале 44 г. ордена Славы 3-й степени (старшина, помкомвзвода того же полка, что и старшина Котриков). Окончив Тимирязевскую академию, несколько десятилетий работал в лесном хозяйстве. Женат, три дочери. Почти 30 лет писал воспоминания. Сейчас они вышли, спасибо его потомкам.
В аннотации к книге сказано: «сложно поверить, что всё описанное — правда, но оно так действительно и было». И здесь полностью подтверждаю — поверить и правда сложно. Честно, далеко не все в его книге кажется достоверным. Пойду по тексту. Старый солдат Земцов/Котриков обоймы (магазины) к автоматам почему-то везде называет кассетами. Пули ударяются о рыхлую землю и поднимаются ввысь (с. 52). То же — о воду (с. 93). От мин и снарядов разлетаются почему-то «ржавые» осколки. Немцы постоянно пьяные, ходят в психические атаки, держась при этом за руки (?), все вооружены автоматами (давно разоблаченный миф), в атаку ездят на танковой броне. Чуть что, бросают оружие и сдаются в плен. Враги в начале войны воюют огромными силами — на позиции полка Котрикова наступают десятки танков, бомбят то ли 130, то ли 135 самолетов (это несколько авиаполков!). Практически все немцы, с которыми общался лейтенант Котриков, немного знавший немецкий, говорят с баварским акцентом.
При этом в концлагере охранники и комендант (живущий в одном бараке с заключенными) добрые. На могилах последних ставят кресты. Пленных не обыскивают. Эстонцы-полицаи все свободно говорят по-русски, расстреливать не могут. Казнят (наши и немцы) обязательно тремя выстрелами в затылок (зачем столько?).
Наши на разведку за языком отправляют два взвода (это минимум 60 чел.). Автор стреляет «латунными» пулями (насколько я знаю, из латуни делали делали пули для гладкоствольного охотничьего оружия).
Кажутся странными очень «гражданские» взаимоотношения советских бойцов и командиров, написанные рукой кадрового военного, знающего дисциплину и субординацию.
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумаг, есть вклейка с ч/б фото из семейного альбома). У немецкого офицера на обложке в руке почему-то маузер (в книге парабеллум, что исторически абсолютно достоверно). Никакого сопроводительного текста, кроме трех кратких заметок дочерей в конце книги. Тираж 300 зкз.
Несколько удивляет, как детально автор передает свои мысли и разговоры времен войны — наверное, здесь все же есть элемент домысла, или это просто беллетристика.
О войне, о лагерях, о пребывании в тылу врага есть гораздо более точные и убедительные воспоминания. Их я и рекомендую. Книга И.А. Земцова, при всем уважении к его жизни, относится, по моим ощущениям, к разряду беллетристики вполне советского стиля.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть