Эх, эх и еще раз эх.
Сколько раз говорил другим: перед покупкой книги, особенно в интернет-магазине, проверяйте, не выходила ли она ранее, под другим названием. Говорил-говорил, а сам и попался...
У А.А. Чернышева я читал две работы - "1941 г. на Балтике: подвиг и трагедия" (2009 г., Эксмо), и "Оборона полуострова Ханко" (Вече, 2011). Обе книги мне понравились, и я рассчитывал, что его новое исследование - "Балтийский флот..." - будет продолжением его прежних исследований.
Ан нет. Обычный трюк - старая книга под новой обложкой и с новым названием, т.н. "перепаковка".
Отделим мои эмоции от самой книги. Книги вполне достойной, хотя ни на грош не изменившейся за прошедшие пять лет.
Автор - историк Российского и Советского флота - решил рассмотреть один из самых трагических эпизодов морской истории Великой Отечественной. Книга начинается рассказом о становлении и развитии Краснознаменного Балтийского флота в 1920-40-е гг. Автор делает вывод, что хотя флоту руководство страны и вооруженных сил уделяло огромное значение, а Балтийскому – в особенности, в первые месяцы Великой Отечественной Балтфлоту пришлось, возможно, труднее всех: к началу войны не было завершено строительство новых военно-морских баз (прежде всего, в недавно присоединенных к СССР прибалтийских республиках), аэродромов, береговых и зенитных батарей; многие корабли находились на различных стадиях производства, многие соединения – на стадии формирования, а уровень обученности существующих (в частности, лётчиков и зенитчиков) не соответствовал требованиям современной войны. Вражеское нападение застало моряков врасплох, немцам удалось быстро завоевать полное господство в воздухе, стремительное продвижение противника на суше лишило флот баз, из которых он уходил последним, эвакуируя уцелевшие войска и гражданское население, теряя под вражескими бомбами, на минах и от торпед корабли, опытных моряков и командиров.
Значительная часть книги (60 стр.) посвящена таллинскому переходу — эвакуации основных сил Балтийского флота из Таллина в Кронштадт в конце августа 1941 г. 20 августа немецкие войска начали наступление на Таллин. С самого начала поражение советских войск было очевидным, но решение об оставлении города откладывалось до последнего. Такая нерешительность в принятии решений обусловлена некомпетентностью главнокомандующего Северо-Западным фронтом К.Е. Ворошилова и партийного руководителя Ленинграда А.А. Жданова. Несмотря на директиву об оставлении Таллина, Ворошилов отдал приказ об эвакуации и переходе кораблей в Кронштадт только после того, как вечером 27 августа противник перешёл в атаку в прибрежной части Таллина и начал обстрел рейда и причалов порта.
Задача осложнялась тем, что до начала эвакуации Балтфлот потерял уже более трети своих тральщиков и поэтому перед выходом кораблей из главной базы не успели провести минную разведку и контрольное траление по маршруту перехода. На момент перехода Финский залив представлял из себя "суп с клёцками" - залив, напичканный как советскими, так и немецкими минами.
До Кронштадта дошли 112 кораблей, 23 транспорта и вспомогательных судна. Во время перехода погибли 15 кораблей (в т.ч. пять самых современных эсминцев), 51 транспорт и вспомогательное судно. Людские потери посчитать гораздо сложнее. По последним данным, из 30 тыс. находившихся на борту погибло около 18 тыс. человек, но это военнообязанные. А какое точно число гражданских лиц эвакуировалось из Таллина - неизвестно, так как эвакуация осуществлялась стихийно. Гибли сотнями и тысячами…
Второй по значимости сюжет (130 стр.) - это эвакуация базы Ханко, которая проводилась с 26 октября по 2 декабря 1941 г. кораблями Балтийского флота в условиях штормов, ледового покрова и большой минной опасности при активном противодействии противника (авиация, торпедные катера, дальнобойная артиллерия). Первая эвакуация прошла безукоризненно, все последующие – всё хуже и хуже. К 5 декабря в Ленинград и Кронштадт было доставлено свыше 22 тыс. человек с вооружением, боевой техникой, продовольствием. В пути погибло почти 5 тыс., кто-то из спасшихся попал в плен к финнам. Один из бойцов сказал морякам по прибытии: "Спасибо, что спасли, но если бы знали, что будет так тяжело, пробивались бы пешком через Финляндию…"
И всё-таки, несмотря на поражения и потери, Балтийский флот выстоял, выжил, продолжал сражаться – его корабли прикрывали с моря фланги сухопутных войск и активно действовали на коммуникациях противника, дальнобойная артиллерия его кораблей и береговых батарей громила немцев под Ленинградом, а морская пехота ("чёрные дьяволы") наводила ужас на врага.
В начале книга читается суховато, множество технических подробностей делают повествование скучным и однообразным. Однако по мере перехода к истории Таллиннского перехода и особенно эвакуации Ханко за этой сухостью чувствуется сдержанность, крепко сбитый текст держит в напряжении. Этот раздел читается на одном дыхании, но оставляет тяжёлое впечатление сколько же погибло людей...
Отдельные досадные ошибки – на с. 119 говорится, что "оставлено 4 союзных столицы", а перечисляются только Рига, Вильнюс и Кишинёв. На с. 237 броненосец "Илмаринен", подорвавшийся на мине и затонувший 13 сентября, последний обстрел произвёл 15 ноября – вероятно, со дна моря.
Список источников (небогатый) на четверть – без даты и места издания. Немного иллюстраций и не очень хорошего качества. Но в целом труд А.А. Чернышева рекомендую.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Александр Сергеевич Сенин — профессиональный историк, с 1987 г. работает в РГГУ, последнее десятилетие - профессор кафедры истории государственных учреждений и общественных организаций факультета документоведения и технотронных архивов ИАИ РГГУ. К области его профессиональных знаний относится история отечественного государственного аппарата и государственной службы в Российской империи и СССР XIX – XX вв., а также история железнодорожного транспорта России (вторая половина XIX – 20-е годы XX в.). В 2006 г. А.С. Сенин защитил докторскую диссертацию, посвященную последней теме, опубликовал несколько фундаментальных работ.
Военная область также не чужда ему: в РГГУ профессор Сенин читает курсы лекций по военной история и военной экономике России (до 1917 года). Собственно, с этого он и начал как историк, защитив в начале 1980-х гг. кандидатскую диссертацию на тему «Военное министерство Временного правительства». Отдельным изданием это исследование вышло в 1982 г., значительно переработанным и дополненным (вдвое бОльшим объемом) — в РГГУ в 1995 г. Если я правильно понимаю, именно сей труд (также дополненный и уточненный, но не столь радикально) и лег в основу издания Вече.
Это во всех отношениях полноценное академическое исследование с введением, содержащим анализ литературы и источников, детальными ссылками на всю цитируемую литературу, тщательным сопоставлением источников. Кроме того, есть вклейка с неплохой подборкой иллюстраций.
Как пишет автор во введении, задачей его как историка стало обращение к одной из сторон деятельности Временного правительства — военному строительству, а точнее — истории военного аппарата и его роли в военных усилиях молодой республики и политической борьбе, развернувшейся за вооруженные силы. При этом А.С. Сенин делал ставку на те аспекты, что не нашли должной оценки в отечественной историографии. Конечно, с 1982, а даже и с 1995 г. прошло много времени, было опубликовано множество серьезных трудов по истории революции и Гражданской войны в России, вышли новые издания, а еще больше впервые издано различных воспоминаний и сборников документов по этой теме. Поэтому работа профессора Сенина не открывает принципиально новых горизонтов, но дает пищу для размышления и является обобщающим трудом для всех, интересующихся историей нашей страны в один из самых переломных этапов ее истории.
Данное издание состоит из шести глав. Первые две и последняя глава посвящены состоянию управления вооруженными силами России в годы Первой мировой войны и накануне Февральской революции, а также в конце 1917 г. накануне Октябрьского переворота. 3-5 главы содержат анализ деятельности Временного правительства по преобразованию армии за тот недолгий период времени, что был ему отпущен. Значительная часть 2-й главы сосредоточена на техническом оснащении русской армии, а также ее укомплектовании солдатами и офицерами.
Основываясь на большом количестве фактического материала, А.С. Сенин выходит на более масштабные обощения, несколько выходящие за рамки его темы. В революциях 1917 г. он винит либеральную интеллигенцию, вину же царского правительства сглаживает, говоря, что то защищало свою систему ценностей и свои институты, как будто это что-то объясняет и оправдывает. В большевиках автор видит максимально подходящую для того времени силу, а в будущем — преемников имперской России. Концептуально с этим можно спорить, но это его позиция.
На мой взгляд, единственным недостатком этого капитального труда является то, что А.С. Сенин периодически отвлекается от центральной темы, рассказывая о событиях революции, при этом время от времени сюжетно и текстуально повторяясь.
Рекомендую это издание как основательное исследование военной политики Временного правительства для понимания того, что привело к февралю 1917 г., а также событий между двумя революциями.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Самоходные артиллерийские установки или САУ стали новинкой советского военпрома времен Великой Отечественной, поставившего их в массовое производствофактически с нуля в 42-43 гг. Самоходные полки стали важной составляющей идущих вперед советских войск, двигаясь вместе с пехотой и танками в прорыв. Более медленные, но более мощные САУ подавляли огневые точки врага, поддерживали наступление огнем и гусеницами. При необходимости вступали в успешный поединок с немецкими танками, в том числе с самыми современными.
Легко бронированные и открытые СУ-76 не пользовались доброй славой у своих экипажей — работавшие на авиационном бензине и легко поражаемые даже осколками, они быстро и легко горели, превращаясь, в соответствии с черным солдатским юмором, в БМ-4А или «братскую могилу четырех артиллеристов».
Имея жестко фиксированную артустановку (башня самоходок не вращалась, а ствол мог смещаться вправо-влево и вверх-вниз совсем немного) и небольшой боезапас, наши САУ не стали, как их немецкие аналоги, снайперами, охотившимися из засады за танками, выбивая их издалека, а шли на прорыв, зачастую избегая дуэлей с немецкими танками. Но их 122-мм и особенно 152-мм пушки стали грозным оружием в руках самоходчиков, громивших укрепленные точки врага, уничтожавших его батареи, а точное попадание такого снаряда сносило башню даже «Тигру».
Два десятка интервью ветеранов-самоходчиков, объемом от трех до 50 стр., с самых разных сторон показали жизнь солдат и офицеров этих подразделений. Прийдя в самоходные части какждый своим путем — кто из водолазов, кто из связистов, кто из пехоты, но чаще из танкистов и артиллеристов — они храбро воевали на различных фронтах, кто с первых месяцев войны, кто с конца 44.
Большая часть интервью и воспоминаний ранее не печатались, но некоторые материалы уже выходили в других изданиях, у того же Драбкина, прежде всего. Скажем, В.С. Крысов выпустил несколько лет назад замечательные мемуары, неоднократно переиздававшиеся. Это откровенные записки о боях и походах, жизни до войны, пребывании в госпиталях и т.д.
С точки зрения оформления издание несколько подкачало. Отсутствие корректора очень заметно, особенно в запятых, на которых авторы данного труда сильно экономили. Текст сопровождается небольшим количеством иллюстраций, как минимум фотографией каждого интервьюированного.
Очень рекомендую эту содержательную и интересную книгу всем интересующимся историей Великой Отечественной войны.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Работы тандема Д. Дегтев-Д. Зубов уже не раз были объектом моих рецензий, поэтому не буду повторяться, кто они и чем их труды характерны. Основная область исследований этих молодых историков — Великая Отечественная война и советские вооруженные силы, прежде всего, авиация.
Данный основательный труд находится как раз на стыке этих тем и нацелен на то, чтобы закрыть сюжет, посвященный битве за небо над Москвой. В этой работе представлена, пожалуй, исчерпывающая хроника боевой работы 6-го корпуса ПВО и его приемницы — 1-й воздушной армии ПВО. Рассматриваемое исследование выстроено исключительно на архивных материалах обеих сторон, т.е. отечественных и немецких, с минимальным привлечением воспоминаний и исторических исследований. Авторы приводят много цитат в своем тексте, но не дают ни одной отсылки к источникам.
Первые недели войны наши летчики воевали в основном со своими же гражданскими коллегами (ГВФ), летавшими на немецких пассажирских и грузовых самолетах, и даже сбивали их (и сами разбивались), а вот пролетов настоящих пилотов люфтваффе не замечали, поскольку те летали слишком высоко. Последнее обстоятельство оставалось головной болью для советских ПВО до конца войны — у немцев были целые эскадрильи высотных самолетов, противопоставить которым наши ВВС ничего не могли, так как ни отечественные, ни поставляемые по ленд-лизу модели не могли соревноваться с противником по высоте, скорости и вооружению.
Первый налет на столицу состоялся через месяц и был в целом успешен для немцев, поразивших довольно много целей и потерявших всего два бомбардировщика, и неудачен для нас. Так продолжалось и дальше — штучные потери частей люфтваффе, в разы большие — у советских истребителей, причем преимущественно за счет небоевых потерь (наши пилоты, увы, плохо летали). Одним из последствий этого стало большое количество таранов. Отмечу, что тотальной бомбардировки Москвы (ни разово, ни на протяжении какого-либо времени) не было, тем более что такая задача и не ставилась. Воздушные тревоги, о которых часто пишут москвичи, жившие тогда в столице, часто объявлялись без действительной причины (равно как и не объявлялись тогда, когда налет действительно случался). Ничего подобного бомбардировкам европейских городов (немцами и союзниками), как и уничтожения с воздуха Мурманска, Архангельска, Сталинграда и друих объектов, в отношении советской столицы не случилось.
При этом Д. Дегтев и Д. Зубов пишут о малой эффективности московской зоны ПВО (а она охватывала огромную территорию вокруг столицы). Напр., в сентябре 1941 г. истребители совершили 662 вылета и имели один подтвержденный сбитый немецкий самолет (естественно, заявленных летчиками побед было в разы больше). Эта статистика сохранялась и в дальнейшем (на официальном уровне картина была иная и наши авторы ее вполне убедительно разоблачают). Плохо работала и зенитная артиллерия, стрелявшая не по целям, а просто в воздух (т.н. огневой заслон), преодолеть который было трудно, но вполне реально, особенно на доступной немецким самолетам высоте.
Весной 42 г. массовые и регулярные налеты на Москву закончились до лета 43 г., т.к. у немцев возникли другие приоритеты (прежде всего, на юге — Сталинград и иные цели). Хотя вплоть до начала 44 г. фронт находился на расстоянии около 450 км от Москвы и немецкие самолеты летали вокруг и над ней, создавая потенциальную угрозу столице. Последний воздушный бой истребители из числа 1-й воздушной армии, защищавшей Москву, дали летом 44 г.
Параллельно основному сюжету (воздушная битва за Москву) идет рассказ о безуспешных попытках советского авиапрома создать высотный перехватчик, способный поразить немецкие стратосферные разведчики, летавшие на высоте свыше 12 тысяч м. Как анекдот — время от времени с нашей стороны появлялись донесения о каких-то таинственных немецких воздушных шарах, которые тшательно проверялись, но суть и принадлежность их так и не установили. НЛО?
Этот очень плотный, информационно насыщенный текст читать было тяжеловато, как справочник. Очевидно, что авторы вложили весьма немалый труд в свое исследование, однако увлекательным оно не стало. Поэтому данное, обстоятельное и ценное издание предназначено не для широкого читателя, а для тех, кто серьезно интересуется историей Великой Отечественной.
Работа в целом организована неплохо: введение и заключение, приложения с разными таблицами, список использованной литературы и источников. Нет списка сокращений. Имеется две вклейки с ч/б иллюстрациями.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Анжела Валерьевна Долгова — молодой отечественный историк, к.и.н., замзав кафедрой истории и исторического архивоведения Московского государственного института культуры. После обучения в аспирантуре РГГУ она защитила там в 2016 г. диссертацию по теме «Дезертирство из Красной армии и борьба с ним в 1918-20 гг. как конфликт между властью и населением (на примере Пермской губернии)».
Данная монография и представляет собой текст той диссертации. В ней рассматриваются события с весны 1918 по конец 1920 г., т.е. с начала создания регулярной Красной армии на основе всеобщей мобилизации и наступления большевиков на деревню (выразившемся в насильственном изъятии продовольствия в рамках политики военного коммунизма).
О дезертирстве последнее время пишут довольно много. Ценность данного исследования заключается в том, что данная тема рассматривается на примере конкретного региона на протяжении достаточно длительного времени, т.е. общенациональная государственная политика показана через местный фильтр. В основе источниковой базы автора — местные и федеральные архивы.
Автор справедливо указывает на тот факт, что дезертирство как явление досталось большевикам в наследство от царского режима, принявшего особо широкий размах в последний год существования императорской армии. Большевики с самого начала использовали дезертирство и дезертиров как инструмент разрушения старой власти, в чем преуспели. Однако это скоро ударило и по ним самим. Объявив не только о выходе из мировой войны и роспуске постоянной армии, Ленин и его сподвижники призвали крестьянство делить помещечью землю. Крестьяне в солдатских шинелях — основной костяк вооруженных сил России — с утроенной силой устремились домой, бросая окопы. Как результат, столкнувшись с массовым сопротивлением новому режиму, советская власть оказалась в зависимости от нежелавших служить в армии крестьян, и начала политику по принудительному и репрессивному призыву деревни на фронт. Автор пишет, что в целом в Пермской губернии массового дезертирства не было, хотя она побывала и под белыми, и под красными.
Опасность дезертирства для большевиков заключалась в том, что эти уклонисты от воинской службы, предпочитавшие в основном пересидеть мобилизацию в лесах, самим фактом своего существования свидетельствовали о непрочности и временности советской власти, чего последняя допустить не могла. Дезертиры часто объединялись в крупные отряды, против которых бросали воинские подразделения с артиллерией и авиацией. Дезертиры нередко выступали опорой антибольшевистских выступлений, поэтому было создано специальное ведомство, занимавшееся проблемой дезертирства (Центркомдезертир). В конечном итоге, на этом особом «дезертирском» фронте противодействие между властью и народом закончилось вничью.
Работа А.В. Долговой состоит из пяти глав, оценивающих причины нежелания крестьян идти н воинскую службу, их пассивное и активное сопротивление советской власти в неразрывной связи с мерами противодействия со стороны учрежденных большевиками органов власти, формы и масштабы этого конфликта между властью и массами. В начале книги — небольшое введение с постановкой темы, анализом источников и историографии. Списка литературы и иллюстраций нет. Много таблиц. Много, на удивление, текстовых повторов. Это знак недостаточного редактирования текста книги, вышедшей в авторской редакции.
Однако содержательно труд А.В. Долговой оказался, на мой взгляд, не вполне на высоте поставленных в этом исследование задач. Материал оказался довольно описательным, анализа в нем не хватает. Нет или очень мало информации о деятельности дезертиров, их идеях, программах, вождях. Автор в духе советской традиции приравнивает дезертиров к бандитам, что было не так. При этом в данном издании содержится много интересного оригинального фактического материала, извлеченного из архивов.
Тираж 300 экз. Твердый переплет, плотная офсетная бумага.
На мой взгляд, эта любопытная работа не рассчитана ни на широкого читателя, будучи академическим трудом, ни на историков, которые могут не удовлетвориться его недостаточной аналитичностью. Поэтому, наверное, студентам-историкам будет полезно познакомиться с этим изданием, которое, конечно, затронутую в нем тему не раскрывает в полном объеме.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть