Молодое издательство «Акварель» радует родителей самых маленьких слушателей и читателей. Серии «Сказка и раскраска» и «Чарушинские зверята», например, дают представление малышам о нашей классике – в литературе и в иллюстрациях. А вот две книжки швейцарского писателя Бруно Хэхлера с иллюстрациями немецкой художницы Бирте Мюллер знакомят уже с самой что ни наесть современной литературой.
Это трогательные истории о плюшевом мишке и его хозяйке, которая наделяет своего игрушечного товарища добрыми и веселыми человеческими качествами. Она играет с мишкой и «в мишку», заставляя тем самым и читателя принять участие в их игре.
Мишка – одна из любимых персонифицированных игрушек нашего детства. Сколько про него сложено историй и написано стихов! Помню, когда у моего маленького сына появился такой мягкий и лохматый друг, он быстро стал самым главным участником мальчишеских игр, а главное – ему можно было поверять все свои детские тайны! Я тогда написал стихи, которые кончались словами: «В моего медведика уткнусь я головой. Он хотя и плюшевый, но зато – живой!»
Вот и этот медведик – и в тексте Хэхлера, и в иллюстрациях Мюллер – не только и не столько плюшевый, сколько вполне живой и обаятельный. Книжки рассчитаны на совсем маленьких читателей 2-3 лет, поэзия для этого возраста должна быть лаконичной, точной и простой. Поэтесса Наталья Хрущева, автор блестящих игровых стихов, пошла при переводе этих книжек иным путем: это очень незатейливые, легкие и теплые строфы, главная задача здесь – не играть в стихи, а соприкоснуться с миром поэзии, понять, что стихи, рисунки и игрушки – очень важна часть ближнего мира, и как же бывает замечательно, когда они гармонично дополняют друг друга!
На мой взгляд, это хорошее малышовой чтение, – и поздравим издательство с добрым почином! Скрыть

Замечательный, неподражаемый, незаменимый… Анатолий Равикович, завоевавший всеобщую любовь работами в Театре Ленсовета и, конечно же, ролью трогательного романтика Хоботова в фильме «Покровские ворота», оказался еще и отличным мемуаристом. Его книга не потеряется среди десятков, а то и сотен актерских мемуаров, благодаря обаятельной интонации автора, неизбежно вызывающей в памяти его сценические и кино-образы, а также полному отсутствию самолюбования, столь свойственного людям этой профессии. Оставаясь верным названию книги и своему амплуа, автор не пытается предстать в выигрышном свете – наоборот, он вовсе не боится показаться робким и смешным. Тем более ценными и подлинными видятся его смелые поступки, которые «негероическим героям» даются куда труднее, чем «героям героическим».
Казалось бы, целевая аудитория этой книги – театралы со стажем, видевшие актера в спектаклях «Люди и страсти», «Дульсинея Тобосская», «Малыш и Карлсон». В то же время, воспоминания Равиковича покажутся интересными и более широкому кругу читателей. Автор подробно, с горечью, теплотой и неизменным юмором рассказывает об истории своей семьи, перенесшей все тяготы двух войн и советской действительности, которую лишь с большой натяжкой можно назвать мирной. Очерки из жизни провинциальных театров с их своеобразным бытом (там приходилось до неузнаваемости меняться в каждой роли с помощью грима и париков, чтобы не наскучить зрителю в течение сезона – труппа небольшая, а спектаклей много), байки о гастролях и капустниках (номер «Сиамские близнецы» с участием Равиковича и Боярского) продолжают славные традиции русского театрального фельетона. Что и говорить, цепкой памяти, ощущению фактуры и, конечно же, остроумию этого актера могут позавидовать иные прозаики.
Как говаривал Король в «Золушке» Евгения Шварца (эта роль, пожалуй, тоже подошла бы Равиковичу) «Когда-нибудь спросят: а что ты можешь, так сказать, предъявить? И никакие связи не помогут тебе сделать ножку маленькой, душу – большой, а сердце – справедливым».
Актеру – и автору – Анатолию Равиковичу, несомненно, есть что предъявить. Скрыть

Эту книгу я безусловно порекомендовал бы всем любителям поэзии – что до знатоков собственно французской лирики (а среди наших читателей, я полагаю, таких немало), то они найдут здесь не столько новые имена, сколько оригинальные интерпретации французской классики, прежде всего – XIX века, и этот новый взгляд на, возможно, уже известные и любимые тексты, благодаря поэтическому таланту переводчика, становится явлением современной литературы.
Я познакомился с Мариной Миримской в середине девяностых годов, когда готовил к изданию том избранных произведений Поля Верлена – и впервые прочитал тогда ее переводы, ставшие с тех пор известными, благодаря переизданиям, но звучащие для меня по-прежнему все так же свежо и дивно:

Июньским днем в зеленом платье с рюшкой
Она вспорхнула в мир моих забот.
Так неожидан был ее приход,
Что не сумел я совладать с ловушкой.

Пришла, и вышла, и опять вошла
Заговорила весело и смело
И душу мне улыбкой отогрела.
Не так уж много видел я тепла <…>

Я бунтовал – какая польза в том?
Ты всемогуща, маленькая фея.
И вот теперь, волнуясь и робея,
Молю и снисхождении твоем.

Вместе с широко представленной лирикой Верлена, в книге даны тонко составленные подборки романтиков – Марселины Деборд-Вальмор и Виктора Гюго, Альфреда де Мюссе и Теофиля Готье, и тут же замечательные Нерваль с Бодлером, и ХХ век – Валери, Деснос, Превер, и два бельгийских гения – Карем и Брель…
Марина Миримская принадлежала к классической школе отечественного поэтического перевода, узаконившей не только предельно точное понимание оригинала, но и адекватную передачу всех его формальных особенностей – прежде всего, звука и ритма стиха. Звуком переполнена вся ее книга, и этот неравнодушный памятник, составленный и представленный переводчиком и историком перевода Евгением Витковским, дает нам возможность сочувствия и сострадания – двух главных составляющих лирической поэзии. Скрыть

Практически одновременно с детгизовской книгой В.Ходасевича «Вычитанные страны» вышла и эта его книга детских «мышиных» стихов.
Составитель книжки Максим Амелин «вычленил» из стихов Ходасевича настоящий мышиный праздник, а талантливый иллюстратор Кристина Зейтунян-Белоус (и не только художница, но и поэтесса, и превосходная переводчица русской поэзии на французский язык!) наполнила книгу целым мышиным театром.
В общем, юным и не очень юным читателям и любителям «мышиной темы» в литературе есть чем эстетически поживиться.
В подробном послесловии составитель совершенно справедливо указывает на двойственный, детско-взрослый характер собранных и представленных стихов В. Ходасевича, а приведенная цитата из письма поэта («Много я люблю только мышей. Люди меня раздражают») свидетельствует в пользу такого не совсем обычного отбора стихотворений. Впрочем, стихи говорят сами за себя:

Я знаю все людские тайны:
Всю боль страстей, сомнений, уз.
Но люди лживы и случайны, –
Я этим знаньем не горжусь.

И вдохновительней и выше –
Почуять ужас вечный тот,
Что подымает шерстку мыши
И сердце маленькое жжет.

Детская поэзия взрослеет. И выходящие в последнее время стихи «взрослых» поэтов, все чаще входящие в круг детского чтения, – тому свидетельство.

Михаил Яснов Скрыть

Имя Вольфа Эрлиха (1902-1937 ?) у многих на слуху: не столько благодаря его стихам, сколько той, по крайней мере, громкой, но неоднозначной роли, которую судьба определила ему сыграть в жизни и в смерти Сергея Есенина.
Расстрелянный в сталинских застенках и проживший, судя по всему, не больше 35 лет, этот «младший» имажинист был активным участником литературной жизни 20-х годов, успел выпустить с десяток поэтических книг (в том числе – три детских, с которых, собственно и началась его поэтическая судьба) и закрепить за собой вполне реальное место в многочисленных воспоминаниях современников.
Нынешнее собрание стихотворений Эрлиха (первое за последние более чем полвека) возвращает его имя «текстами» – на мой взгляд, тексты эти по сути больше напоминают литературный памятник, но знать их не вредно не только знатоку, но и рядовому любителю поэзии, хотя объем написанного Эрлихом весьма небольшой. Поэзия эта вторичная (вплоть до деталей: например, первая «взрослая» книга Эрлиха «Волчье солнце» 1928 г. отсылает к одноименному сборнику стихов Бенедикта Лившица, вышедшему в 1914 г.), ее интонации и реалии, скорее, фоновые, нежели оригинальные, но естественные и откровенные, чем и интересны.
Весьма любопытны стихотворения Эрлиха для детей, выходившие в двадцатых годах в знаменитом детском издательстве «Радуга», – причем, именно к таким стихам я бы причислил и цикл «Шарманщики», вошедший во «взрослый» сборник «Арсенал» (1931): в «Шарманщиках» ясно и трогательно сформулирована, может быть, основная и вполне подростковая мечта поэта – навсегда сбежать из окружающей его действительности. Неспроста его экзотические герои, попугай да обезьянка, то и дело повторяют припев своей ностальгической песенки:

На белом пароходике
С высокою трубой
Мы поплывем на родину,
На родину, домой!..

Михаил Яснов Скрыть