Не совсем я понимаю рекламщиков и сбытчиков издательства Эксмо. У Е. Кочнева – признанного специалиста по военной автотехнике – на протяжении последнего года вышло в серии «Война моторов» три книги, посвященные военным автомобилям гитеровской и антигитлеровской коалиций. Все три книги еще есть в наличии. Зачем выпускать новое издание, не проще ли допечатать еще пару тиражей? Понятно, что видя в продаже один толстый том, читатель может купить этот двухтомник, хотя по отдельности мог бы ограничиться и одним томом (но ведь может и не купить – цена за два тома не отличается за двойной том). Но тогда забейти все три тома под одну обложку, а то получается нелогично – про автомобили всех союзников Гитлера есть книга, а про наших союзников, сражавшихся с гитлеровским же автопромом, нет. В общем, решать читателю.
Теперь – о самой книге. В современной российской литературе, уделяющей особой внимание танкам и бронетехнике, пока ещё не было столь серьёзного фундаментального издания по отечественным и зарубежным военным автомобилям. Первый том – капитальная работа, посвящённая становлению советской военной автотехники. Эта книга - первая попытка обобщить и проанализировать сохранившиеся сведения и подробно рассказать о начальном, самом трудном, этапе становления отечественной оборонной промышленности и создания первых образцов военной автотехники в 1918-45 гг. Разработанные в 1920-е гг. отечественные автомобили, в большинстве являвшиеся копиями случайных и не всегда лучших иностранных аналогов, не отличались высокими техническими и эксплуатационными качествами, зато были недорогими и довольно прочными. Во времена, когда советской автомобильной промышленности фактически не существовало, с точки зрения тогдашних военных стратегов такая техника вполне годилась для использования в специфических условиях СССР, которые сводились к полному отсутствию хороших дорог, систем заправочных станций, техобслуживания и ремонта, квалифицированных кадров или просто обученных людей, способных управлять таким сложным агрегатом, как автомобиль. Создаваемые в СССР грузовики обладали высокой проходимостью, но лишь на грунтовых дорогах и в сухое время года. Толчок к работам над полноприводными автомобилями, не пользовавшимися популярностью у советского руководства, придала советско-финская война, когда все наши серийные колёсные и полугусеничные машины доказали свою неспособность к передвижению по глубокой грязи и снежной целине. Однако эти работы не дали к 41 г. существенных результатов. Увлёкшись разработками полугусеничных машин, устаревших уже в середине 30-х гг., к 41 г. советские конструкторы зашли в тупик, лишив РККА работоспособных машин повышенной и высокой проходимости. Лишь программа ленд-лиза позволила исправить эту ошибку – по разным данным, в СССР было поставлено в 2,1-3,2 раза машин больше, чем дал весь советский автопром, преимущественно американские джипы, лёгкие многоцелевые вездеходы, 1,5-тонные заднеприводные и полноприводные 2,5-тонные грузовики. На 1 мая 45 г. треть всего автопарка РККА состояло из импортных машин. Практически все наши послевоенные армейские грузовики и лёгкие вездеходы создавались путём копирования или прямого использования конструктивных решений, проверенных войной на ленд-лизовских машинах.
Второй том посвящён автотранспорту Германии, Италии, Японии, Австрии и других союзников Третьего рейха. Лидером здесь принято считать Германию. И это не случайно. К войне Германия готовилась буквально с первых дней после прихода Гитлера к власти и к концу 1930-х гг. достигла небывало высокого уровня в создании автомобильных средств военного назначения и принципиально новых типов колёсной бронетехники, на которых строилась новая доктрина будущих сражений. В ходе подготовки и во время Второй мировой войны впервые немецкое военное руководство сделало главную ставку на глубокую и крупномасштабную моторизацию своих вооружённых сил, что позволило вывести вермахт на уровень самых мощных и мобильных войск в мире, насыщенных сотнями тысяч автотранспортных и подвижных боевых средств. Именно в Германии в процессе подготовки войны появились самые совершенные, эффективные и перспективные колёсные и полугусеничные транспортные и боевые машины, с которыми так и не смогли сравниться в будущем противники Третьего рейха в Европе и даже в далёкой Америке. Лишь к середине войны СССР и союзные силы, перевооружившиеся собственными видами новой техники, смогли переломить военную мощь нацистской Германии, превратив Вторую мировую в настоящую «войну моторов».
Не стояли на месте и союзницы Германии. Накануне войны у них впервые появились принципиально новые категории и виды военной автотехники, которых к тому времени в противоборствующих странах вообще не существовало. К ним относились прежде всего особые виды лёгких штабных машин, плавающие автомобили и перспективные полноприводные джипы, впервые созданные в Германии, Японии, Франции, и на несколько лет опередившие знаменитые американские «Виллисы». На военных машинах были впервые внедрены новые виды многоступенчатых трансмиссий, карданных валов и специальных шин для передвижения по пересечённой местности, песку или снегу, комбинированный колёсно-ж/д ход для движения по обычным дорогам или по рельсам, а также пуленепробиваемые шины со специальными дисковыми вставками или с особыми составами, затягивающими отверстия.
Распределение материала второго тома: Германия — 210 стр., Италия — 65 стр., Япония — 30 стр., Австрия — 50 стр., Чехословакия — 50 стр., Франция — 85 стр., все остальные — 40 стр.
Книга написана простым и доступным языком, хотя и перенасыщена соответствующей терминологией. В ней представлено МНОЖЕСТВО ИЛЛЮСТРАЦИЙ ХОРОШЕГО КАЧЕСТВА, значительно облегчающих знакомство с предлагаемым материалом. Как недостаток отмечу отсутствие заключения ко второму тому (введение есть). Книгу можно читать подряд или выборочно. Результатом стала превосходная энциклопедия, которую я рекомендую всем интересующимся историей Второй мировой войны и автомобилестроения. Скрыть

Данная книга - полноценная научная работа: с примечаниями, списком источников и литературы, использованных в тексте сокращений. Однако во вводной статье нет ни анализа источников, ни обзора историографии, что пригодилось бы и показало бы место данного исследования в числе остальных.
Первая часть (около 75 стр.) посвящена возникновению и идейным основам русской эмиграции в 21-39 гг., прослежены их связи с фашистами – в Испании и Германии. Собственно эмигрантам в годы Второй мировой войны уделена только вторая часть издания (объемом в 75 стр.), она же вышла самой интересной. Последняя глава (те же 75 стр.)рассказывает о власовском движении – здесь есть любопытные материалы, но по этой теме уже все-таки имеется довольно большой комплекс исследований. Здесь меня больше всего привлек аспект взаимоотношений между Власовым и белоэмигрантами. Любви здесь никакой не было, хотя именно последние предсказывали появление некоего «комкора Сидорчука», который пойдет против советской власти и возглавит военное восстание. Однако подчиняться краскомам бывшие царские офицеры не желали, а Власов ставил условием сотрудничества признание последними Октябрьской революции.
Автор показывает, что белоэмигранты охотно шли на сотрудничество с нацистами, но воевать были готовы только с Красной армией, т.е. на Восточном, а не на Западном фронте. А Гитлер запрещал эмигрантам даже на оккупированной территории СССР без разрешения находиться. Были, правда, и те, кто участвовал в антифашистском движении, но таких было меньшинство.
Есть небольшая вклейка с ч/б фото.
Рекомендую эту любопытную и добротную работу всем интересующимся историей нашей страны, но в сочетании с другими работами. Скрыть

Александр Дюков – историк и публицист достаточно известный, хотя известность его разносторонняя. Его предыдущие книги вызвали у меня спорные чувства, прежде всего с точки историчности изложения материала. Данная работа оказалась на удивление качественной – обстоятельной, объективной, выстроенной на фактах, а не гипотезах, оригинальной и убедительной.
О чем эта работа? Партизанские отряды и диверсионные группы стали возникать уже в первые недели войны, когда в советском обществ были живы надежды на быструю победу; они появлялись в страшные месяцы лета и осени 1941 г., когда, казалось, ничто не могло сопротивляться мощи покорившего Европу вермахта; они образовывались и дальше, до тех пор, пока враг был не изгнан с родной земли. Размах деятельности партизан был таков, что впоследствии партизанство стало восприниматься на Западе как один из элементов специфического советского стиля ведения войны.
Ликвидировать партизанскую опасность немцам так и не удалось; советские партотряды непрерывно росли и множились (хотя их было все же много меньше, чем стали рассказывать потом), нападали на вражеские гарнизоны, проводили дерзкие рейды, взрывали идущие к фронту эшелоны.
За прошедшие после окончания Великой Отечественной войны десятилетия деятельность советских партизан исследовали более чем подробно. О них опубликованы десятки монографий и сотни статей, как на русском, так и на иностранных языках. Сложность изучения этой проблемы даже на родине партизан была затруднена тем, что основная масса документов органов руководства партдвижением была засекречена вплоть до 1991 г.
Однако вопрос о том, кто же стоял во главе партизанского движения, какие органы и лица управляли этим, казалось бы, стихийным, народным процессом, по сегодняшний день остается без ясного ответа. Он интересовал и спецслужбы Третьего рейха, и спецслужбы НАТО, видевших в различных национальных партизанских движениях по всему послевоенному миру последователей и преемников советских народных мстителей, он интересует и наших историков. Сложность нахождения четкого объяснения во многом заключается в чрезвычайной изменчивости и дробности системы управления советскими партизанами. В организации и управлении партдвижением принимали участие и партийные структуры, и органы НКВД-НКГБ, и военная разведка, и армейские политотделы, и особые отделы фронтов и армий. Различные специальные органы, ответственные за партизан, то возникали, то исчезали, то трансформировались до неузнаваемости.
Хронологические рамки данной книги охватывают период с лета 1941 г. до первых месяцев 1943 г., когда организационное оформление специальных управленческих структур по руководству партдвижением было окончательно закреплено.
Автор показал то, что ранее старательно затушевывалось как участниками тех событий, так и историками – во-первых, отсутствие ясного представления на самых верхах советского руководства о том, каким должно быть партизанское движение, наличие полярных точек зрения на этот инструмент борьбы с фашистами, и как результат этих разногласий, во-вторых, яростное соперничество и борьбу за власть между ведомствами и лицами, претендовавшими на руководство партизанами.
Исследование вышло добротным – с кратким анализом историографии и источников, хорошо представленной источниковой базой, логичным и последовательным изложением материала. Я бы уточнил название книги (не знаю, кто его дал – сам автор или же издательство): точнее было сказать не кто, а какие организации/ведомства руководили партдвижением. Уточнения требует и структура, и авторство данного издания. Помимо титульного исследования Дюкова, в приложении к книге публикуется его же статья «Работа по линии «Д», посвященная подготовке партизанской войны в СССР в межвоенный период (её можно считать своего рода введением), вышедшая впервые в 2004 г. как послесловие к книге И.Г. Старинова, и работа И.Г. Старинова «Вопросы подготовки кадров к ведению партизанской войны». Фактически перу Дюкова принадлежат стр.3-213, перу Старинова – стр.214-302, т.е. почти треть книги. Наверное, это стоило бы как-то отразить в аннотации.
Приятной особенностью данного издания стало почти полное отсутствие опечаток; газетная же бумага и традиционный набор ч/б фото – что было, то и поставили на вкладку – так что в иллюстративный ряд не попали не только многие персонажи книги, но даже и авторы (фото Старинова, напр., отсутствует), увы, не удивили.
На мой взгляд, рассматриваемое издание стало отличным дополнением к вышедшим за последние два десятка лет исследованиям о феномене советского партизанства, которое я всячески рекомендую всем интересующимся историей Великой Отечественной. Скрыть

Вот как легко и просто опускают книжки: «Прочитал рецензию и передумал покупать». Потом еще «подумал» и вот итог: «В топку». И всё это, не открывая книгу (понятно, она большая - 700 с лишним стр., всё верно). А ведь давно было сказано, что иногда просто лучше помолчать, чтобы сойти за умного (а еще использовать автоматическую проверку правописания, чтобы не было такого количества ошибок). Потому что, открыв рот, легко доказать, что ты, увы, не такой. Александр, Турция не была участником Оси. Турция в годы Второй мировой войны занимала позицию НЕЙТРАЛИТЕТА, а в конце войны присоединилась к АНТИГИТЛЕРОВСКОЙ КОАЛИЦИИ. Вы Турцию перепутали с Италией… Что касается «турецких танков», то ВСЕ танки Турции времен Второй мировой были из Англии, Германии, СССР и США (куплены или получены в подарок). Своей танковой промышленности в Турции, Александр, не было и нет.
Но зачем всё это знать? Ведь пепел сожженного «Доктора Живаго» стучит в сердце «Не читал, но осуждаю!». Кстати, интересно, кто эти шесть человек, поддержавшие сию «рецензию»? Такие же знатоки истории и географии?!.
А я вот прочитал это обстоятельное исследование и остался очень доволен им. Ее автор, Никита Николаевич Мельников, к.и.н. (2005 г., тема ««Танковое производство Урала: история становления и развития. 1940–1945 гг.»), старший научный сотрудник Центра политической и социокультурной истории Института истории и археологии Уральского отделения РАН. В 2017 г. в Екатеринбурге вышла его монография «Модернизация танковой промышленности СССР в условиях Великой Отечественной войны». Рассматривемая работа является ее расширенным и дополненным вариантом.
Это вполне академическая работа, основанная на тщательном изучении многочисленных материалов по данной теме, прежде всего архивных. Во введении автор пишет, что закрытость архивов, посвященных Великой Отечественной войне, привела к формированию устойчивых мифов, обслуживавших тогдашние идеологические догмы, в частности, касавшихся успехов сталинской индустриализации и завышения ее значимости для итогов войны, а также деятельности советской промышленности в годы войны.
Автор исходит из посыла, что для танкостроения военного времени характерны существенные изменения, связанные с переходом от мелкосерийного производства к крупносерийному выпуску танков и САУ. Центром этих преобразований становится Урал, принявший основную часть эвакуированных предприятий с запада страны. Соответственно, географически именно уральский регион становится объектом рассмотрения, а хронологически — период с 1939 по 1945 г. (отчасти с конца 1920-х гг.).
До начала 30-х гг. в СССР не было своей производственной базы, пригодной для серийного выпуска бронетехники. Танки разрабатывались и создавались на заводах Ленинграда, Сталинграда, Харькова. Однако все они делали фактически одну модель танка, да и ту с иностранного образца. Производство (точнее, его отсутствие) брони, моторов, шарикоподшипников и проч. не позволяло делать танки массово. Не было и своей полноценной конструкторской базы, хотя заказ со стороны государства имелся. Неудачи по созданию современного танка списали на вредителей, а выходом из положения стала закупка танков за рубежом и копирование их (Т-26 и БТ). Однако и эти планы вооружения Красной армии были сорваны по объективным причинам (см. выше) и опять в ход пошли репрессии. К 22.06.41 производство всех танков на всех заводах СССР было сорвано. В лучшем случае было сделана половина от намеченного объема. По ряду ТТХ новейшие советские танки были передовыми боевыми машинами, но все они были «сырыми», страдали от множества пороков и требовали серьезной доработки, а технология их производства еще не была отработана. Это и определило развитие отечественного танкопрома в годы войны.
Собственно довоенное производство занимает в книге первые 100 стр., остальное посвящено военным годам. И здесь автор очень значительно расширяет тематику своей работы, значительное место уделяя оценке полезных ископаемых и их добыче на Урале в годы Великой Отечественной. Кроме этого, разбираются многие сложные технические вопросы (производство двигателей, брони, состояние и оборудование заводов и т.п.).
Автор оспаривает факт успешной (продуманной и плановой) эвакуации советской промышленности, включая танковую, на восток, утверждая, что процесс занял гораздо больше времени, носил отчасти хаотичный порядок и не привел к системному перемещению кадров и производства. Кроме того, за Уралом практически всего не хватало: рабочих рук, топлива, сырья, промышленных площадей, жилья. Но при этом правительство задало нереальные цифры производства танков, а заводы, действовавшие в условиях тотального дефицита и командной экономики, вышли из положения за счет снижения качества продукции. Государство тоже снизило требования к танкам, добиваясь количественного роста производства, но проблемы нарастали: к лету 42 г. почти 100% бронелистов всех танков выпускались с трещинами, т.е. были браком, а армия получала недостаточно эффективную технику (но делали ее БОЛЬШЕ, чем противник и союзники). С эвакуацией в середине 42 г. Сталинградского тракторного завода качество танков еще больше упало. Отчасти вопрос решался при помощи изобретений советских инженеров и конструкторов (хотя освоить новые модели, подготовленные с учетом недостатков — Т-43 вместо Т-34 — не решились, боясь потерять темп, создав лишь тяжелый танк ИС). К концу 43 г. отладка советской танковой промышленности была в целом завершена.
Из данной книги складывается другая картина происходившего в советском тылу, что делает данное исследование ценным дополнением к ранее выпущенным работам.
В конце книги есть приложение со схемами, таблицами и иллюстрациями из архивов, а также списки сокращений, литературы и источников. Оформление среднее: твердый переплет, газетная бумага. Тираж 800 экз.
Очень рекомендую это комплексное и детальное, хотя сложное в восприятии издание всем интересующимся историей Великой Отечественной войны.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Автор это любопытной и содержательной книги (как и многих других) — Александр Федорович Прасол (1952-), ученый-японист из Владивостока, д.и.н. (2005), проживший в Японии последние 20 с лишним лет и посвятивший более 40 лет изучению ее культуры и языка. Профессор Ниигатского университета международной культуры и информации.
Рассматриваемая работа посвящена одному из самых бурных периодов истории Японии — 14 в. Тогда долгое время шла борьба между сторонниками сильной монархической власти (император и его двор) и провинциальными самураями (сторонники сегуната). Шла-шла, да так ничем определенным и не кончилась. По-моему. Возможно, я что-то в этой замечательной работе не до конца понял. И не мудрено! Потому что состоит она из сумасшедшего количества японских имен (не самых простых в мире), чехарды правителей и сановников, беспрестанно мельтешащих по страницам этой обстоятельной книги ( и Японии). Мятежи, заговоры и их подавление, грабеж мирного населения, банальные интриги, короче, бесконечная гражданская война. В общем, как наша Смута, только без военной интервенции, но почти целый век. Как писал китайский поэт, "В канаве люди пожирают трупы, Ребенка мать бросает на дорогу, Прохожие глаза отводят тупо, Они помочь уже ничем не могут. В сплошной войне идут десятилетья..."
Сыновья сражаются с отцами, братья друг с другом. Побеждают то одни, то другие. Победили первые – поотрубали вторым головы, забрали их как трофеи. Победили вторые, первые делают себе массовое харакири. Особенно 1333 г. был этим славен: императорская власть проигрывает сражение, больше 400 ее сторонников кончают с собой; через месяц 870 собравшихся в осажденном храме совершают самоубийство; наконец, 340 человек по-самурайски уходят из жизни на дальнем острове Кюсю. Если бы так вели себя английские и французские рыцари во время Столетней войны, имевшей место приблизительно тогда же, война до Столетней никак бы не дотянула.
Другие рецензенты жаловались, что в тексте А. Ф. Прасола нет ничего, кроме политической истории. Это так – ни культуры, ни социально-экономических отношений, ни внешней политики. Последняя, вру, представлена – очень забавными попытками наладить контакты между Японией и Китаем. В последнем любые посольства из Японии воспринимали как данников, желающих оформить вассальные отношения, и реагировавшими соответственно…
Это очень информационно плотный текст, который хоть и написан вполне популярно, но требующий сосредоточенного чтения.
Оформлено данное издание хорошо: твердый переплет, плотная офсетная бумага, много иллюстраций (правда, часто не очень хорошего качества), карт и схем. Есть список литературы, хронологическая таблица. В общем, для пытливого ума найдется много японской пищи. Рекомендую.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть