Генерал А.И. Лизюков погиб в конце июля 1942 г., но до сих пор точно не известно, что с ним произошло после его гибели, а место его захоронения остается неизвестным. Вокруг исчезновения командира 2-го танкового корпуса (а до этого – 5-й танковой армии) ходило столько легенд и слухов, что во время войны они негативно сказались на отношении к Лизюкову (не забудем, что приблизительно в то же время пропал, а потом всплыл у немцев ген. Власов, у которого незадолго до этого, в пору командования им 20-а армией, Лизюков был заместителем), а после войны долгое время затрудняли объективный анализ и исследование тех или иных малоизвестных моментов его судьбы.
Мифы продолжают слагаться и сегодня, так что точку ставить рано.
Автор данного исследования – Игорь Юрьевич Сдвижников, историк из Липецка, написал две книги о последнем фронтовом периоде жизни ген.Лизюкова и его гибели. Первая книга посвящена операции 5-й ТА, командующим которой Лизюков был до своего смещения на должность командира 2-го ТК. Она освящает период с 3 по 18 июля 1942 г. и должна была стать важным звеном в понимании произошедших с Лизюковым последующих событий. Книга о гибели и поисках генерала планировалась как ее продолжение. Но по независящим от автора причинам вторая книга вышла первой, и именно ее я и буду рассматривать.
Особенность данной работы состоит в том, что наряду с описанием событий 70-летней давности значительная часть книги посвящена событиям современным, а именно развернувшейся дискуссии по поводу якобы обнаруженных в 2008 г. останков ген. Лизюкова. В первой части (объемом в 160 стр.) рассматривается начало операции опергруппы генерала-лейтенанта Чибисова на Брянском фронте. Во второй части (объемом в 240 стр.) речь идет главным образом о том, как авторы «сенсации» пытались доказать «подлинность» найденного ими в Лебяжьем захоронении «легендарного командарма» и как проходила полемика по этому вопросу. Тем не менее и во второй части читателя ждет постоянное обращение к событиям 1942 г., без чего обсуждение вопроса о том, где был похоронен Герой Советского Союза ген.Лизюков, невозможно. Следует также отметить, что изложение материала идет в соответствии с тем, как развивалась дискуссия, т.е. от более ранних публикаций к более поздним.
Тема книги и ограничения по ее объему, выдвинутые издательством, не позволили автору подробно остановиться на ходе боев после гибели ген.Лизюкова, поэтому завершение операции опергруппы ген.Чибисова в ней не рассматривается.
Книга выстроена довольно сложным образом – с одной стороны, это полноценная научная работа, с предисловием, послесловием, а самое главное – основанная на детальном изучении архивных и иных материалов. На протяжении 160 стр. автор, опираясь на советские и немецкие архивы, воспоминания и исторические исследования, разбирает события 21-22 июля. Благодаря этому, буквально с лупой, рассмотрению тех давних дней становится понятным, как принимались и воплощались в жизнь те или иные решения. Увы, лето 42 г. показало, что, как минимум на Брянском фронте, которым командовал один из лучших тогдашних полководцев К.Рокоссовский, воевать у нас толком не умели, непродуманно и без оглядки на врага вели себя командиры на всех уровнях. Отсюда и масштаб безвозвратных потерь – семь наших на одного немецкого…
Работа выполнена на должном научном уровне – автор рассматривает ВСЕ версии, даже самые фантастические, чтобы исключить все возможности, анализирует и сопоставляет ВСЕ документы и иные источники, постоянно оговариваясь, что тот или иной вариант – это только версия, имеющая определенные плюсы и минусы. В книге имеется некоторое количество иллюстраций – фотографий, карт и схем (последних немного, но и временной промежуток, рассматриваемый автором, невелик). При этом карты даны как наши, так и немецкие. Работа ярко и эмоционально написана, читается легко и понятно. Мало опечаток! На мой взгляд, это отличная работа по истории Великой Отечественной, которую я рекомендую всем интересующимся этим периодом нашей истории. Жду продолжения от Игоря Сдвижкова и желаю ему успехов в публикации его книг!
Вторая часть, возможно, представляет меньший интерес, хотя по-своему и она хороша, представляя собой пример качественной исторической публицистики, где гораздо больше риторики и (увы) повторений. Основная масса напечатанных здесь материалов была уже опубликована раньше, в 2006-09 гг., как в центральных и местных СМИ, так и в Интернете. Здесь тоже имеется своя интрига, хотя относится она уже к нашим дням и показывает, как делаются разного рода дела на событиях Великой Отечественной, дела не всегда полностью благородные и пристойные. Читать эту часть кому-то будет скучно, но я и её изучил с большим вниманием.
Так что данное издание представляет интерес в силу многоплановости заключенной в нем информации и, безусловно, найдет своего читателя и поклонника. Скрыть

У этой книги хорошая судьба. Вышедшая впервые в 2003 г. под названием «Штрафной удар», она не только была практически сразу же переиздана, но и переведена на английский и выпущена в Лондоне. В 2009 г. Эксмо переиздало эту работу под новым названием «Главная книга о штрафбатах»; тогда же она вышла в Минске. Все это время автор, генерал-майор в отставке А.В. Пыльцин, продолжал работать над главной книгой своей жизни, внося в нее дополнения и уточнения. Настоящее издание обогащено, по его словам, дополнительными данными, а не является банальной перепечаткой, чему нельзя не порадоваться.
А.В. Пыльцин (1923-) имеет, наверное, до какой-то степени стандартную для его поколения биографию. С началом войны его, выпускника одной из школ Дальнего Востока, призвали в армию, а потом отправили в пехотное училище, после окончания которого он попал не на фронт, а опять на Дальний Восток. После многократных заявлений отправить его на фронт он, не имея никакого боевого опыта (но хорошую подготовку в разведчастях), попал командиром взвода в 8-й отдельный штрафной батальон Белорусского фронт, в составе которого он провел последние полтора года войны, был неоднократно ранен, дослужился до комроты, получил несколько орденов и медалей, а также звание майора.
После окончания Великой Отечественной он был оставлен в армии, окончил военно-транспортную академию, служил сначала в ВДВ под командованием знаменитого Маргелова, а потом в автослужбе различных военных округов, закончив многолетнюю воинскую карьеру на административных должностях в военных училищах.
Книгу свою он стал писать как ответ на появившиеся еще в 1990-е гг. разнообразные материалы (книги и фильмы) о штрафниках, полемике с которыми посвящена значительная часть его книги. Несколько глав (с 6 по 9) целиком отданы разоблачению различных мифов о штрафниках, и читать их сегодня не очень интересно. Если эту публицистику убрать, то книга похудеет страниц на 50, а то и больше.
Однако главное в этом во всех отношениях добросовестном труде – это история одного воинского формирования – 8-го ОШБ – и одного человека, убежденного, что ему чрезвычайно повезло, что он оказался одним из офицеров этой «школы баянистов», как называли ее на фронте. А.В. Пыльцин сделал то, что оказалось не под силу официальным историкам – рассказал о боевом пути этого штрафбата и людях, которые прошли через него. Он работал с архивами, записывал воспоминания своих сослуживцев, которым, мертвым и живым, его книга стала настоящим памятником. За что ему честь и хвала от всех – ветераном, их детей и внуков.
Автор не профессиональный писатель, но написаны его воспоминания интересно, хорошим литературным языком. Есть, правда, несколько повторений (с.231-33 и 482-84), а приведенные в приложении документы достаточно подробно цитировались уже в основном тексте книги, но это все искупает искренность и опора на многочисленные документы, подкрепляющие его изложение.
Безусловным минусом – и это вина издательства – стало полное отсутствие фотографий и карт. Даже на фотографию автора не расщедрились…
Я с удовольствием прочитал эту честную и откровенную книгу, которую рекомендую всем интересующимся историей Великой Отечественной. Скрыть

Данная книга стала одним из приятных – и неожиданных – сюрпризов этого года. Содержание издания очень хорошо (что далеко не всегда случается) представлено в обстоятельной аннотации, поэтому я не ждал ничего необычного, но сюрприз раскрылся лишь при чтении.
История массового («Большого») террора как политического явления изучена, в том числе и авторами рассматриваемой книги, достаточно хорошо (см. прежде всего работу М. Юнге, Р. Биннера и Г. Бордюгова «Вертикаль большого террора. Истории операции по приказу НКВД №00447» 2008 г.). Специфика же непосредственной реализации этого приказа, в рамках которого с лета 1937 по осень 1938 г. 390 тыс. человек было расстреляно, а 380 тыс. чел. отправлено в лагеря на медленную смерть, остаётся пока еще не до конца раскрытой.
В 2000-е гг. вышло несколько интересных работ, обстоятельно исследовавших проведение террора в одном из районов Московской области, на Украине и Алтае, в Новосибирской области. Продолжением данного изучения должен был стать масштабный проект, проведенный при финансировании Фонда Фольксвагена и при содействии правительства Грузии. В течение пяти лет велось детальное изучение грузинских архивов, результатом чего должен был стать двухтомник, включавший аналитические материалы немецких и грузинских ученых, а также подборку оригинальных документов.
Исследователи, работавшие при поддержке архива МВД Грузии, столкнулись со значительной проблемой, отсутствовавшей в других регионах: бОльшая часть документов 1937-38 гг. была уничтожена во время гражданской войны в Грузии 1991 г., когда полностью были сожжены вместе со всеми своими архивами здания КГБ и МВД в Тбилиси. Сохранившиеся материалы тех лет неполны и требовали тщательного изучения и сопоставления, что и заняло основное время.
Будущее издание виделось следующим образом: первый том состоит из двух частей, «Статистика» (количественные и качественные параметры репрессий в рамках Большого террора в Грузии – сколько жертв (а также их социальное происхождение и социальный статус, уровень образования и проч.) было осуждено в рамках каждой из трех операций и насколько высока была мера наказания; при этом все данные по Грузии сравниваются с аналогичными по другим районам СССР). Во второй части («Специфика») основное внимание будет уделено характерным особенностям осуществления массовых операций НКВД в Грузии.
Как результат, удалось выявить и обработать данные на 25 с лишним тысяч репрессированных. В ходе изучения архивов ученые обратили внимание, что Москва (т.е. правительство СССР и Политбюро ВКП (б)) отдало (хоть и временно) много власти в операциях местным чекистам и совпартэлите. Это позволило последним решать не только общие задачи в ходе общесоюзных репрессий, но и эффективно реализовывать свои частные интересы. Рассматривая, какие слои грузинского общества особенно пострадали, авторы задумались над причинами террора в ходе т.н. операции по «национальным линиям», осуществлявшимся в отношении иностранцев, проживавших в СССР, а также представителей национальных меньшинств. Они установили, что немцев и абхазцев репрессировали в Грузии гораздо больше, чем этнических грузин, а осетин гораздо меньше. По мнению немецких историков Б. Бонвеча и М. Юнге, это было следствием желания центральной власти Грузии под руководством Берии уничтожить всех своих политических и социальных конкурентов, а также «дисциплинировать» все национальные меньшинства в Грузии.
На протяжении ряда лет работа над проектом шла хорошо, пока на последнем этапе в дело не вмешались грузинские власти, посчитавшие, что исследование пошло не в ту сторону и передавшие текст (без ведома и согласия авторов) на экспертизу местным историкам и политологам.
И тут разразился ад: последние практически единогласно обвинили немецких историков не просто в полном незнании истории Грузии, но сознательном ее игнорировании, копировании идей царских и советских деятелей, фальсификации данных, разжигании национальной розни, работе на раскол грузинского общества по заданию Кремля. Некоторые грузинские ученые призывали передать рукопись в компетентные органы, чтобы те сделали соответствующие выводы. Грузинские кураторы и участники проекты откровенно струсили и потребовали от немцев переделки текста раздела «Этнос и террор», вызвавшие основные претензии, стали настаивать на пересмотре архивных данных. Немцы пошли отчасти навстречу, но в целом настаивали на чистоте своего исследования. Как результат, на немецком и русском языках вышел двухтомник, где в первом томе был приведен не подвергшийся цензуре текст плюс стенограмма дискуссий вокруг главы «Этнос и террор», а в издании на грузинском языке эти разделы были полностью исключены. Вот такая история об обществе, которое оказалось не готово вести откровенный разговор о своем прошлом, и просто заткнуло рот (в духе лучших советских традиций) инакомыслящим.
Что можно сказать о прочитанной книге? Это чисто академическое издание, насыщенное огромным количеством статистики. Детальные подсчеты авторов по сопоставлению репрессий среди разных слоев и народов Грузии (фактически весь второй раздел) читать было мало интересно (см. сканы стр. 324-25). Но вот дискуссия об этом разделе была просто увлекательной. Это прекрасный образец обсуждения представителей двух позиций: примитивно-упертый и агрессивно-хамский со стороны грузинских товарищей и вежливо-остроумный со стороны немцев (см. сканы стр. 458-61).
Отмечу отличное исполнение (твердый переплет, офсетная бумага), но многовато опечаток. Иллюстрации есть только в во втором томе.
Данный труд, представляющий качественный продукт преимущественно западной исторической науки, раскрывает много новых и интересных страниц истории одного из самых сложных (в том числе для восприятия и нынешними гражданами) периодов нашей страны. Весьма рекомендую, но не широкому читателю, которого вся эта цифирь, скорее всего, оттолкнет.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Издательство «Кучково поле» вместе с Госархивом РФ продолжает издавать неизвестные доселе рукописи, посвященные событиям конца 19 – началу 20 в.
Рассматриваемая книга необычна, прежде всего, полным отсутствием информации об ее авторе. Точнее, отсутствием этой информации в рукописи, проделавшей долгий путь: будучи созданной в самом начале 1920-х гг., она попала в Русский заграничный исторический архив в Праге, откуда после Второй мировой войны была передана в советские архивы, где все это время и лежала, неизвестная исследователям и невостребованная.
Ее автор не стал раскрывать свое имя, обозначив себя как «инженер Реджи». Ни о его происхождении (скорее всего, итальянском или британском), ни о должности (занимал какое-то средней руки место в тылу в организациях, занятых транспортным снабжением и сообщением), ни даже полном имени в воспоминаниях нигде не говорится.
Реджи был одним из многих россиян, попавших в водоворот революции и Гражданской войны, а потом и эмиграции. В отличие от многих других своих современников, в этом водовороте он не растворился без остатка, сумев оставить — пусть и практически бестелесную, — но память в виде записок о виденном.
Эти записки добавляют интересную информацию и позволяют увидеть одну из малоизвестных страниц Гражданской войны глазами человека хоть и пристрастного, но знающего.
В целом нельзя сказать, что история борьбы с большевиками на северо-западе России осталась незамеченной историками. Конечно, Белое движение под предводительством Корнилова, Колчака, Деникина и Врангеля освещено несоизмеримо больше (и заслуженно), но борьба против Советской власти в 1918-1920 гг. на территории Прибалтики, Финляндии, Ингерманландии и Псковщины заслуживает внимания, а в чем-то (особенно переплетеним различных интересов — тут и союзники, и немцы, и прибалты, и мечущиеся между ними добровольцы, и, конечно, большевики) даже перекрывающее события на востоке и юге страны.
Сравнительно успешная эвакуация Северо-Западной армии в конце 1919 г., недолгий (для большинства) путь в Европу способствовал появлению и сохранению большего количества свидетельств участников боев, чиновников и простых обывателей.
Одним из самых первых таких свидетельств, в сжатой, но довольно полной форме описывающей происходившее с октября 1918 по сентябрь 1920 г., стала книга Реджи
Правда, сколь-либо подробного описания и/или анализа военных действий в его труде нет.
Главной темой его воспоминаний, не вполне хронологически выдержанных, стала оценка причин поражения белых. Реджи старается быть объективным, и в определенной степени у него это получается. Он видит слабость белых формирований в отсутствии должной организованности, разобщенности и интригах командующих отдельными частями, неготовности/нежелания на деле помогать белым со стороны союзников, постоянным противодействием прибалтийских властей и проч. Конечно, Реджи имеет своих любимцев и злодеев среди главных персонажей Северо-Западной армии, но в целом самообманом он не занимался. Автор дал несколько ярких портретов (Булак-Балахович, Бермондт-Авалов), наверное, не вполне объективных, но любопытных.
Собственно сами воспоминания занимают около 210 стр. Последние 65 стр. — это публицистика о революции в России, итогах Первой мировой войны и будущем Европы. Здесь автор не так оригинален и даже не очень интересен. Читать стоит первые две трети общего текста.
Издание подготовлено Л.В. Ланником, которому принадлежит небольшое введение на 10 стр., а также обстоятельные комментарии на 50 стр. Кроме этого, имеется аннотированный именной указатель на 40 стр.
Иллюстраций нет вообще (это, наверное, ничего), нет и карты, а вот это гораздо хуже для книге о войне.
Принципиальным недостатком, на мой взгляд, является то, что читать эту работу надо всё же немного познакомившись с историей взаимоотношений большевиков, прибалтов, немцев, союзников, русских эмигрантов в 1917-20 гг. Это, наверное, мог бы сделать Ланник в своем предисловии, но не сделал. Поэтому рекомендовать данное издание могу лишь подготовленному читателю, желающему побольше узнать об истории Гражданской войны на северо-западе бывшей Российской империи.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Издательский дом «РВИО» выпустил уже третью книгу из серии, посвященной нацистским лагерям смерти. В 2019 и 2020 гг. вышли сборники исследований и документов о Собиборе и Майданеке. Принцип отбора материалов во всех сборниках заключался в подготовке ранее не публиковавшихся на русском языке или вообще не издававшихся документов и воспоминаний, предварявшихся рядом исследовательских статей, облегчавших понимание этих источников.
В отличие от других лагерей уничтожения, Треблинка, попавшая на страницы советской печати еще в 1944 г., внимания отечественных историков почти не привлекла, а хранившиеся в российских архивах многочисленные документы о ней были малоизвестны.
Рассматриваемый сборник состоит из трех частей. В первом (объемом в 140 стр.) объединены исследовательские материалы отечественных и израильского ученых, рассказывающие об истории Треблинки, восприятии ее противниками Холокоста, а также охранявших ее вахманах-«травниковцев». Во второй раздел (объемом в 285 стр.) включены воспоминания двух узников Треблинки, оставшихся в живых и рассказавших о своем пребывании там. Последний раздел (объемом в 245 стр.) включает комплекс документов, созданных летом – осенью 44 г. советскими следственными органами, работавшими в Треблинке и ее окрестностях. Это почти полностью ранее неопубликованные архивные материалы содержат показания 36 свидетелей нацистских преступлений.
Возникший рядом с рабочим лагерем Треблинка, где были задействованы преимущественно поляки, Треблинка-2 стал одним ключевых мест уничтожения евреев в 1942 г., после принятия Гитлером решения об истреблении евреев Европы. В общей сложности здесь погибло около 800 тыс. чел.
Освобожденные летом 44 г. Майданек и Треблинка стали частью международных усилий СССР по созданию союза с Польшей, а также усилению участия США в действиях в Европе. Поляки, как жертвы нацистов, английские и американские евреи, вывезенные немцами после Варшавского восстания в Треблинку и уничтоженные там, несмотря на свое гражданство — всё это работало на внешнеполитическую повестку борьбы всех народов и государств мира против нацизма. Однако почему-то проект по превращению Треблинки в точку общеевропейской трагедии не получил дальнейшего развития, а собранные под него документы осели на долгие десятилетия в архивах без малейшего движения.
Ценным – для понимания атмосферы (в прямом и переносном смысле того времени) – является неоднократно звучащее из уст местных жителей тот факт, что поляки из окрестных поселений прекрасно знали, что делалось в лагере – и многие кормились на этом. В массе своей поляки показаны антисемитами – в лучшем случае пассивными, а частенько – и весьма деятельными. Интересно также и то, что заключенные всех вахманов-охранников называют украинцами, хотя последние были не единственными в общей массе травниковцев.
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага). Есть вклейка с ч/б иллюстрациями среднего качества. Много примечаний. Тираж 1200 экз.
Весьма рекомендую этот очень ценный сборник по наполнению и академически выдержанный по оформлению всем интересующимся историей Холокоста. Отличным дополнением рассказа о Треблинке станут имеющиеся в «Лабиринте» издания «Профессия – смерть» и «Золотая жатва».

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть