Д.М. Дегтев и Д.В. Зубов – одни из самых плодовитых современных авторов по истории Второй мировой войны. За последние несколько лет они выпустили почти десяток совместных работ, посвященных участию советских и немецких ВВС в боевых действиях на самых различных ТВД. Их книги отличает хорошая источниковая база, использование как архивных материалов, так и западных исследований, а также доступность (не в ущерб научности) изложения.
Все это можно сказать и о рассматриваемой книге. Ее содержание очень хорошо изложено в аннотации, взятой из предисловия авторов, поэтому поделюсь лишь своими впечатлениями от прочитанной книги.
Авторы постарались представить целостную картину налетов люфтваффе на Ленинград и воздушных боев в небе над северной столицей и вокруг нее. Если рассказ о борьбе за воздушное господство над городом Ленина присутствует в разнообразных воспоминаниях, и наших, и немецких, посвященных битве за Ленинград, то вот действия бомбардировщиков люфтваффе против Балтийского флота, против транспортировок продовольствия и боеприпасов в город на Неве встречаются не так часто.
Интересны и драматичны материалы, посвященные бомбардировкам транспортов, шедших через Ладожское озеро. Авторы много места посвящают событиям на территориях, находившихся далеко за пределами Ленинграда, показывая масштабность операции по блокированию Ленинграда и связь между действиями советского и немецкого командования.
Любопытны сюжеты, связанные с попытками немцев разбомбить флагманы Балтфлота, нарушить Дорогу жизни и проч. Хорошей стороной книги стало последовательное сопоставление авторами донесений немецких и советских летчиков и зенитчиков о сбитых самолетах \ уничтоженных объектах. Врали все, но наши масштабнее (и получали за это награды).
В целом авторы делаю вывод о неготовности наших ПВО (в лице зенитной артиллерии и истребительной авиации) к эффективному отражению немецких налетов. Это было связано с техникой (напр., ленинградские инженеры в начале 42 г. установили, что все имевшиеся на вооружении ленинградского корпуса ПВО приборы управления артиллерийским зенитным огнем (ПУАЗО) были бракованными. Таким образом, в течении всей осени 41 г. зенитчики целились в немецкие самолеты, используя заведомо ошибочные расчетные данные!); с отсутствие подготовленных летчиков-«ночников», которых потом стали готовить за месяц (немцы тратили на это два года); с отсутствием координации между летчиками, зенитчиками, моряками. В общем, удивляешься, как наши войска смогли вообще разбить такого серьезного и опасного противника.
Книга снабжена двумя картами, интересной подборкой фотографий, списком литературы и источников.
Отмечу - как нечто непонятное для меня – использование в названиях частей и глав книги аллюзии к трилогии Толкиена: «Братство голода», «Темная пучина», «Пустошь Шмидта», «Две твердыни», «Тучи сгущаются», «Битва за лес деревьев-великанов», «Конец осады». Возможно, это смешно. Я не проникся.
Рекомендую эту вполне добротную и познавательную книгу всем интересующимся историей Великой Отечественной войны.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Книга Олега Васильевича Лазарева – отличный пример биографии летчика-аса, штурмовика на знаменитом Ил-2. К сожалению, о его жизни я почти ничего не смог найти, даже дата рождения неизвестна, а в своих воспоминаниях он об этом ничего не говорит.
Родился О.В. Лазарев в простой семье где-то в начале 1920-х гг., учился в электромеханическом техникуме. Летчиком становиться не собирался, но обстоятельства сложились по пословице «Идущего судьба ведет, а сопротивляющегося тащит». В авиацию его буквально затащили инструкторы авиаклубов, куда попал Лазарев случайно. Оказалось, что летать у него получается очень хорошо – и здоровье было, и явный талант к летному делу.
В 1940 г. попал в летную школу и по лето 1942 г., потом еще год провел в запасном авиаполку и об этом времени оставил очень интересный рассказ, содержащий, в том числе, едва ли не единственный известный мне рассказ о диверсиях накануне Великой Отечественной войны.
Жизни до попадания на фронт посвящено в воспоминаниях Лазарева 95 стр., 230 стр. рассказывают о войне, а оставшиеся 180 стр. – событиям после войны, так что эта книга – полноценная повесть о своей жизни, а не только о военных годах, как можно было бы подумать, исходя из названия.
В первом же бою Лазарев был сбит, но чудом остался жив. Вообще, он был везучим и сто боевых его вылетов – пример того. Кстати, Олег Васильевич убедительно показывает, что как в 40-м, так и в 43 г. наших летчиков готовили плохо, отсюда большие, совершенно неоправданные потери, особенно среди необстрелянной молодежи.
Довольно низко оценивает Лазарев и общие результаты вылетов штурмовиков, указывая, что бомбоштурмовые удары часто наносились хаотично. Только один свой вылет, во время которого он с напарником, отправившись на разведку, случайно вылетел на станцию, заполненную немецкими эшелонами, и от души проштурмовал их, он называет образцовым. Остальные – так себе.
Из его книги узнаешь, что почти до самого конца войны у них не было должного сопровождения истребителей, чем пользовались немецкие летчики, спокойно расстреливая более тихоходные Ил-2. За всю войну только однажды было нормальное, по правилам, сопровождение…
Свой рассказ О.В. Лазарев ведет честно, всегда обговаривая, видел ли он сам то, о чем рассказывает, или слышал от других. Видеть же ему пришлось много, напр., он неоднократно наблюдал (и особенно много слышал от других) генерала Василия Сталина в бытность его главкомом ВВС Московского военного округа.
Воевал Лазарев в Белоруссии, на Украине, дошел до Пруссии. Кончил войну капитаном, командиром эскадрильи. Несколько раз вышестоящее начальство выдвигало его на звание Героя Советского Союза (полагалось за 80 боевых вылетов), но непосредственные начальники, с которыми ему не везло почти всю его службу, не давали этому ходу.
После войны продолжал летать еще 20 лет, пока полковником, командиром бомбардировочного полка, не был комиссован по болезни.
Дальнейшая его жизнь сложилась не особенно, в мирной жизни бывший комполка себя не смог найти. Уже после перестройки сел за мемуары, которые неизвестно когда были закончены. Об этом издательство ничего не рассказывает. Неизвестно даже, жив ли он еще…
В книге имеется вклейка с фотографиями из семейного архива. На удивление мало опечаток.
Всячески рекомендую эту честную и обстоятельную книгу простого труженика войны, летяги, как он сам себя называл. Он много чего сможет добавить к нашему представлению не только о тех годах, но и жизни людей в послевоенные годы.
PS. Почему-то не высвечивается вот эта книга, которую очень советую почитать - "Я - "Черная смерть". Ил-2 в бою" А.Драбкина. Скрыть

История Гражданской войны, как и история предшествующей ей революции, полна мифов. Как правило, эти мифы связаны с теми или иными людьми и их действиями в те годы.
Одним из таких мифологизированных (со знаком минус) персонажей Гражданской войны на юге России стал Иван Лукич Сорокин, он же главком Сорокин (1884-1918).
В нашей официальной советской истории его красочно (и лживо) описал Алексей Толстой в своей знаменитой трилогии «Хождение по мукам». С тех пор Сорокин и мятеж стали основными терминами для характеристики его (Сорокина) недолгого пребывания у власти.
Не вдаваясь в жизнеописание Сорокина (рассматриваемая книга прекрасно это делает), отмечу, что ко всем особенностям гражданской войны на Кубани (проблемы с землевладением, национальные проблемы и проч.), где действовал Сорокин, добавились еще и человеческие факторы. К руководству многими красными вооруженными формированиями пришли люди с расплывчатыми политическими воззрениями, однако личности яркие, необыкновенно смелые, умевшие повести за собой массы войск одной только силой личного примера.
Одной из таких ключевых фигур был Иван Лукич Сорокин, лишь в 1915 г. закончивший школу прапорщиков, но уже в 1918 г. назначенный главнокомандующим Красной Армией Северного Кавказа. В силу понятных причин, он оказался востребованным только на определенном этапе Гражданской войны, став героем только того времени. Его уход был предопределен, дело было только во времени и в стечении обстоятельств.
Именно этим обстоятельствам и посвящено 250 стр. книги военного историка Н.Д. Карпова (1939-), ранее выпустившего несколько работ по истории Гражданской войны.
Обстоятельно, опираясь на богатый документальный материал, с использованием редких архивных источников и малоизвестных воспоминаний участников тех событий, автор показывает путь Сорокина от простого казака (об этом рассказывается на первых ста с лишним страницах) до командующего одной из Красных армий, успешно сражавшихся с Деникиным. Попытка играть самостоятельную роль, не подчиняясь большевистскому руководству, привела его к гибели и посмертному осуждению.
Работа Н.Д. Карпова показывает, как на самом деле и почему именно так закончилась жизнь одного из безусловно незаурядных деятелей, неожиданно вынесенных на самый верх стихией революции, и ей же низвергнутой до самого низа. На сегодняшний день, это единственная полноценная биография одного их тех народных вождей, которых, как Ф.Миронова, казнившая их Советская власть на многие десятилетия лишила доброго имени и вообще истории.
Издание представляет из себя добротную научную работу: оно снабжено подробными отсылками на источники, имеет карты тех мест, где проходили описываемые действия, содержит неплохую вклейку с ч/б фотографиями. К сожалению, многовато опечаток, причем даже смысловых.
Рекомендую это хорошее исследование всем, интересующимся историей революции и Гражданской войны. Скрыть

Основу данной книги (260 стр.) составили избранные главы из работы американского историка Сиднея Бредшоу Фея (Sidney Bradshaw Fay) (1876-1967) «Происхождение мировой войны» (The origins of the world war). Этот двухтомный труд увидел свет в 1928 г. и с небольшими дополнениями был переиздан в 1930 г. На русском языке он был опубликован в 1931 и 1943 гг. общим объемом 750 стр. Книга содержит большой конкретно-исторический материал, основанный на изучении дипломатических документов тех лет. Однако, сводя основные причины Первой мировой войны к существованию тайных союзов и милитаризму европейских держав, игнорируя при этом роль экономического соперничества между ними, колониальную проблему и преуменьшая роль англо-германских противоречий, Фей часто некритически использовал германские документы. Он стремился доказать, что ни одна из держав, участвовавших в Первой мировой, не желала европейской войны и что решение Версальского договора 1919 г. об ответственности Германии и её союзников за развязывание войны было «исторически необоснованно». Но он собрал богатый материал, посвященный тайной дипломатии ведущих сторон конфликта и обладающих самостоятельной ценностью, вне зависимости от сопровождающей его трактовки. Фей проанализировал массу мемуарных и документальных источников - в том числе и посвященных сараевскому убийству и вызванному им дипломатическому противостоянию Австрии и Сербии. Он даёт подробнейшую картину тех событий, что происходили в июне-июле 1914 г. в Вене, Будапеште, Белграде, Сараеве, Берлине, Лондоне и Петербурге и завершились объявлением войны Сербии 28 июля 1914 г. Фей детально разбирает вопрос об ответственности за убийство Франца-Фердинанда и за последующие события. Его выводы звучат достаточно непривычно для отечественной историографии – по сути, главными виновниками войны у него оказываются сербское правительство, не предпринявшее должных мер для предотвращения убийства, и австрийские дипломаты.
В своей работе Фей фактически проводит свое собственное расследование сараевского преступления, проверяя все известные версии и сопоставляя показания свидетелей, выявляя факты и подробности, которые другие историки либо игнорировали либо упускали. Объективным Фея назвать нельзя, но портреты действующих лиц вышли у него живыми и красочными.
Главы из воспоминаний (20 стр.) графа Оттокара Чернина («В дни мировой войны. Мемуары министра иностранных дел Австро-Венгрии»), хорошо дополняют работу Фея, предлагая пристрастный, но колоритный портрет эрц-герцога Франца-Фердинанда. Эти воспоминания уже выходили в издательстве Санкт-Петербургского университета в 2005 г. (а до этого в 1923 г.), так что новинкой их не назовешь. Фрагменты из воспоминаний руководителя контрразведки австрийского Генштаба Максимилиана Ронге «Разведка и контрразведка» (10 стр.), вышедшие в Москве в 1939 г., обращают внимание на разведовательно-диверсионную работу австрийских спецслужб на Балканах летом 1914 г., показывают, что террористическая деятельность активно использовалась в этом регионе не только революционерами и националистами. Ронге рассказывает, как он успешно привлекал македонских и хорватских партизан для подрыва мостов и железных дорог в сербском тылу. Опровержением тезисов Фея выступают главы из работы У.Готлиба «Тайная дипломатия во время Первой мировой войны» (15 стр.), вышедшей в Москве в 1960 г., посвященные австро-сербским противоречиям. Готлиб показывает происходящее с точки зрения сербов, а также обращает внимание на экономические и геополитические пружины балканского конфликта, упущенные или неубедительные для Фея.
Книга завершается двумя материалами В.Гончарова: «Падение Сербии. Салоникский процесс и судьба «Черной руки» (20 стр.) и «Вместо послесловия. Крушение Австро-Венгрии в 1918 г.» (25 стр.). Первая статья рассказывает о той странице Первой мировой, которую обычно не заметно на фоне действительно масштабных сражений между ведущими европейскими державами, а именно - боевые действия в Сербии в 1914-15 гг. Вторая показывает распад империи Габсбургов в последние месяцы Первой мировой и возникновение национальных государств, в частности Сербии.
Книга неплохо иллюстрирована, но львиная часть иллюстраций посвящена убийству в Сараево. Можно было бы дополнить портретный ряд изображением персонажей, достаточно часто упоминавшихся в книге.
Что мне не понравилось в этом издании: нет вообще карт (а можно было бы дать карту Сербии, Австро-Венгерской империи и Первой мировой, поскольку о них достаточно много говорится в тексте); список используемой литературы крайне беден и состоит в основном из изданий советских лет (и то не всех, какие-то по неизвестной мне причине пропущены составителем). Свежие публикации, да еще и на европейских языках (а их вышло за последние 20-30 лет ТОННЫ!) вообще отсутствуют в этом списке. Боюсь, В.Гончаров их просто не использовал, что, увы, сильно обедняет его материалы. В книге есть всего несколько авторских примечаний, хотя эти тексты требуют гораздо более подробного сопровождения. Некоторые из имеющихся комментариев спорны, скажем, В.Гончаров зачем-то переделал известную фразу Николая I о Турции в высказывание Ленина об Австрии и упрекнул Фея в незнании ленинского текста (с.14); на с.176 он указывает как основное издание мемуаров Вильгельма II, вышедшее на русском в 1923 г., хотя два полноценных мемуарных труда Вильгельма выходили на русском языке в 1930-е гг. (перевод воспоминаний 1926 г. «Из моей жизни») и 2003 г. ("События и люди 1878—1918", перевод издания 1922 г.). Я бы слегка отредактировал и использованные им переводы: скажем, неоднократно используемые в тексте термины комитадж, ирредентизм нигде не раскрываются; «бланковый чек» - это карт-бланш (с.186) и др.
Общий вывод: данная книга основана в значительной степени на устаревших материалах и не учитывает современную историографию этой проблемы. В каком качестве её можно использовать, даже не знаю – для ознакомительного чтения она сложновата и старовата, для продвинутого читателя на 100 % вторична. Скрыть

Бенедикт Сарнов – известный советский/российский русский критик и литературовед, автор многих книг, посвященных творчеству русских писателей ХХ в. Многим, вероятно, он известен как соавтор (совместно с С.Рассадиным) радиопередачи ( а потом и книг) "В стране литературных героев". Данное издание – продолжение его прежних работ.
История жизни и творчества многих известных (и тем более малоизвестных) советских писателей до конца 1980-х гг. была скрыта под таким слоем мифов, что до сих пор не все еще ясно. Один из главных мифов был связан с личностью Сталина и его ролью в литературном процессе конца 1920-х – начала 1950-х гг. Именно об этом рассказывает Сарнов в своей уже третьей книге серии «Сталин и писатели». Среди ее героев – Шолохов, Пильняк, Замятин, Платонов. Как и раньше, трудно точно сказать, почему под одной обложкой оказались именно эти авторы. Пильняка и Замятина объединяет, пожалуй, то, что в конце 1920-х гг. именно они стали первыми объектами травли, организованной государством. По образцу этой кампании строились все последующие акции против советских писателей – как при Сталине, так и при Брежневе. Пильняка это сошло с рук, его даже отправили отдыхать за границу, Замятин как писатель сломался (по утверждению Сарнова), но получил разрешение эмигрировать за границу, где достаточно скоро умер.
Родившийся в 1927 г., Сарнов кого-то из описываемых им героев знал лично. Он вообще хорошо помнит то время и послевоенную атмосферу, о которой много пишет. Как результат: с одной стороны, глубокое личное погружение в тему, с другой стороны, не отстраненность, субъективность и даже пристрастность в оценках. Причина последнего, на мой взгляд, заключается в том, что главный герой этой антисталинской книги Сарнова – сам Сталин, поэтому характеристику он дает не только и столько отношениям между литераторами и Генсеком, сколько созданной последним системе, всей сталинской эпохе. Дает не как историк, литературовед, а нередко как современник, описывающий свою жизнь, отсюда излишняя, на мой взгляд, подробность деталей и размышлений, мемуарность повествования (хотя в этом томе подобного меньше, чем в первых двух).
В начале каждой главы – компактная подборка архивных документов: письма, докладные записки, протоколы, доносы – все, что оставалось за кадром официальной советской истории литературы. Далее следует подробный рассказ о том, что предшествовало, сопровождало и завершило каждый из документов.
Документальные расследования Сарнова, в общем-то, не содержат ничего сенсационного – все документы уже публиковались ранее, ничего скандального, переворачивающего представление о русских классиках ХХ века, автор не демонстрирует. С одной стороны – это хорошо, автор не пытался удивить нас чем-то "жареным", опирается на известные документы и исследования. С другой стороны, из-за этого повествование Сарнова становится порой скучным, а обилие его собственных рассуждений, уходящих (и уводящих) в сторону, за что тот сам извиняется, а также многочисленных повторов отвлекает от главной темы. Скажем, в рассказах о Пильняке и Замятине автор уходит в рассуждения о преследовании государством писателей в послесталинскую эпоху.. Это, как и многословие автора (смело можно было бы убрать страниц 50 текста без малейшего ущерба для книги) делает это исследование более легковесным, чем хотелось бы. На мой взгляд, лучший раздел связан с разбором жизни и творчества Шолохова, хотя Сарнов не скрывает своего неприятия его как писателя и человека, которого он называет ничтожеством. Он убеждён, что Шолохов – не автор Тихого Дона и Поднятой целины, его вклад был крайне незначителен, в Поднятой целине, где Сарнов прослеживает три пласта текста, Шолохову принадлежит самый слабый и второстепенный. Чьему перу на самом деле принадлежат эти работы, этот вопрос Сарнов отставляет открытым.
Книга написана очень профессионально, хорошим языком и читается легко. Иллюстраций нет вообще. В целом я бы советовал её для тех, кто начинает знакомство с историей советской литературы. Скрыть