За основу этой богатой содержанием книги было взято британское издание 2010 г., свежачок, так сказать. Книга поделена на 13 частей, посвященных различным сторонам жизни пиратов - от подготовки к отплытию до погони и взятия на абордаж торгового судна, от морских чудовищ и корабля-призрака, от карты сокровищ до самих сокровищ. 11 частей из 13 даны на развороте (формат книги - чуть больше А4), где есть совсем немного текста - одно-два предложения, и много места для наклеек (по 30 с лишним на каждую картинку). Последние размещены в центре на вклейке. Причем для удобства каждый лист наклеек сопровождается не только названием той части книги, к которой он относится, но и страниц, куда надо наклеивать. Для малышей, не умеющих читать, но знающих цифры, это пригодится - можно поручить им самим искать нужные страницы.
Наклейки отделяются легко, наклеиваются несложно, пока держатся. Краски не идеальные, но пропечатано все четко. Иллюстрации незамысловатые, где-то покрупнее, с деталями, где-то помельче. Страшилок нет, но есть все, что надо - черепа с костями, сундуки с сокровищами, скелеты, пушки, акулы - в общем, девчонкам здесь делать нечего! Моим мальчикам понравилось, так что рекомендую. Скрыть

Игорь Викторович Зимин написал замечательную книгу - пожалуй, одна из самых лучших исторических работ, прочитанных мною в этом году, а их было немало. Интересная, добросовестная, содержательная - вот те характеристики, которые с ходу приходят в голову. Будут и другие.
Это действительно один из достойнейших образцов исследовательской работы последнего времени - автор на основе огромного объема архивных материалов и других источников создал комплексную, детально проработанную книгу, фактически закрыв данным изданием рассматриваемую им тему о том, из чего формировались доходы и расходы Дома Романовых, что принадлежало им, что государству (скажем, коронные драгоценности), что осталось, что куда ушло. Для меня лично, как для историка по образованию, многие вещи в предложенной Игорем Викторовичем работе стали откровением, но после знакомства с ней всё стало на свои места, настолько обстоятельно и доступно разобрал он это в своей фундаментальной книге. Я бы рекомендовал познакомиться с ней всем студентам-историкам, чтобы поучиться как манере изложения, так и научному аппарату.
Автор не просто пересказал нам то, что обнаружил в архивах, он составил множество таблиц (общим объемов в несколько десятков страниц), из которых наглядно видно положение финансовых дел российских императоров и их высокородных родственников. В книге приводится множество фотографий, действительно иллюстрирующих текст, поскольку размещены именно, там, где надо, а по приходи худреда. Не все они высокого качества, но совсем плохих нет. Правда, нет списка использованной литературы - его можно вынуть из обширнейших комментариев, но как отдельное приложение он не помешал бы. Автор даже дал небольшой словарик ювелирных терминов, оказавшийся весьма кстати.
По всей книге разбросаны различные интересные истории и анекдоты, прекрасно иллюстрирующие ту или иную эпоху или ситуацию или личность.
Не обошлось и без ложки дегтя - и немалой. Непонятно, чем занимались редактор с корректором (даже двумя) - по всей книге произвольно разбросаны знаки пунктуации - запятые появляются там, где их не ждешь, и отсутствуют там, где им самое место. Изобилует текст пропусками букв и целых слов и другими ляпами. Обидно.
Есть претензии и к автору. Некоторые его неформальные комментарии царапают зрение. Напр., на с.196 он пишет: "императрица Мария Федоровна, как всякая женщина, была большой транжирой". Так обобщать не стоит...
На с. 483 о группе великих князей он пишет: "еще одна группа в полосатых купальниках". Не смешное, а скорее даже нелепое замечание, которое портит общую выдержанную стилевую картину книги.
В целом обеими руками рекомендую эту действительно уникальную книгу всем интересующимся историей нашей страны. Дороговато, на качественный продукт того стоит. Скрыть

Историк Михаил Михайлович Богословский (1867-1929) – профессор Московского университета, а также Высших женских курсов и Московской духовной академии – одна из самых заметных фигур в сфере научно-просветительской жизни Москвы первой четверти 20 в. Его основной профессиональный интерес был связан с деятельности Петра Великого, а труды Богословского о нем, на долгое время забытые, переиздаются и пользуются и сегодня заслуженным уважением.
Помимо исторических трудов, Богословский стал автором многочисленных дневниковых заметок, которые он вел, судя по всему, на протяжении многих лет. К сожалению, в архивах отложилось немногое – ежедневные записи с 16 июля 1915 г. по 6 ноября 1917 г. Кроме того, сохранились отрывочные записи (шесть записей за несколько дней) за 1913 г. и записи за две месяца 1919 г. Возможно, что были и другие дневники, но скорее всего, они погибли или были уничтожены самим автором.
Будучи убежденным консерватором, не принял не только Февральскую, но и Октябрьскую революцию. В записях 16 и особенно 17 г. содержатся крайне негативные оценки не только либералов (прежде всего кадетов), но и левых революционеров, в том числе большевиков. Не удивительно, что дневники Богословского не печатались вплоть до 2000-х гг. А жаль, потому что материалы, содержащиеся в них, это ценнейший источник не столько о самом Богословском, что было бы уже немаловажно, но и его времени, записи человека, способного и готового давать объективные оценки не только людям, но эпохе, России тех лет.
Издание получилось прекрасное – с одной стороны, строго академическое: полновесное предисловие Сигурда Шмидта на 50 стр., обстоятельные комментарии на 130 стр., удобнейший именной указатель на 180 стр. Другими словами, работа на века. С другой стороны, выполнено оно на хорошей бумаге, снабжено качественными иллюстрациями, вышло довольно приличным тиражом в 2000 экз. Читать будет интересно даже тем, кто комментарии открывать не будет, поскольку в записях Богословского много интересных бытовых деталей и рассуждений о жизни в Москве и провинции в годы Первой мировой войны.
Распределение материалов, к сожалению, не очень равномерное – 1913 г. – 1,5 стр., 15 г. – 70 стр., 16 г. – 160 стр., 17 г. – 170 стр., 19 г. – 35 стр. Однако изложение между 15 и 17 г. идет без почти перерыва и это картина страны, постепенно погружающейся в анархию...
Всячески рекомендую всем, интересующимся историей нашей страны предреволюционных и революционных лет – умные мысли умного, но еще не знающего того, что ведомо нам человека. Дорого, конечно, но эта такая книга, которая в домашней библиотеке будет только набираться сока, как старое вино. Скрыть

Россия разделила судьбу Англии, Франции и других европейских государств, имевших колониальные владения. После распада колониальных империй на карте мира, главным образом в Азии и Африке, появились десятки независимых стран, обитатели которых на первых порах находились в состоянии эйфории, радуясь избавлению от заморских господ и наставников. Но проходили годы, а большие ожидания нового счастья и экономического процветания не сбылись, более того, положение в народном хозяйстве становилось заметно хуже в сравнении с колониальными временами.
Независимость оказалась тяжким испытанием, которое не способны были выдержать самонадеянные борцы за нее. У них для этого не было ни знаний, ни умения, ни опыта. А недовольство «низов» росло. Оставалось искать виновных собственной непригодности на стороне. На долгие годы вперед виновными в «наших трудностях» были назначены колонизаторы. Это они что-то не доделали, что-то не построили, чего-то недодали. Направо-налево раздавались филиппики в адрес бывших колониальных хозяев, а параллельно (ради укрепления силы духа и патриотического подъема масс) сочинялись новые, достойные свободных народов национальные истории. Во-первых, всячески восхвалялись деяния предков (порою вымышленные), во-вторых, со всей страстностью обличались колонизаторы, принесшие неисчислимые страдания, имевшие долго действующий эффект.
Практически то же случилось на постсоветском пространстве после распада СССР. И, тем не менее, вот уже второе десятилетие в адрес России сыплются упреки со всех сторон самого разного свойства.
В постсоветских государствах к настоящему времени созданы новые национальные истории, основанные на «новом историческом мышлении», составным элементом которого является откровенная русофобия. Национальные историки вновь вооружились ветхими идеями первого советского историка-марксиста М.Н. Покровского, утверждавшего, что присоединение их земель к Российской империи было абсолютным злом», тем более что Ленин давно объявил Россию «тюрьмой народов». Идеи Покровского и его учеников теперь развивают в Ашхабаде, Киеве, Тбилиси, Ташкенте и в других столицах СНГ.
Сегодня можно говорить о довольно внушительном списке обвинений, выдвинутых современными узбекскими историками в адрес дореволюционной России – грабили, навязывали православие, уничтожали культуру и т.п.
Работа Е.А. Глущенко разделена ровно на две части – завоевание и устроение, каждая из которых раскрывает во всей полноте ход и сущность появления русских войск в Средней Азии, а затем и русской государственности.
Автор этой книги – доктор ист.наук, специалист по колониальной истории – подробно разоблачает, используя многочисленные документы, разнообразные мифы досоветских, советских и постсоветских времен.
Данная работа – это не только хронологически выстроенная история взаимоотношений России и различных государственных образований Средней Азии на протяжении более чем полувека, от Александра II до и Николая II, это еще и серия ярких портретов многочисленных русских и азиатских деятелей той эпохи, причем портретов глубоких и беспристрастных.
Надо обязательно отметить блестящее описание Е.А. Глущенко военных действий и походов, не уступающее по силе, убедительности и точности лучшим художественным произведениям.
Рассматриваемое издание – это отличная академическая работа, с введением и заключением, подробной библиографией, обстоятельными цитатами, приложениями, при этом написанная легко и занимательно. Есть, правда, несколько повторов объемных цитат (с.135 и 274-5, с.337-8 и 473) – к сожалению, наличие двух ответственных редакторов не помогло.
Удачным представляется и оформление книги. Есть две вклейки с фото и репродукциями, на которых представлены не только хрестоматийные иллюстрации вроде картин Верещагина, но серия портретов различных деятелей Российской империи, внесших свой вклад в завоевание и устроение Туркестана. Жаль только, что карта края дана старая и не очень хорошего качества.
Всячески рекомендую эту книгу не только всем интересующимся историей внешней политики России во второй половине 19 в., но и студентам и преподавателям истории для знакомства с тем, как надо писать книги по истории Отечества. Скрыть

В самом начале 1741 г. на свет появилась графиня Наталья Петровна Чернышева, прожившая долгую и насыщенную внешними событиями жизнь. Не дожив до своего столетия четырех лет, Наталья Петровна, ставшая в замужестве княгиней Голицыной, еще при жизни превратилась в легенду, попав, среди прочего (как небезосновательно полагают), в образе старой графини на страницы «Пиковой дамы» Пушкина. Умерла она в один год с ним, став свидетельницей царствований пяти российских императоров и императриц: Елизаветы Петровны, Екатерины II, Павла I, Александра I и Николая I.
Принадлежа по происхождению к незнатной, но очень богатой семье (ее дед был личным денщиком Петра I), на которую преемники Петра изливали милости в виде земель и крестьянских душ, Наталья Петровна получила образование и воспитание по высшему разряду того времени, и вышла замуж за В.Б. Голицына, представителя одной из самых родовитых русских семей. Благодаря этому удачному браку она вошла в круг знатнейшей и богатейшей русской аристократии, стоящей на одном уровне по знатности с царской семьей, и превосходя, как минимум по богатству, самые известные аристократические роды Европы (это помогает понять, почему ее везде и всегда принимали – и самым милостивым образом – не только всякие разные европейские князьки, но и царствующие особы Германии, Франции и Англии).
К такого рода почестям Наталья Петровна стала привычна не сразу – в своих дневниковых заметках, особенно касающихся ее путешествий по Европе, она каждый раз с неким удивлением отмечает, как предупредительны к ней знатные лица тех стран, где она была.
Что уж говорить о том положении, которое она заняла впоследствии в России – как в высшем обществе, где она считалась без преувеличения самой влиятельной особой, так и про дворе. Она не вставала не пред кем, кроме императоров, удостаивая лишь избранных своего внимания в виде кивка головы и нескольких приветливых слов. Перед ней трепетала вся семья, включая сына – генерал-губернатора.
Казалось бы, ей, чтобы остаться в памяти потомков (когда насмешливой, когда уважительной), делать больше ничего не надо было, и место в русской истории конца 18 – первой трети 19 в. было за ней зарезервировано еще при жизни (хотя бы и в виде анекдота – см. «Пиковую даму»).
Как выяснилось, княгиня была писательницей. Интересно, чтобы сказал Пушкин, знай он об этом? Пусть из-под ее пера вышли лишь воспоминания, но они стоят в ряду тех очень немногих автобиографических трудов конца 18 в., которые достойны внимания современных читателей. Внешне очень закрытая и чопорная, в своих уникальных дневниках-воспоминаниях она говорит о себе, раскрывают свой внутренний мир, изыскивая для этого средства самовыражения.
Эти дневники Наталья Петровна писала (на французском, разумеется) на протяжении 1783-1790 гг. Рукописи этих дневников , хранящиеся в Отделе рукописей РГБ, долгое время пребывали невостребованными и до настоящего времени исследователям и широкому кругу читателей были неизвестны. За то, что они теперь введены в оборот, надо сказать отдельное спасибо Т.П. Петерс, составившей данный сборник, переведшей на русский язык и прокомментировавшей эти воспоминания.
Рассматриваемое издание состоит из двух частей: «Заметок на события моей жизни» (объемом в 60 стр.) и «Дневника моих путешествий» (объемом в 240 стр.). В 1783 г. княгиня с мужем и детьми уехала во Францию, как она писала, «для образования детей и здоровья мужа». При дворе и обществе ее отъезд не поняли, посчитав, что для образования сыновей есть университет и в России.
Первый труд был создан, вероятно, незадолго до отъезда из России и охватывает (правда, довольно конспективно) первые 38 лет жизни Н.П. Голицыной, изложенных ретроспективно. Вторая книга воспоминаний основана на поденных записях, которая княгиня вела во время путешествия и отражает не то, что отложилось в памяти, а сиюминутные впечатления от увиденного и услышанного. Здесь есть много интересных страниц (скажем, революционный Париж глазами русской барыни). Есть несколько наблюдений, поражающих своей точностью и даже кинематографичностью. Вот один пример (рассказ идет о посещении королем Генеральных Штатов в мае 1789 г.): «Запомнился своей красотой момент, когда в начале своего выступления Король надел свою шляпу, и тут же всё дворянство повторило его жест, и все плюмажи взлетели столь одновременно, что впечатление от движения перьев трудно передать» (с.290-91).
Дневник Голицыной представляет собой, по сути, художественное произведение, поскольку язык изложения весьма живописен, изобилует красочными описаниями природы, местности, традиций; княгиня неоднократно дает исторические справки и пояснения, из которых можно предположить ее осведомленность по самым разным вопросам быта того времени.
Кругозор Натальи Петровны широк, интересы разнообразны. Она описывала свой маршрут, красочно рисовала меняющиеся ландшафты, чудеса природы. От ее внимания не ускользали способы ведения сельского хозяйства, уровень жизни крестьян и горожан в разных странах, народные традиции, национальные ремесла и костюмы, памятники архитектуры, дворцы вельмож и крестьянские дома, сады и парки, художественные галереи, библиотеки. Княгиня дает точные и проницательные психологические портреты тех лиц, которых она встречала на своем пути, а их было не мало.
Следует отметить, что Голицына вступала здесь первопроходцем – заимствовать живописность повествования ей было не у кого. В те годы воспоминаний такого рода просто не было. Карамзин, автор «Писем русского путешественника», проехал по Европе спустя пять лет после Голицыной.
Издание снабжено подробными комментариями, редкими иллюстрациями. Оно выполнено на хорошей бумаге, выглядит очень изящно и стильно.
Жаль только, что адресована эта книга явно не широкой аудитории, которой едва ли будет интересно читать повествование о путешествии по Европе и жизни там более 200 лет назад, написанное старинным стилем. А вот историкам и культуроведам данное издание – прекрасный подарок. Им я этот труд и рекомендую. Скрыть