Александр Моисеевич Городницкий (1933-) – один из тех людей, с творчеством которого знакомы, наверное, все, даже не зная того. Различные его песни, звучавшие и звучащие в разных краях страны в разных аудиториях с 1960-х гг., нередко как народные, давно уже стали классикой жанра – авторской песни, у истоков которой стоял, среди прочих, и Городницкий.
Данное издание рассказывает о жизни ученого и поэта с детства по 2000-е гг. Родом из семьи могилевских евреев, он неоднократно в жизни сталкивался с бытовым антисемитизмом. Будучи по убеждению шестидесятником, с конца 60-х гг. испытал на себе государственную цензуру за вольнодумные идеи, высказанные в его стихах и особенно песнях. Состоялся во всех областях, чем бы не занимался.
Вырос и значительную часть жизни провел в Ленинграде. Отец был редактором в военном картографическом издательстве, мать работала там же техредом. Провел первую, самую тяжелую, блокадную зиму в Ленинграде, откуда весной 42 г. был вывезен в Омск, куда уже был эвакуирован отец. О детстве, как ни странно, говорит совсем немного. С ранних лет полюбил географию, мечтал о путешествиях. Счастливый человек – всё это сбылось. Подробный рассказ начинается со старших классов, когда он в 47 г. случайно попадает на занятие в Дом пионеров, которое вёл Е. Эткинд. С этого времени Саша Городницкий увлекается стихами и начинает писать их. Стихов, кстати, в его книге много – хороших и разных. Та давняя студия литературного творчества в дворце пионеров, как и занятия, которые там, а позже в Горном институте вел Глеб Семенов, сформировали его как поэта.
Отдельная глава посвящена учебе в Горном институте, где Городницкий познакомился со многими своими друзьями, ставшими впоследствии известными литераторами, о чем автор подробно и с удовольствием поведал.
Проработав около 20 лет на Крайнем Севере геологоразведчиком, последующие 40 лет он провел на воде. Этим двум своим ипостасям он посвятил бОльшую часть книги. Здесь много походов, приключений, песен и пьянок, веселых и не очень анекдотов. Видно, что люди умели и работать, и отдыхать. Люди, кстати, тоже встречались очень разные.
Воспоминания Городницкий стал писать – и издавать – еще в начале 1990-х гг. (даже сериал был выпущен, эдакий фильм-воспоминание). Данная книга впервые вышла в 2011 г. и с тех пор неоднократно переиздавалась. В настоящей публикации уточнены некоторые факты, скажем, годы смерти друзей и знакомых автора.
Есть вещи, за которые его сильно критикуют – он верит в Атлантиду (этому посвящена последняя глава книги) и не верит в глобальное потепление, точнее, в то, что оно вызвано деятельностью человека (об этом можно прочитать в его статьях, размещенных в интернете). Судить об этом не берусь, большой человек имеет право своё мнение.
В целом неплохое оформление (твердый переплет, офсетная бумага), но действительно нет иллюстраций. Тираж 1200 экз.
Безусловно рекомендую всем интересующимся жизнью нашей страны в 50-80-е гг., рассказанной одним из тех людей, чьё имя прочно связано с ней.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Автор этой капитальной книги – Сергей Борисович Переслегин (1960-) – человек с интересной биографией. Физик по образованию, он отметился и как писатель-фантаст, и как социолог. Составлял, редактировал и комментировал сборники работ по военной истории отечественных и зарубежных военачальников и исследователей. Первые самостоятельные труды С. Б. Переслегина вышли в начале 2000-х гг. и вызвали неоднозначную реакцию. Начав с изучения истории Второй мировой войны, он перешел к Первой. Рассматриваемая работа ей и посвящена.
У автора своеобразный подход к истории Первой мировой войны – в частности, он отказывается от традиционного деления ее на маневренную и позиционную. По его мнению, маневренной война была только в августе 1914 г. на Западном фронте. Все остальное время она была позиционной (т.е. войска сидели в окопах, время от времени предпринимая те или иные наступательные действия). На Восточном же фронте война почти все время была маневренной. Генеральным сражением Первой мировой войны он считает морской бой между англичанами и немцами 24.01.1915 г. на Доггер-банке. Книга же посвящена доигрыванию партии между Антантой и Центральными державами, исход которой был очевиден изначально. Этим доигрыванием и интересен сюжет.
Издание состоит из введения, заключения и 18 разделов разного объема. Первый раздел – это большой вводный материал, содержащий следующие блоки: теория войны к началу 20 в., этапы и суть подготовки к мировой войне ведущих стран мира, военные действия в начале войны. Далее рассматриваются основные события 1915-17 гг. равномерно на всех фронтах. Представленный здесь материал изложен нередко с избыточной степенью подробности. Ряд утверждений С. Б. Переслегина не встретят поддержки большинства историков, скажем, его убеждение в высоких профессиональных качествах в.к. Николая Николаевича, главнокомандующего русской армией в 1914-15 гг., чье руководство русскими войсками в лучшем случае встречает сдержанную оценку.
Интересен отбор эпиграфов к разделам книги – это цитаты из Ж. Верна, Ильфа и Петрова, Толкиена, шахматных работ, С. Лема, стихов Н. Гумилева и Бродского и т.п.
Автор использовал отечественные и зарубежные материалы, но переводные и, похоже, в основной массе своей старые. С. Б. Переслегин очень небрежно цитирует эти материалы, не давая полной, а нередко какой-либо вообще информации об использованных источниках. И это при том, что цитаты часто занимают по несколько страниц и вызывают вопросы – зачем так подробно, почему эти данные, а не другие (скажем, неоднократно использованные материалы из ЖЖ). Складывается впечатление, что серьезные исторические работы, основанные на анализе различных источников, прежде всего архивных, автор использовал мало. Вообще, иной раз ради эффектных заявлений и категорических броских формулировок автор жертвует логикой (см. скан стр. 144-45), а то и историческими фактами. Напр., на стр. 140 автор утверждает (не подтверждая заявление отсылкой к его источнику), что во время т.н. «великого отступления 1915 г.» русская армия потеряла свыше миллиона только погибшими. Традиционно же все наши потери, включая пленных, за это время немногим превышают 1 млн, из которых убитыми была лишь малая часть. Думается, что С. Б. Переслегин, рассуждая обо всем с большим апломбом, в таких вот частностях себя порой выдает…
В книге также представлены многочисленные портреты государственных и военных деятелей всех стран-участниц Первой мировой войны, основанные, похоже, на интернет-материалах. Это удачный раздел по содержанию, но часто содержит плохо отсканированные портреты.
На мой взгляд, эта очень основательная работа выиграла бы от качественного редактирования. Скажем, автору свойственна непонятная и несоответствующая нормам русского языка манера писать многие названия с большой буквы (напр., Министерство Иностранных Дел). Много таблиц с не всегда понятными данными (в ячейках/столбцах нет указаний на то, что именно там содержится).
Списка литературы и источников нет, списка сокращений тоже. Есть ч/б схемы разного качества, в основном вполне читаемые, и иллюстрации. Правда, первая схема появляется только на с. 102, а карта – на с. 166, совершенно нечитаемая. Большинство из них явно взято из других работ (без отсылок на них). Имеется вкладка с цветными картосхемами и диаграммами – очевидно, сделанными для данного издания.
Автор обещает 3-й том – о 1918 г. Пусть его читают любители, а мне и 2-й не понравился.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Я о себе, как выяснилось, много чего думаю – и напрасно. Скажем, о воспоминаниях Н. И. Бухарина я не знал. Не то чтобы некий шедевр прошел мимо меня, но всё же не в мою это пользу говорит…
Плавно перехожу от себя к автору рассматриваемой в этой рецензии книги. О Бухарине говорить ничего не буду – либо знаете, либо не знаете (и тогда посмотрите сами). Самыми известными его трудами я считал «Азбуку коммунизма» и Конституцию 1936 г. (многочисленные статьи не беру во внимание). Свои последние книги (кроме воспоминаний, это были работы по философии и истории современного фашизма) Бухарин писал в тюрьме, зимой 1937/38 гг., в ожидании суда и приговора. Записки Бухарина остались незаконченными (доведены до старших классов гимназии).
По воспоминаниям знавших Бухарина людей, в его характере было много детского. Это хорошо видно из его книги. Детство он провел в Бельцах (Молдавия), где служил его отец. Служба у того не задалась, и семья переехала к родственникам в Москву. Работу Бухарин-старший долго не мог найти, поэтому жили очень бедно. Его сын учился легко и успешно, увлекался естествознанием, много читал, довольно рано отказался от веры, чем позже даже бравировал. Школу окончил блестяще, поступил в гимназию, где в старших классах увлекся всякой нелегальщиной. Кстати, в этом у Бухарина много общего с Троцким – те же незаурядные способности, тяга к знаниям, раннее обращение к революционной работе.
Написано хорошо, правда, в классической манере – длинными, сложносочинёнными предложениями. Нужно иметь привычку читать такие тексты. Но излагается материал очень пристрастно: автор высмеивает царскую Русь, зорко подмечая всё плохое и охотно именуя таковым и то, что им не являлось. Есть большие, совершенно неуместные в мемуарном тексте вставки про внутреннюю и внешнюю политику России. В конце книги целыми страницами излагаются споры между социал-демократами и эсерами. Это читать скучно. Бухарин, безусловно, ориентировался на публикацию (может, посмертную) своей книги. Если убрать такие пропагандистские фрагменты, получится интереснее. Лучшая часть книги – это рассказ л детстве и ранней юности.
Текст воспоминаний сохранился в архиве и впервые был издан в 1994 г.
Издание подготовлено, снабжено предисловием (на 20 стр.) и комментариями Б. Я Фрезинским. Имеется также послесловием академика С. О. Шмидта на 5 стр.
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага, вклейка с ч/б иллюстрациями). Тираж 3000 экз.
Рекомендую всем интересующимся историей нашей страны на рубеже 19–20 вв., показанный одним из современников тех событий – ангажированных, но имеющих что сказать.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Отец Михаил Фаст и (вероятно) его супруга вдвоем сотворили настоящий подвиг. Они в начале 2000-х гг. собрали и переработали колоссальный массив информации об истории православной церкви на территории Томской области с Октябрьской революции и до начала Великой Отечественной войны. Это история не просто пересказ происходивших в те годы событий, но и рассказ о людях, священнослужителях и мирянах, участвовавших в тех событиях, и – в массе своей – ставших жертвами антирелигиозной кампании большевиков.
Книга состоит из трех глав. Глава 1, объемом в 80 стр., посвящена Томской епархии с 1917 по 1940 г. Содержит много очень интересного материала по истории церковного раскола 1920-х гг. и государственных репрессий. Написана она очень профессионально и цитается с увлечением. Глава 2, объемом в 285 стр., представляет собой алфавитный список репрессированных священнослужителей и мирян на территории Томской области (в том числе и тех, кто был сюда сослан из других мест). Это самая объемная часть книги, вызывающая и больше всего уважения к составителям (они обработали огромное количество информации, прежде всего архивной, чтобы извлечь оттуда всё, что касается преследований за веру в советское время), и вопросов. Читать этот список и тяжело (видно, как советская власть планомерно уничтожала всех т.н. «религиозников» — православных («тихоновцев» и обновленцев), старообрядцев, баптистов, католиков), и полезно — это очень значимая и всё еще не до конца изученная и понятая страница нашей истории. Отчетливо видно, как в два приема большевики физически истребили священников, монашествующих и активных верующих из числа мирян — это 19130 и 1937 гг. Автор пишет, что им было выявлено 282 священнослужителя, арестованных в Томской области в 1937 г. 276 из них были расстреляны. Стирался целый слой людей, вместе с родственниками и единомышленниками… После 1945 г. репрессий почти не было — в книге имеются всего лишь шесть справок о людях, подвергшихся преследованию за религиозные взгляды после Великой Отечественной и до середины 1980-хх гг.
Основные вопросы к этой главе вызваны непоследовательностью в оформлении биографических справок: информация о репрессированных получилась очень неравноценная, от нескольких страниц до нескольких строк. Это можно понять – от кого-то осталось целое дело, живы родственники, а от кого-то сохранилась лишь архивная справка. Плохо организовано составление этих справок: даются цитаты без кавычек, описание не упорядочено по единому шаблону, встречаются странные комментарии от автора («полная чушь», с 352).
Глава 3 на 80 стр. описывает храмы и монастыри Томской области. Эта информация, думается, будет интереснее всего специалисту, а не широкому читателю.
К вопросу о читателе этой книги вообще — увы, с 2004 г. так и не продалась одна тысяча экз. Весьма рекомендую этот значимый труд всем интересующимся историей нашей страны – чтение будет хоть и нелегкое, но нужное.
Отмечу отличное оформление: твердый переплет, офсетная бумага, вклейка с более чем 160 фотографиями (правда, разного качества).

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Прочитав первые двадцать страниц воспоминаний Ефима Моисеевича Курцмана (1911-75), я приуныл — сухо, казенно, неинтересно. Вторая половина книги изменила мое мнение о ней.
Начнем, как полагается, с автора, и это многое поможет понять в его тексте. Е.М. Курцман родился в простой рабочей семье. Как многие его сверстники, пошел по комсомольской линии, отслужил в армии, пошел учиться (в Крымский сельхозинститут). В 41 г., эвакуировав семью, был призван в армию и назначен политруком. Служил в Приморской армии, летом 42 г. под Севастополем попал в окружение (точнее, его, как и многих других красноармейцев и командиров, просто бросили), был ранен, оказался в плену. Дальше — довольно обычная для пленных история: лагерь для военнопленных, где он, еврей и политрук, ожидая каждый день смерти, выдавал себя за татарина и простого бойца; побег, скитания с небольшой группой товарищей по плену в крымских степях; арест полицаями по наводке местных крестьян, чудесное осовобождение (кормить было нечем, а расстрелять вроде не за что); работа в колхозе даже не за еду, освобождение советскими частями в конце 43 г.
Дневник политрук Курцман начал вести еще на фронте, что-то вроде «журнала боевых действий». От него ничего не осталось, но в госпитале, весной 44 г., после тяжелого ранения осколками советского снаряда, решил записать свой боевой путь.
Он и был опубликован в рассматриваемом издании. Сразу видно, что писал политработник: Курцман идеологически правильно записывает и трактует все события, просто чистой воды агитпроп (см. сканы стр. 42-43, 54-55, 60-61). Рассказ идет в основном «о подвигах, о славе», в трудных боях бьем врага, немцы несут огромные потери в живой силе и технике, мы – много меньше, и все гибнут героями.
Как только Курцман начинает вспоминать, как попал в плен, тональность его повествования меняется, уходит ура-патриотизм, появляется нормальный человеческий рассказ. Он честно пишет, что вспоминая недолгое время пребывания в лагере, не может удержаться от слез.
Вот это обнажение души, исчезновение всякой официальной шелухи и интересно. Ценно и описание скитаний, жизни под немцами — все то, что он назвал своей смертью на год с лишним. После, похоже, к дневнику Курцман не возвращался, и он сохранил его чувства весны 44 г.
Потом было всё гораздо лучше: окончание аспирантуры, преподавание в Крымском сельхозинституте, уход в годы борьбы с космополитизмом главным виноделом на местный винзавод. В 1953 г. был направлен председателем колхоза в селе «Малореченское» Алуштинского района, который он за 15 лет вывел в число передовых, преобразовав в винсовхоз, дважды был награжден орденом Трудового Красного Знамени. Последние годы возглавлял «Крымсовхозвинтрест». Жизнь удалась.
А ведь могла оборваться, и ничего бы этого не было, как не было у миллионов других соотечественников и соплеменников Е.М. Курцмана.
Его потомки выпустили его скромные, но ценные и весомые воспоминания, да еще и в прекрасном оформлении: офсетная бумага, твердый переплет, вклейка с фото из домашнего альбома хорошего качества, а в конце книги, в виде приложения – подборка военных фотографий Л.И. Яблонского, военного фотокорреспондента, на чьей сестре был женат Е.М. Курцман.
Рекомендую эту небольшую книгу как интересное и любопытное дополнение к истории Великой Отечественной войны.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть