Князь Всеволод Николаевич Шаховской (1874-1954) был более чем знатного происхождения, из Рюриковичей (!), но небогат. Карьеру он сделал благодаря не связям, а упорному труду и энергии. Окончив Морской кадетский корпус, недолгое время служил на флоте, но женившись, перешел на штатскую службу, устроившись сначала в Министерство финансов, а затем в Министерство торговли и промышленности, где он и сделал свою карьеру, возглавив его во время войны.
Как администратор высшего звена, вызывал у современников восхищение своей работоспособностью и инициативностью, а также простотой обхождения, заметно выделявшей его среди прочей столичной бюрократии. Очень много сделал для улучшения шоссейных дорог и водных путей империи. Еще больше сделал бы, если не войны и революция - что-то после него доделывали большевики, напр., строительство Волховской электростанции. Произвел своей деятельностью, а также не притворным монархизмом впечатление на царя, сделавшим его в начале 1915 г. министром.
После Февральской революции был арестован, отпущен, а вот после Октябрьского переворота неоднократно задерживался, но не участие в активных политических акциях и не столь заметная идейная платформа уберегли его от участи многих других царских министров. В начале 1919 г. Шаховской с женой (детей у них не было) смог даже уехать в Данию, где он подготовил черновой вариант своих воспоминаний, а через год - во Францию. Там он участвовал в общественной жизни, но в целом был довольно незаметен (об этом, к сожалению, вообще ничего не поведал). В конце Второй мировой, после гибели жены под обстрелом американцев, решил довести свои мемуары до конца, что и сделал, но не увидел их вышедшими в свет (были изданы в Париже 1954 г.). Это издание, более никогда не печатавшееся, и легло в основу рассматриваемой книги.
В начале воспоминаний князь Шаховской отдает долг Николаю II, которому был искренне предан и никогда своих взглядов в отношении его и монархии не менял. С государем и государыней Шаховской общался много, те его ценили - не случайно, Шаховской, один из немногих министров, не был смещен со своего поста. Виновниками Февральской революции князь считает Госдуму и персонально Родзянко, Гучкова и Шульгина, справедливо добавляя к ним высших военных.
Вспоминать Шаховской начинает с 1893 г., не объясняя почему - вероятно, это время, когда он начал службу. Очень жаль, что не сказал ничего о детстве и юности. 250 стр. общего текста, т.е. практически все воспоминания, посвящено Первой мировой войне. Время пребывания министром Шаховской описывает одним словом: “кошмар”. Резко критикует либералов, промышленников, различные промышленные организации, активно бравших государственные деньги и использующих любую возможность для борьбы с властью. Эта нелюбовь Шаховского была взаимной.
Написано немного суховато. Но очень много интересной и ценной информации, показывающей внутреннюю государственную кухню с ее интригами, в которых Шаховской, судя по всему, не был занят - как минимум, многие из его утверждений о контактах с Распутиным, напр., подтверждаются фактами.
При всем своем монархизме человек был вполне прогрессивный. Для женщин-служащих выделил три дня в месяц, когда они могли не ходить на работу по состоянию здоровья. Взойдя на бюрократический Олимп, часто занимал самостоятельную позицию, выступая то против министра финансов, то против военного министра.
Рассказ Шаховского - это не последовательно-хронологическое изложение, а сюжетно-тематическое с повторением отдельных эпизодов. Картина выходит несколько хаотичная, деятельность Шаховского и его министерства показана совсем не системно и даже не вполне понятно, но он пишет, что не умеет себя “рекламировать”. Для политика это, может быть, и ничего, а вот для мемуариста - это упущение.
В отличие от некоторых других изданий этой серии, комментарии здесь имеются, да еще в таком объеме, что могут поспорить с основным текстом - они занимают 330 стр., а сами мемуары - 310! Подготовленные В. С. Куликовым, написавшим также обстоятельное введение к книге (объемом в 20 стр.), они супер информативны, даже избыточны (хотя я заметил несколько понятий, к которым также можно было бы добавить примечание). В общем, вместе два эти блока - воспоминания и сопровождающий текст - делают данную книгу полноценным академическим изданием. Можно смело утверждать, что князю Шаховскому повезло с его публикатором.
Типовое оформление: твердый переплет, офсетная бумага, отсутствие иллюстраций. Есть именной указатель. Тираж 1000 экз. ОЧЕНЬ небольшое количество опечаток.
Весьма рекомендую это познавательную и очень качественно оформленную работу всем интересующимся историей нашей страны в конце 19 - начале 20 в.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Данная книга – это переиздание 2007 г.
Она состоит из трёх частей: Дж. Харрис «Сказки дядюшки Римуса» (180 с.), Йозеф Лада «О хитрой куме Лисе» (повесть-сказка на 120 с.), «Сказки о животных» - (26 сказок на 190 с.).
Джоэль Харрис (1845-1908) – американский журналист, писатель, фольклорист. У нас традиционно годом его рождения принят 1848, американцы же считают, что он моложе на три года. Харрис родился на юге Америки в очень бедной семье (его отец был ирландцем-иммигрантом, который трудился подёнщиком у местных землевладельцев и оставил мать Х. до рождения сына), знакомые помогли незаконнорожденному мальчику, страдавшему от рыжего цвета волос и заикания, получить школьное образование. В 14 лет оставил дом и отправился на заработки. Работодателем Х. стал местный плантатор и издатель газеты Джозеф Тёрнер, в газете которого он стал помощником наборщика – за стол и жильё. В годы Гражданской войны газета стала одним из самых крупных СМИ Юга. Х. очень много читал и со временем стал печатать в газете свои стихи, книжные обзоры и юмористические заметки. На плантации Тёрнера он очень много времени проводил с рабами, где впервые столкнулся с негритянским фольклором, обработка которого впоследствии сделала его знаменитым. После окончания Гражданской войны Х. работал в разных газетах и журналах Юга, где добился признания и известности как журналист (сейчас таких называют колумнисты). Последние 30 с лишним лет жизни он провел в столице Юга США – Атланте, где и начал работать над первыми сказками из цикла сказок дядюшки Римуса (первоначально Римус был одним из персонажей его заметок, любящим порассуждать о том о сём). Первоначально они печатались в местной газете, их перепечатывали другие периодические издания по всей стране, а в 1880 г. вышел из печати первый сборник (состоявший из 34 сказок), ставший бестселлером. Книга принесла Харрису огромную славу (которой он не желал) и не очень большие деньги (на которые он выстроил себе в пригороде Атланты дом для своей большой семьи – жена и шесть детей, сохранившийся до сегодняшнего дня и ставший музеем). Х. какое-то время продолжал работать журналистом; но потом переключился исключительно на художественную литературу. Он умер на 63-м году жизни от нефрита и цирроза печени, вызванных во многом злоупотреблением спиртными напитками.
«Сказки дядюшки Римуса» произвели революцию в американской литературе, наравне с «Приключениями Гекльберри Финна» Марка Твена. Причиной этого стали опора на народную традицию (причём негритянскую), использование местного диалекта и очеловеченных животных. Его сказки очень сильно отличались от традиционных западных сказок. В общей сложности вышло восемь сборников сказок о дядюшке Римусе (всего 185 сказок), снискавших огромную популярность во всём англоязычном мире. Они были переведены на 40 с лишним языков. Однако у современников и особенно внуков первых читателей сказок они встретили неоднозначный приём и продолжают вызывать противоречивое отношение в американском обществе. Некоторые современники Х. полагали, что его авторский вклад пренебрежимо мал, а сам он просто записывал народные сказки. Для ряда чернокожих писателей обработки Х. выглядят посягательством на чужую культуру. Кроме того, идиллические отношения между старым негром-рабом и мальчиком из семьи плантатора, которому он рассказывает свои сказки, объявляются некоторыми авторами попыткой оправдать рабство. Современные американские фольклористы отдают Х. должное как одному из пионеров литературной записи негритянского фольклора южных штатов, много сделавшему для того, чтобы сохранить местный диалект для истории культуры.
Влияние Х. на детскую литературу трудно переоценить – своим учителем его признавали Киплинг, Милн, Поттер и другие, менее известные писатели. Сейчас это трудно представить, но до Х. подобной литературы в современном смысле слова не существовало. Президент Теодор Рузвельт сказал: «Президенты приходят и уходят, а дядюшка Римус остаётся».
На русском языке «Сказки дядюшки Римуса» были впервые опубликованы в 1936 г. в пересказе М.А. Гершензона и с тех пор множество раз переиздавались. В данном издании текст представлен в оригинальном, не адаптированном виде, хотя вся прелесть местного диалекта пропала.
Лада (1887-1947) - чешский график, живописец, театральный художник. Он прежде всего известен своими рисунками к приключениям бравого солдата Швейка. Лада много работал для детской книги, он иллюстрировал сказки, сборники пословиц и поговорок, народные песни. Одной из первых подобных книг была «Моя азбука» (1911),
потом неоднократно переиздававшаяся. Одним из самых известных литературных произведений Лады стала детская «Сказка о хитрой куме Лисе». На восприятие Ладой окружающего мира сильно повлияло одно трагическое событие. Будучи ещё младенцем, он однажды упал на закройный нож отца-сапожника и ослеп на правый глаз. Таким образом, Лада всю свою жизнь смотрел на мир вокруг себя только одним глазом, без чувства глубины и перспективы.
Художник-иллюстратор Игорь Панков создал картинки для 1-й и 3-й частей, вторую оформил сам Й. Лада. Чёрно-белые иллюстрации Панкова показались мне несколько простоватыми, рисунки Лады – очень своеобразные и запоминающиеся, но всё-таки на любителя. Помимо ч/б рисунков, по всей книге сделаны вставки с цветными иллюстрациями. Шрифт крупный, бумага белая, плотная, т.е. книга рассчитана на читателя-ребёнка.
Переводчик с английского П. Кляйнер; кто перевёл с чешского сказку Лады – не указано.
Скрыть

Про Ларса Клинтинга писали уже много – бывший столяр, ставший сначала иллюстратором, а потом и автором детских книжек. Прославила его серия про бобра Кастора и его друга бобрёнка Фриппе. В других странах, где принято давать персонажам свои имена, Кастор известен как Бруно, Харви и Казимир.
Всего Клинтинг написал семь книжек о Касторе – первая вышла в 1995 г., последняя – в 2004. Все, кроме последних двух, издательство Открытый мир уже перевело и издало. Последние две рассказывают, как Фриппе на некоторое время остался главным в лавке Кастора, и что из этого вышло; и как Фриппе обзавёлся новым красным велосипедом и отправился вместе с Фриппе на прогулку, колесо лопнуло и Кастор его починил.
Клинтинг взял в качестве формы иллюстрированную инструкцию, где в доступной манере учит детей (и их родителей) печь пирог, шить фартук, красить шкафчик, сажать фасоль, чинить велосипед, делать ящик для инструмента и т.д. Клинтинг сам всё это умеет – он шьёт, готовит, рисует, садовничает – в общем, настоящий хозяин! Для наших городских малышей, частенько плохо умеющих всё это (и которых не всегда и их собственные родители могут этому научить), такие простые пособия могут и заинтересовать, и действительно научить, причём в самой правильной - игровой и групповой форме.
В этой книге Кастор (Фриппе здесь почему-то не участвует, м.б., заболел?) решает навести порядок у себя в столярке. Инструмент навален горой в ящике, что хозяйственного бобра не устраивает. Он находит чертёж деревянного ящика для инструмента и принимается за дело. От его дедушки Кастору достался роскошный верстак (я позавидовал!). Боюсь, такого не найдёшь в среднестатистической квартире... В среднестатистической квартире вряд ли найдётся и коловорот – редкая вещь, нужная преимущественно для проделывания отверстий в мягких материалах вроде дерева, да и перовые свёрла для такого коловорота не все имеют. В таких случаях лучше пользоваться обычной дрелью, только электрической, а то ручной (как предлагает Кастор) замучаетесь сверлить. Да и повыкидывали ручные дрели люди давно! Выпилить круг нужного диаметра можно, кстати, тем же лобзиком, что есть у Кастора. Всё остальное (хотя в киянке я не уверен) должно быть. В конце книги есть чертёж ящика – даже придумывать ничего не надо. Так что удачи, дорогие столяры – приятной работы по дереву. Только не пораньтесь! А в готовом ящике можно хранить всё, что угодно – хоть игрушки. И ещё не забудьте его покрасить – Клинтинг об этом книжку тоже написал…
А я еще повредничаю. Кастор берет напильник и шкурку, чтобы обработать свои заготовки, но делает всё почему-то только шкуркой, хотя именно напильник нужен для грубой обработки краёв и срезов, а шкуркой уже доводят. И ещё. На картинке, где Кастор сверлит дрелью отверстию под шурупы, низ деревяшки явно больше верха (дело здесь не в перспективе); а на картинке, где он пилит, ножовку Кастор держит под каким-то очень странным углом. В общем, жаль, что рядом не было Фриппе!
Скрыть

Хорошо помню эту книгу. Впервые прочитал ее еще в самом начале 1970-х гг., когда ходил в детский сад (читать научился в три года, может, уже тогда и пробовал ее сам читать, не помню). Значит, это было издание 1968 г. Довольно долго она хранилась в домашней библиотеке (правда, без обложки), пока не пропала во время одного из переездов. Потерю тогда не оценил, возможно, даже и не заметил. У букинистов и сейчас можно найти одно из тех первых изданий...
Увидел ее снова в марте на выставке-ярмарке на ВДНХ. Увидел и сразу вспомнил - такая же, но все же другая. Чуть увеличенный формат, отличная (не то, что раньше) бумага, плотный переплет. Доминантный фон - желтовато-песчаный, так и видишь, и чувствуешь на зубах пески Египта, а на всем теле - жар огромного солнечного диска. Талантливая стилизация под древнеегипетскую манеру рисунка замечательного художника Н.Кочергина, необычная сказка с интригой, отличный пересказ - все это делает данное издание во всех отношениях идеальным для дошкольников и младшешкольников.
Но две вещи меня смущают. Не знаю, с чего печаталось данное издание - оригинальные диапозитивы или нет - но вышли иллюстрации какими-то "замыленными", как говорят художники. Может, это просто возраст - виденное в детстве кажется более ярким и четким - все может быть, не буду настаивать. А вот стоимость точно велика - даже выстовочная цена мне показалось завышенной, все же детская книга, объем небольшой, не совсем коллекционное издание, да и тираж не маленький. Взрослый для себя купит, а вот ребенку подумаешь - а жалко, больно книжка хороша... Скрыть

Александр Григорьевич Звягинцев (1948-) — человек разносторонний. Профессиональный юрист, с 1970 г. он работал в органах прокуратуры, в 2003-15 гг. был заместителем Генпрокурора РФ, сейчас на пенсии. Писать и печататься (под псевдонимом) стал с середины 1980-х гг. Выпустил серию работ по истории отечественной прокуратуры с петровских времен. Кроме этого, опубликовал два десятка детективных романов, основанных, как говорится в аннотациях к ним, «на реальных событиях». Даже собрание его сочинений вышло в свое время… Ряд его работ переиздается регулярно.
Есть у А.Г. Звягинцева полноценная биография известного советского Генерально прокурора, пробывшего на этом посту почти 27 лет, хотя можно ли назвать ее полноценной, не уверен. Итак, Роман Адреевич Руденко (1907-81) родился в бедной крестьянской семье в Черниговской губернии. Работал сначала в деревне, потом на заводе. Затем стал комсомольским активистом, рано пошел по общественной линии и попал во власть. В 1929 г. молодой партиец Руденко был направлен на работу в прокуратуру, где остро не хватало новых — проверенных и лояльных, пусть и малограмотных — кадров. На новой работе Руденко быстро пошел вверх. В конце 1937 г. стал прокурором Донецкой области, когда и был замечен тогдашним украинским вождем Хрущевым. В биографии Руденко был краткий эпизод, когда он был снят со своей должности и готовился к аресту, но смог отбить типовые для тех лет обвинения и вернуться в профессию.
В 42 г. Руденко был назначен зампрокурора Украины (не без подачи Хрущева), а потом и самим прокурором (штат которого составлял, включая технических работников, 23 человека). Звездным часом, принесшим Руденко не только всесоюзную, но и мировую известность, стало участие в качестве главного обвинителя от СССР на Нюрнбергском процессе. Этому сюжету в книге А.Г. Звягинцева посвящено три (!) главы, почти в 70 стр., что, на мой взгляд, более чем превышает нужный для данного издания объем. Понятно, что у автора есть отдельная работа именно на эту тему, но расширять одну книгу за счет другой — это не всегда верно.
Генпрокурором СССР Руденко был назначен в июне 1953 г., сразу после ареста Берии, процесс по делу которого он провел как должно, и оставался на этой должности до самой своей смерти в начале 1981 г. При Руденко началась массовая реабилитация репрессированных при Сталине или «восстановление соцзаконности». Интересно, что об участии Руденко в сталинских репрессиях А.Г. Звягинцев пишет очень мало, а его (пусть и пассивного, формального) не могло не быть.
В конце книги автор сильно выходит за рамки хронологии, связанной с биографией его героя, доводит рассказ до начала 1990-х гг., где главной фигурой являлся преемник Руденко на посту гепрокурора А.М. Рекунков (а потом и Н.С. Трубин). Как результат, фактически треть книги — не о Руденко.
А.Г. Звягинцев пишет, что Руденко всегда был верным исполнителем указаний верховной власти, колебался только вместе с генеральной линией партии. Он не был плохим человеком, но назвать его хорошим человеком в чистом виде тоже нельзя, поскольку прокуратура, включая генпрокурора, всегда являлась частью карательного механизма советской власти. Автор указывает на это, когда говорит об участии Руденко (и довольно творческом, а не просто механическом) в преследовании диссидентов в 1960-80-е гг., включая Солженицына и Сахарова.
Руденко был осмотрителен и осторожен, хотя мог пойти и на принцип, в частности, в общении с Хрущевым и Брежневым, но это всегда было в рамках системы.
Авторский текст перемежается отдельными вставками в виде биографических очерков коллег Руденко по прокуратуре. Иной раз этих материалов дано даже с избытком (вероятно, сведения были почерпнуты А.Г. Звягинцевым из других его книг по истории отечественной прокуратуры). Кроме этого, есть еще вставки о т.н. «громких делах», иногда очень кратко, иногда подробно описывающих те или иные уголовные дела 1940-80-х гг.
Особую ценность рассказу А.Г. Звягинцева придает тот факт, что он много общался с самыми разными людьми, знавшими Руденко на протяжении его жизни, и поделившимися с автором своими воспоминаниями.
К сожалению, написано всё довольно суховато.
Издание состоит из двух частей: собственно биография Руденко (объемом в 340 стр.) и разнообразные приложения, представляющие из себя ксерокопии документов 1930-90-х гг., посвященные по большей части Руденко, но не только (объемом почти в 130 стр.). Имеются три вклейки с различными фотографиями хорошего качества, очень подробно иллюстрирующих жизненный путь Руденко. Оформление — серийное, вполне добротное. Тираж в 5000 экз. не разошелся с 2007 г.
Готов порекомендовать (с указанными ограничениями) данное издание в качестве биографического очерка одной из любопытных фигур советской истории 50-70-х гг. 20 в.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть