В 2018 г. в этой же серии издательства «Кучково поле» вышли замечательные воспоминания генерал-майора Ф.П. Рерберга «Всё в прошлом». Подготовившие их к печати К.В. Залесский и В.Е. Климанов, рассказав во введении о личности автора, упомянули, что в его рукописном наследии имеются и другие мемуарные работы, которые готовятся выйти в свет в обозримом будущем.
Рассматриваемая книга и является продолжением той публикации 2018 г. Я написал о последней рецензию, поэтому останавливаться подробно на жизни и творчестве генерала Рерберга не буду, упомянув лишь ключевые детали. Кроме этого, я написал рецензию на работу по истории Перновского полка, командованию которым и посвятил свои нынешние записки генерал. Посему постараюсь быть краток.
Федор Петрович Рерберг (1868-1928) был родом из семьи военных, неудивительно, что он выбрал для себя тот же жизненный путь. Карьера его задалась было очень хорошо — служба в Семеновском полку, успешная учеба в академии Генштаба, участие в русско-японской войне, наконец, получение полка, расквартированного в Москве. После этого биография Рерберга продолжилась также удачно, но в годы Первой мировой войны застопорилась и закончилась на вполне тыловой и заурядной должности. Во время Гражданской войны, выбрав сторону белых, Рерберг ничем не отличился, сойдя со сцены вместе с другими чинами русской императорской армии и оказавшись на многие десятилетия в забвении. Однако в эмиграции, в Египте, он написал семь томов мемуаров, которые и вернули его имя к жизни. Данные две книги (надеюсь, будет продолжение) — лучшее доказательство законности интереса к личности Рерберга.
Традиционно командование полком считалось необходимым (а для многих и финальным) этапом карьеры любого претендующего на высокие должности офицера, обязательным, хоть и непростым административным опытом. Именно трехлетнему периоду своего пребывания в должности командира Перновского гренадерского полка и посвятил Ф.П. Рерберг свои последние воспоминания, оставшиеся незаконченными.
Это отличный источник по повседневной жизни русского офицера предвоенной поры, а также военной жизни тогдашней Москвы. Рерберг был человек сложного характера, упрямый и не гибкий, что он сам признает, поэтому постоянно находился в состоянии конфликта со всеми вышестоящими командирами (очень часто защищая своих подчиненных даже в ущерб себе). Отсюда не всегда объективные характеристики, которые он дает некоторым лицам. Однако человек он был способный, вращался в высших кругах, встречался с императором, чему посвятил несколько очень любопытных страниц в своих записках. На время его командования пришлось 200-летие Перновского полка, которое он с большими подробностями описал. Вообще, многие эпизоды из прошлого (полковые праздники, картины маневров) написаны очень «вкусно», сразу видно, что Рерберг любил военную службу, и ему было очень приятно вспоминать всё это…
Надо сказать, что Рерберг обладал отличной памятью, и хотя писал в основном без вспомогательных материалов, сумел сохранить для потомков множество ценных деталей из своего прошлого. В частности, он подробно описывает, из чего складывалась его жизнь в качестве командира полка: учения, общение с начальниками и подчиненными, разнообразные заботы о солдатах и их быте (Рерберг был требовательный, но заботливый офицер). Отмечу для протокола — сколько же они с господами офицерами пили!
Одну главу своих воспоминаний Рерберг посвятил реформам, которым была подвергнута русская армия после русско-японской войны (он полагал их на 90% вредными, организованными под влиянием либеральных кругов). В приложении к книге даны разные материалы объемом в 60 стр., которые Рерберг, вероятно, планировал включить в текст своих воспоминаний.
В начале издания дана вводная статья К. Залесского, который, написав о Рерберге в предисловии к изданию его воспоминаний «Все в прошлом», здесь ограничился несколькими словами для описания его биографии. К. Залесский и В. Климанов снабдили книгу комментариями и именным указателем. Рукопись была извлечена ими из архива Солженицына, который в эмиграции собирал воспоминания по истории России начала 20 в. Ему и были переданы все тексты Рерберга сыном последнего, но сам Солженицын ими не воспользовался.
Хорошее серийное оформление, но нет иллюстраций (они есть в предыдущем томе воспоминаний Рерберга). Тираж 1000 экз.
Весьма рекомендую эту хорошо написанную и качественно подготовленную книгу всем интересующимся историей нашей страны в начале 20 в.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Еще одна очень хорошая подборка интервью ветеранов Великой Отечественной войны (правда, некоторые были уже опубликованы раньше, напр., беседа с М.Л. Гершманом). Хотя героев этих девяти интервью объединяет военная специальность пулеметчика, рассказ идет о боевом пути каждого из них, где первым номером станкового пулемета «Максим» (хотя кто-то пострелял и из других видов пулеметов) они были не все время, повоевав кто обычым пехотинцем, кто минометчиком, кто оружейником в авиаполку. Основная масса героев этих воспоминаний служила на фронте простыми солдами и младшими командирами, наверх никто не выбился (хотя есть среди них и те, кто стал Героем Советского Союза, и те, кто представлялся к этому высокому званию).
Некоторые успели застать еще предвоенную армию и даже повоевать (на финской, например), но большинство были допризывниками и на фронт попали в 42-44 гг. (многие добровольцами), что и уберегло их от гибели в начале войны.
Нет ни одного проходного или просто неинтересного рассказа, можно читать всё как историю жизни нашего народа в 1930-40-е гг. К сожалению, за исключением трех материалов, объемом они невелики (15-20 стр.).
Оформление вышло средним, как во всей серии. Жаль, что иллюстраций маловато. Тираж 1500 экз.
Очень рекомендую.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Владимир Николаевич Киселёв (1931-2021) был не совсем обычным автором. По образованию специалист по городскому транспорту, работал в Минске чиновником, защитил диссертацию, стал преподавателем. На пенсии начал писать книги, посвященные землякам-белорусам. Одной из них стала рассматриваемая работа.
Герой этой основательной работы – человек забытый. На фоне тех достойных людей, чья память предана забвению, В. С. Завитневич может показаться фигурой не вполне заслуживающей внимания и особенно книги. Может быть. Но я всегда был за то, чтобы было больше биографий, хороших и разных. Поэтому не скажу, что сердце мое возрадовалось, ознакомившись с жизненным путем и творчеством давно ушедшего в прошлое профессора, но и бесполезным назвать я свое новое знание не могу.
По существу. Владимир Зенонович Завитневич (1853-1927) родился, страшно подумать, еще при Николае Павловиче, а умер уже при Сталине. Появившись на свет в Минской губернии в семье священника, служившего почти 60 лет, он отчасти повторил выбор отца. Окончив Минскую семинарию и С. Петербургскую духовную академию, священнослужителем не стал, устроившись в 1879 г. учителем арифметики и географии в Варшавское духовное училище. Серьезно занимался наукой, с 1884 г. преподает в Киевской духовной академии русскую гражданскую историю. Служил там до выхода в отставку в 1912 г. Участвовал в работе Всероссийского Поместного собора. Что было с ним после революции, трудно сказать – подрабатывал во Всеукраинской Академии наук. Мало известно о его личной жизни – автор не может уверенно сказать, был ли тот женат. Увлекался природой, был первым заместителем председателя Русского общества голубиного спорта, организатором зоосада при Киевском университете.
Завитневич занимался историческими археологическими исследованиями, в частности, изучал курганы на территории Минской губернии. Много лет посвятил изучению жизни и творчества А. С. Хомякова, чьи славянофильские взгляды разделял, выпустив два основательных тома о нем на 1700 с лишним страниц. Правда, этот труд оценивался как излишне апологетический. Несколько работ посвятил сектантству и расколу.
Был вполне либеральным педагогом и администратором (инспектором), что во время революции 1905-07 гг. не у всех его коллег нашло поддержку. При этом поддерживал идеи прорусского национализма. Среди прочего, утверждал, что западное общество ставит конечной целью своего бытия факт всестороннего удовлетворения разнообразных потребностей своей животной природы. Русский же народ создан по образу и подобию Божию. На Западе много кумиров, культов, что мешает сосредоточиться на чем-либо определенном. У русских один Бог (с. 111). И т.д. Идеализировал православие и народность, но самодержавие считал наследием влияния Византии и татар, чуждым народу.
В общем, любопытная судьба без особых внешних проявлений. Творчество Завитневича сегодня не востребовано, и это в целом понятно – открытий он не сделал, великий произведений не создал. Был такой крепкой руки интеллигент. Но его взгляды оказались созвучны со взглядами В. Н. Киселева, человека твердых жизненных позиций, которые он активно демонстрирует в своей хорошо проработанной и документированной книге. Написана она несколько суховато, но грамотно выстроена и тщательно отредактирована – чувствуется старая школа.
Книга состоит из двух частей: собственно биографии В. З. Завитневича на 220 стр. и разные дополнительные материалы с приложениями (перечень работ Завитневича и работ о нем, два его основных, по мнению автора, труда) на 150 стр.
Добротное оформление (твердый переплет, офсетная бумага). Есть ч/б иллюстрации в тексте, разного качества. Тираж 1072 (!) экз.
Не знаю, кому могу уверенно порекомендовать это издание – наверное, таким же любителям истории, каковых, думается, немного. Поэтому поостерегусь.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Олег Борисович Мозохин – д. и. н., ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН, полковник в отставке, специалист по истории органов безопасности СССР, автор нескольких монографий, посвященных событиям 1920-30-х гг.
В своем очередном исследовании, основанном на архивных документах, он разбирает давнюю историю – один из процессов, организованных партией и спецслужбами – между первыми, еще начала 20-х гг. «пробами пера» над правыми эсерами, и капитальными, «московскими процессами» конца 30-х гг. против бывших вождей партии большевиков. Одним их них, наряду с «Шахтинским делом», стало дело «Трудовой крестьянской партии» или ТКП.
Работа О. Б. Мозохина – это первая отечественная монография на эту тему, полноценный научный труд. Книга состоит из пяти глав. Во введении содержится анализ историографии и источников по теме.
На рубеже 1920-х гг. в СССР началась массовая коллективизация, вызвавшая массовое сопротивление ей и сопровождавшаяся массовыми же репрессиями. Создание колхозного строя шло туго, и власти стали искать виноватых (этому посвящена гл. 1). Их нашли среди т. н. вредителей, разных бывших, работавших техническими специалистами в аграрном секторе. По законам чекистского жанра у них должна была быть организация или, как было модно тогда, некий «центр», желательно всесоюзный, управлявший всеми этими актами сопротивления и саботажа. Таковым была назначена ТКП. Существует две точки зрения на историю ТКП: 1) это чекистская фальшивка, 2) она основана на подлинных показаниях обвиняемых и отражает истинное положение дел среди части тогдашней интеллигенции.
Руководителями ТКП были назначены известные ученые-экономисты Н. Д. Кондратьев и А. В. Чаянов, работавшие на советскую власть с начала 20-х гг. и пользовавшиеся большим авторитетом у тогдашнего руководства наркомата земледелия. Но наркомат, во главе которого стояли люди, разделявшие идеи нэпа и близкие т. н. правой оппозиции, уже не соответствовали задачам, которые ставил перед страной Сталин. Нужно было публично доказать это и разгромить всех, кто мешал коренному перелому в экономике и не только. Следователи во главе с одним из руководителей ОГПУ Я. С. Аграновым взялись за дело. Программу ТКП, которой не существовало, Кондратьев написал по поручению следователя. Для этого он попросил и получил стенографистку и машинистку, а также разные материалы. На допросах обвиняемые говорили о том, что никакой партии не было, и следователи зафиксировали это в протоколах, которые сохранились, поскольку нужные протоколы, отправленные наверх, были потом сделаны. Вообще очень хорошо показана внутренняя кухня следствия – арестованных еще не били, но давили на них психологически, шантажировали, обманывали, периодически лишали сна, устраивая ночные допросы.
Сталин лично следил за этим важным для него делом и направлял его ход, давая поручения и указания следователям, какие показания желательно получить от арестованных. Об этом рассказывается в гл. 2 книги, самой объемной.
Интересно, что границей, в Чехословакии существовала и действовала реальная Трудовая крестьянская партия во главе с эсером С. С. Масловым, эмигрировавшим из России в 21 г. Она была выступала за свержение советской власти, одобряла террор (это содержание гл. 3), но с ТКП связана не была, кроме как в фантазиях руководителей ОГПУ. Последние потребовали от арестованных не только наличия центра (ЦК), но и многочисленных филиалов на местах (об этом повествуется в гл. 4). Во время коллективизации эти придуманные филиалы пригодились для активного выявления врагов народа и последующих репрессий. При этом настоящие массовые выступления крестьян против колхозов были, и автор приводит многочисленные документы, подтверждающие это.
Спустя год после вынесения приговора осужденные по делу ТКП были частично освобождены или наказание им было существенно смягчено, что говорит о том, что искусственность дела с самого начала была ясна его организаторам. Правда, многие участники дела ТКП были в конце 30-х гг. повторно арестованы и в большинстве расстреляны.
Хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага). В конце книги есть подборка ч/б иллюстраций, список сокращений. Много опечаток. Тираж 600 экз.
Рекомендую всем интересующимся историей нашей страны в 30-е гг.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Леонид Григорьевич Прайсман (род. 1949) – советский и израильский историк. Окончив МГПИ им. Ленина, работал учителем истории в Москве. Участвовал в правозащитном движении, с 1985 г. живет в Израиле. За последние три с лишним десятка лет у него вышло несколько книг по истории российского революционного движения и Гражданской войны. Рассматриваемое издание – первая работа автора, с которой я знакомлюсь.
В предыдущих своих исследованиях по истории Гражданской войны Л. Прайсман изучал поведение представителей различных национальностей и классов, их выбор в пользу той или иной политической силы на примере Поволжья, Прикамья и Урала. Книгу «Огненные годы…» он посвятил изучению Гражданской войны на Русском Севере.
По мысли автора, на этих колоссальных, мало населенных просторах противникам большевиков очень повезло. Под прикрытием высадившихся английских, американских, французских, итальянских войск можно было в течение длительного времени создавать русскую армию, которую вооружали и содержали страны Антанты. Однако противники большевиков потерпели поражение. Почему?
Л. Прайсман пишет, что экономическое положение Архангельской губернии в начале 20 в. было слабым. Развивались лишь лесопромышленные предприятия и порт (особенно с началом Первой мировой). Рабочих было очень мало, а из имеющихся большинство было приезжими (им здесь очень хорошо платили). Политическую поддержку имели меньшевики и эсеры. Но к концу 1917 г. стали расти удельный вес и влияние большевиков. Местные и приезжие коммунисты силой и обманом захватили к середине 18 г. власть, и стали развращать рабочих, видя в них свою главную поддержку, устанавливая им очень высокие зарплаты и привилегированные условия труда. Крестьянство, освободившееся от всей прежней власти и получившее невиданную прежде свободу, на затеи городских, до поры до времени их не затрагивавшие, не обращало внимания.
После подписания Брестского мира немецкая агрессия не остановилась и возникла угроза захвата немцами и финнами Архангельска и Мурманска. Советская власть и союзники были едины в желании бороться с этим. Уже в марте 18 г. в Мурманске высадились английские и французские десанты. Реально большевики ненавидели и немцев, и союзников, но лавировали, желая избежать войны с немцами, но не дать союзникам свергнуть себя. В июне 18 г. Антанта приняла решение о вооруженной интервенции в Россию против немцев, но без согласия большевиков. Вступив в союз с антисоветскими организациями, имевшими довольно сильную опору на севере, они смогли практически без боя захватить Архангельск. Было создано правительство преимущественно из эсеров во главе с Чайковским, симпатичным, но слабым человеком, проводивших вполне социалистическую политику, не встречавшую поддержки ни у местных жителей, ни у союзников. Наладить разрушенное за время войны и революции хозяйство новые власти не смогли. Особенно плохо было с продовольствием, которое на севере всегда завозили извне. Снабжение наладили союзники. Англичане (и отчасти французы) вели себя абсолютно бесцеремонно, с позиции силы (и были в этом правы – реальной опоры у власти было мало). При молчаливом согласии союзников (кроме посла США) правительство Чайковского было свергнуто военными заговорщиками, но вызвавшее это возмущение вынудило восстановить положение. Однако бывшие министры уже сами не хотели управлять областью. Автор крайне отрицательно относится к большевикам и не скрывает своего презрительного отношения к социалистическим властям на русском Севере. Это не вполне характерно для наших историков, но не вызывает отторжения.
Эгоистическое поведение рабочих и профсоюзов, требовавших от властей всё новых уступок, но при этом желавших возвращения коммунистов, постоянные восстания солдат вызвало к власти новых людей. В начале 19 г. область возглавил генерал Миллер, никогда не воевавший штабист и монархист. Он правил год, потом бросил свои войска и чиновников на произвол красных, и уехал.
Активные противники (как и сторонники) большевиков были в деревне – белые партизанские отряды, в городах – ополченцы из буржуазии и интеллигенции. Интересно отметить: автор пишет, что зажиточное крестьянство было очень малочисленно, но против большевиков шли не всегда по классовому принципу. При этом буржуев (т.е. сколь-либо зажиточных) не любили ни правые, ни левые – и это при том, что на севере помещиков никогда не было, а земли было с избытком, только интереса к ней было мало – больше ценилось скотоводство, нежели землепашество.
Союзники воевали (редкий случай) сами, полностью обеспечили русские части обмундированием, боеприпасами, вооружением и питанием, обучали их. Большевики действовали на севере с переменным успехом, но разобравшись к началу 20 г. со своими основными противниками на юге и востоке, бросили против северян значительные силы. Союзники класть здесь свои кости не пожелали и эвакуировались, местные же от войны устали, от большевиков, ведших очень агрессивную и убедительную пропаганду, ждали мира и спокойствия. Автор полагает, что для большинства населения России большевики были своими, а все образованные и состоятельные – врагами; единственной же приемлемой формой власти – диктатура, а не демократия.
Автор активно использовал отечественные и зарубежные архивные материалы, в том числе ранее не использованные документы США и Франции. Он смог найти интересные и ценные сведения, малоизвестные у нас. В частности, в приложении представлены дневники американских солдат, участвовавших в интервенции на севере. Часть материала – скажем, подробный рассказ о заключении Брестского мира – представляется мне избыточным и не по теме книги. Написано не скучно.
Хорошее оформление (твердый переплет, офсет). Есть список сокращений, список источников и литературы. Есть вклейка с ч/б иллюстрациями. НЕТ КАРТЫ!!! Тираж 500 экз.
Рекомендую всем интересующимся историей Гражданской войны в России.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть