Какие-то вещи меняются, увы, в худшую сторону или не меняются вообще. Выпустило издательство «Вече» сборник работ Владимира Христиановича Даватца и ничего, кроме его текстов, тебе, читатель, не предложило — ни введения/заключения с информацией об авторе и его трудах, ни комментариев, ни перевода иностранных слов и выражений, ничего, чистый голяк.
Почему редактор А.А. Александров не может дать хотя бы короткую справку, основанную на общедоступной информации, объяснить не могу. Никакая редакторская загрузка это не оправдывает. Другие могут, что же вам мешает? Едва ли тираж в 500 экз. оправдывает такую экономию.
Итак, В.Х. Даватц (1983-1944) — российский общественный деятель, публицист, участник Белого движения. Родом из старинного баронского рода, дальний родственник барона Врангеля. Выбрал отнюдь не военную карьеру (в отличие от родного брата, кадрового офицера), став профессором математики в Харькове. В юности увлекался левыми идеями, был даже арестован, но от радикальных взглядов ушел, присоединившись к партии народной свободы, близкой кадетам. Много писал и печатался, был редактором разных (скорее демократических) газет.
В конце 19 г., разочаровавшись в происходящем, вступает добровольцем в одну из частей Вооруженных сил России, а именно — рядовым на бронепоезд «На Москву». Эвакуировавшись с частями Врангеля Крым, продолжает службу, но больше занимается общественной деятельностью и журналистикой. В эмиграции оказался в Галлиполи, здесь же получил чин подпоручика. Уезжает в Болгарию, потом Белград, где продолжает публицистическую работу, активно трудился в РОВСе. После начала Второй мировой войны вступил в Русский корпус, в основном занимавшийся охранной и антипартизанской деятельностью в Югославии, и в конце 44 г. погиб во время бомбежки союзников.
Рассматриваемый сборник состоит из трех основных работ В.Х. Даватца. Это воспоминания о службе на бронепоезде «На Москву», выпущенные в 1921 г. Париже (объемом в 100 стр.), где подробно описаны 2,5 месяца в начале 20 г. и очень конспективно почти год в эмиграции, от Ростова до Константинополя (последнее — не особенно интересно). Вторая книга — это совместная работа В.Х. Даватца с Н.М. Львовым «Русская армия на чужбине», изданная в 1923 г. в Белграде (около 100 стр.). В отличие от мемуаров «На Москву», она носит отчетливо публицистический характер. Продолжением «Русской армии…» стал вышедший в Белграде же в 1926 г. очерк пятилетней истории русской армии в эмиграции «Годы», при написании которого автор использовал архив барона Врангеля и советовался с ним по содержанию работы. В приложении представлены несколько стихотворений Даватца, сегодня забытых, и описание знамен и регалий, размещенных в русской церкви в Белграде. Наконец, в конце данного издания дана подборка ч/б иллюстраций в основном плохого качества.
Лучший, на мой взгляд, материал — это воспоминания Даватца о его участии в Гражданской войне, но не все, а первые 70 стр. Да и здесь историческая ценность снижена использованием инициалов при упоминании многих персонажей и отсутствием примечаний. Всё остальное — сильно не на широкого читателя, а на историка Белого и эмигрантского движения.
Автор — романтический интеллигент с тонкой чувствительной душой, погруженный в мир интимных переживаний. Высокие чувства, высокие разговоры…
«Русская армия на чужбине» написана по свежим следам, на ограниченном круге источников (публикации в эмигрантских СМИ), не специалистами в этой области, с партийной пристрастностью. Хорошо показана политика союзных государств (прежде всего, Франции), старавшихся избавиться от русской армии и готовых пойти ради этого на соглашение с большевиками, и раздор среди русских политиков, особенно левых. Предательство одних, распри и старые партийные склоки других…К сожалению, видно, что книгу писало два человека — много сюжетных повторов. То же можно сказать и о «Годах», дающих более широкую картину, где армия — лишь часть общей эмигрантской жизни.
Не буду рекомендовать это издание широкому читателю, да его тираж и не ориентирован на него.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

В начале, по доброй традиции, об авторе. Составитель и автор этого труда, подполковник Василий Ефимович (в издательстве Вече не нашлось никтого, кто смог бы раскрыть его инициалы) Павлов (1895-1989) — участник Белого движения и его историк. Прожил такую жизнь (почти целый век), что успел увидеть возвращение исторической правды в отношении той идеи, за которую он боролся.
Кадровый офицер, участник Первой мировой, воевал храбро, несколько раз был ранен. Награжден боевыми орденами. В Добровольческую армию вступил в самом начале ее создания, непосредственно наблюдал все описанные им события. Сражался в 1-м Офицерском генерала Маркова полку, командовал там ротой, потом батальоном. С 22 г. в эмиграции, жил и умер во Франции, где активно занимался политической деятельностью. Много сделал для создания истории марковцев — в 1962 и 1964 гг. в Париже вышли в свет два тома: «Марковцы в боях и походах за Россию в освободительной войне 1917—1920 гг.». У нас это издание выпустил в 2001 г. «Посев» под названием «Марков и марковцы».
Настоящий труд — это переиздание ПЕРВОГО ТОМА оригинальной парижской публикации. Второй, содержание которого охватывает 1919-1920 гг. — «наступление на Москву, отступление, Крымская эпопея, уход за пределы Родины» и занимает такой же объем, как и 1-й том, остался за пределами данного издания. Возможно, еще выйдет.
Книга основана на личных воспоминаниях В.Е. Павлова, а также воспоминаниях около 100 ветеранов-марковцев и эмигрантских работах. Кому какие тексты принадлежат, указывается редко, нередко вместо фамилии рассказчика стоят лишь инициалы (как и в отношении некоторых упомянутых в книге лиц). Советские данные не привлекались, за исключением двух упоминаний, что делает изложенный материал в ней несколько однобоким. Книгу предполагалось выпустить много раньше, но подготовленные материалы погибли в Болгарии во время Второй мировой войны. и всё пришлось начинать заново.
Книга состоит из 10 глав, в хронологической последовательности рассказывающих о событиях начиная с февраля 17-го по январь 19 г. Хорошо показана ожесточенность Гражданской войны, пассивность значительной части населения — офицерства, интеллигенции, казачества, долгое время не желавших принимать чью-либо сторону и ожидавших, что большевики рассосутся сами собой. Хотя из книги видно, что противостояние было действительно не на жизнь, а на смерть — в боях противники постоянно сходятся в рукопашной, пленных не брали.
Рассказ В.Е. Павлова кажется достаточно объективным, при том, что своих позиций он нигде не скрывает. Однако автор придерживается сугубо военной канвы тех событий, ничего не говоря о причинах, вызвавших революцию и Гражданскую войну, равно как и о идеях большевиков. Почему они получили гораздо более массовую поддержку в отличие от белых, что из себя представляла социально-экономическая и политическая политика большевиков, В.Е. Павлов умалчивает.
Кроме общего повествования о боях и походах добровольцев, книга содержит рассказ о разных судьбах участников Белого движения, ценных различными деталями, мало неизвестными и забытыми на фоне более крупных событий.
Текст очень плотный, читается в начале довольно медленно, но в целом автор пишет и излагает материал хорошо, не без пафоса, но и без перегибов о китайцах и комиссарах-евреях, так что книга воспринимается в целом легко и местами увлекательно.
В конце издания собрана подборка ч\б иллюстраций, включая несколько карт. В оригинальном издании иллюстраций было много больше и они были даны в самом тексте. Примечаний никаких, ни авторских, ни современных. Имеется введение от издателей начала 1960-х гг., наши публикаторы ничего к нему не добавили, а жаль. Мелкий шрифт может быть тяжеловат в чтении.
Рекомендую всем интересующимся историей Гражданской войны как добротный первичный источник.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Автор рассматриваемой книги — сын известного советского художника-карикатуриста Б. Ефимова и племянник еще более известного журналиста М. Кольцова (биографию послднего он выпустил в 2014 г.).
Повествование начинается с 1941 г. и заканчивается в начале 2000-х гг., т.е. охватывает более 60 лет. В начале Великой Отечественной войны Миша Ефимов (1929 г.р.) из Артека, где он отдыхал, отправился с семьей в эвакуацию в Сибирь, откуда вернулся в Москву через два года. Отец с ними не жил, но помогал. В старших классах, где учился… не очень, попал в спецшколу с углубленным изучением иностранных языков, в его случае, японского. Готовили на разведчика, да не состоялось. После учебы в 1947-52 гг. в Московском институте востоковедения, где хватил борьбы с космополитизмом, закончил аспирантуру по японской литературе, но, не защитив диссертации (что сделал через полвека), пошел работать, поскольку японский язык, в отсутствие дипотношений с Японией, как и японская литература, был не востребован. На пять лет ушел в недавнюю лженауку, кибернетику, занимаясь вопросами машинного перевода. С конца 50-х гг. стал печатать фельетоны в центральной прессе. Тогда же стал неофициально сотрудничать с КГБ, о чем достаточно откровенно рассказывает. В том числе это было связано с тем, что М. Ефимов, хорошо знавший не только японский, но и английский, стал подрабатывать на различных международных мероприятиях в качестве переводчика.
Всё это в начале 60-х гг. привело автора к сотрудничеству с Агентством печати «Новости» (АПН), приемником Совинформбюро, советском внешнеполитическом официозом, где он прослужил ровно 30 лет, пока эта контора не закрылась. Начав редактором журнала «Советский Союз сегодня», а закончил одним из руководителей агентства.
В 1968 г. Ефимов впервые уехал в Японию, где провел два срока, став там под конец главой представительства АПН и первым секретарем советского посольства.
Никаких особых тайн М.Б. Ефимов не раскрыл, но внутреннюю кухню АПН хорошо показал, поведав много интересных и поучительных историй. Очень хорошо и поучительно показана агитационно-пропагандистская деятельность советского государства, в которую автор внес свою лепту. В этом разделе М. Ефимов, на мой взгляд, слишком подробно рассказал о своих поездках по Японии и в соседние государства — это лишь относительно интересно современному читателю и больше напоминает дневник или тогдашние публикации журналиста.
На перестройку пришлась работа М.Б. Ефимовым главредом издательства АПН, где он тоже много ездил по свету, о чем подробно (даже с избытком, на мой взгялд) поведал. Завершилась его официальная карьера главой корпункта АПН в Новой Зеландии, пребыванию в которой он посвятил больше места, чем рассказу о жизни в Японии. Домой вернулся 31 декабря 91 г. — в другую страну и другую жизнь, жизнь на пенсии. Поэтому в 90-е гг. чем он только не занимался, что описал — с юмором, но черезчур обильно. Занимался рекламой, шоу-бизнесом, медициной, работал в банке. В частности, возглавлял пресс-центр гастролей М. Джексона в России. В конце концов, обосновался с супругой на дачей под Москвой и стал нормальным пенсионером.
Написано всё это без литературных претензий, добротно и интересно (не без длиннот), читается легко. Много любопытных примеров из жизни (своей и других людей). М.Б. Ефимов был знаком (шапочно и более основательно) со многими интересными людьми, о встречах и общении с которыми он рассказывает (Е. Примаков, К. Бесков, А. Леонов, Ю. Семенов и др.). Под конец книги автор становится несколько многословен.
Отмечу хорошее оформление (твердый переплет, офсетная бумага, две вклейки ч ч/б фотографиями) и отсутствие корректора — многовато опечаток, особенно заметен дефицит запятых.
Рекомендую всем интересующимся историей нашей страны во второй половине 20 в. как любопытное повествование о жизни одного советского интеллигента, не очень циничного, не слишком разочарованного.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Дмитрий Трофимович Шепилов (1905-95) — особая фигура с советского политического Олимпа. Бывший в 1940-50-е гг. одним из высших номенклатурных работников союзного масштаба (главред «Правды», глава отдела пропаганды и агитации и ЦК ВКП(б), министр иностранных дел, секретарь ЦК КПСС), в 1957 г. он был обвинен в заговоре с целью свержения Хрущева (фактически так и было) и извергнут из системы. Причем если новые времена сказались в том, что Шепилова никто не тронул (не посадили, не расстреляли, да еще и со всеми родстственниками), то мелочность Хрущева выразилась в том, что его лишили практически всех благ (исключили из партии, лишили звания членкора АН СССР, сняли фамилию с обложки учебника по экономике, выгнали из квартиры, отняли генеральскую пенсию и проч.). Молотова с Маленковым и Кагановичем, скажем, так не гнобили. Но те и не упрекали Никиту Сергеевича в поверхностности….
Это кончилось тем, что от Шепилова осталось хрестоматийное «…и примкнувший к ним Шепилов» — не человек, а тень, фантом: что делал, почему поднялся так высоко, из-за чего на самом деле упал, и что с ним потом было — одни вопросы. В этом состоянии Шепилов жил практически столько же, сколько до 57 г.: 35 лет во власти и 37 без нее. Застал падение Хрущева, распад СССР, восстановился в партии, АН, армии, написал воспоминания. А все равно — не человек, а фигура умолчания.
Показать, что на самом деле представлял из себя Д.Т. Шепилов, попробовал его внук - Дмитрий Евгеньевич Косырев (1955-), выпускник Института стран Азии и Африки, китаист, журналист (много лет работал в «Правде»), а в настоящее время - политобозреватель РИА «Новости». Автор нескольких детективных романов под псевдонимом «Мастер Чэнь». Их я не читал, не знаю, а вот эту работу Д. Косырева оценить попробую.
Автор пытается доказать, что выступление 1957 г. (как минимум) Шепилова было не просталинским, а антисталинским и антихрущевским (с последним я согласен, а вот видеть в Молотове, Маленкове и Кагановиче борцов с бывшим генсеком никак не могу). Вообще Д. Косырев выстраивает своего рода альтернативную историю, разбирая вопрос о возможном будущем СССР, где его возглавил в качестве генсека Шепилов, и убеждая нас, что всё было бы гораздо лучше. Наверное, на фоне Хрущева Шепилов выглядит гораздо симпатичнее, а на фоне Брежнева — умнее. Но у Шепилова был свой путь, о котором его внук не стал распространяться (в 1920-е гг. был прокурором, в начале 30-х возглавлял политотдел в совхозе, где вряд ли только наглядной агитацией занимался). Да, в репрессиях замечен не был, но при позднем Сталине заниматься идеологией и быть белым и пушистым вряд ли было возможно, всех «комиссаров в пыльных шлемах» Сталин давно перестрелял. Хотя был Вознесенский, но Шепилов все же фигура не того масштаба. В общем, убедив меня в том, что Шепилов был человеком порядочным (особенно на фоне своих товарищей по партии и правительству), в полную чистоту его риз я поверить, при том ограниченном объеме информации, который предоставил в своей книге его внук, я не смог.
Как результат, к рассматриваемой работе у меня две основных претензии: как она написана и на основе чего она написана. Начну с первой. На с.250 Д. Косырев признается: «Я всегда не любил биографии за вот это родился – жил - умер». Поэтому такого вы в его книге и не найдете — разделенная на четыре части, она лишь во второй половине предлагает более или менее связное (хотя отрывочное и хронологически непоследовательное) изложение жизненного пути деда. В начале Д. Косырев много рассуждает на тему пленума 1957 г., потом повествует о жизни Шепилова после пленума, много пишет о девятимесячном руководстве последнего МИДом, пытается понять, что тот из себя представлял как коммунист, экономист и политик. Биография дана каким-то пунктиром. Это получилось не случайно — на с.346 Д. Косырев пишет: «…я не знаком со множеством из сотен сюжетов, которыми дед занимался на всех постах…». Т.е. расскажу о том, что знаю, а знаю то, что сумел/захотел узнать, в документах не копался.
Тут мы переходим ко второй моей претензии. С точки зрения источниковой базы, то с этим в данной работе плохо: Д. Косырев опирался на открытые материалы, в архивах не работал (кроме семейного, откуда взял многое), да и не страдает из-за этого. Списка литературы нет (и вряд ли тот был богатым), отсылок ни к одной цитате не дает. В общем, пишет в лучшем случае, как журналист, а не как историк. историю знает не лучшим образом: на с.141-42 пишет, что в 1958 г. на врачебном заключении Института хирургии им. А.В. Вишневского стоит подпись А.В. Вишневского, дескать, «в те годы «имени кого-то» бывало и прижизненное». Вот именно в те годы уже прижизненного не бывало, в честь А.В. Вишневского институт хирургии стал именоваться в 1948 г., после смерти А.В.Вишневского, а возглавил его сын последнего, А.А. Вишневский, который, очевидно, и подписал заключение. На с. 274 Мастер Чэнь утверждает, что дореволюционные реальные училища, в котором учился Шепилов, «готовили рабочих». Это те-то училища, что именовались одно время «реальными гимназиями», где курс длился 6-7 лет и выпускники которых с 1888 г. (т.е.и Шепилов) могли поступать в университеты! В общем, глубокой проработки материала я не почувствовал.
Зато очень много Д. Косырев говорит о своих с дедом взаимоотношениях, что отчасти выполняет информационную задачу (на фоне отсутствия других источников), но не очень полезно.
Написано в целом хорошо, читается достаточно легко, хотя временами автор увлекается другими сюжетами и перегружает текст избыточными данными.
Отмечу хорошее оформление (твердый переплет, качественный офсет). В начале книги есть подборка фото из семейного архива.
На мой взгляд, получилась не вполне законченная работа, где Кеннеди-Шепилов остался меньшей, чем раньше, но всё же загадкой, хотя явно заслуживает большего. Рекомендовать это исследование ни широкому читателю, ни увлекающимся историей знатокам не стану.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Я давно ждал такой книги. Я все еще продолжаю ее ждать…
Через различные военные училища в годы Великой Отечественной войны прошли сотни и сотни тысяч человек. Летчики, танкисты, артиллеристы, но больше всего – пехотинцев.
Выпускники эти училищ – командиры взводов (пехотных, пулеметных, минометных). Воевали в первых рядах, поднимали бойцов в атаку, жили недолго – в среднем две недели, и взвод получал нового командира. Были они совсем молодыми, как правило, без фронтового стажа, подчиненные были их частенько старше и опытнее. И солдаты, и офицеры звали этих командиров «Ванька-взводый». Действительно, чего их имена запоминать, все равно этого скоро убьют или ранят, потом пришлют нового.
Чему и как учили, что из себя представлял быт училищ, кто учился и насколько это было эффективно – вот то, что мне интересно, и вот что я рассчитывал узнать из этой книги.
Об этом сохранилось множество воспоминаний выпускников этих училищ, но последовательной, обобщенной истории подготовки младшего офицерского комсостава РККА у нас до сих пор не было.
В.Ф. Ладейщиков принадлежит к тому самому фронтовому поколению, которое со школьной скамьи шагнуло на войну и почти все было выбито. В 17 лет он был призван и попал в Гурьевское военно-пехотное училище (ГВПУ), открытое в 1942 г. и подготовившее за время своего существования около 4 тысяч младших офицеров пехоты, храбро сражавшихся в окопах Великой Отечественной, и прошедших от Сталинграда до Берлина. Треть из них с войны не вернулась.
В.Ф. Ладейщиков в 2010 г. выпустил небольшой очерк под тем же названием, в 2012 г. очень значительно дополненный и включающий, помимо собственно воспоминаний самого Ладейщикова, еще много других документов.
Структура книги выглядит следующим образом: 90 стр. занимают воспоминания Ладейщикова о его учебе в ГВПУ, воспоминания нескольких курсантов о службе (25 стр.), рассказы о жизни и боевом пути некоторых курсантов училища (150 стр.), список погибших выпускников училища (50 стр.), приложения с документами по истории училища (140 стр.).
Книга написана хорошо, автор обладает очевидным литературным талантом. Он старается быть объективным, скажем, пишет, что немецкие пистолет, пулемет и карабин были лучшим оружием Второй мировой войны (он вполне профессионально оценивает их качества). При этом стариковского ворчания на молодежь избежать не удалось, но отступлений на современные темы, характерные для многих других мемуаров, здесь все же немного. Издание хорошо и качественно оформлено – офсетная бумага, твердый переплет, вклейки с цветными и ч/б фотографиями, но текст плохо вычитан, много опечаток.
Автор много работал в архивах, собрал огромное количество различных материалов из СМИ и интернета и выступил фактически составителем сборника, рассказывающего об одном конкретном училище и его выпускниках.
Другими словами, это история, носящая достаточно частный характер, которая, конечно, позволяет составить представление об общей картине, но не в полном объеме, да автор на него и не претендовал.
Если честно, то самый интересный материал – это воспоминания самого Ладейщиков и еще несколько документов мемуарного характера, а большая часть книги – это, скорее всего, своего рода Книга памяти.
Я, безусловно, рекомендую это издание всем инте6ресующимся историей Великой Отечественной войны, но настоящего исследования о военных училищах 1940-х гг. придется еще подождать.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть