У нас есть авторы, пишущие долго и помалу. Их можно сравнить со снайперами: долго целятся, но попадают точно в яблочко. Есть авторы, выдающие на гора одну работу за другой. Их можно уподобить пулеметчику, выпускающему очередь за очередью: огонь ведется беспрерывный, но точность и кучность стрельбы оставляют желать лучшего.
М.В. Зефиров, Д.М. Дегтев и Д.В. Зубов — очень плодовитые авторы. Я уже писал, что – нравящиеся мне – их работы по истории воздушного флота (советского и немцкого) времен Второй мировой войны полны новой и любопытной информации, основаны на различных отечественных и иностранных источниках, в том числе архивных:
Проблема заключается в том, что в работах Зефирова сотоварищи ссылок на цитируемые ими труды нет вообще, ни единой. Т.е. ни одна из многочисленных цитат (порой на страницу и больше) не атрибутирована — откуда они взяты, кем переведены (если нашими авторами, то их переводы с английского и немецкого практически не вызывают замечаний) и проч. не праздные вопросы остаются без ответа. Есть, правда, список использованных источников и литературы, но этого недостаточно.
Это так, законное (на мой взгляд) занудство в начале в общем-то хвалебной рецензии. Рассматриваемая книга стала завершением работы тех же авторов «Чудо-оружие люфтваффе», посвященной событиям начала 1945 г. Новая работа логически завершает рассказ о боевых действиях немецких и союзнических ВВС в последние месяцы войны. Правда, первые три главы, общим объемом около 80 стр., посвящены обороне города-крепости Бреслау, где основной разговор ведется о попытках люфтваффе организовать «воздушный мост» между осажденной крепостью и еще контролируемыми немцами территориями. Воздушной битвы за Берлин эта часть книги не касается вообще.
Главы 4-6 действительно освещают последнюю, уделяя, среди прочего, внимание совсем не банальному вопросу: почему советская авиация вплоть до конца апреля не смогла захватить полное господство в воздухе, не сумела (или даже и не стремилась?) провести ни одной по-настоящему крупной воздушной операции, аналогичной тем, что уже несколько лет успешно осуществляли в небе Германии американцы с англичанами, наконец, почему советским ВВс так и не удалось сорвать снабжения по воздуху последних гитлеровских крепостей.
Завершающая глава повествует о последних операциях люфтваффе: секретных полетах в Испанию по вывозу архивов, ценностей и верхушки нацистов, эвакуации немецкой группировки из Курляндии в Норвегию, а также майских боях над Прагой.
С точки зрения оформления отмечу наличие предисловия, но отсутствие заключения, так что повествование обрывается на полуслове. Издание снабжено интересной подборкой ч/б фото, а также полезным списком терминов и сокращений. Минимум опечаток. Как и в первой части этой дилогии, нет карты, что уже не жаль, а просто плохо.
В целом рекомендую это симпатичное и любопытное издание всем интересующимся историей Второй мировой войны.

Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Как я люблю писать, Юрий Федорович Орлов — специалист в своей области. Начав изучать тему борьбы царизма с революционным движением еще в середине 1980-х гг. (и печататься по этой теме), он в 1989 г. на истфаке МГУ защитил кандидатскую, а в 2013 г. — докторскую диссертацию на тему «Политический розыск - средство обеспечения безопасности российского самодержавия. 1880 -1917 гг.». В журнале «Вопросы истории» он еще в 2005-09 гг. опубликовал серию статей о Зубатове, назвав одну из них «Хмурый полицейский», которые стали основой двух его монографий «Московская охранка на рубеже веков. 1880 – 1904 гг.» (М., 2010) и «Безопасность империи. (Политический розыск – средство обеспечения безопасности российского самодержавия. 1880 – 1917 гг.)» (М., 2012).
Закончив с официальной частью, скажу, что рассматриваемая книга Ю.Ф. Овченко – первая из его работ, попавшаяся мне. Не знаю, до какой степени она опирается на предыдущие издания, буду оценивать только то, что читал.
О месте Сергея Васильевича Зубатова (1864-1917) в организации и проведении полицейской реформы очень емко и точно пишет сам Ю.Ф. Овченко во введении (см. скан стр.3). Карьера Зубатова была в чем-то типична для того времени: примкнув по молодости к революционерам, она вскоре стал сотрудничать с охранкой, официально войдя в ее штат в 1882 г.
По признанию и революционеров, и их противников, до Зубатова полицейские толком не знали ни элементарных приемов работы, ни сути противоправительственных программ и идей. С Зубатова пришло обязательно изучение левых партий, ведение каталога революционеров (с их фотографиями). На должную высоту была поставлена агентурная работа. Зубатов был одной из, возможно, самых ярких фигур царского режима, который не просто понимал, как многие, необходимость изменения ситуации в стране, а действительно сумел добиться существенных успехов. Этому способствовало, конечно, то, что он, как руководитель московской охранки, пользовался поддержкой дяди императора и московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича, а позже — главы МВД Плеве. Это же одновременно привело и к его падению, вслед за гибелью его обоих покровителей от руки тех террористов, от которых Зубатов и должен был защищать режим…
В первых главах своей легко и увлекательно написанной, но выстроенной на солидной научной базе книге Ю.Ф. Овченко дает очерк революционного террора в империи, начиная с народовольцев, а также структуры и функций их главного противника - Департамента полиции. Основная часть работы посвящена самому Зубатову, его взглядам и деятельности. В конце работы содержится список использованной литературы и источников. Именно солидная документальная база, прежде всего архивная, подкупает в этом исследовании. Кроме того, в данной книге есть подборка иллюстраций, правда, вполне типовых, ничего нового, но хорошего качества. К моему удивлению, фото самого Зубатова там отсутствует. Много опечаток, увы.
Жизнь Зубатова в работе Ю.Ф. Зубченко показана на фоне истории России в один из самых ее интересных и драматических периодов. Сам Зубатов с его идеей «полицейского социализма» стал примером одного из вариантов развития нашей страны, вариантов нереализованных, но интересных и ярких. Именно поэтому я весьма рекомендую познакомиться с новой работой Ю.Ф. Овченко (тираж всего 800 экз.) всем интересующихся отечественной историей конца 19 – начала 20 в. Кроме этого, в Лабиринте есть еще одна биография, которая может пригодиться: Б. Колоколов "Жандарм с царем в голове" (см. https://www.labirint.ru/books/209065/).

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Авторы этой книги – Дм. Дегтев и Дм. Зубов – известны в основном интересными книгами, посвященными боевым действиям ВВС РККА и нацистской Германии в годы Великой Отечественной войны. Отличительной особенностью этих любопытных работ является опора на оригинальные (не вторичные) источники: архивные материалы, воспоминания участников событий, публикации в СМИ тех лет. Авторы активно привлекают региональный компонент (в частности, страницы истории и документы Горьковской/Нижегородской области).
Рассматриваемая книга несколько выходит за обычные рамки исследований повожских историков — к проблеме советского ВМФ они обращаются, насколько мне известно, впервые. Но этот первый блин не стал комом.
Данная работа посвящена истории завода «Красное Сормово» и его мнолетнему вкладу в создание советского подводного флота. Авторы начинают несколько издалека, с рассказа о Сормовском заводе на рубеже 19-20 вв., и здесь они, на мой взгляд, увлекаются, посвятив несколько страниц судоходству по Волге в начале прошлого века, делу барона Фредрикса (с.23-25). Эти отвлеченные сюжеты повторяются и дальше – напр., выборы в Горьком в 1937 г. (с.86-90). Интересно, но не совсем по теме.
В общей сложности 100 стр. из 250 посвящены предвоенному времени, остальные — рассказу о Великой Отечественной войне.
Любопытно было прочитать, что Сормовский завод строить подлодки не хотел (это не было его профилем), не умел и не старался. Его заставила партия, и потом на протяжении многих лет сормовские инженеры и рабочие создавали подводный флот для Советской республики, но делали это долго и плохо.
Авторы невысоко оценивают действия красных подлодок в 1930-40-е гг.: во время советско-финской войны те преследовали и топили в основном либо союзников (немцев), либо нейтралов (шведов).
Военные действия в годы Великой Отечественной войны показаны только на Балтике. При этом авторы также отвлекаются на посторонние сюжеты: напр., на с.207-25 о подлодках вообще ничего не говорится, только о надводном флоте и ВВС.
По мнению Дегтева и Зубова, советские подлодки воевали плохо: демонстрируя крайне низкую результативность, моряки отчитывались о десятках потопленных кораблей (см. Заключение, где приведены конкретные цифры).
Встречаются ошибки. Скажем, на с.119 авторы неверно трактуют Указ Президиума ВС СССР от 26 июня 1940 г. — действительно, им вводился семидневная рабочая неделя, но восьмичасовой, а не семичасовой рабочий день; семичасовой вводился на предприятиях, где было вредное производство, и ранее был шестичасосой рабочий день.
С оформлением книги — те же проблемы, что и раньше. Используя множество документов, авторы не всегда дают отсылки к использованным в тексте источникам. Сноски есть, общим числом 100, но больше половины приходится на четыре книжки, остальные – на несколько дел архива Нижегородской области. Складывается впечатление, что почти каждая глава книги Дегтева и Зубова основана преимущественно на одном источнике.
В конце работы отсутствует список использованной литературы и источников. Раскрываются не все понятия. Представлена вклейка с фото разного качества.
В целом, получилась любопытное, но не масштабное и комплексное исследование истории строительства и применения советского подводного флота. Однако как один из фрагментов общей картины рекомендую всем интересующимся историей Великой Отечественной войны.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Уважаемый JanPaul кратко, но лаконично изложил содержание этой книги, но мне думается, что к его рецензии есть что добавить.
Действительно, дивизии народного ополчения (ДНО) в Москве было решено создавать еще 2 июля, и 25 ДНО было сформировано очень быстро (порядка 300 тыс. чел.). Половина рядового и командного состава была из москвичей (отчасти жителей Подмосковья), половину обеспечивал Наркомат обороны. Дивизии получали название по районам, где жили/работали добровольцы (потом от этого отказались и присвоили дивизиям общеармеские наименования). В начале октября было дополнительно мобилизовано еще около 10 тыч. чел. в т.н. рабочие или коммунистические батальоны (так назывались, поскольку 40-60% красноармейцев и командиров были комсомольцами (коммунистами) и рабочими и считались идеологически наиболее подготовленными).
В начале своей книги автор, сын первого начальника политотдела дивизии К.А. Бирюкова, работавший над ней около 30 лет, пишет, что если с морально-политической подготовкой добровольцев было всё хорошо, боевая и физическая подготовка сильно отставали, равно как и знания/опыт командного состава (из воевавших были в основоном участники Гражданской войны). Вышестоящие начальники не всегда были лучше, поэтому подвиги тех или иных частей покупались ценой большой солдатской крови. А если добавить, что и вооружены были добровольцы с бору по сосенке (старые иностранные винтовки и пулеметы с недостаточным боезапасом при сильной нехватке артиллерии), то понятно, что действительно, нужны были люди убежденные, чтобы идти воевать с прекрасно вооруженными и обученными частями вермахта.
Именно они и останавливали в октябре немцев, вышедших на оперативный простор и практически не имевших серьезного противника между собой и Москвой.
3-я коммунистическая стрелковая дивизия заняла позиции на северо-западе, в направлении Химок. Потом были бои на Северо-Западном фронте, освобождение Прибалтики. За период Великой Отечественной войны безвозмездные («кровавые») потери дивизии составили два ее состава, так что из первого числа записавшихся осенью 41 г. к концу войны практически никого не осталось…
Последне время историй таких отдельных воинских соединений выходит довольно много, но, к сожалению, рассматриваемая книга не стала примером современного исторического исследования. Это типичный для советского периода «боевой путь», скучный и однообразный. Автор, хоть и использует в своем труде множество документов из архивов Министерства обороны, практически не привлекает стороннюю литературу, хотя дает в приложении к книге список использованных работ. Иностранные (немецкие) и современные исторические труды им явно не брались в рассчет. Как результат, нет ни критики, ни аналитики. В чем выразились беседы с ветеранами, о которых пишет В.К. Бирюков, не вполне ясно.
Это скорее публицистический очерк, а не полноценное историческое исследование, в котором практически половину текста занимает пересказ наградных листов солдат и офицеров дивизии. При этом о подвиге снайперов Н. Ковшовой и М. Поливановой рассказывается (и подробно) три раза.
С точки зрения оформления оценка также не очень высокая: пухлая газетная бумага, иллюстрации разного качества. НЕТ ВООБЩЕ КАРТ.
Могу порекомендовать это издание не для серьезного знакомства с историей Великой Отечественной, а для составления школьного или студенческого реферата.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Изд-во «Кучково поле» продолжает полезное и дешевое дело переиздания вышедших ранее (и давно!) воспоминаний различных дореволюционных русских деятелей. Правда, издает не всегда качественно, экономя как на содержании, так и на оформлении.
Данная книга — это выпуск весьма любопытных и мало известных неспециалистам воспоминаний очень колоритного и информированного персонажа российской военной и государственной истории Сергея Ивановича Маевского (1779-1848).
Единственный раз они были выпущены в 1873 г. в №№ 8-11 журнала «Русская старина» под названием «Мой век, или История генерала Маевского».
Генерал-лейтенант Маевский даже на фоне других «героев (не генералов!) 12 года» выглядит (а еще больше рассказывает о себе) весьма и весьма незаурядно. Попав в 14 или 15-летнем возрасте в армию прапорщиком, собственно на военной службе находился недолго, пойдя по административной линии. В качестве аудитора (военного юриста) участвовал в разных военных кампаниях с 1805 по 1812 г., как в Европе против Франции, так и на Востоке против Турции. Отечественную войну 12 г. начал генерал-аудитором 2-й Западной армии и вскоре был замечен высшими должностными лицами Империи. Человек он был, судя по всему, действительно незаурядный: энергичный работник, умелый администратор, дельный бюрократ. Ближний сподвижник генерала Багратиона в начале войны, после Бородино и сдачи Москвы он заведует канцелярией фельдмаршала Голенищева-Кутузова, в начале 13 г. поступает к князю Волконскому, начальнику Главного штаба. Исполняя в присутствии Александра I во время Заграничных походов 1813 г. ряд поручений Волконского, военный советник Маевский своей храбростью и исполнительностью обратил на себя внимание императора, своей волей присвоившего ему звание полковника. После Кульмского сражения, где Маевский особенно отличился, государь назначил последнего шефом 13 егерского полка, с которым Маевский и закончил разгром Наполеона кавалером отечественных и зарубежных боевых орденов.
Продолжив военную карьеру, в 1819 г. Маевский наконец стал генералом, но вскоре перешел в несколько иную сферу, будучи назначенным начальником Старорусских военных поселений. Здесь его биография плотно пересеклась с биографией генерала Аракчеева. С вступлением на престол Николая I карьера Маевского начинает клониться к закату, завершившись уже в начале 40-х гг.
Маевский, в отличие от многих своих знаменитых современников, пером владел не менее уверенно, чем шпагой, и оставил после себя весьма своебразные и интересные воспоминания, созданные в начале 1830-х гг. Правда, из всего почти полувекового служебного пути только две эпохи оказались описаны сколь-либо подробно — участие в войне 1812-14 гг. и служба в военных поселениях в 1824-26 гг. К сожалению, часть оригинального текста была удалена самим Маевским, часть не стала печатать редакция «Русской старины», поэтому нам достался довольно урезанный вариант.
Удивляет, как Маевский смог запомнить все детали своиз разговоров с Александром I и Аракчеевым — либо сочинил, либо вел не дошедший до нас дневник.
Пишет Маевский довольно выспренно, но оригинально. Зная многих и многих высокопоставленных особ, он описывает их без особого пиетета. Фактически лишь одно лицо избегает критики ¬ это сам Маевский. Как справедливо пишет Безотосный, если судить по описанию Маевского, храбрость его была беспредельна, все в армии только об этом и говорили, все значимые решения принимались с его подачи, а успехи в войне достигались благодаря его личным усилиям, уму и редкой проницательности. В общем, не надворный советник Маевский, а скромный гасконец д’Артаньян…
Писал Маевский и о других событиях, участником которых он был (скажем, турецкой кампании 1808-12 гг.), но они не сохранились.
Рассматриваемая книга состоит из нескольких частей, производно озаглавленных редакцией «Русского слова» — «Война и мир» (объемом в 110 стр.), преимущественно о событиях 1812-14 гг., и «Аракчеевщина» (объемом в 80 стр.). Кроме этого, в качестве приложения дана переписка графа Аракчеева с генералом Маевским (объемом в 50 стр.). Последняя, в отличие от воспоминаний Маевского, представляет собой оригинальные исторические документы, и очень интересна для характеристики Аракчеева.
Издание содержит небольшое введение В.М. Безотосного, д. ист.н., зав. отделом Государственного исторического музея, признанного специалиста по истории Отечественной войны 1812 г., более обстоятельное введение первоиздателей воспоминаний ген. Маевского из «Русской старины», примечания Безотосного (преимущественно биографического характера), именной указатель. Иллюстраций нет. Есть опечатки.
Рекомендую всем интересующимся историей нашей страны начала 19 в.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть