Анатолий Дзгоев родился в 1923 г. в Харбине в семье выходца из Северной Осетии. Его отец уехал в Китай вместе с группой молодых переселенцев в 1905 г. и осел там. Другими словами, к СССР автор этой книги, как все остальные его родственники, не имел никакого отношения, что не спасло его от ареста советскими властями.
Жизнь юноши до 1945 г. шла в обычном для того времени духе: учеба, спорт, романтические приключения. К концу Второй мировой Анатолий успел поработать редактором и корректором и на японцев, и на немцев, и на советских. Но осенью его, как и многих других харбинцев русского (т.е. имеющего отношение к бывшей Российской империи) происхождения арестовали представители советской контрразведки и после недолгого следствия и без суда отправили в Сибирь с небольшим (повезло со следователем) сроком в 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Почти весь свой срок он отсидел - был и на лесоповале, и в шахтах Караганды. В 1984 г. он смог уехать в Америку, где ждали его мать, сестра и другие спасшиеся родственники. В 1995 г. обо все, что с ним приключилось в советских лагерях, Дзгоев написал эту небольшую, но интересную книгу, снабдив ее большим количеством черно-белых фотогорафий о лагерной жизни. Это, конечно, маленький, но ценный элемент мозаики под названием "воспоминания о ГУЛАГе". Рекомендую ее всем интересующимся историей нашей страны в послевоенный период. Скрыть

Михаил Барятинский - признанный специалист по советской и немецкой бронетехнике, автор множества работ, раскрываюших историю создания и применения всех наших и фашистских танков, действовавших на фронтах ВОв.
"Тигры" в бою" - одна из таких работ. Барятинский подробно рассказывает, как был создан этот, возможно, самый известный немецкий танк, анализирует тактико-технические характеристики данной боевой машины и ее модификаций, показывает на примерах, в чем состоят его достоинства и недостатки.
Тигр был действительно непобедимыи орудием - первое время советские танкисты, противотанкисты, да и простая пехота ничего не могли противопоставить этой грозной махине, которую нельзя, казалось, было ничем остановить. Лишь появление Т-34-85 с его более мощной пушкой дало некоторое преимущество нашим, изначально более маневренным и проходимым танкам. Но знаменитая 88-мм пушка Тигра, как и превосходная цейссовская оптика, находящаяся в руках гораздо более опытных и обученных немецких экипажей до самого конца войны делали эти, впрочем, довольно легко ломающиеся и неповоротливые махины очень опасным оружием даже в условиях численного превосходства противника. Сделано тигров было относительно немного (всего несколько тысяч), но повоевать они успели на всех фронтах Второй мировой войны, о чем автор рассказывает в отдельных главах. Особенно интересен рассказ о действии Тигров в Курском сражении.
Много редких фотографий (не всегда хорошего качества), подробных схем.
Очень рекомендую всем интересующихся историей ВОв и Второй мировой войны.
Данная книга впервые вышла в издательстве Эксмо в 2008 г. в серии "Великая Отечественная. Танки в бою" и является перепечаткой, без исправлений и дополнений. Скрыть

За свою относительно недолгую историю III Рейх создал довольно много военных и полувоенных формирований, чтобы на десятилетия привлечь к ним внимание историков и просто интересующихся тем временем. О СС, вермахте, гестапо вышло и продолжает выходить множество разнообразной литературы. СА – штурмовые отряды, на протяжении десяти лет, с начала 1920-х до 1934 г., бывшие основной ударной силой нацизма, объединившей под своими знаменами на пике свой деятельности несколько миллионов человек – как минимум в нашей библиографии похвастаться особой изученностью не могут.
В 2006 г. изд-во Яуза выпустило в своей серии «Досье III рейха» работу Константина Константиновича Семенова «СА-штурмовые отряды НСДАП». В ней впервые в отечественной истории была предпринята непредвзятая попытка анализа деятельности гитлеровских Штурмовых отрядов - СА. Создание СА, их становление, участие в борьбе за власть и кровавая драма, известная всему миру как "Ночь длинных ножей", - все это достаточно подробно и обстоятельно рассмотрено К.Семеновым в его книге. Кроме того, в ней дано детальное расписание частей СА и подробное описание униформы Штурмовых отрядов, а также биографии высших офицеров СА. Именно эта работа 2006 г. и была переиздана с небольшими сокращениями (ушли биографии и документы) изд-вом Вече в их серии «Друзья и союзники». В 2001 г.
Данная публикация вызвала у меня двойственные чувства. С одной стороны, сама по себе книга Семенова достойна переиздания – тираж давно разошелся, а работа получилась, несмотря на понятные огрехи, ценной и информативной. С другой стороны, серия, в которой она вышла в Вече, не имеет никакого отношения к содержанию труда Семенова. Если посмотреть на то, что выходит в серии «Друзья и союзники», то можно обнаружить, что это история различных частей СС и Вермахта, как чисто арийских, так и составленных из граждан государств, воевавших против Германии или занимавших нейтралитет, плюс некоторых формирований союзников Германии. История штурмовых отрядов приходится преимущественно на годы, предшествующие приходу Гитлера к власти в Германии, а ее политическое могущество было сломлено в 34 г. Самостоятельных боевых формирований – полков или дивизий, воевавших на фронтах, у штурмовиков никогда не было. Со второй половины 30-х гг. и до конца войны обязанности СА были сведены к военной подготовке допризывной молодежи и призывников. И хотя на фронте воевали в подавляющем большинстве своем выпестованные именно СА солдаты и офицеры, многие из которых занимали самые высокие должности в III Рейхе, отдельных частей СА они не возглавляли. Понятно, что удачную серию надо раскручивать, но все должно делаться с умом.
Теперь о содержании и оформлении. Много интересных фото, но не все хорошего качества, несмотря на то, что бумага неплохая. Очень много опечаток, никем не исправленных за пять лет. Раздражает небрежная редактура – в ряде случаев кавычки не закрываются. Регулярно встречаются повторы – см. с.114 и 121, 170 и 172 и др.
Вызывает непоследовательность в употреблении сокращений – КПД вместо КПГ (Компартия Германии), но СДПГ. Много ссылок в тексте на как бы известные читателю факты, которые не разъясняются. Напр., на с.270 говорится: «За свою недолгую службу в Китае Власов заслужил одну из высших китайских наград и, вероятно, познакомился с одним из бывших лидеров штурмовиков Вальтером Штеннесом». К чему это сказано, кто такой Штеннес, что его знакомство с Власовым, его оно действительно состоялось, могло значить для обоих – ни слово. Такие примеры можно продолжить.
Подробный (но скучноватый) раздел посвящен форме СА, но нет ни одной иллюстрации. Интересен раздел об отношении русских (дореволюционных и послереволюционных эмигрантов) к СА.
В целом, рекомендую эту безусловно качественную и полезную книгу всем интересующимся историей Германии 1920-30-х гг. К истории Второй мировой и тем более Отечественной войны она не имеет практически никакого отношения. Скрыть

Эта книга вышла в 2006 г. в изд-ве «Патриот» под назв. «Трагедия и бессмертие 33-й Армии». Хлесткое название принадлежит изд-ву Яуза, переиздавшее ее в 2009 г. в серии "Великие трагедии Великой войны".
Автор – профессиональный военный, канд. ист. наук, полковник запаса В.М. Мельников (1957-). С 1995 по 2000 г. он командовал 12-м танк. полком гв. танк. Кантемировской дивизии. Вероятно, с того времени родился его интересе к истории 33-й армии, поскольку её боевой путь прошел как раз в районе дисклокации Кантемировской див.
33 А относится к числу тех, о которых после войны говорили мало и неохотно. Историки показывали героические действия советских бойцов и командиров в победные периоды. О неудачах РККА старались не вспоминать. Эта практика не позволяла рассказать всю правду о событиях, связанных с гибелью ударной группировки 33-й А самом конце Московской битвы. К тому же вина в ее гибели лежит во многом на командовании Западного фронта, которое вначале недооценило возможности противника на этом участке, а затем не приняло всех возможных на то время мер по спасению окруженных соединений и частей. Командовавшие в период битвы под Москвой фронтами, армиями и соединениями генералы Жуков, Конев, Еременко, Рокоссовский, Говоров, Голиков, а также Соколовский, Катуков, Сандалов, Белов, Белобородов и другие прошли затем всю войну и стали известными военачальниками. Многие из них оставили довольно подробные и правдивые воспоминания о ходе Московской битвы на тех направлениях, где им пришлось сражаться. Воспоминания Жукова, касающиеся Ефремова и прорыва 33-й А к Вязьме, носят явно предвзятый и необъективный характер. Честно рассказать о событиях, происходивших непосредственно под Наро-Фоминском, южнее и севернее его, было некому. Вообще тогда крайне редко вспоминали военачальников, погибших в бою, либо попавших в плен в начальный период войны.
Помимо этого, определенную роль сыграли не всегда ровные отношения М. Ефремова с командующим Западным фронтом Жуковым. Наконец, имел значение и тот факт, что после уничтожения штаба окруженной группировки и гибели Ефремова немецкое командование в знак уважения к мужеству и стойкости командарма приказало похоронить его с почестями. После войны такие факты не приветствовались. Так вот и получилось, что о подвиге бойцов и командиров 33-й А, ее командующего вспоминали редко.
Вокруг истории 33-й А есть много неточностей – как вызванных недостатком информации, так и сознательных. Скажем, часто не говорится, что на Угре погибла не вся армия, а только три стрелковые дивизии, общая численность которых перед попаданием в «котёл» не превышала 20 тыс. чел. У Ефремова было несколько путей выхода из «котла», выбранный им оказался самым сложным.
После ликвидации Нарофоминского прорыва в ходе начавшегося 6 декабря 1941 г. контрнаступления под Москвой 33-я А к 26 дек. полностью освободила Наро-Фоминск, 4 янв. 1942 г. – Боровск и 19 янв. – Верею. К этому времени 33-я А нуждалась в пополнении личным составом, техникой и боеприпасами. Поэтому полной неожиданностью был приказ, полученный 17 янв. 1942 г. от командующего Западным фронтом генерала армии Жукова, наступать на Вязьму. Так начиналась печально известная Ржевско-Вяземская операция. На решении Военного совета Запфронта отразилась, видимо, та оценка оперативной и стратегической обстановки, которая выработалась тогда в Ставке Верховного Главнокомандующего. Успехи советских войск, достигнутые в декабре, породили малооправданную надежду на то, что теперь можно добиться больших побед, не делая паузы перед новой наступательной операцией.
Не имея в нужных количествах боеприпасов и продовольствия (доставлялись только по воздуху), в условиях абсолютного превосходства противника главные силы армии два с половиной месяца продолжали героически сражаться. На 6 фев. 1942 г. в окруженных дивизиях 33-й А насчитывалось 9580 чел. Дальнейшее увеличение численности (до 12 780 чел. к 11 марта 42 г.) было произведено за счет мобилизации местного населения в возрасте от 17 до 45 лет.
Ефремов неоднократно обращался к командованию Запфронта и даже дважды к Сталину с просьбой разрешить прорваться своими силами. Разрешение, полученное на выход из окружения в середине апреля, запоздало – личный состав обессилел, съев все свои разваренные поясные ремни и подошвы найденных сапог. Боеприпасы иссякли. Таял снег. Солдаты были в валенках. Разлилась река Угра. Остатки частей армии были загнаны в район Шпырьевского леса, откуда с огромным трудом, не имея никакой техники, в ночь с 13 на 14 апреля смогла прорваться через сплошной пулеметно-автоматный огонь только группа во главе с Ефремовым. Остальные выходили небольшими отрядами и поодиночке в ночное время. Всего за два с половиной месяца боев (со 2 февраля) армия потеряла более 8 тыс. чел., в том числе во время выхода из окружения – около 6 тыс. чел. Прорваться к своим войскам смогло всего 889 чел.
Встречая везде заслоны из пулеметного огня, группа была разгромлена. Ефремов, получивший третье ранение, потерял способность двигаться и застрелился. По свидетельству очевидцев, хоронили немцы Ефремова в деревне Слободка 19 апреля 1942 г., с почётом.
Отношение Сталина к Ефремову было непростым. В 1946 г. в Вязьме на площади, носящей его имя, командарму – первому из всех – был поставлен памятник работы Е.В. Вучетича.
Оригинальной работы Мельникова я не видел, но в изд-ве Яуза она явно пострадала. В книге нет списка литературы и сокращений. Плохо с картами: первая размещена аж на 57 с., следующие – на с.149, 165 и 306. Карты немецкие, читаются плохо. Вряд ли Мельников выпустил бы такой необработанный труд.
Данное издание – это фактически подённый дневник 33 А с окт. 41 по апр. 42 г. О Ефремове до окт. 41 г., когда он принял командование, ничего нет.
Много фотографий, минимум опечаток. Книга мне понравилась, хотя у военных историков были вопросы по трактовке Мельниковым боев под Москвой. Рекомендую её всем интересующимся историей Великой Отечественной, желательно в паре с работой С.Михеенкова. Скрыть

Это довольно необычная книга, таких уже давно никто не пишет. Это воспоминания, в которых автор рассказывает о забавных случаях, но происшедших не с ним, а по большей части с другими людьми. Среди героев этих невыдуманных историй – августейшие особы и гимназические учителя, известные ученые и высокопоставленные бюрократы, артисты и лица духовного звания. Объединяет всю эту разношерстную публику комичность ситуации, в которой оказался или участником которой стал каждый из героев книги. Перед нами анекдоты, но анекдоты в значении не современном, а прежнем, времен 19 – начала 20 в. Их ценностью является безусловная достоверность, а также тот легкий и мягкий юмор, почти утраченный сегодня. Перед нами мелочи прошлого быта, как назвал свое произведение сам автор, петербургский историк Платон Григорьевич Власенко. Он писал свою книгу отнюдь не по горячим следам, а спустя десятилетия, оказавшись без средств к существованию в далекой ссылке. Писал ради хлеба насущного в буквальном смысле этого слова.
П.Г. Власенко (1874 - ?) известен как историк русского средневековья, автор работ по источниковедению русской истории 16-17 вв. и популярных книг. Он был одним из самых близких учеников замечательного русского историка С.Ф. Платонова. После окончания в 1897 г. историко-филологического факультета Петербургского университета он занимался научными исследованиями, преподавал в петербургских вузах, несколько лет давал уроки сыну великого князя Константина Константиновича. В советское время Васенко – ученый хранитель рукописного отдела Библиотеки Академии наук.
Все это рухнуло в 1930 г., когда по сфабрикованному ГПУ «академическому делу» были арестованы и репрессированы лучшие историки страны, прежде всего С.Ф. Платонов. Пострадали и десятки его учеников, среди них Васенко, арестованный одним из первых. После трех лет тюрьмы на Соловках, он был выпущен на свободу и поселился во Владимире, в котором бывал еще до революции. Работу он здесь не нашел, и оставшись без каких-либо средств к существованию, он для Государственного литературного музея, собиравшего сведения по истории дореволюционного быта, написал «Мелочи прошлого быта». Рукопись была принята, но никогда не издавалась. К сожалению, дальнейшего судьба из автора остается неизвестной…
Рассказы, собранные Васенко, писались им по памяти, оказавшейся богатой на различные курьезы – текст Васенко занимает 100 стр. (остальное – это хорошая вводная статья А.В. Сиренова, указатель личных имен и краткий биографический комментарий о персонажах, упомянутых в книге.
Мелочи Васенко оказались разного достоинства – есть среди них много рассказов об учителях и преподавателях С.Петербурга, довольно милые, но не обязательно смешные; рассказы о столичных чиновниках более язвительные, но и они никогда не опускаются до пошлости. Читать их можно с любого места, улыбку они вызывают чаще не комичностью ситуации, а неким умилением – вот какие были времена, какие нравы...
Книжка вышла, конечно, не шедевр, но на книжной полке действительно интересующегося историей ушедшей, как Атлантида, России, человека ей обязательно найдется место. Рекомендую. Скрыть