Герои этой книги – владельцы и обитатели старинного петербургского дома на набережной реки Фонтанки, 34. Это Шереметьевский дворец или, как его назвали в 18 в., Фонтанный дом. Среди окружающих его сооружений он выделяется особой торжественностью и нарядностью своего архитектурного облика. Этот дом являлся центром бывшей обширной усадьбы. Сохранность его в условиях стремительно растущего и меняющегося большого города, каким стал Петербург – большая редкость.
Летом 2012 г. усадьба на Фонтанке отметит 300 лет со дня рождения. Она всего на девять лет младше С. Петербурга. С 1994 г. в главном здании работает Музей музыки. В 1989 г. в южном флигеле усадьбы открылся Музей Анны Ахматовой, которая жила здесь с 1926 по 1952 г.
Фонтанный дом уникален – мало в городе частных владений, более 200 лет находившихся в собственности одной семьи. Под крышей этого дома жило несколько поколений рода графов Шереметевых, одного из самых знаменитых родов России. Рядом с хозяевами в доме жили их многочисленные слуги, среди которых было немало талантливых и незаурядных людей, которые также вошли в историю благодаря своим трудам. В Фонтанном доме бывали именитые гости: члены императорской фамилии, государственные деятели, ученые, художники, литераторы, музыканты, люди церкви, иностранные дипломаты. Многие именитые горожане в середине 19 в. стремились получить приглашение на службу в домовую церковь Святой Великомученицы Варвары, чтобы послушать пение знаменитой шереметьевской хоровой капеллы.
Автор этой книги – Алла Владимировна Краско – с 1990 г. работает в Фонтанном доме, с начала 1990-х гг. печатает материалы, посвященные Шереметевым. Ее первая книга об этом здании вышла еще в 1996 г.
Первые пять книги рассказывают о судьбах пяти владельцев Фонтанного дома (с начала 18 в. до 1917 г.). Следующие главы посвящены рассказу о том, как стараниями многих людей, тех, кто понимал его историческую и культурную ценность, дом спасли от гибели после Октябрьского переворота. В качестве приложения в книге имеются две главы, посвященные представителям графской семьи, тесно связанным с Фонтанным домом, - очень интересный материал, собранный автором во многом благодаря своим знакомствам с потомками рода Шереметевых, оказавшихся в эмиграции. Вообще основательность фактического материала – одно из безусловных достоинств книги. Ее основой стали многие тысячи документов шереметевских архивов, хранящихся в различных архивах Москвы и С. Петербурга.
Издание богато иллюстрировано рисунками, портретами, фотографиями, что делает рассказ автора гораздо нагляднее и понятнее. В конце книги приведен список архивных материалов и литературы по данной теме.
К сожалению, автор не дает никаких ссылок на источники, ни в комментариях, ни в сносках. Возможно, это связано с научно-популярным жанром данной книги. Отметим для справедливости, что другие издания данной серии не всегда лишают читателя подобного справочного аппарата.
Всячески рекомендую эту богатую содержанием и хорошо написанную книгу всем интересующимся историей, культурой и краеведением 18-20 вв. Скрыть

М.Г. Штейн (1933 – 2009) – историк, профессор, канд.эк.наук, доктор ист.наук. Сын репрессированного, он долгие годы не мог профессионально заниматься историей. Изучение родословной Ульяновых и Лениных он начал в 1964 г. как любитель и сразу же столкнулся с проблемой – советское руководство еще в начале 1930-х гг. решило для себя вопрос о генеалогии Ленина, объявив его чисто русским. Попытки копать вглубь пресекались и первой на себе это почувствовала исследовательница родословной Ленина Мариэтта Шагинян, опубликовавшая в в ноябрьском выпуске журнала "Новый мир" за 1937 г. материал "Предки Ленина с отцовской стороны", где говорилось, что отец Ленина Илья Николаевич Ульянов (Ульянин) - калмык с примесью мордовской крови. Статью перевели для Геббельса. Упустить такой случай поиздеваться над Сталиным доктор и искусный мастер политической интриги не мог. Ему блестяще удалось осуществить задуманное…Когда об этом доложили Сталину, он рассвирепел. Тотчас на свет появилось "Постановление Политбюро ЦК ВКП (б) от 5 августа 1938 г.", осуждавшее не только Мариэтту Шагинян, но так же Н.К. Крупскую, одобрительно высказавшуюся об этой публикации. С той поры работы М.Шагинян о Ленине были запрещены почти на 20 лет и появились лишь после осуждения культа личности Сталина. Однако и в 60-80-ее г. запрет на самостоятельную работу в этом направлении только расширялся. Это почувствовал на себе и М.Г. Штейн, когда за предоставленные ему архивные данные, свидетельствующие о том, что А.Бланк – дед Ленина – был крещеный еврей, несколько архивных работников было уволено, еще несколько дисциплинарно наказаны, а сами материалы изъяты в партийный архив и закрыты.
Его книга – это рассказ о том, как в 20 в. шло изучение родословной Ульяновых-Лениных, как советские власти боролись с этим, и чего все же удалось добиться за почти сто лет с начала первых публикаций на эту тему (а материалы о родственниках Ленина и о нем самом стали появляться еще при его жизни). Последняя глава книги посвящена разгадке того псевдонима, под которым В.И. Ульянов и вошел в историю (аргументы Штейна, продуманные и документированные, показались мне несколько усложненными).
Книга (первые варианты которой вышли еще в конце 1980-х гг. в виде обширных статей, а потом и обстоятельных изданий в 1997 и 2004 гг.) – это образец настоящей научной работы, в основу которой ложатся обнаруженные автором факты, интерпретируемые им, в результате чего появляется на свет некая концепция (а не наоборот – сначала концепция, под которую подбираются и обосновываются факты, как это часто бывает у псевдоисториков). Автор многие годы работал в самых различных архивах, изучил все доступные ему сведения, так что его исследование – это плод многолетнего труда, с которым можно спорить (исследуя те же материалы), но не отвергать его. Найденные и обработанные Штейном данные вошли в исторический обиход и используются всеми серьезными историками.
Написана работа живо и увлекательно, автор показывает весь свой (и не только свой) путь к тем выводам, что он сделал, так что читатель может познакомиться изнутри с кухней настоящего историка. М.Г. Штейн дает оценку другим трудам, посвященным той же теме, так что помимо анализа источников, в книге имеется и критический анализ библиографии, посвященной родословной Ульяновых-Лениных.
К сожалению, в издании много опечаток и нет ни одной фотографии, а жаль.
всячески рекомендую эту полноценную историческую работу всем интересующимся историей России 19-20 вв. Скрыть

Участие представителей тех или иных народов бывшего СССР в Великой Отечественной (или даже Второй мировой) войне на стороне гитлеровского вермахта представляло и представляет сложную страницу истории любого народа. Не стал исключением и грузинский народ. Вообще, грузино-германское сотрудничество времен Второй мировой войны уходит корнями в период войны 1914-18 гг., когда руководящими кругами кайзеровской Германии было принято решение поддержать грузинское национальное движение, выступавшее за восстановление независимости Грузии. В рамках этого сотрудничества в Германии была создана грузинская добровольческая воинская часть – Грузинский легион. В мае 1918 г. Грузия провозгласила независимость и тотчас же заключила договор с Германией, по которому последняя помогла Грузии в создании национальной армии. После установления Грузинской советской республики в 1921 г. взаимоотношения между немецкими и грузинскими военными (последние были уже в эмиграции) не прекратились, и в 1941 г. значительная часть бывших грузинских военных-эмигрантов откликнулась на призыв германского командования принять участие в антибольшевистском походе вермахта на Восток. Попытка эта была обречена на неудачу, а ее участники – на гибель или в лучшем случае изгнание.
Многие современные грузинские историки, включая и автора этой книги, Г.Г. Мамулиа, одного из лучших специалистов по данной теме, придерживаются той точки зрения, что для Грузии война СССР с Германией вовсе не была Отечественной. Напомню, что, по официальным данным, в годы Великой Отечественной в РККА служило 600 тысяч грузин, половина из которых погибла на войне (это при том, что население Грузинской ССР составляло на тот момент 3 млн чел.).
Первое издание этой книги вышло в Тбилиси в изд-ве «Цодна», в 2003 г., под названием "Грузинский легион в борьбе за свободу и независимость Грузии в годы Второй мировой войны". Предложенное изд-вом Вече издание значительно расширено и дополнено (как минимум в два раза). Оно планировалось к печати еще в 2008 г., но в силу известных причин в тот момент не появилось, зато сейчас вышло, спасибо издателям.
Автор использовал значительное количество архивных документов (около 600 ссылок на 60 с лишним страницах) и подробно рассказал о грузинском коллаборационизме, при этом старательно воздерживаясь от личной оценки этого феномена. Наверное, можно сказать, что он, в целом поддерживая действия Третьего рейха против СССР, осуждает ошибочную оккупационную политику Гитлера на Восточном фронте. Надо отметить, что временами автору отказывает историческая объективность – например, тогда, когда он предлагает переложить ответственность за уничтожение советских военнопленных в немецких концлагерях с Гитлера на Сталина (с.25), или тогда, когда, ссылаясь на одного из командиров Грузинского легиона, утверждает, что условия содержания в советских лагерях для военнопленных были хуже аналогичных немецких (с.26).
Мамулиа доказывает, что грузины шли воевать только против большевиков, за независимую Грузию (это роднит их со многими другими подобными национальными объединениями, в том числе и русскими, утверждавшими, что они за демократию и не против Англии и США.
Отмечу, что, несмотря на очень богатую источниковую базу, включающую немецкие, грузинские и французские труды и архивы, материалы из советских и российских работ практически отсутствуют, что говорит об одностороннем подходе автора и определённой ограниченности круга данных, использованных им, а, следовательно, и невозможности делать максимально полные и глубокие выводы.
Несмотря на хороший русский язык, временами в книге проскальзывают отдельные погрешности против великого и могучего, скажем, «битва за Крымские перешейки» (с.92), «оперирующий в этом районе отряд советских партизан» (с.371), и др.
Имеется большое количество редких фото хорошего качества, подробная библиография (на 30 стр.), любопытные приложения (на 55 стр.), включающие интересные и малоизвестные документы.
На мой взгляд, это нужная и полезная работа, отлично дополняющая предыдущие издания этой серии, и в значительной степени (но не полностью, поскольку не использовались отечественные исторические работы и архивы) закрывающая данную тему. Рекомендую всем, интересующимся историей Великой Отечественной войны. Скрыть

Максим Игоревич Зарезин – историк и журналист, автор двух книг по истории России 16-17 вв. Рассматриваемая книга посвящена не сколько изученной, сколько замифологизированной теме еретиков на Руси, в частности в годы княжения Ивана III, деда Ивана Грозного. Особое внимание автор уделяет проблеме развития монастырского землевладения в к.15 – н.16 в. Он подробно рассказывает о конфликте сторонников Иосифа Волоцкого и Нила Сорского, или знаменитом столкновении нестяжателей и иосифлян. Автор убедительно критикует сторонников конспирологической теории, показывая слабость и малочисленность нестяжателей (как и вообще еретиков на Руси), обман и подлоги иосифлян, старавшихся доказать всем и великому князю в частности правомочность владения монастырями землей и крестьянами, против чего (прежде всего последнего) и выступали нестяжатели.
Зарезин обильно цитирует источники и историков, демонстрируя хорошее знакомство с материалом. Он удачно связывает в своем исследовании, написанном хорошим языком, хотя местами суховато, внешнюю и внутреннюю политику России, церковные и идеологические споры. В этой книге он старается разоблачать различные мифы, скажем, о Новгородской вольности.
Что мне не очень понравилось в этой безусловной добротной работе. Это, наверное, литературщина. Автор использует в тексте много хлестких журналистских заголовков: «Свой среди чужих», «Ошибка резидента», «Понаехали тут», «Две свадьбы и один заговор», «Путем взаимно переписки» и проч. Он додумывает мотивы поступков Ивана III – напр., «Угрызения совести терзали душу государя» (с.243). Местами он просто переходит на публицистику, обращенную против своих идеологических противников: «Иосифлянство сегодня – это маска угрюмой недоверчивости на лице церковной старостихи, саркастическая усмешечка, прячущаяся в бородке юного семинариста. Это вечно спешащие по хозяйственным заботам батюшки, которые не видят, не знают своей паствы и, кажется, даже побаиваются ее» (с.343). Кажется смешным злоупотребление оборотами «оных», «коих», «сих».
В книге много иллюстраций хорошего качества на хорошей офсетной бумаге и многовато опечаток.
Итогом стала специфическая книга, которая, при всех своих достоинствах, может быть интересна довольно узкому кругу читателей. Скрыть

Альбом-каталог, посвященный искусству офорта, включает в себя избранные листы одного раздела Гравюрного кабинета ГМИИ им. А.С. Пушкина. Всякий сколько-нибудь знакомый с историей графических искусств легко поймет, почему из всех гравюрных техник выбран для этого издания именно офорт: ни один из видов гравюры не был столь живым, разнообразным и постоянно привлекающим к себе яркие художественные индивидуальности. С начала 16 в. до сегодняшнего дня в этой технике работали почти все крупные художники, которые хотя бы мимолетно были заинтересованы гравюрой. Ни одна другая техника печатной графики не являет собой картину столь протяженных и непрерывных художественных усилий.
Хотя о технической стороне офорта существует довольно большая литература, хотя есть и несколько историй этой техники, это издание является первой в своем роде книгой - своеобразной хрестоматией по истории офорта с обстоятельными аннотациями, касающимися каждого включенного в нее листа. Евгений Левитин (1930-1998), составитель этого каталога, пишет в небольшой вводной заметке, что, по его убеждению, именно такая форма издания лучше всего знакомит и любителя искусства, и художника, и даже искусствоведа с тем или иным разделом истории изобразительного искусства. И с этим можно только согласиться. Не случайно в последнее время во всем мире основным видом искусствоведческой литературы стали не монографии и не истории, но очень подробно аннотированные выставочные каталоги, по типу очень близкие к рассматриваемому альбому.
В советской литературе есть издание, которое можно рассматривать как прообраз данного. Это каталог выставки «Сто офортов 16-19 вв. из собрания Государственного Эрмитажа», изданный в 1964 г. и составленный Ю.А. Русаковым. Его принципиальное отличие состоит в гораздо меньшем объеме материала, в него включенного, в отсутствии русских мастеров и в полном отказе от аннотаций к офортам. При этом надо отметить, что в эрмитажном собрании хранятся многие редкие офорты, отсутствующие в Гравюрном кабинете ГМИИ им. Пушкина.
Данный каталог открывают гравюры времени возникновения офорта – первой трети 16 в. - и заканчивают работы периода Первой мировой войны (за редким исключением гравюр, относящихся к началу 1920-х гг.). В настоящем альбоме нет работ художников новейшего времени и это было сделано сознательно. Для показа всех тенденций, различных течений и значительных явлений офорта 20 в., ГМИИ им. Пушкина, как и другие музеи нашей страны, ни в коей мере не располагает нужным художественным материалом. Отметим, что даже по 16-19 вв. в этой коллекции есть, увы, серьезные лакуны.
Но даже и при этих пробелах альбом показывает и главные этапы развития офорта более чем за 400 лет, и его лучших мастеров. Из всех видов гравюры самый живой, артистичный, привлекательный своей личностностью, своей глубиной, своей непосредственностью, самый разнообразный из всех гравюрных техник, давший столько великих мастеров, - офорт, безусловно, заслуживает такого подробного издания, может быть, больше, чем любой другой вид гравюры.
Каталог разделен на пять частей - по столетиям, причем в каждом из них художники расположены по алфавиту (всего 330 стр.). При этом авторы ориентировались не только на даты создания офортов, но и на их стилистические признаки, поэтому, напр., в разделе 19 в. можно встретить гравюры, датированные концом 18 в., а работы двух художников, выполненные более или менее в одно время, моугт помещены в разные разделы, как, напр., И.И. Шишкин – в раздел 19 в., а И.Б. Ионкинд – в раздел конца 19 – начала 20 в. В кратких биографических сведениях о художниках обращается специальное внимание на их занятия гравюрой.
Книге предшествует 17-стр. введение, дающее краткий, но емкий очерк развития истории офорта. Завершается же она статьей Ю.Я. Герчука о Е.С. Левитине и искусстве графики.
PS. Хорошо помню, как в 2003 г. заплатил за этот альбом в лавке Пушкинского музея 800 руб. Скрыть