Войну немцы проиграли. Поэтому всю оставшуюся жизнь продолжают ее снова и снова - но уже на страницах своих книг, где они выглядят истинными героями, а советские солдаты - массой дикарей и варваров, задавивших настоящих арийцев грубой силой.
Эта книга из этой серии. Простой немецкий солдат - не нацист - был призван в армию, где очень скоро обнаружились его "необыкновенные" (по его собственному убеждению) способности - меткий глаз, твердая рука, выдержка и терпение. А еще он нашел советскую снайперскую винтовку и она ему очень понравилась. Особенно если стрелять из нее советскими же разрывными пулями. Короче, он стал снайпером.
Книга - это рассказ о его успехах в борьбе с русскими (и не только - время от времени появляются некие монголы) солдатами и офицерами, насильниками, беспощадными убийцами и грабителями. Что не выстрел, то либо кишки наружу, либо череп вдребезги (для того и хороши разрывные пули!), либо оторванная рука/нога. Для вида Оллерберг (это, кстати, его псевдоним, назваться своим подлинным именем он не захотел) постоянно сокрушается, как война изменила его, как тяжело ему было убить того или иного русского, но постоянно хвастается своей хитростью, ловкостью, меткими выстрелами и в деталях описывает последствия попаданий своих пуль в солдатские тела.
Честно говоря, верится во многие его повествования очень слабо - история о том, как в одном бою Оллерберг перебил целый советский отряд (21 убитый советский солдат!) очень схожа с рассказом танкиста Отто Кариуса, как он в одном бою уничтожил 50 (!) советских танков и бронемашин. А байка о 18 убитых советских девушках-снайперах! Сидели они на деревьях, стреляли по немцам, щелкали одного за другим, пока Оллерберг не вмешался... В общем, будь у Оллерберга не две руки, а четыре - не выиграть бы русским войны! Однако истина вылезает, несмотря на всё бахвальство. Когда наш герой после года пребывания на фронте в качестве снайпера попадает в снайперскую школу, где учились лишь новички, первого места он не получает. Второго тоже. М.б., винтовка подвела...
Особый разговор - это зверства советских солдат. О них Оллерберг рассказывает подробно и во всех деталях. Тут и каннибализм, и групповое изнасилование, и пытки пленных и женщин, и жестокие убийства раненых... В общем, звери эти иваны. Старался Оллерберг их остановить, не пустить в фатерлянд, да не вышло. Что с ним было после войны, автор умалчивает...
Доброе слово у него нашлось лишь в отношении советских винтовок и снайперов - последних он постоянно хвалит. Возможно, чтобы свои достижения казались еще выше.
PS. Это уже четвертое издание сказок Оллерберга, первое вышло в 2008 г. в изд-ве Эксмо под названием "Немецкий снайпер на Восточном фронте. 1942-1945". Раз переиздают, значит, читают. А ведь есть книги и получше... Скрыть

За массой великой русской литературы второй половины 19 – первой четверти 20 в., давшей множество мировых шедевров, затерялась и повседневная, рассчитанная не на века, а на тогдашнего читателя беллетристика, лучшие образцы которой, тем не менее, интересны и сегодня.
Особенно пострадала детская литература, от которой, если она не создавалась мастерами художественной прозы, кажется, не дошло ничего, кроме Чарской.
А ведь было достаточно много хороших книжек для детей и подростков, интересных и нынешним читателям. Может быть, особенно интересны они как раз потому, что прошло сто и больше лет, как они были созданы, и кажется, что те времена – это просто Атлантида, безвозвратно ушедшая в прошлое.
А прочитаешь и поймешь, что все не так уж и изменилось. Ведь остались те же проблемы – учеба, дружба, отношения со сверстниками и родителями, первая любовь, выбор жизненного пути.
Книги Веры Сергеевны Новицкой (урожденная Шильдер-Шульднер, по первому мужу Махцевич, по второму Новицкая, поэтому писала под псевдонимом Новицкая (Махцевич), чтобы не путали) относятся как раз к этой категории.
Вера Сергеевна хорошо знала тот мир, о котором она писала. Много лет она преподавала в женской гимназии, а потом была начальницей в женской прогимназии города Лиды (в Российской империи этот город находился на территории Виленской губернии, потом был частью Польши, сейчас принадлежит Белоруссии). Гимназия существует и сегодня. А вот фото Новицкой не дошло до наших дней...
К сожалению, нам мало известно об этой женщине – нет точных данных ни о дате рождения, ни о смерти. Ее судьба после 1915 г., когда она с мужем осталась на занятой немцами территории Польши, неизвестна.
От В.С. Новицкой осталось семь повестей и сборников рассказов, посвященных детям, преимущественно девочкам. Своих детей у нее было, судя по имеющимся данным, трое.
Именно наблюдения за детьми и дали Новицкой материал для ее работ, переизданных в последние годы.
Данное издание объединяет под одной обложкой, наверное, самое известное ее произведение – тетралогию о Мусе Старобельской. Героиня тетралогии, единственный ребенок из обеспеченной семьи, где все её любят и поддерживают в различных её начинаниях, проходит перед нами путь от девятилетней девочки, готовящейся к поступлению в гимназию, до взрослой девушки, с золотой медалью заканчивающей эту гимназию. На наших глазах Муся превращается из шаловливого и беззаботного подростка в увлеченную литературой и испытавшую первую любовь и первые утраты думающую и мечтающую помогать людям девушку.
В данном сборнике нет первой повести («Хорошо жить на свете! Записки счастливой девочки»), но она выпускалась отдельным изданием. Мне больше всего понравилась первая книга – «Веселые будни», меньше всего – последняя, «Первые грезы». Наверное, из-за того, что из под пера Муси выходят сочинения на разные темы, стихи, показавшиеся мне не особенно интересными. Да и всякий не особенно увлекательных (и правильных) рассуждений на разные взрослые темы стало больше. Наверное, это потому, что дети мне по определению нравятся больше, чем взрослые…
Рекомендую это сборник вдумчивым читателям - родителям и их детям, готовым вместе и по отдельности познакомиться с давно ушедшей, но такой живой на страницах книг Новицкой жизнью тех далеких лет. Жизнью трогательной, яркой, запоминающейся. Жизнью смешной и грустной. Жизнью пусть и придуманной, но такой убедительной… Скрыть

Николай Леонидович Плиско (1946-) — выпускник журфака МГУ, член Союза писателей СССР, заслуженный работник культуры Польши. Чем Николай Леонидович занимался до последнего времени, мне неведомо. Следов его публикаций, за исключением нескольких изданий, я не нашел. На сегодняшний день он автор четерых книг по истории 1920-40-х гг., посвященных преимущественно общим страницам Польши и СССР.
Первые две из них я прочитал с удовольствием — автор явно работал в архивах, поднял малоизвестный и весьма любопытный материал, убедительно опровергал стереотипы, писал легко (см. мои рецензии на них).
Как результат, я купил и две его последовавшие книги — и жестоко разочаровался. Почему я так резко отвернулся от этого (симпатичного мне до этого) автора, постараюсь обосновать.
Содержание книги пересказывать не буду, Варшавское восстание — одно из действительно известных событий Второй мировой войны, в частности, один из непростых эпизодов взаимоотношений «Польши» (беру в кавычки, потому что формально такого государства в 1939-45 гг. не было) и СССР. Н.Л. Плиско пообещал раскрыть эту тему, достаточно изученную на сегодняшний день, по-новому, среди прочего, за счет привлечения новых или мало изученных источников. Посмотрим, получилось ли это у него.
Главная причина варшавского восстания, по мысли Плиско, это нежелание лондонского эмигрантского правительства пустить Красную армию в Польшу и Европу. За ним, направляя и натравливая, стоял Черчилль. Восстание, как пишет Плиско, было не подготовлено (плохо организовано, не обеспечено людьми, вооружением и боеприпасами, продовольствием). Немцы через своих агентов всё знали и приняли соответствующие меры.
Что же, данная позиция, не предлагая ничего оригинального, имеет право на существование и может даже быть интересна, при условии должной (спокойной и убедительной) аргументации.
Что мы имеем в нашем случае? Автор с самого начала книги декларирует свою необъективность, демонстрируя, на чьей он стороне. Он не любит и презирает поляков и не скрывает этого, описывая — не отдельных несимпатичных ему политических деятелей, а весь народ — хлестко и грубо. Вот примеры тому: «попугайская настойчивость», «брехливая сволочь», «господа в потертых фраках» (это у Плиско синоним польского эмигрантского правительства), «сеймовый деляга» (это о польском премьер-министре), «идиотский вопрос», «подлец, но не дурак» и проч. Советским источникам автор безоговорочно верит, все остальные подвергает сомнению, не останавливаясь перед передергиванием фактов и цифр.
Оценивая Варшавское восстание как явление международного порядка, автор достаточно подробно рассматривает подходы и поступки разных политиков. Здесь мы наблюдаем тот же субъективизм: позиция СССР всегда верна и не подвергается сомнению, чуть хуже ведут себя США, в самом низу находятся Англия и контролируемое ею польское эмигранское правительство (то, что «в потертых фраках»). Даже немцы ведут себя приличнее. Главный герой — мудрый и уверенный в себе Сталин.
Такие характеристики государствам и людям Плиско дает на основе анализа… чего? — вот здесь я в растерянности: списка литературы нет, ни одной ссылки на использованные работы (а цитирует автор довольно обильно) не имеется (за одним исключением на стр. 129), так что понять, что за материал лежит в основе утверждений автора, не представляется возможным.
Содержание книги делится на две части — заявленному в названии Варшавскому восстанию посвящены первые две трети книги. Вторая часть рассказывает о том, как после освобождения Польши советские власти ликвидировали «польский Лондон». Это страница советско-польской истории гораздо мнее известна и более любопытна, к тому же, похоже, документирована действительно архивными материалами. Но здесь автор впадает в иную крайность, приводя излишне много документов, цитируемых без сокращений целыми страницами (опять, без каких-либо ссылок). Текст второй части можно было смело сократить вдвое.
Много опечаток. Есть вклейка с любопытными фото, но нет карты.
Осторожно рекомендую этот спорный труд всем интересующимся историей Второй мировой войны, желательно, с использованием дополнительной литературой.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Автор этой интересной и ценной книги - Денис Леонидович Попов - студент Института истории, политических и социальных наук Петрозаводского госуниверситета. Он с детства увлекался историей и этот интерес не остался без ответа – еще школьником Денис был выдвинут на Национальную литературную премию «Писатель года – 2015», стал победителем Всероссийской олимпиады школьников. Родом из Новосибирска, Денис целенаправленно приехал поступать в ПетрГУ, поскольку только там можно было изучать финский язык и историю Финляндии. Выпустил уже несколько книг по истории советско-финляндских отношений, работает над новыми публикациями. Предлагаемая работа рассказывает о мало известной странице этих отношений – попытке сторонников левых взглядов захватить в 1918 г. власть в Финляндии, опираясь на поддержку большевиков, и о том, как неудачная финская революция была жестоко подавлена финскими националистами и правыми.
Свой рассказ автор начинает с истории независимой Финляндии и тех, кто стоял у ее истоков. Д. Попов детально изучает причины возникновения финской русофобии, историю формирования политических сил в Великом княжестве Финляндском и обстоятельства, при которых они складывались, рассматривает революционные события в Финляндии в 1905 и 1917 гг., связывая их с ситуацией в России. Он смог хорошо показать картину обретения Финляндией независимости в декабре 1917 г. Кроме того, в данном исследовании изучается политика революционных органов власти (Совета народных уполномоченных и Главного рабочего совета, которые управляли южной частью Финляндии в феврале-мае 1918 г., а также дается объяснение их в целом несоциалистической политики.
Николай II, продолжая политику русификации западных окраин империи, начатую его отцом, резко сократил права Финляндии. Это привело к возникновению антирусских партий в княжестве, многочисленным случаям антирусского террора и русофобии, заметно проявившихся во время революции 1905–07 гг. Надо отметить, что тогда же в княжестве была создана и активно действовала Красная гвардия, подготовившая восстание против царской власти, но разбитая в вооруженных боях. Но в Финляндии, кроме правых и левых, были очень популярны и социал-демократы. С началом Первой мировой войны финские националисты заняли отчетливую прогерманскую позицию. Это вылилось в создание финского батальона в составе германской армии, что очень напоминает происходившее тогда (и позже) в Польше. Финны (и поляки) активно шпионили против России в пользу Германии (и на ее деньги).
В 17 г. на территории Финляндии находилось большое количество революционно настроенных войск, балтийских моряков и русских рабочих, поддержавших большевиков. Временное правительство восстановило утраченные права финнов, но было против их независимости. Летом 17 г. финны стали создавать силы самообороны (шюцкор), получая для этого оружие у немцев. После октябрьского переворота правые и левые финские политики ездили в Петроград. Последние встретились с Лениным и Троцким, которые призвали их устроить у себя революцию и дали им независимость. Правительство новой Финляндии моментально потребовало вывести из страны русские войска и начало переговоры о введении туда немецких.
Красные и белые финны стали готовиться к захвату власти. В январе 18 г. белые стали нападать на расквартированные в Финляндии русские части, отнимая оружие – где-то это проходило мирно, где-то доходило до столкновений с убитыми и ранеными. Одновременно красные поднимают восстание в Хельсинки и начинается гражданская война со всеми ее эксцессами. В Финляндию прибывают шведские добровольцы и финские военные из Германии, из Советской России едут отряды Красной гвардии. Белые контролировали 4/5 страны, но на территории, где господствовали красные, проживала половина населения страны. У красных не было толковой организации, боевого опыта и надежных командиров, поэтому они, хотя и превосходили численно белых, проигрывают им. Хотя революционное правительство проводило очень умеренную политику (против террора, против национализации земли, предприятий и банков – диктатурой пролетариата там и не пахло), для националистов красные были смертельными врагами, которых надо уничтожить. Что и было сделано – в Выборге, одном из оплотов красных сил, белофинны устроили этническую чистку, убивая всех русских подряд, включая многочисленных проживавших там бывших царских чиновников и офицеров, поддерживавших белых. Сейчас в Финляндии про это не любят вспоминать, преуменьшая масштабы той бойни и списывая всё на местных. Маннергейм, командовавший финской армией, ушел в отставку во многом после этого случая, а также после того, как победители собрались пустить на территорию Финляндии германские войска и отдать финскую экономику в управление немцам.
В общем, в начале своей независимости финны показали себя с «лучшей стороны»: предали союзников по Антанте, перебежав на сторону Германии (финнам это сошло с рук, поскольку они были нужны Антанте для сдерживания большевиков). Здесь финны не были оригинальны – тогда многие малые народы охотно ложились под сильных (история прибалтийских государств тому хороший пример). Массовые казни по национальному признаку, как и жестокое обращение с пленными красноармейцами тогда и во время советско-финляндской войны 1939–40 гг. – тоже свидетельство избыточного насилия, к которому часто прибегают слабые (Россия никогда ничего даже близко такого против финнов себе не позволяла).
Оформление, по традиции Яузы, дешевое: газетная бумага, отсутствуют иллюстрации (что привычно), нет карты (что плохо). Книжный блок не сшит, а склеен, и у меня в середине чтения начали выпадать листы. Имеется обстоятельный список литературы и источников. В конце текста представлены приложения на 25 стр. с воспоминаниями участников революции и Гражданской войны в Финляндии, найденных в архивах.
Очень рекомендую эту познавательную и хорошо написанную работу всем интересующимся историей России в начале 20 в., а Д. Попову желаю успехов и новых книг.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть

Книги священников (т.н. священническая проза) принято сейчас мерять по одному лекалу — "Несвятые святые". Мне понятно, почему так вышло, хотя ни хронологически (художественные произведения других священнослужителей стали появляться раньше), ни содержательно (тут, конечно, дело вкуса) это издание не единственное в своем роде. Мне, скорее, ближе, по духу и настроению, рассказы не только отца Александра, но отца Ярослава (Шипова).
И тот, и другой пишут больше о простых людях, с которыми им пришлось и приходится сталкиваться, а не о монахах и иерархах церкви. Оба они долго шли к священничеству (и рассказ об этом занимает значительную и интересную часть их книг), к нам, мирянам, относятся не свысока, а пониманием и сочувствием, видя свою миссию не в вознесении над толпой (пасомыми, если угодно, но всё равно стадом), а в помощи им, по мере их, последних, готовности, а частенько (отец Александр честно пишет об этом) даже предвидя, что ничего из их, священников, усилий, не выйдет, временный порыв угаснет, и не придет во храм задумавшийся было грешник. Миссию свою о. Александр выразил просто и очень выразительно: мы трудимся на будущее, мы создаем условия для других (см. скан стр. 152).
Придя к вере (из неверующей, но порядочной семьи военных) в годы перестройки, о. Александр имел право быть разочарованным в людях. Работая на железной дороге чернорабочим, он постоянно сталкивался с не лучшими представителями рода человеческого, но это его не отпугнуло (уйду от всего этого ужаса в монастырь!). Уже став священником, много общался с представителями силовых структур (военными, милиционерами), тоже не от хорошей жизни обратившихся к вере. И здесь нет пессимизма или уныния в его небольших, но емких рассказах (см. сканы стр. 179-85).
Это уже четвертое издание данного сборника (очень приличным по нашим дням тиражом, а поскольку и прошлые были не меньше, то очевидно, что их читают многие, и не только верующие). БОльшая часть этих рассказов выходила ранее в виде отдельных сборников, название одного из которых дало название всей книге — "В круге света". В рецензиях на предыдущие издания пишется, что от чтения прозы о. Александра хочется плакать, читать их тяжело и проч. Не знаю. Я не над одним рассказом не рыдал (хотя тяжелое чувство, и надолго, некоторые точно оставили). Это просто хорошая литература, про людей, какие они есть, про веру и неверие, про чудеса и неготовность признать и принять их. Поэтому читать их можно всякому, любящему качественную беллетристику, вне зависимости от конфессиональных предпочтений (и при отсутствии оных). Наверное, поэтому такие книги и переиздают.
Симпатичны зарисовки о. Александра своей откровенностью, готовностью посмеяться над собой, умением признать свою неудачу (таковое случается нередко), отсутствием морализаторства и нравоучений.
Весьма добротное издание отличается от других в этой серии большим количеством удачно совпадающих с духом книги фотографий (вопреки ожиданиям, работ самого о. Александра там нет).
Думается, что пообщаться с таким собеседником, узнать, как он стал священником, послушать его интересные и поучительные истории будет полезно всякому неравнодушному и думающему человеку.
На этом заканчиваю свою затянувшуюся рецензию и передаю слово . Александру. Он все расскажет гораздо лучше. Рекомендую.

© Как много писателей, как мало читателей… Скрыть