Почти полгода изучал и сопоставлял: читал одновременно оригинал и два перевода (Энгельгардта и Франковского), сравнивал иллюстрации Гранвиля (у меня, к моему величайшему удовольствию, имеется издание от "Вита Нова", иллюстрированное Гранвилем), иллюстрации Мортена, а также иллюстрации Брока к этой книге.

В итоге я для себя расставил иллюстраторов в порядке предпочтения следующим образом:

1. Чарльз Брок
2. Томас Мортен
3. Жан Гранвиль

Да-да, Гранвиль у меня всего лишь третий! Книгу с иллюстрациями Мортена можно найти по ссылке. К сожалению, качество печати иллюстраций в том издании оставляет желать лучшего. В связи с этим предложение к "Вита Нова" - издайте "Путешествия" в переводе Франковского с иллюстрациями Мортена. Такое издание совсем не противоречит вашим правилам (основное из них - не повторяться).

Я должен согласиться с Леонидом Речинским в том, что не купить эту книгу невозможно! Иллюстрации Чарльза Брока к "Путешествиям" являются одним из его лучших личных достижений и, по всей видимости, абсолютно лучшими среди известных мне иллюстраций к этому произведению Свифта.

При изучении вопроса о покупке я рассматривал также вариант покупки на языке оригинала (с иллюстрациями Брока). Это обошлось бы мне дешевле (почти на две тысячи рублей), но качество издания от "Вита Нова", как я догадывался, будет выше (у меня уже накопилось довольно много книг серии "Фамильная библиотека. Читальный зал", так что догадаться было не трудно).

Теперь, когда для меня всё уже закончилось, могу с уверенностью рекомендовать книгу к покупке всем поклонникам Свифта! С большой вероятностью, это издание "Путешествий" окажется лучшим в Вашей библиотеке. Цена соотвествует ценности книги!

PS: При сравнении оригинала с переводами я обнаружил несколько разночтений. Оба перевода в нескольких местах противоречат оригиналу. Объяснение оказалось простым. Оба наших знаменитых перевода сделаны с первого издания Гулливера. Между тем Свифт сам подготовил второе издание (именно оно и оказалось в моих руках), в котором были восстановлены некоторые места, удалённые им в первом по цензурным соображениям. Почему наши переводчики остановились на самом первом издании путешествий - мне не ведомо. В любом случае, первое издание представляет интерес хотя бы с исторической точки зрения. Кроме того, оба издания отличаются мало. Так что выбор переводчиков можно не оспаривать. Скрыть

Если вы не слышали о парадоксе брадобрея, то вот он:

Представьте себе, что в некоей деревне проживает брадобрей, который бреет всех жителей деревни, не бреющих себя самостоятельно (только их). Возникает естественный вопрос: а бреет ли этот брадобрей себя?

Порассуждаем. Если он бреет себя, то по условию он не бреет себя. Если же он себя не бреет, то по условию он себя бреет. Как видим, определение, в котором с виду нет ничего парадоксального, приводит к внутренне противоречивому субъекту, коим является этот бедолага-брадобрей.

В действительности, парадокс сначала имел другую форму. В нем шла речь о множестве X всех множеств, не содержащих себя в качестве своего элемента. Популяризаторский талант Рассела превратил это X в парикмахера и, все сразу стало очень наглядным и понятным даже школьнику. В определении множества X скрывается противоречие. Дальнейший анализ выявил, что определение этого множества ссылается само на себя, но тут я, пожалуй, перестану испытывать ваше терпение.

С этого парадокса начались драматические события в математике, названные Гильбертом катастрофой. Об этом можно почитать подробно в увлекательной книге другого математика-философа - М. Клайна (см. ссылку на товар по теме).

Этот блестящий дар (я о его популяризаторском таланте) выдающегося математика и философа, коим является Бертран Рассел, особенно ярко раскрылся в рецензируемой книге. Нет больше книг по философии, написанных столь ясно. У меня эта книга есть в виде аудио. Пожалуй, это единственный философ, которого можно слушать в виде аудио. Я бы не рискнул так слушать, например, Канта или Гегеля; чем останавливать плеер через каждые три слова, лучше уж завалиться на диванчик с книгой.

Когда я был студентом-математиком, я заметил, что философы немного недолюбливают математиков. Наш философ даже заявил (это было написано и в книгах по философии), что математики являются идеалистами по своей природе (напомню, что любить полагалось только материалистов). Рассел рассматривался, как яркий пример. В связи с этим обретение Рассела началось только после начала перестройки. Досталось не только Расселу. Не публиковали Дж. Уайтхеда - соратника Рассела. Досталось также А. Пункаре - этим выдающимся математиком и философом занялся лично В.И. Ленин. После перестройки он тоже был немедленно переиздан. Досталось многим и они тоже были переизданы.

Кстати, после выяснилось, что наши философы оказались тайными противниками марксистско-ленинской идеологии тайными поклонниками Бертрана Рассела. Я очень этому рад, но вернемся к Расселу.

Быть понятным - кредо Рассела. Вот, что он пишет о Декарте в этой книге:

- Декарт пишет не как ученый. Его стиль - легкий и не педантичный - обращен больше к интеллигентным людям мира, чем к ученикам. А кроме того, это поразительно превосходный стиль. Большая удача современной философии, что ее родоначальник имел такой замечательный литературный талант. Его последователи - и на континенте и в Англии - вплоть до Канта, сохранили не профессионалистский характер его философии, а некоторые, кроме того, кое-что от его стилистических достоинств.

В значительной степени Рассел пишет в этом фрагменте о самом себе! Я думаю, что он и сам это понимал (может поэтому он с такой любовью описывает литературный дар Декарта). В изображениях я выложил главу о Декарте полностью. Дальше идет тоже очень увлекательная глава о Спинозе.

А еще следует заметить, что одно это сочинение заменяет собой несколько книг серии ЖЗЛ (я преувеличиваю совсем немного). Здесь вы найдете много сведений из жизни знаменитых философов: Платона, Сократа, Декарта, ... Причем, написаны эти жизнеописания живым языком и очень остроумно. Например, описание личности Декарта, его привычек, его комплексов часто вызывало во мне смех.

В какой-то степени, труд Рассела напоминает развитие идеи Диогена Лаэртского, автора знаменитой книги "О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов", благодаря которой до нас и дошла большая часть сведений о древних философах.

Редкий случай, когда книгу по философии можно рекомендовать широкому кругу читателей, к коему я себя с гордостью отношу. К сожалению, этот широкий круг становится все уже и уже под действием дурацких реформ в образовании (в том числе и высшем).

Полиграфическое качество издание вполне приличное. Бумага не серая, слегка просвечивает, но в пределах допустимого. Шрифт мелкий, но текст читается комфортно за счет правильно выбранного междустрочного расстояния. Я отложил сразу три книги издательства "Академический проект". Подборка предлагаемой этим издательством литературы выглядит очень солидно.

Курьезный факт: Потрет Бертрана Рассела имеется в книге Льюиса Кэрролла - его коллеги по Оксфорду. Он изображени в виде Болванщика на знаменитом чаепитии в книге "Алиса в стране чудес" с иллюстрациями Джона Тэнниела. Скрыть

Озадачен. Местами раздражён. В целом доволен. Объяснюсь.

К части "Озадачен".

Книга входит в серию, а оформлена не серийно. Нет суперобложки, как это имело место в остальных книгах. Бумага чрезмерно глянцевая (в остальных - мелованная); создаётся ощущение, что видишь иллюстрацию через стекло. Листать книгу нужно осторожно, поскольку эта бумага легко заламывается.

К части "Раздражён".

На первом изображении приведено описание картины "Две обезьяны". На втором - вся страница. А где сами обезьяны? Может быть лучше было убрать неуместное фото американского поэта Уистена Хью Одена (третье изображение) или уменьшить потрет гуманиста Эразма Роттердаского кисти Массейса (четвёртое изображение); этот Массейс, как мне кажется, слишком изобильно представлен в книге. Я сделал скриншот этих обезьян; они - на последнем изображении.

А вот подпись к иллюстрации на стр. 13. "Ян Брейгель Старший. Голландия зимой. Около 1600. Младший сын Брейгеля передал типичный городской зимний пейзаж, хотя в живописи он более изобразительный и творческий, чем его старший брат, Питер Младший." Вы что-нибудь поняли в последнем предложении? В огороде бузина, а в Киеве дядька. У кого проблемы с логикой: у автора или переводчика? Моя гипотеза такова: тут хотели сказать, что Питер Брейгель Младший был менее искусен, чем Ян, поэтому ограничивался, в основном, пейзажами. А вот для Яна это было зазорно, писать какие-то там зимние пейзажи. Вы со мной согласны?

К части "Доволен".

Иллюстрации отпечатаны довольно качественно. Идея книги хороша: показать всю династию Брейгелей, указать истоки её происхождения: мастеров изобразительного искусства (представлены иллюстрации творчества Массейса, Ван Эйка, Рубенса и др.) и других деятелей эпохи, как, например, Эразм Роттердаский, повлиявших на технику живописи Брейгелей и восприятие ими картины мира в целом.

Творчество Питера Брейгеля Старшего возникло в определённое время и в определённом месте, но от них освободилось. Теперь он (Питер Брейгель Старший) будет существовать дотоле, доколе будет существовать человечество; во веки веков пребудет с нами в этой юдоли земной.

Возможно, и остальные Брейгели достойны того же, но тут я ничего гарантировать не могу. Пусть на этот счёт выскажутся другие.

Если в вашей библиотеке нет ни одной книги, посвящённой творчеству Брейгеля, то данная книга эту проблему на какое-то время закроет. Даже рискну сказать, что на длительное время.

Я рекомендую книгу к покупке. Максимальную оценку поставить не могу; поставлю на одну ступеньку меньшую.

У меня есть ещё замечательная книга от Вита Нова (см. ссылку), в которой можно найти попытку реконструкции загадочной жизни Питера Брейгеля Старшего. Очень советую по возможности приобрести её. Скрыть

Однажды, с позволения студентов, я перед лекцией по математическому анализу прочитал стихотворение:
....................................
Движенья нет, сказал мудрец брадатый
Другой смолчал и стал пред ним ходить
Сильнее бы не мог он возразить
Хвалили все ответ замысловатый.
Но, господа, забавный случай сей
Другой пример на память мне приводит
Ведь каждый день пред нами солнце ходит
Однако ж прав упрямый Галилей.
...............................
Далее я начал врать (мне стыдно за это, но лекция должна была от этого выиграть), что это стихотворение Пушкин написал по случаю спора между Зеноном и Диогеном о природе движения. Далее я рассказал о парадоксе Зенона и плавно перешел к суммированию рядов чисел. Лекция прошла очень гладко, но терзания совести заставили меня обратиться к собранию сочининений с тем, чтобы все-таки узнать об истинных мотивах Пушкина, приведших его к этому стихотворению. Радости моей не было предела, в комментариях я нашел почти дословное повторение того, что я сочинил на лекции.

Эта история привела меня к одному интересному выводу. Столпы национальных поэзий (Гете, Байрон, Пушкин и др.) отличались широким взглядом на вещи и были осведомлены о достижениях науки и культуры их времени. Эта их широта и гениальность привели к появлению тех шедевров, которыми мы теперь зачитываемся.

Если вы не имеете в своей библиотеки книг серии "Библиотека великих писателей", то начать ее с Пушкина представляется логичным. Достоинства книг этой серии описаны в большом количестве рецензий, поэтому останавливаться на технических вопросах я не буду. Скажу только, что есть и неудачные тома в этой серии и что с данным томом все в порядке. Пушкин здесь представлен довольно широко и для большинства целей этого тома окажется достаточно.

Привожу некоторые фотографии. Разные произведения иллюстрированы разными авторами (Билибин, Бенуа, Кузьмин, Рудаков и др.). Есть автопортреты и рисунки самого Пушкина. Издание выполнено на отличном полиграфическом уровне. Можно покупать как для подарка так и для личной библиотеки. Скрыть

Случилось-таки!

Наконец-то дождались (я о тех, кто ждал)! Уж не помню сколько времени потратил на поиски приличного издания. В конце-концов, сдался и перешел в режим томительного ожидания светлого будущего. К счастью, оно превратилось в настоящее. Здесь перевод З. Задунайской и А. Любарской. О З. Задунайской ничего сказать не могу, а вот Александра Иосифовна Любарская - признанный мастер перевода! Пересказы у нее тоже всегда хороши.

В этом издании представлен пересказ. Канва событий сохранена такой же, как и в оригинале, но локально текст, порой, сильно отличается. Я здесь говорю о сравнении с оригиналом, но в действительности я читал перевод на английский и немецкий (выборочно). Оба эти перевода вы можете найти в свободном доступе в известном проекте Gutenberg (дал бы точную ссылку, но Лабиринт все равно ее вырежет). Поскольку оба эти перевода очень хорошо согласуются, то я сделал вывод, что они точно соответствуют оригиналу. В связи с этим я и утверждаю то, что утверждаю. Пересказ, порой, красивее и логичнее. Например, в оригинале отсутствует тема затопления крыс. Там Нильс просто уводит крыс, а чем это закончилось, для ясности, не обсуждается. Наши пересказчицы позаботились о том, чтобы крысы не смогли возвратиться. И правильно! Лично я этим крысам не сочувствую.

Все это, конечно, замечательно, но привередливым людям, вроде меня, все равно хочется иметь и настоящий перевод. Пусть даже он в чем-то проигрывает пересказу. Похоже на то, что его я не дождусь.

Иллюстрации Бориса Диодорова. И снова, как говорится, в десятку. Иногда бывает Борис Аркадьевич спорным (а кто не бывает), но всегда красив.

Вот, к примеру, существенное замечание. По тексту гуси называют Мартина (домашнего гуся, на котором летал Нильс) белым. Отсюда следовало бы ожидать, что остальные - серые. И вот, на стр. 26 написано, что все гуси как на подбор серые, точно пылью покрытые,- хоть бы у кого-нибудь одно белое перышко! Но Диодоров всех рисует белыми. Что ли поленился прочитать внимательно?

Ларс Клинтинг изображает всех гусей, кроме Мартина, серыми; иллюстрации этого шведского художника были взяты издательством "РОСМЭН" в издании, которое обсуждается во второй моей рецензии и в рецензии Нины Поульсен.

Первоначальный замысел Сельмы Лагерлеф состоял в написании некоего подобия занимательного учебника по географии Швеции. В окончательном тексте - одной из самых замечательных сказок в мировой детской литературе - все равно заметны следы этого замысла. В нашем пересказе география Швеции минимизирована по максимуму.

Полиграфическое качество вполне прилично для запрашиваемой цены. Купленное мной из этой серии у меня ни разу не вызывало отрицательных эмоций, но эта книга чуть похуже. Согласен с рецензентами, высказавшими критические замечания к оформлению крышечки. Явно диссонирует она с иллюстрациями Диодорова.

Хотя серийное оформление вынуждает придерживаться фиксированного дизайна, но в рамках имеющегося произвола можно было кое-что сделать лучше.

Мне также показалось, что бумага потоньше, чем в других книгах серии. Это, в частности, могло сказаться на качестве печати иллюстраций (наряду с другими факторами). Выглядят они, увы, тускловато. Но - повторюсь - цена тоже не высока.

Лично для меня был очень важен текст. Ребенок растет, а приличного текста нет и нет. "РОСМЭН", к сожалению, взял за основу сильно урезанный шведский пересказ. Есть тексты, которые нужно прочитать ребенку вовремя. Это, как раз тот случай.

Всем - автору, переводчикам и иллюстратору - самая искренняя признательность!

Конечно, могло быть и лучше (в смысле полиграфии), но я и этому изданию рад. Читаем с большим удовольствием. Картинки тоже рассматриваем с интересом. В общем, Нильс Хольгерсон обрел с этим изданием вторую, причем более интересную, чем в издании от "РОСМЭН" жизнь.

"Благодарности" Махаону вы найдете в других рецензиях - особенно убедительна "masmar". Но поблагодарить его по настоящему тоже есть смысл.

PS: Купили дочке трех песчанок (мелкие грызуны). Она их назвала Тирле, Пирле и Дирле (как детишек белки Сирле). Теперь, я полагаю, сказка запомнится ребенку надолго. Скрыть